22 октября 2025 Роберту Раушенбергу исполнилось бы 100 лет.

Пионер постмодернизма, Раушенберг перевернул представления о современном искусстве, стирая границы между живописью, скульптурой и повседневными объектами. Его знаменитые «Комбинированные картины» (Combine Paintings), где художественные материалы соседствуют с уличным мусором, предвосхитили поп-арт и концептуализм, вдохновив таких гигантов, как Уорхол и Кунс.

К юбилею художника Фонд Раушенберга запустил специальный сайт с информацией о всех выставках его работ. Так, 1 мая в нью-йоркской Gladstone Gallery откроется экспозиция «Robert Rauschenberg: Sympathy for Abandoned Objects» — исследующая его философию «искусства из ничего».

Если окажетесь рядом — загляните! Это редкий шанс увидеть, как авангард середины XX века продолжает влиять на современных художников.

На фото:

Robert Rauschenberg at Black Mountain College, 1951. Photo: Cy Twombly, Courtesy Robert Rauschenberg Foundation

Джорджо Агамбену стукнуло 83. Присоединяемся к поздравлениям и цитируем маэстро!

Из эссе «Что такое современность?»:

Лишь тот действительно принадлежит к своему времени и действительно современен, кто не соответствует ему полностью, не приспосабливается к его требованиям, а значит, в этом смысле такого человека нельзя назвать своевременным. Но как раз поэтому, благодаря подобному смещению и анахронизму, человек этот более других способен воспринимать и улавливать время.

P.S. А Ленину сегодня исполнилось 155!

В 1965 году американская танцовщица Ивонн Райнер опубликовала манифест под названием «Нет» ("No manifesto"). Каждое его положение отменяло привычные обстоятельства и характеристики танца:
«Нет зрелищу.
Нет виртуозности.
Нет превращениям магии и фантазии.
Нет гламуру и превосходству звездного имиджа.
Нет героике.
Нет антигероике.
Нет дурацким образам.
Нет участию исполнителя и зрителя.
Нет стилю.
Нет кэмпу.
Нет соблазнению зрителя уловками исполнителя.
Нет эксцентричности.
Нет трогающему и восторгающемуся».

Воплощением манифеста стала композиция самой Ивонн Райнер «Трио А»:
танцовщица, одетая в простое черное трико, в пространстве, похожем на репетиционный зал, выполняет хаотичные несложные движения, для которых едва ли необходим навык профессионального танцора.

Запись этого танца можно увидеть на выставке «ТАНЕЦ ХХ ВЕКА. МАТИСС, МАЛЕВИЧ, ДЯГИЛЕВ, КАНДИНСКИЙ И ДРУГИЕ»

Тени современности: заметки о расчеловечивании

«Ад — это Другие» — писал Сартр. Но сегодня ад, кажется, в их отсутствии.

1. Человек vs алгоритм
Мы всё реже смотрим в глаза — чаще в экраны. Отношения «человек–человек» замещаются схемой «человек–алгоритм». Как заметил Бодрийяр: «Мы больше не обмениваемся — мы транслируем».

2. Вещь вместо лица
Другой становится функцией: «доставщик», «клиент», «подписчик». Общение, где было Общее, превратилось в коммуникацию вещей — холодных и взаимозаменимых.

3. От волка к бревну
Гоббс считал, что «человек человеку волк». Теперь скорее бревно: индифферентность стала новой нормой

4. Смерть Другого
Левинас видел в Лике Другого основу этики. Но сегодня этот лик растворяется в бесконечной ленте контента. «Тирания Я» (подогретая поп-психологией) добивает остатки эмпатии.

На фото:
Jess. Caesar's Gate XI. 1955

«…архив является предпосылкой для существования такой вещи, как история, ведь только при условии, что архив уже существует, может быть осуществлено сопоставление нового со старым, которое производит историю как таковую. Архив — это машина производства воспоминаний, создающая историю из материала незаархивированной реальности. И этот производственный процесс имеет свои законы, которые должны приниматься во внимание всеми его участниками».

Борис Гройс. Под подозрением.

На фото:
Ворд Шелли, Дуглас Паулсон. Архивные горы (Archive Mountains). 2009. Масло, тонированный майлар. Источник: wardshelley.com

Вопрос об архиве остаётся крайне актуальным в современном искусстве. Как и что сохранять? И, главное, кто в конечном счёте принимает решения о сохранности того или иного объекта, документации и прочего? Встаёт вопрос не только об истории, но и о власти - точнее, о тех, кто принимает решение о включении в репрезентацию истории того, что мы в конечном счёте наблюдаем в тех или иных культурных институциях. Всё, что не попадает в архив, остаётся в пространстве профанного.

Переиздали книгу В.В.Бибихина «Дневники Л.Н.Толстого».

Начинает свою первую лекцию В.В.Бибихин так:

В разделе изобразительного искусства ХХ века новой Третьяковки, за исключением может быть только Кандинского, который часто отсутствует (гастролирует), Малевича и примитивистов, после 1917 года почти всё беспросветно. Разрозненность, одиночество, нет обещания, движения, будущего. Крик или жалоба, и больше глухой ужас. Природы в русской живописи уже нет почти совсем с 20-х годов, т. е. с ее уходом глядевшие глубоко художники согласились уже тогда.
Церковь, светская и духовная, осудит этот упадок. Она минует тем самым Христа, чью лямку как может тянет художник. На его стороне захваченность, пусть черным экстазом.