Мои публичные лекции и интенсивы в марте 2025:
«Кино и психоанализ» 1 марта. 16:30
📍Галерея А3, Староконюшенный переулок, 39
Подробности и регистрация. @marnnas ✍🏽 SOLD OUT
«Минимализм в американской культуре» 3 марта. 19.00 📍Галерея «Открытый клуб»,ул. Спиридоновка, 9/2. Регистрация здесь.
Интенсив «Играя в авангард: от постмодернизма к метамодерну» 8-9 марта.📍Галерея на Шаболовке, Серпуховский Вал, 24, корпус 2.
Подробности и регистрация здесь.
«Импрессионизм в теории искусства» 16 марта. 16.00 📍Музей русского импрессионизма, Ленинградский проспект д.15 стр. 11. Регистрация здесь. SOLD OUT
На фото:
Ellsworth Kelly’s “Yellow Curve” (1990)
«Кино и психоанализ» 1 марта. 16:30
📍Галерея А3, Староконюшенный переулок, 39
Подробности и регистрация. @marnnas ✍🏽 SOLD OUT
«Минимализм в американской культуре» 3 марта. 19.00 📍Галерея «Открытый клуб»,ул. Спиридоновка, 9/2. Регистрация здесь.
Интенсив «Играя в авангард: от постмодернизма к метамодерну» 8-9 марта.📍Галерея на Шаболовке, Серпуховский Вал, 24, корпус 2.
Подробности и регистрация здесь.
«Импрессионизм в теории искусства» 16 марта. 16.00 📍Музей русского импрессионизма, Ленинградский проспект д.15 стр. 11. Регистрация здесь. SOLD OUT
На фото:
Ellsworth Kelly’s “Yellow Curve” (1990)
Искусствоведы, изучающие портрет друга Пикассо, скульптора Матеу Фернандеса де Сото, обнаружили таинственный образ женщины, скрытый под красками. Открытие случилось благодаря инфракрасным и рентгеновским лучам, которыми просветили холст.
Когда Пикассо приехал в Париж в 1901 году, ему было всего 19 лет. Молодой художник не мог позволить себе дорогостоящие материалы, поэтому рисовал на одном холсте три или четыре раза.
Пикассо не белил холст между сменой сюжета, чтобы получить чистый лист. В данном случае художник нарисовал фигуру своего друга прямо поверх женщины: одна фигура появляется из другой, трансформируясь одна в другую.
Когда Пикассо приехал в Париж в 1901 году, ему было всего 19 лет. Молодой художник не мог позволить себе дорогостоящие материалы, поэтому рисовал на одном холсте три или четыре раза.
Пикассо не белил холст между сменой сюжета, чтобы получить чистый лист. В данном случае художник нарисовал фигуру своего друга прямо поверх женщины: одна фигура появляется из другой, трансформируясь одна в другую.
Мировоззрение – это всегда некая мифологема, а философия вырастает из разрушения или какого-то особого оседлания мифа с заменой теогонических, космогонических мифов тем, что у греков называлось «фюзисом», замещением мифа поиском рациональных причин.
Мир хрупок и порядок в нём почти невероятен.
Мир не призван тебя радовать, мир, в котором
ты живёшь, со всеми случайными и принудительными
обстоятельствами – лишь один из возможных. И поэтому всякая версия мира, всякое мировоззрение, то есть какое-то позитивное и утвердительное, «это так» подвешивается.
На фото:
Рене Магритт. Душевные струны, 1960. Картина продана на торгах в Лондоне в 2017 году за рекордные для Магритта 14,4 миллиона фунтов.
Мир хрупок и порядок в нём почти невероятен.
Мир не призван тебя радовать, мир, в котором
ты живёшь, со всеми случайными и принудительными
обстоятельствами – лишь один из возможных. И поэтому всякая версия мира, всякое мировоззрение, то есть какое-то позитивное и утвердительное, «это так» подвешивается.
На фото:
Рене Магритт. Душевные струны, 1960. Картина продана на торгах в Лондоне в 2017 году за рекордные для Магритта 14,4 миллиона фунтов.
Работа датчанина Йенса Ханнинга - «Перераспределение» (2003) - состояла в том, что художник собрал все стулья в лондонском Институте современного искусства и отправил их в Карачи (Пакистан), где они были просто оставлены на улице, чтобы желающие могли их использовать по своему усмотрению. Через час не осталось ни одного стула (что можно понять, так как они были новыми, удобными и бесхозными). Простым жестом художник инициирует социальный процесс малой интенсивности, в котором циркуляция объектов соединяет различные культуры. В постепенном исчезновении горы стульев читается пародия на колониальный миф о цивилизаторской миссии и просвещении порабощенных.
На фото:
Jens Haaning, Redistribution (London-Karachi), 2003
На фото:
Jens Haaning, Redistribution (London-Karachi), 2003
Человек не просто живет в мире. Человек всегда живет в понимании мира. Но, кроме собственного понимания мира, человек живет в традиции - в никому не принадлежащей мудрости. То есть человек уже живет в том, в чём находятся ответы. Философия же вопрошает мудрость и ищет мудрости. Она ей не обладает, но претендует именно на вот такую всеобъемлющую мудрость. Но, ни одна из окружающих Софий (мудростей) не удовлетворяет философа. Я никакой мудростью не удовольствуюсь, потому что это не мудрость, а ложный претендент на мудрость. Философия - это стремление, страсть к неведомой Софии.
На фото:
Джорджоне. «Три философа». 1505–1509. Музей истории искусств, Вена
На фото:
Джорджоне. «Три философа». 1505–1509. Музей истории искусств, Вена
Наиболее важные узы между «я» и миром завязываются, согласно корейскому художнику Ли Уфану, в неопределенном промежутке между объектами.
«Я не определяю мое искусство, и оно не определяет меня, но что-то другое растет во взаимодействии и перекличке, чтобы внезапно стать реальностью. Таков контекст моей работы и такова моя позиция по отношению к ней. Когда Ли с кистями и краской встречается с холстом, рождается произведение искусства. Поэтому, строго говоря, нельзя говорить, что Ли пишет картины с помощью кистей и красок. Это лишь неверный западноевропейский перевод» (Lee Ufan. Selected Writings, 1970–1996)
Столь необычное понимание взаимоотношений между человеческим и нечеловеческим ставит под сомнение фундаментальный постулат западной мысли, согласно которому разум отличается от тела и эмоций.
«В современном индустриальном городском обществе цереброцентричное мышление, — пишет художник, — является нормой, а тело часто игнорируется».
«Я не определяю мое искусство, и оно не определяет меня, но что-то другое растет во взаимодействии и перекличке, чтобы внезапно стать реальностью. Таков контекст моей работы и такова моя позиция по отношению к ней. Когда Ли с кистями и краской встречается с холстом, рождается произведение искусства. Поэтому, строго говоря, нельзя говорить, что Ли пишет картины с помощью кистей и красок. Это лишь неверный западноевропейский перевод» (Lee Ufan. Selected Writings, 1970–1996)
Столь необычное понимание взаимоотношений между человеческим и нечеловеческим ставит под сомнение фундаментальный постулат западной мысли, согласно которому разум отличается от тела и эмоций.
«В современном индустриальном городском обществе цереброцентричное мышление, — пишет художник, — является нормой, а тело часто игнорируется».
Мудрость самой философии состоит в том, что она, начиная с Сократа и по сей день, занята одним – она открывает за всеми мудростями, сколь бы всеобщими, фундаментальными, спасительными и так далее они ни выглядели, – она открывает за ними то, что Сократ называл незнанием, за всем, что претендует стать окончательным знанием, или, положим, не окончательным, но уж достоверным точно, как в науке, философия открывает незнание, которое закрывается этим знанием.
Открытие незнания – это уже не просто незнание, это открытие бездны, в которой мы существуем, не ведая, в чём. И если эта бездна, если это открытие закроется, то мы, может быть, будем обладать какой-нибудь религией, но не будем людьми, потому что человек с точки зрения философа – это существо, открытое в это самое неведомое, в это ничто. И постоянно норовящее эту бездну закрыть, потому что это страшно.
На фото:
Жак Луи Давид. Смерть Сократа, 1787. Метрополитен-музей, Нью-Йорк, США.
Открытие незнания – это уже не просто незнание, это открытие бездны, в которой мы существуем, не ведая, в чём. И если эта бездна, если это открытие закроется, то мы, может быть, будем обладать какой-нибудь религией, но не будем людьми, потому что человек с точки зрения философа – это существо, открытое в это самое неведомое, в это ничто. И постоянно норовящее эту бездну закрыть, потому что это страшно.
На фото:
Жак Луи Давид. Смерть Сократа, 1787. Метрополитен-музей, Нью-Йорк, США.
В 1924-м кинопродюсер Сэмюэл Голдвин, сооснователь легендарной студии Metro-Goldwyn-Мауег, предложил самому Зигмунду Фрейду 100 тысяч долларов за то, чтобы тот помог создать любовную историю с психоаналитическим подтекстом. Фрейд отказался без объяснения причин, что, однако, не помешало многим другим психоаналитикам предложить свои услуги.
Уже в эту субботу (1 марта) поговорим о психоанализе в кино. Приходите в галерею “A3”, начало в 16.30.
Регистрация на событие @marnnas
На фото:
Metro-Goldwyn-Mayer trade mark
Samuel Goldwyn
Sigmund Freud
From the trailer for The Hurricane (1937)
Уже в эту субботу (1 марта) поговорим о психоанализе в кино. Приходите в галерею “A3”, начало в 16.30.
Регистрация на событие @marnnas
На фото:
Metro-Goldwyn-Mayer trade mark
Samuel Goldwyn
Sigmund Freud
From the trailer for The Hurricane (1937)
«Искусство в отношении к жизни не более чем вывернутая наизнанку перчатка. Вроде бы у нее те же форма и очертания, но ее невозможно использовать в тех же целях. Искусство ничего не говорит о жизни, как жизнь ничего не говорит об искусстве».
Цитата по книге композитора- авангардиста Мортона Фельдмана «Привет Восьмой улице». Это уникальный документ из истории послевоенного американского авангарда, причем не только музыкального, но и живописного — друзьями Фелдмана были Джексон Поллок, Марк Ротко, Филип Гастон, Виллем Де Кунинг, Франц Кляйн, Роберт Раушенберг, Джаспер Джонс.
На фото:
1) Крисчен Вулф, Эрл Браун, Джон Кейдж, Дэвид Тюдор и Мортон Фелдман. 1962
2) Бар «Кедр», где проводил время Фелдман, обсуждая искусство с друзьями
Цитата по книге композитора- авангардиста Мортона Фельдмана «Привет Восьмой улице». Это уникальный документ из истории послевоенного американского авангарда, причем не только музыкального, но и живописного — друзьями Фелдмана были Джексон Поллок, Марк Ротко, Филип Гастон, Виллем Де Кунинг, Франц Кляйн, Роберт Раушенберг, Джаспер Джонс.
На фото:
1) Крисчен Вулф, Эрл Браун, Джон Кейдж, Дэвид Тюдор и Мортон Фелдман. 1962
2) Бар «Кедр», где проводил время Фелдман, обсуждая искусство с друзьями