Forwarded from Ulysse Travel Club
Планы на выходные в Москве: смотреть и видеть
Экспрессивный сюрреализм Натальи Нестеровой в Новой Третьяковке, юбилейная выставка Музея современного искусства на Петровке, лекция Константина Плотникова «Как понимать современное искусство» в галерее А3, дизайнерское стекло в галерее Heritage и психоделичный Мамлеев в «Практике».
Enjoy!
Экспрессивный сюрреализм Натальи Нестеровой в Новой Третьяковке, юбилейная выставка Музея современного искусства на Петровке, лекция Константина Плотникова «Как понимать современное искусство» в галерее А3, дизайнерское стекло в галерее Heritage и психоделичный Мамлеев в «Практике».
Enjoy!
Взгляд в эпоху современности.
Важную роль и в истории модернистского искусства играет отстраненный, скользящий взгляд. Ещё фланеры XIX века, описанные Вальтером Беньямином, использовали особую рассеянную манеру наблюдения.
Рассеянный взгляд без апперцепции, без объединяющего осмысления более чувствителен к слабым сигналам, которые наполняют реальность с развитием коммуникаций. Импрессионисты своим медитативным наблюдением световоздушной среды на пленэре уже прививали зрителю новый режим видения. Позднее сюрреалисты станут использовать рассеянное зрение как средство наблюдения тонких эффектов психической реальности. В массовой культуре привычка к расслабленному зрению воспитывалась кинематографом, затем телевидением и, наконец интернетом.
На фото:
Пол Гаварни, Le Flâneur, 1842;
Louis Huart, Physiologie du flaneur. Paris, 1841. Идеальный фланер. Литография из книги.
Важную роль и в истории модернистского искусства играет отстраненный, скользящий взгляд. Ещё фланеры XIX века, описанные Вальтером Беньямином, использовали особую рассеянную манеру наблюдения.
Рассеянный взгляд без апперцепции, без объединяющего осмысления более чувствителен к слабым сигналам, которые наполняют реальность с развитием коммуникаций. Импрессионисты своим медитативным наблюдением световоздушной среды на пленэре уже прививали зрителю новый режим видения. Позднее сюрреалисты станут использовать рассеянное зрение как средство наблюдения тонких эффектов психической реальности. В массовой культуре привычка к расслабленному зрению воспитывалась кинематографом, затем телевидением и, наконец интернетом.
На фото:
Пол Гаварни, Le Flâneur, 1842;
Louis Huart, Physiologie du flaneur. Paris, 1841. Идеальный фланер. Литография из книги.
Обращаясь к истории искусства нужно удерживать различение современности и повседневности.
Повседневность представляется тем планом человеческого опыта, который носит неосознаваемый, рутинный характер. Несмотря на то, что современные социологи (Ульрих Бек, Энтони Гидденс) определяют современное общество как Risk society, многообразие жизненных укладов и торжество дифференциаций не снимает типической определенности того, с чем сталкивается человек в своем повседневном мире. Жизнь остается не идеалом, не праздником и не подвигом.
Но, что же такое жизнь, представленная художником на полотне? Корректно ли говорить, что повседневность возникает на полотнах художников классического периода искусства? А что меняет открытие современности по отношению к повседневности?
Одежда персонажей «Ужина в Эммаусе» указывает зрителям на повседневность, окружавшую Караваджо, а сюжет из Писания на некое прошлое, являющееся для религиозного сознания настоящим.
На фото:
1) Караваджо. Ужин в Эммаусе, 1601-1602;
2) Версия 1606 года
Повседневность представляется тем планом человеческого опыта, который носит неосознаваемый, рутинный характер. Несмотря на то, что современные социологи (Ульрих Бек, Энтони Гидденс) определяют современное общество как Risk society, многообразие жизненных укладов и торжество дифференциаций не снимает типической определенности того, с чем сталкивается человек в своем повседневном мире. Жизнь остается не идеалом, не праздником и не подвигом.
Но, что же такое жизнь, представленная художником на полотне? Корректно ли говорить, что повседневность возникает на полотнах художников классического периода искусства? А что меняет открытие современности по отношению к повседневности?
Одежда персонажей «Ужина в Эммаусе» указывает зрителям на повседневность, окружавшую Караваджо, а сюжет из Писания на некое прошлое, являющееся для религиозного сознания настоящим.
На фото:
1) Караваджо. Ужин в Эммаусе, 1601-1602;
2) Версия 1606 года
Галеристки и абстрактный экспрессионизм.
Постепенный подьем абстрактного экспрессионизма в 1940-е годы нельзя рассматривать отдельно от развития художественного мира Нью-Йорка, состоявшего из плотной сети новых галерей, журналов, художественных школ и мест встреч художников. История авангардных художественных направлений, подобных абстрактному экспрессионизму, могла бы, согласно социологу Диане Крейн, принять совершенно иное направление развития без непрерывной экспансии его инфраструктуры - экспансии, проходившей на фоне общего роста американской экономики в течение 1940-х годов. До тех пор спрос на современное американское искусство был достаточно незначителен. На рынке доминировало европейское искусство.
Пегги Гуггенхайм и Бетти Парсонс внесли заметный вклад в продвижение американского искусства не только в США, но и Европе.
Уже завтра поговорим об абстрактном экспрессионизме в галерее «Открытый клуб». Начало в 19.00.
На фото:
1,2 - Пегги Гуггенхайм,
3,4 - Бетти Парсонс
Постепенный подьем абстрактного экспрессионизма в 1940-е годы нельзя рассматривать отдельно от развития художественного мира Нью-Йорка, состоявшего из плотной сети новых галерей, журналов, художественных школ и мест встреч художников. История авангардных художественных направлений, подобных абстрактному экспрессионизму, могла бы, согласно социологу Диане Крейн, принять совершенно иное направление развития без непрерывной экспансии его инфраструктуры - экспансии, проходившей на фоне общего роста американской экономики в течение 1940-х годов. До тех пор спрос на современное американское искусство был достаточно незначителен. На рынке доминировало европейское искусство.
Пегги Гуггенхайм и Бетти Парсонс внесли заметный вклад в продвижение американского искусства не только в США, но и Европе.
Уже завтра поговорим об абстрактном экспрессионизме в галерее «Открытый клуб». Начало в 19.00.
На фото:
1,2 - Пегги Гуггенхайм,
3,4 - Бетти Парсонс
Символисты в живописи были против подражания природе. Они часто использовали в своей живописи метафору, аллегорию, мистические смыслы, символы, таинственные образы и философские послания.
Картина «С закрытыми глазами» (1890) французского художника Одилона Редона считается иконой символизма. Он изображает свою супругу Камиллу Фальте парящей в пространстве, с бледным лицом и закрытыми глазами, словно спящей или даже мёртвой. Художник настолько разбавляет краски и размывает контуры, что делает образ почти нематериальным. Редон был уверен, что живопись должна выходить за пределы изображения реальности, она должна стремиться использовать невидимые миры души и снов человека.
Детство художник провёл вдали от семьи, из-за слабого здоровья его отправили в семейное поместье, находящееся в сельской местности. Там он испытывает чувство одиночества и меланхолии, которые в будущем найдут отражение в его творчестве.
Картина «С закрытыми глазами» (1890) французского художника Одилона Редона считается иконой символизма. Он изображает свою супругу Камиллу Фальте парящей в пространстве, с бледным лицом и закрытыми глазами, словно спящей или даже мёртвой. Художник настолько разбавляет краски и размывает контуры, что делает образ почти нематериальным. Редон был уверен, что живопись должна выходить за пределы изображения реальности, она должна стремиться использовать невидимые миры души и снов человека.
Детство художник провёл вдали от семьи, из-за слабого здоровья его отправили в семейное поместье, находящееся в сельской местности. Там он испытывает чувство одиночества и меланхолии, которые в будущем найдут отражение в его творчестве.
Дорогие друзья, открылась регистрация на мою лекцию в музее русского импрессионизма.
16 марта 16.00! Save the date!
На фото:
Макс Либерман. По дороге в школу в Эдаме, 1904.
16 марта 16.00! Save the date!
На фото:
Макс Либерман. По дороге в школу в Эдаме, 1904.
«7000 дубов» Йозеф Бойс (1982).
На площади перед кассельским Музеем
Фридерицианум художник разместил семь тысяч кусков базальта. Каждый желающий мог забрать камень при условии, что посадит на собственные средства дуб и установит базальтовый булыжник рядом с ним. В итоге камни были разобраны, а Кассель подвергся масштабному озелене-нию. В этой работе материальный субстрат художественного жеста исчезает при взаимодействии с публикой. И возникает условное, «слабое» сообщество зрителей-участников. Бойс создает сообщество вокруг общей цели. Он стремится не столько переделать мир или создать нового человека, как делали художники авангарда начала века, а некоторым образом модифицировать имеющуюся реальность.
На площади перед кассельским Музеем
Фридерицианум художник разместил семь тысяч кусков базальта. Каждый желающий мог забрать камень при условии, что посадит на собственные средства дуб и установит базальтовый булыжник рядом с ним. В итоге камни были разобраны, а Кассель подвергся масштабному озелене-нию. В этой работе материальный субстрат художественного жеста исчезает при взаимодействии с публикой. И возникает условное, «слабое» сообщество зрителей-участников. Бойс создает сообщество вокруг общей цели. Он стремится не столько переделать мир или создать нового человека, как делали художники авангарда начала века, а некоторым образом модифицировать имеющуюся реальность.
Сегодня мы воспринимаем мир в первую очередь через информацию посредством экрана. В информации нет ни дали, ни широты. Смартфон лишает мир ауры и расколдовывает его. А может быть напротив, как говорят нам темные онтологии, мир снова заколдован? С эпохи нового времени мы идем путем света разума. Вокруг расколдованный мир, но сегодня нам его предлагают снова заколдовать. Впрочем, вернемся к информации. Информация представляет собой абсолютный уровень истощения языка. Язык полностью теряет свою ауру в тот момент, когда он оскудевает до состояния информации. “Язык - есть дом Бытия”. Значит информация есть то, что осталось в доме после его разорения. Мир сворачивается, сплющивается. В каком-то смысле, мир перестает быть оригинальным. То, что представлено через экран разрушает внутреннюю нарративную жизнь. Цунами информации уничтожит все на своем пути и в памяти ничего не останется.
На фото:
Herbert W. Franke, Squares, silkreen print based on a plotter drawing, 1970
На фото:
Herbert W. Franke, Squares, silkreen print based on a plotter drawing, 1970