Товарищи! Вашему вниманию хотим предложить фильм, ставший не просто произведением искусства, а подлинным революционным манифестом мирового кинематографа — «Броненосец „Потёмкин“» Сергея Эйзенштейна.

100 лет назад, 24 декабря 1925 года, на торжественном заседании в Большом театре, посвящённом 20-летию Первой русской революции 1905 года, состоялся первый показ этого выдающегося фильма.

Получив заказ на создание масштабной кинематографической эпопеи к юбилею революционных событий, Сергей Эйзенштейн сознательно отказался от традиционного «исторического пересказа» и построил фильм на основе реальных событий, произошедших летом 1905 года на броненосце «Князь Потёмкин-Таврический». Восстание матросов против офицерского произвола, отказ Черноморской эскадры стрелять по восставшим, поддержка одесских рабочих и последовавшая за этим кровавая расправа царских войск — всё это стало содержательной основой картины.

Сценарий, созданный Ниной Агаджановой-Шутко и Сергеем Эйзенштейном, превратил частный эпизод революции в обобщённый образ классовой борьбы, где главным героем выступает не отдельная личность, а народные массы.

В фильме снимались: Александр Антонов, Владимир Барский, Григорий Александров, Иван Бобров, Михаил Гоморов, Александр Левшин, Нина Полтавцева, Константин Фельдман, Беатрис Ветольди, Иона Бий-Бродский и другие.
Операторами картины стали Владимир Попов и Эдуард Тиссэ.

Фильм был немым, однако Эйзенштейн достиг колоссальной выразительности благодаря разработанному им монтажу аттракционов — особому способу построения кадра и ритма, который воздействует на зрителя не описанием, а столкновением образов. Именно здесь кино впервые в полной мере стало оружием идейной борьбы.

Считается, что с «Броненосца „Потёмкина“» в России начинается история цветного кинематографа: красный революционный флаг в ряде копий раскрашивался вручную прямо на плёнке, усиливая символическое значение сцены.

Важнейшим элементом картины стало музыкальное оформление, созданное берлинским композитором Эдмундом Майзелем. Эйзенштейн высоко ценил эту работу и считал её почти идеальной. Музыка Майзеля, дополненная шумовыми эффектами, усиливала драматизм и революционный пафос фильма. К сожалению, оригинальное музыкальное сопровождение не сохранилось полностью.

После премьерного показа 24 декабря 1925 года в Большом театре,
18 января 1926 года состоялся пресс-показ в кинотеатре «Художественный».

Торжественная обстановка тех показов была символичной: персонал был одет в морскую форму, фасад кинотеатра превращён в модель «Потёмкина», внутри размещались спасательные круги и морские флаги, а перед началом звучал гимн восстания.

Уже в первые недели фильм посмотрели свыше 300 тысяч советских зрителей, а в апреле 1926 года «Броненосец „Потёмкин“» был показан в Берлине, начав своё триумфальное шествие по миру.

Этот фильм — не просто музейный экспонат, а живое революционное произведение, наглядно показывающее, как искусство, встав на сторону угнетённых, становится формой классовой борьбы. Рекомендуем к обязательному просмотру.
#Фильмы_СССР
https://youtu.be/GmUef84ybXk?si=Y5euhutH5E8nmSl3

Товарищи!
Боливия вновь стала ареной острой классовой борьбы. Бессрочная общенациональная забастовка, поднятая Центральным рабочим союзом (COB), ясно и недвусмысленно показала: трудящиеся массы больше не намерены молча расплачиваться за кризис капиталистического хозяйствования.
Под ударами стачки страна фактически парализована. Рабочие, крестьяне, мелкие производители перекрывают ключевые магистрали, изолируя целые регионы, выводят на улицы тысячи демонстрантов и открыто бросают вызов либеральному правительству. Руководство профсоюзов заняло правильную и принципиальную позицию: никаких переговоров о «смягчении» грабежа, никакого диалога вокруг формы эксплуатации — только полная и безоговорочная отмена антисоциального пакета реформ.
Поводом к взрыву стал типичный для буржуазных режимов приём — так называемая «шоковая терапия». Под этим лживым названием скрывается грубое переложение издержек кризиса на плечи трудящихся. Правительственный декрет о резком сокращении государственных расходов и отмене топливных субсидий мгновенно обернулся скачком цен и обнищанием масс. Дизель подорожал на 83%, электроэнергия — в полтора раза, базовые продукты — вдвое. Проезд в транспорте вырос сразу на 163%. Так буржуазия «лечит» экономику — через удары по кошельку рабочего и крестьянина.
Мы видим здесь не исключение, а общее правило капитализма в эпоху кризисов. Когда прибыли падают, буржуазное государство без колебаний превращается в аппарат прямого насилия против трудящихся, прикрываясь разговорами о «необходимых реформах» и «бюджетной дисциплине». Боливийские рабочие инстинктивно, но верно распознали классовую сущность происходящего и ответили единственным действенным оружием — массовой организованной борьбой.
Опыт Боливии ещё раз подтверждает ленинскую истину: никакие «реформы сверху» не способны улучшить положение трудящихся, если у власти остаётся капитал. Только самостоятельное, решительное и солидарное выступление рабочего класса способно остановить наступление буржуазии и поставить вопрос о власти и собственности по-настоящему.

Товарищи!
Перед нами — откровенное признание буржуазной власти и её обслуживающей челяди. Гендиректор YASNO с нескрываемым удовлетворением заявляет: хорошо, что вернули отключение электроэнергии за долги. Мол, это «улучшает финансовую дисциплину».
Что скрывается за этой лживой формулой? Самое обычное, самое циничное классовое насилие. Рабочему, пенсионеру, безработному, человеку, переживающему холод, войну и разруху, прямо заявляют: или плати — или мёрзни во тьме. Так буржуазия «воспитывает дисциплину» — не у банкиров и олигархов, а у тех, кто и без того загнан в нищету.
Нам сообщают о «долге населения» — миллиард гривен в двух областях. Но кто создал этот долг? Не сами ли господа капиталисты, разрушившие промышленность, лишившие людей стабильной работы и дохода? Не они ли переложили все издержки кризиса на плечи трудящихся, оставив прибыли неприкосновенными?
Люди сутками сидят без света, в холодных квартирах, без возможности нормально жить и работать — и за это им ещё выставляют счёт. Это не «рыночная необходимость», как любят болтать буржуазные идеологи. Это — открытый террор капитала, прикрытый бухгалтерскими отчётами и лицемерными речами о «дисциплине».
Так действует власть, утратившая всякую связь с народом. Так действует режим, для которого человек — платёжная единица, а не живое существо. И сколько бы они ни прикрывались словами о долгах и процентах, суть остаётся прежней: подавление, запугивание и издевательство над массами.
Именно так и выглядит фашистский быт — когда холод, тьма и голод используются как средство управления. И чем дольше это терпят, тем наглее становится капитал.

Товарищи! Хотим предложить вашему вниманию замечательную песню, которая была написана ещё в 1931 году. Товарищи из канала «Пролетарское искусство» вдохнули в неё новую жизнь и сделали песню «А ну, за дело!».
--------------------
А ну, за дело
Музыка: Я. Столляр Слова: Н. Адуев

На старый путь не повернуть, не повернуть.
Хлебнули горя мы все не мало.
Что раньше было, теперь забудь!
Начнем в коммуне мы жить сначала!

Припев:
А ну, за дело!
Болтаться надоело!
Дело ленивого не ждет!
Дело! Работа закипела!
У нас сама она пойдет!

Гудит станок, пила поет! Пила поет!
И с каждым днем растет наша сила.
Здесь нет бездомных и нет сирот,
Нас мать-отчизна усыновила!

Припев.
А ну, за дело!
Болтаться надоело!
Дело ленивого не ждет!
Дело! Работа закипела!
У нас сама она пойдет!
1931

Товарищи! Сегодня печальная дата и суровый урок для нас.
В этот день, предав Победу и Победителей, предав миллионы павших и живых, тех, кто строил, защищал и отстоял Советскую Родину, клика изменников совершила акт исторической капитуляции. Не перед танковыми армиями врага, не под гулом артиллерии, а в тиши кабинетов, под шёпот западных кураторов был спущен Красный флаг — знамя труда, освобождения и Великой Победы.

Для многих советских людей этот момент стал одним из самых потрясающих и страшных впечатлений в жизни. До сих пор невозможно забыть, как 25 декабря 1991 года равнодушный телеэкран показал немыслимое: Красное знамя, с достоинством реявшее над Кремлём, медленно опускается. В тот миг стало предельно ясно — власть захватили предатели, и они открыто объявляют стране и миру, кто теперь здесь «хозяин».

Издревле спуск флага над крепостью означал сдачу врагу. Но здесь всё было куда страшнее: сдались не под ударами извне, а заранее, изнутри, служа врагам своей Родины ещё до этого позорного жеста. И каково было это пережить тем, для кого не существовало ничего дороже Советской страны, которую они создавали трудом, защищали кровью и спасали ценой собственной жизни?

Красноармеец Тимерян Зинатов в огненном аду Брестской крепости в 1941 году спас боевое знамя полка — красное знамя. В 1945-м такие же Красные знамёна были водружены над поверженным рейхстагом. А в 1991-м над нашей столицей спускали знамя не потому, что враг победил, а потому что предательство восторжествовало.

Смена знамени означала насильственный перевод народов в «другую страну» — с иными, чуждыми основами, идеалами и принципами. Но Знамя Великой Победы не перекрасить. Победа была и остаётся Советской — и никакая ложь, никакая фальсификация истории не в силах это изменить.

Красное Знамя вело поколения к величайшим свершениям. А десятилетия без него стали временем утрат, упадка и деградации. Такова неизбежная логика предательства. И потому сегодня мы обязаны не только помнить, но и делать выводы — выводы политические, классовые и исторические.

Товарищи. Ровно 34 года с момента реставрации капитализма.
25 декабря 1991 года — отставка Горбачёва, его заявление, поставившее точку в существовании Советского Союза как социалистического государства. Это был сознательный акт контрреволюции, открывший дорогу власти капитала, грабежу народной собственности и бесправию трудящихся.
https://youtube.com/watch?v=q0VNoAIts6M&si=aFfDiYR56KzxNH0E
К этому трагическому событию наш товарищ написал стих.
К 10-й годовщине реставрации капитализма было создано стихотворение:
Цена «свободы»

Когда-то РУХовцы кричали,
Что без Союза будет лучше,
И голос многие отдали
За то, чтоб "нас никто не мучил",

Чтоб коммунистов разогнали,
И президента мы избрали,
Чтобы границы нам создали,
"Прихватизацию" начали,

Чтоб демократы флот продали,
И предприятия скупали,
Чтоб нами воры управляли,
И деньги нам не возвращали…

За то, чтоб все мы торговали,
"Кравчучки" за собой таскали,
Чтоб мы без отдыха "пахали",
За доллар душу продавали.

Чтоб за учебу мы платили,
А после, получив диплом,
Агентства, биржи обходили,
Ни с чем вернулись в отчий дом.

Чтобы без взяток не входили
К власти имущим и в суды,
Ради того, чтоб не закрыли,
Хотя и нет твоей вины.

Отдал свой голос и за то,
Чтоб мы бесплатно не лечились,
Чтоб не досталося жилье
Всем тем, кто 40 лет трудились.

Не страшно то, что денег нет
Пойти в театр иль в кино.
Порою нет и на билет,
Чтобы добраться на метро.

Зато сейчас мы все "свободны",
Уже в Европе мы живем.
То ерунда, что мы голодны,
Хоть от обжорства не умрем.

Вот какова цена "свободы" -
Нет больше власти у народа!
Но только мы ее вернем,
Когда рабочих соберем
И всех буржуев уберем!

Товарищи! В этот день произошло важное событие для будущей революции.
120 лет назад, 25 декабря 1905 года, открылась I конференция РСДРП в Таммерфорсе. Проходившая в самый разгар Декабрьского вооружённого восстания в Москве, она выдвинула на первый план вопрос о необходимости восстановления единства в партии и о практических задачах вооружённой борьбы. Проведя конференцию в предельно сжатые сроки, делегаты немедленно разъехались по местам, чтобы лично принять участие в восстании.
Протоколы конференции не сохранились. Но её дух, её революционный накал дошли до нас в воспоминаниях участников. Н. К. Крупская писала о Ленине и о Таммерфорсе:

«В середине декабря состоялась таммерфорсская конференция. Как жаль, что не сохранились протоколы этой конференции! С каким подъёмом она прошла! Это был самый разгар революции, каждый товарищ был охвачен величайшим энтузиазмом, все готовы к бою. В перерывах учились стрелять. Раз вечером мы были на финском массовом собрании, происходившем при свете факелов, и торжественность этого собрания целиком соответствовала настроению делегатов. Вряд ли кто из бывших на этой конференции делегатов забыл о ней…
На таммерфорсской конференции, где собрались только большевики, была принята резолюция о необходимости немедленной подготовки и организации вооружённого восстания».

Таммерфорс стал не просто местом партийного совещания. Он стал школой революционного действия, где теория проверялась практикой, а слова — готовностью идти в бой.
Встреча Ленина и Сталина
Именно здесь, в декабре 1905 года, состоялась первая личная встреча Ленина и Сталина — встреча, имевшая огромное значение для дальнейшей истории партии и революции.

Сталин вспоминал, что познакомился с Лениным ещё в 1903 году заочно, по переписке, находясь в сибирской ссылке. Уже тогда Ленин предстал перед ним не просто как один из руководителей, а как фактический создатель партии, человек, глубже и яснее других понимавший её внутреннюю сущность и неотложные задачи. Его короткое письмо, беспощадно критикующее рутину и с предельной ясностью намечающее план действий, произвело на молодого революционера неизгладимое впечатление.
Первая же личная встреча в Таммерфорсе разрушила внешние, обывательские представления о «великом человеке». Вместо величественной позы — простота. Вместо показной торжественности — товарищеская беседа. Вместо дистанции — близость к рядовым делегатам. И именно в этом, как позже понял Сталин, заключалась одна из сильнейших сторон Ленина как вождя новых, пробуждающихся масс.

Так, на далёком севере, на противоположном от Кавказа конце огромной России, молодой революционер впервые установил живой контакт с человеком, который воплощал в себе революционный долг с величайшей ясностью, авторитетом и смелостью.
Уроки первой революции
Все это происходило накануне и в ходе первой русской революции 1905 года. Она вспыхнула преждевременно, ускоренная провалом русско-японской войны, и закончилась поражением. Но это поражение не было напрасным. Революция 1905 года стала прологом — великим уроком для будущих побед.

Сталин позднее подчёркивал: исход революции мог бы быть иным, если бы меньшевики, имевшие значительное влияние в рабочем классе, не передали руководство движением буржуазии. Их «схема» — отвлечённая теория буржуазного характера революции — парализовала волю к борьбе в момент, когда требовалось решительное революционное наступление. Пока большевики звали к оружию и действию, меньшевики занимались казуистикой, оставляя инициативу либеральным классам.
История подтвердила жестокую истину: там, где пролетариат не берёт всё в свои руки, он не получает ничего.

Реакция и закалка партии
За поражением последовала лавина репрессий. Сотни тысяч арестов, черносотенные погромы, разгул «Союза русского народа», виселицы и расстрелы. Царизм явил себя во всей своей тупой и кровавой сущности — с призрачной «конституцией», пародией на парламент и показным либерализмом, служившим лишь прикрытием террора.

Но именно в эти годы большевистская организация не сломалась. Она не потеряла головы, потому что не потеряла веры. Она продолжала подпольную работу, опираясь на главный вывод 1905 года: грядущий подъём масс неизбежен, и к нему нужно готовиться.
Таммерфорсская конференция была одним из тех узловых пунктов, где ковалась эта уверенность, где партия училась не только говорить о революции, но и делать её.
И потому, вспоминая декабрь 1905 года, мы вспоминаем не только поражение, но прежде всего рождение той твёрдости, той большевистской линии, которая через двенадцать лет приведёт рабочий класс к победе.

Здравствуйте, товарищи. Сегодня для всего прогрессивного человечества печальная дата в нашей истории. Я говорю о реставрации капитализма, о возвращении вспять — в варварство, в царство войн, нищеты, насилия и бесправия над трудовым народом, превратившем его в «быдло», мусор и ничтожество.
С другой стороны, это урок: как нельзя строить социализм, чтобы не откатиться назад. К этой дате — песня, которую сделал мой хороший товарищ с канала «Пролетарское искусство» на стихотворение Дмитрия Писарева «Возвращение вспять».
————————

ВОЗВРАЩЕНИЕ ВСПЯТЬ
=====================
Родина беспечная моя,
Тихой сапой, без войны и шума,
Всё вернулось на круги своя.
Государь...полиция...госдума.

Всё опять как век тому назад!
Славно потрудился декоратор.
Вновь стал Петербургом Ленинград.
Снова в своём кресле губернатор.

Тысяча какой, сегодня, год?
Или прав был в чём-то Фукуяма?
Вновь процентщик деньги с нас дерёт,
Загоняя в долговую яму.

Снова, ловко распродав товар,
Подведя итог в своей тетради,
Кто-то мчит на "мерседесе" в "Яр",
Кто-то снова просит"Бога ради.."

И встают, сквозь призрачную хмарь,
Будто бы воскресшие вампиры,
Снова те же лица, что и встарь,-
Торгаши, чиновники, банкиры.

Значит всё что было, было зря?
Снова те же беды и напасти?
Не было и вовсе Октября,
Веры в идеал, советской власти?

Мы вернулись в те же времена,
Что ушли казалось без возврата.
Снова, как и встарь, поделена
Вся страна на нищих и богатых.

Круто вправо повернув штурвал,
Наш корабль ведёт буржуазия...
Но за это ль дед мой воевал,
Точно так же как и все другие?

Неужели, с криками "Ура",
Шли они и в снег валились талый,
Лишь затем, чтобы пришла пора
Наживать барыгам капиталы?

/Дмитрий Писарев/

https://t.iss.one/proliskysstvo

Товарищи! Нам поступило предложение написать о «национал-большевизме». Начнём с того, что в марксизме такого понятия как национал-большевизм нету — это идеологическая выдумка и ревизионистская смесь, которая не имеет под собой ни научно-обоснованной теории, ни реального класса-ориентированного содержания. В связи с этим мы хотим предложить вашему вниманию очень хорошую статью редакции «Рабочий путь», написанную ещё в 2013 году о Лимонове и «нацболах» — ознакомиться можно здесь: 👇
https://work-way.com/blog/2013/12/28/o-sushhnosti-limonovshhiny-i-nacional-bolshevizma/
Что такое «национал-большевизм» с точки зрения буржуазной идеологии

Термин «национал-большевизм» исторически возник вне марксизма, из попыток соединить буржуазный национализм с некоторыми элементами социальной риторики. В западных источниках идеология первоначально фигурировала как «третий путь», стремящийся к социальной революции и национальной революции одновременно, но при этом оставаясь чуждой научному анализу капитализма и революционной стратегии пролетариата.

В современной русской практике это понятие широко связывают с деятельностью Эдуарда Лимонова и Национал-большевистской партии — гибридом ультранационалистических мотивов и стилизованной революционной риторики, который пытался представить себя «левым» движением.

Почему марксизм-ленинизм не признаёт «национал-большевизм»:

1. Классовый анализ и национализм
Марксизм ставит в основу анализа классовую борьбу и роль пролетариата как исторической силы, способной разрушить капитализм. Национализм же акцентирует внимание на нации, что отвлекает от коренного противоречия между трудом и капиталом и превращает борьбу в борьбу за интересы нации, а не рабочего класса.
2. Подмена революционной стратегии
В статье редакции «Рабочий путь» подчёркивается, что лозунг «отнять и поделить», который часто используют «нацболы», не имеет ничего общего с революционной борьбой за социализм. Это не лозунг класса, а анархический призыв к переделу собственности, который в итоге может привести к замене одной буржуазии другой, но не к ликвидации капитала.
3. Антинародная сущность ревизионизма
Автор статьи прямо указывает, что Лимонов и его сторонники пытаются создать не марксизм, а поверхностную мешанину идей, где марксистские термины используются как прикрытие для буржуазных и индивидуалистических установок, что в итоге служит интересам господствующего класса, а не рабочего.
4. Отрицание роли пролетариата
Одно из ключевых заблуждений «нацболов» — это идея, что революцию могут совершать маргиналы или богема, а не исторический класс, — что прямо противоречит марксизму-ленинизму, где именно рабочий класс является движущей силой революции.

Классовая позиция большевизма против национал-большевизма

Настоящие большевики выступали всегда за:
обобществление средств производства, а не за «отнять и поделить» как абстрактный антиклассовый лозунг;
организацию рабочего класса, а не маргинальных элементов или интеллигенции превращающих борьбу в форму самовыражения;
диалектический материализм, как метод анализа общества, вместо идеалистических и националистических примесей, который использует «нацболизм».

Таким образом, национал-большевизм является не марксизмом, а буржуазно-ревизионистской конструкцией, которая искажает марксистскую теорию и отвлекает рабочий класс от его исторической задачи. Настоящая революция возможна только тогда, когда рабочие и трудящиеся осознают свою классовую природу и борются за уничтожение капиталистического строя, а не за миражи национального единства, которые неизбежно становятся инструментом буржуазии.

Товарищи! Наши товарищи написали замечательную песню, в которой без прикрас и либеральных эвфемизмов показана подлинная цена той самой «свободы», за которую в конце 80-х и начале 90-х агитировали буржуазные националисты и демократы. Это не ностальгия, а суровый итог реставрации капитализма, выраженный языком народа — простым, горьким и предельно честным.
-------------------------
Цена «свободы»

Когда-то РУХовцы кричали,
Что без Союза будет лучше,
И голос многие отдали
За то, чтоб "нас никто не мучил",

Чтоб коммунистов разогнали,
И президента мы избрали,
Чтобы границы нам создали,
"Прихватизацию" начали,

Чтоб демократы флот продали,
И предприятия скупали,
Чтоб нами воры управляли,
И деньги нам не возвращали…

За то, чтоб все мы торговали,
"Кравчучки" за собой таскали,
Чтоб мы без отдыха "пахали",
За доллар душу продавали.

Чтоб за учебу мы платили,
А после, получив диплом,
Агентства, биржи обходили,
Ни с чем вернулись в отчий дом.

Чтобы без взяток не входили
К власти имущим и в суды,
Ради того, чтоб не закрыли,
Хотя и нет твоей вины.

Отдал свой голос и за то,
Чтоб мы бесплатно не лечились,
Чтоб не досталося жилье
Всем тем, кто 40 лет трудились.

Не страшно то, что денег нет
Пойти в театр иль в кино.
Порою нет и на билет,
Чтобы добраться на метро.

Зато сейчас мы все "свободны",
Уже в Европе мы живем.
То ерунда, что мы голодны,
Хоть от обжорства не умрем.

Вот какова цена "свободы" -
Нет больше власти у народа!
Но только мы ее вернем,
Когда рабочих соберем
И всех буржуев уберем!

Товарищ Сергей

Польша начала официальную оценку ущерба от действий СССР

В Польше стартовала масштабная кампания по каталогизации и финансовой оценке убытков, которые, по версии Варшавы, были нанесены республике Советским Союзом. Работу возглавил Институт военных потерь имени Яна Карского, эксперты которого намерены проанализировать обширный исторический период, охватывающий события с 1939 года и вплоть до 1990-х годов.

Директор института Бартос Гондек уже озвучил первые результаты исследований. По предварительным подсчетам, ущерб исключительно от ввода советских войск 17 сентября 1939 года оценивается в 600 миллиардов злотых, что составляет около 167 миллиардов долларов. Однако руководство учреждения подчеркивает, что это лишь начальная цифра. Итоговая сумма претензий, которая будет включать анализ экономических, территориальных, инфраструктурных и культурных потерь за весь период советского присутствия и влияния до вывода войск в 1993 году, окажется значительно выше.

Как пояснил заместитель главы канцелярии премьер-министра Якуб Стефаняк, результаты работы института призваны создать фактологическую базу для претензий Варшавы на замороженные российские активы, находящиеся под юрисдикцией Европейского союза.
------------------------------
Товарищи!
Польские буржуазные круги вновь разыгрывают затасканную карту «исторических обид», объявляя о начале официального подсчёта так называемого «ущерба от действий СССР». Под флагом «научной каталогизации» и при активном участии институтов, обслуживающих нынешнюю власть капитала, прошлое перекраивается в удобную для сегодняшней конъюнктуры схему: из истории вырываются одни факты, а другие — сознательно замалчиваются.
Нам не предлагают вспомнить, кто именно сломал хребет гитлеровскому фашизму, кто кровью миллионов бойцов и мирных жителей освободил Польшу от нацистской оккупации. Освобождал Польшу Советский Союз, Красная Армия, которая не вела туда «поход за злотыми», а гнала фашистского зверя к его логову в Берлине. Более 600 тысяч советских солдат погибли на польской земле — это ли ущерб, о котором сегодня предпочитают молчать?
Но и после войны СССР не превратил Польшу в колонию, как это сделали бы империалисты. Напротив, именно социалистическая система позволила Польше в кратчайшие сроки восстановить разрушенную промышленность, транспорт, жильё, создать новые заводы, электростанции, школы и университеты. Польская Народная Республика была включена в общеевропейскую систему социалистического разделения труда, получала кредиты, технологии, рынки сбыта — без грабежа и диктата транснационального капитала.
Сегодняшние же подсчёты «убытков» — не наука и не забота о народе. Это идеологическая артподготовка под захват замороженных российских активов, попытка легализовать современное ограбление под прикрытием «исторической справедливости». Буржуазному государству Польши нужны не истина и память, а деньги и политическая лояльность брюссельским и вашингтонским хозяевам.
Это очередной пример того, как империалистическая пропаганда использует историю как оружие классовой борьбы. Народам Польши и России нечего делить — делят и стравливают их правящие классы. И чем громче буржуазия кричит об «ущербе от социализма», тем очевиднее становится её страх перед правдой: без СССР не было бы ни освобождённой Польши, ни её послевоенного возрождения.
Историю не пересчитать в злотых. И уж точно — не переписать в интересах капитала.

Товарищи! Публикуем для нашего товарища живущего в Израиле.

Что такое накопительный фонд
("Керен Иштальмут") (קרן השתלמות?

Буржуазная версия из вики:

Керен Иштальмут (קרן השתלמות)
(Накопительный фонд) в Израиле — это накопительный фонд профессионального развития (буквальный перевод: "фонд повышения квалификации" или "фонд обучения").
Это один из самых выгодных и популярных финансовых инструментов для среднесрочных сбережений в стране благодаря значительным налоговым льготам.
Вот основные моменты о Керен Иштальмут:
Налоговые Льготы: Это главный плюс. При соблюдении условий (обычно после 6 лет накопления) средства, включая доходы от инвестирования, могут быть сняты без уплаты налога на прирост капитала (масс ровех он). Кроме того, отчисления, сделанные работодателем, и часть отчислений, сделанных самозанятым, не облагаются подоходным налогом.
Срок Накопления: Фонд обычно закрыт для снятия средств в течение 6 лет с момента первого взноса. Досрочное снятие возможно, но, как правило, приводит к потере налоговых льгот на часть средств.
Участники:
Наемные Работники (Сахир): Отчисления производятся совместно работодателем и работником. Работодатель вносит бо́льшую часть (чаще всего 7.5% от зарплаты), а работник меньшую (чаще всего 2.5%). Взносы работодателя не облагаются налогом до определенного потолка.
Индивидуальные Предприниматели (Ацмаи): Предприниматель сам вносит средства, и имеет право на налоговые льготы (вычет из налогооблагаемой базы) на часть своих взносов.
Инвестирование: Деньги в фонде инвестируются на фондовой бирже через различные инвестиционные дома и страховые компании. Вы сами можете выбрать инвестиционный путь (например, с низким, средним или высоким риском).
Использование Средств: Изначально фонд создавался для накопления на учебу или повышение квалификации, но сегодня средства можно использовать на любые цели (покупка жилья, поездки, инвестиции и т.д.) после истечения 6-летнего срока без уплаты налога.
Итог: Керен Иштальмут — это накопительный счет с уникальными налоговыми преимуществами, доступный большинству работающих граждан Израиля.
-----‐---------------------------
Теперь обратимся к марксистско-ленинскому анализу — и он очень показателен для понимания современного израильского капитализма с элементами социального камуфляжа.
Ниже — разбор Керен Иштальмут не с буржуазно-бытовой, а с классовой точки зрения.

1. Классовая сущность Керен Иштальмут (Накопительный фонд)

С формально-буржуазно-юридической стороны Керен Иштальмут подаётся как социальное благо, инструмент поддержки работника, заботы о будущем и профессионального развития.
Но с марксистско-ленинской позиции важно не название, а чьи интересы и каким образом он обслуживает.
По своей сущности Керен Иштальмут — это:
форма опосредованного включения заработной платы рабочего в механизм финансового капитала.
То есть часть заработной платы извлекается из непосредственного потребления рабочего и:
временно отчуждается от него;
превращается в инвестиционный капитал;
начинает работать на воспроизводство капитала, а не на удовлетворение текущих потребностей трудящегося.

2. Иллюзия щедроты буржуазного государства

Налоговые льготы — ключевой аргумент в пользу фонда. Однако с классовой точки зрения это не подарок, а форма перераспределения внутри буржуазной системы.
В чём здесь подвох?
Государство отказывается от части налогов не ради рабочего как такового,
а ради:
стимулирования притока денег на фондовый рынок;
поддержки инвестиционных домов, страховых компаний и банков;
удешевления кредитных ресурсов для капитала.
Эти средства:
не идут напрямую в социальную сферу (здравоохранение, жильё, образование),
а передаются в управление частным финансовым структурам.
Фактически государство говорит рабочему:
«Мы не будем строить общественные гарантии — ты сам накопи, а мы пустим твои деньги в оборот капитала».

3. Керен Иштальмут как форма отсроченной зарплаты

Керен Иштальмут — это отсроченная часть заработной платы, причём:
замороженная на 6 лет;
изъятая из текущего потребления;
подчинённая колебаниям рынка.
Рабочий:
несёт риск рыночных потерь;
не контролирует, куда именно инвестируются его деньги;
не влияет на общую инвестиционную стратегию.
Зато финансовый капитал:
получает стабильный поток средств;
использует их для спекуляций, кредитования, игры на бирже;
перекладывает риски на самих трудящихся.

4. Усиление неравенства внутри рабочего класса

Керен Иштальмут объективно усиливает расслоение:
Кто выигрывает больше?
работники с высокой зарплатой;
госслужащие и работники крупных корпораций;
специалисты в хай-теке;
устойчиво занятые «белые воротнички».
Кто проигрывает?
низкооплачиваемые рабочие;
временно занятые;
мигранты;
работники без коллективных договоров.
У низкооплаченного рабочего:
просто нет средств, чтобы полноценно участвовать в фонде;
налоговые льготы для него минимальны или фиктивны;
заморозка денег означает прямое ухудшение условий жизни сегодня.
Таким образом, под видом общедоступного инструмента создаётся механизм дифференциации внутри наёмного труда.

5. Подмена общественных гарантий индивидуальным накоплением

Ключевой момент.
Керен Иштальмут:
подменяет коллективную ответственность общества индивидуальной;
разрушает идею всеобщих социальных прав;
приучает рабочего мыслить не как класс, а как частный инвестор.
Рабочему внушается:
«Твоё будущее — не результат борьбы и солидарности, а твоей личной финансовой грамотности».
Это — идеологическая функция фонда, не менее важная, чем экономическая.

6. Почему капиталу это выгодно

Для буржуазии Керен Иштальмут решает сразу несколько задач:
Дисциплинирует рабочую силу
(работник, привязанный к накоплениям, менее склонен к забастовкам и резким конфликтам).
Снижает давление на бюджет
(меньше требований к пенсиям, жилью, образованию).
Расширяет финансовые рынки
за счёт принудительного вовлечения масс в инвестиционный процесс.
Размывает классовое сознание, превращая рабочего в «партнёра рынка».

7. И наконец

Керен Иштальмут — это:
не форма социальной защиты, а механизм финансовизации заработной платы и идеологической интеграции рабочего класса в систему капитала.
Он:
не отменяет эксплуатацию;
не устраняет неравенство;
не гарантирует безопасность труда и жизни;
а лишь смягчает противоречия, сохраняя их корень.
Подлинная альтернатива
С точки зрения марксизма:
общественные фонды должны быть общественными, а не частно-финансовыми;
средства — идти не на биржу, а на:
бесплатное образование,
здравоохранение,
жильё,
гарантированное обеспечение в старости.

Как это работало в СССР

В Советском Союзе принцип был прямо противоположным тому, который лежит в основе Керен Иштальмут и подобных ему «накопительных инструментов».

1. Не индивидуальное накопление — а общественный фонд

В СССР: рабочий не накапливал «свои деньги» на рынке;
его будущее не зависело от биржевой конъюнктуры;
социальные гарантии обеспечивались из общественных фондов потребления.
Образование, повышение квалификации, лечение, санаторное оздоровление, жильё — всё это не было привязано к личному инвестиционному счёту рабочего.
Государство не говорило рабочему:
«Отложи, подожди шесть лет, рискни на рынке».
Оно говорило:
«Это твоё право как члена социалистического общества».

2. Повышение квалификации — обязанность государства, а не «инвестиция в себя»

То, что в Израиле оформлено как «фонд обучения», в СССР:
финансировалось напрямую;
не требовало заморозки части зарплаты; не превращалось в финансовый актив.
Рабочий: направлялся на курсы;
сохранял среднюю зарплату;
получал новые навыки без риска и без долгов.
Повышение квалификации рассматривалось: не как частный капитал работника,
а как рост общественной производительной силы труда.

3. Зарплата — для жизни, а не для игры на бирже

В СССР заработная плата:
предназначалась для текущего воспроизводства рабочей силы;
не изымалась в пользу финансового капитала;
не превращалась в объект спекуляции.
Рабочий не был вынужден становиться инвестором, чтобы выжить в будущем.
Ему не навязывали иллюзию «финансовой самостоятельности» вместо реальной социальной защиты.

4. Социальная защищённость — коллективная, а не индивидуальная

В СССР: риски болезни, старости, временной нетрудоспособности были коллективными;
их не перекладывали на отдельного работника;
не существовало ситуации, при которой:
«Не накопил — сам виноват».
Это принципиально отличает социалистическую систему от капиталистической, где:
каждый спасается поодиночке;
государство отступает;
рынок объявляется высшим судьёй.

5. Отсутствие финансового паразитизма

Важно и то, чего в СССР не было:
инвестиционных домов, наживающихся на зарплатах рабочих; страховых и фондовых посредников;
управляющих активами, живущих за счёт чужого труда.
Ни один рубль, предназначенный для нужд трудящихся:
не крутился на бирже,
не превращался в источник прибыли для паразитического слоя.

6. Принципиальная разница двух систем

Керен Иштальмут говорит рабочему:
«Твоё будущее — результат твоих личных накоплений и рыночной удачи».
Советская система говорила:
«Твоё будущее — дело всего общества».
И в этом — не техническое, а классовое различие.

Сравнение Керен Иштальмут с советской практикой показывает:
при социализме деньги подчинены человеку;
при капитализме человек подчинён деньгам;
там — общественное планирование;
здесь — финансовый рынок и иллюзия выбора.
Именно поэтому любые «льготные накопительные фонды» в капитализме
не шаг к социальной справедливости, а замена реальных прав суррогатами.

Товарищи! Хотим предложить вашему вниманию замечательный совместный труд наших товарищей — сильную, честную и по-настоящему пролетарскую балладу, рождённую не в кабинетной тиши, а в самой гуще классовой борьбы.

Перед вами — «Баллада о красном флаге». Это не просто стихотворение, а поэтическое напоминание о подлинном смысле красного знамени, изуродованного буржуазной пропагандой и попытками примирить непримиримое. Здесь красный флаг вновь предстает таким, каким он был и должен быть: символом крови трудящихся, революционной борьбы, Октября, Победы над фашизмом и надежды на окончательное освобождение человечества от власти капитала.

В этом стихотворении - память о Ленских расстрелах и Парижской Коммуне, о семнадцатом годе и о Великой Победе, о временных поражениях и неизбежности исторического возмездия. Это поэзия не созерцательная, а мобилизующая; не примиренческая, а бо́рющаяся.

Публикуем с гордостью и солидарностью.
-----------
Еще находка в собственных постах.)
#партизанскаявойнасбуржуем
#будни_пролетария


Баллада о красном флаге.

Красный флаг, чего ты символ?
Что же сделали с тобой
Те, кто вытирает ноги
Искалеченной судьбой?

Ты не символ примирения
С теми, кто тебя втоптал
В нищету и угнетение,
В мир, где снова правит бал

Угнетатель всех народов,
Без пяти минут фашист,
Самый грязный из уродов
Мировой капиталист!

Красный флаг, ты помнишь много!
Кровь народа ты впитал!
Всех, что пали за свободу!
Всех, кто только начинал

Ту борьбу, чья цель- свобода!
Ту борьбу, что подняла
Все согнутые народы
Против рабского ярма!

Красный флаг, ты символ крови!
Чтоб народ не забывал
Ту заплаченную цену,
Что с людей взял капитал!

Помнишь ты Париж нарядный
В гильотинах и крови!
Помнишь ленские расстрелы,
Что чинили упыри!

Помнишь ты Октябрь великий!
Помнишь радость ты народа!
Помнишь труд людей свободных,
Тех, семнадцатого года!

Помнишь вермахта колонны!
Помнишь счастье той Победы!
Победил ты, оказалось
Не навечно люда беды!

Но не вечна, так же сила
Упырей, убийц, бандитов!
Вновь тебя возьмем мы в руки!
Вновь прогоним паразитов!

И тогда, уже навечно
Ты взовьешься над народом!
Красный флаг, как символ вечный
Счастья мира и свободы!

Юлия Израильская
01.05.2024

#РК_Полит_Словарь
ТЕОРИЯ - учение. Всякая подлинная
научная теория
верно отражает действительность, обобщает практику, опыт человечества. Революционная теория марксизма-ленинизма, по определению товарища Сталина, «есть опыт рабочего движения всех стран, взятый в его общем виде». Марксистско-ленинская теория есть наука о законах общественного развития и политической борьбы,
о движущих силах революции. Она, как наука, не стоит на одном месте, она развивается и совершенствуется, обогащается новым опытом, новыми знаниями, причем отдельные ее положения и выводы с течением времени изменяются и заменяются новыми выводами и положениями, соответствующими новым историческим условиям. Марксизм-ленинизм учит, что революционная теория должна находиться в неразрывной связи с практикой, быть ее правильным обобщением и постоянно проверяться на практике.
Ленин неоднократно подчеркивал положение о том, что «без революционной теории не может быть и революционного движения», что «роль передового борца может выполнить только партия, руководимая передовой теорией».

«Политический словарь»,

Про воспитание, веру и устойчивость

— Мам, а почему мы не ходим в церковь?
— Потому что я хочу, чтобы в случае неудачи ты крепко стояла на ногах, а не падала на колени.
Простой бытовой диалог — и никакой теологии не требуется.
Речь тут не о Боге и не о вере, а о социальной привычке: чему учат человека с детства — действовать или смиряться.
Церковь веками отлично выполняла одну функцию: объяснять, почему бедность — это добродетель, несправедливость — испытание, а сопротивление — грех. Упал — не вставай, а молись. Тебя обобрали — благодари. Тебя унизили — терпи, зато «там воздастся».
Но жизнь, как назло, происходит здесь, а не «там».
Поэтому один родитель учит ребёнка складывать тесто и держаться прямо, а другой — складывать руки и склонять голову.
Первый готовит человека к жизни.
Второй — к оправданию поражений.
И в этом, собственно, вся разница между воспитанием гражданина и воспитанием паствы.

@Полина Орлова

Товарищи! Нам пришёл такой вопрос от нашего подписчика:

"Здравствуйте, товарищи!
Объясните пожалуйста, чем отличается синдикализм от марксизма? И почему первый можно отнести к левому оппортунизму?"

---------------
Наш ответ.
Прежде всего подчеркнём: синдикализм и марксизм находятся по одну сторону баррикад в том смысле, что оба выступают против капиталистической эксплуатации и апеллируют к рабочему классу. Но на этом сходство, по существу, и заканчивается. Дальше начинаются принципиальные, коренные расхождения.

1. Классовая борьба и её формы

Классовая борьба пролетариата носит экономический, политический и идеологический характер. Борьба за улучшение условий труда и заработной платы важна, но она не может быть самоцелью. Без политической борьбы, без завоевания власти, рабочий класс обречён вращаться в рамках капиталистической системы, лишь слегка смягчая своё положение.
Синдикализм же абсолютизирует экономическую борьбу, сводя деятельность рабочего класса главным образом к профсоюзам и стачкам. Политическая борьба либо отвергается вовсе, либо объявляется второстепенной, вредной или развращающей рабочее движение. Тем самым синдикализм фактически оставляет буржуазную государственную власть нетронутой.

2. Государство и власть

Для марксизма государство — это орудие классового господства. Буржуазное государство не может быть нейтральным или внеклассовым; оно подлежит уничтожению и замене диктатурой пролетариата как переходной формой к бесклассовому обществу.
Синдикализм же часто исходит из анархистских представлений о государстве как о неком «абсолютном зле», которое якобы можно просто обойти или «растворить» через федерацию профсоюзов. В реальности это означает уход от вопроса власти. А уход от вопроса власти всегда играет на руку буржуазии, потому что власть у неё уже есть.

3. Партия и сознательность

Марксизм-ленинизм утверждает необходимость революционной партии, вооружённой научной теорией и способной внести социалистическое сознание в рабочее движение. Без этого стихийная борьба рабочих остаётся на уровне тред-юнионизма, то есть борьбы за «справедливую» цену рабочей силы.
Синдикализм же, как правило, отрицает руководящую роль партии, полагаясь на самоорганизацию масс в рамках профсоюзов. Но такая «самоорганизация» без революционной теории легко становится добычей буржуазной идеологии, реформизма и прямого подкупа профсоюзной верхушки.

4. Почему это левый оппортунизм?

Левый оппортунизм отличается от правого тем, что прикрывается радикальной фразой, революционным жаргоном и непримиримой болтавней. Синдикализм может говорить о всеобщей забастовке, о прямом действии, о «власти рабочих». Но при этом он отказывается от ключевых условий реальной революции: политической борьбы, партии, завоевания и удержания государственной власти.
Именно поэтому Ленин рассматривал синдикализм как одну из форм мелкобуржуазного радикализма, который объективно дезориентирует рабочий класс. Он не ведёт к победе над капиталом, а лишь загоняет борьбу в тупик, где героизм масс расходуется впустую.

5. Итог

Синдикализм — это не альтернатива марксизму, а идеологический откат назад, к стихийности и экономизму. Он опасен именно тем, что кажется «левее» и «радикальнее», чем есть на самом деле. На практике же он отрывает рабочий класс от борьбы за власть и тем самым служит объективным интересам буржуазии.
Поэтому задача коммунистов — не подменять революционную политику профсоюзным фетишизмом, а соединять повседневную борьбу рабочих с ясной, научно обоснованной целью: свержением буржуазной власти и построением социализма.
#Вопросы_И_Ответы@workingcl

Товарищи! Наш товарищ прислал новость о том, как в Израиле унижают новых репатриантов в армии, и попросила дать комментарий. Публикуем эту новость:
👇👇👇
---------------

"Солдат обратился в "Вести" с жалобой на отношение армии к новым репатриантам
"Я думал, армия Израиля - это место, где относятся с уважением к солдатам и тем более репатриантам. Я сам вызвался пойти в боевые части. Но увидел совсем не то, что ожидал". Такое письмо пришло на горячий мейл "Вестей". Его автор - военнослужащий ЦАХАЛа, новый репатриант Т. (полное имя хранится в редакции). Молодой человек попросил привлечь внимание к проблеме, с которой столкнулся во время службы.
"Я приехал в Израиль чуть более двух лет назад, прямо перед войной с ХАМАСом, - написал Т. - Находясь в стране, я наблюдал весь происходивший тут ужас. После года в Израиле меня, как и должно быть, призвали в армию. Я и сам хотел служить после 7 октября, после всех зверств ХАМАСа. Я думал, армия Израиля - это место, в котором относятся с уважением к солдатам и тем более репатриантам. Я сам вызвался пойти в боевые части.
Конечно, иврита мне сначала не хватало. Во время обучения я не слишком понимал, о чем говорят вокруг, включая командиров, и почувствовал, что это используют против меня.
Во время обучения я запрашивал несколько курсов, как и другие солдаты, чтобы научиться чему-то, стать лучше. Но у меня не было ни единого шанса куда-то попасть, потому что на мои запросы твердили одно и то же: что я репатриант из России и не говорю на иврите. В связи с чем у меня вопрос: если я не нужен, зачем меня вообще призвали в армию?
Так же мне не одобрили ни одно прошение о выходе в увольнительную - собственно, по той же причине. Хотя остальным, кто просил, это позволяли. Например, я просил отпустить меня на два дня для участия в израильских соревнованиях по определенному виду спорта (полное название хранится в редакции), так как я являюсь топовым спортсменом по этому виду в Израиле и вхожу в пятерку лучших. У меня даже было приглашение от федерации и просьба моего клуба о предоставлении отгула. Но меня проигнорировали. Это просто убивает мою спортивную карьеру. Зато когда другим солдатам нужен отгул по причине свадьбы друга, дня рождения или чего-то в этом роде, они его получают. Мне же отвечают: "У нас не хватает людей, отгула не будет".
Мне важно отметить: я люблю Израиль! Но по собственному опыту не стал бы рекомендовать новым репатриантам идти в армию".
"Вести" обратились в пресс-службу ЦАХАЛа с просьбой разобраться в ситуации. Там незамедлительно отреагировали и провели проверку. По ее результатам в редакцию сообщили, что военнослужащий Т. находится на службе всего полтора месяца и по этой причине не смог получить желаемые курсы, для которых требуется более долгий срок службы.
Из армии сообщили, что "командиры были поставлены в известность о ситуации и провели беседу с солдатом, чтобы понять его потребности и помочь в решении вопросов".

-------------------
Наш комментарий:
Товарищи!
Перед нами — характерный документ буржуазной действительности, замаскированной под разговоры о «национальном единстве», «общей судьбе» и «армии всего народа». Солдат-репатриант обращается не просто с личной жалобой — через его письмо проглядывает сама сущность буржуазного государства и его военной машины.

Молодой человек, приехавший в Израиль на волне громких лозунгов о «возвращении на историческую родину», искренне поверил официальной пропаганде. Он добровольно пошёл в боевые части, рассчитывая увидеть уважение к личности, к труду и к жертве. Но столкнулся не с «армией народа», а с обычным казённым аппаратом, для которого человек — лишь единица учёта, винтик, подлежащий использованию и списанию.

Нехватка языка? Вместо помощи — повод для унижения. Желание учиться, развиваться, приносить больше пользы? Вместо поддержки — отказ и равнодушие. Спортивная карьера, признанная на государственном уровне? Она ничего не значит, если не вписывается в узкие рамки армейской бюрократии. Одним — увольнительные «по знакомству» и по бытовым поводам, другим — отказ под предлогом «нехватки людей».

Так проявляется не «ошибка отдельных командиров», а система привилегий и неравенства.

Особенно показателен главный вопрос солдата: «Если я не нужен, зачем меня вообще призвали?» На него буржуазное государство отвечает молчанием — потому что ответ слишком прост и потому слишком опасен. Его призвали не потому, что он нужен как личность, а потому, что он нужен как ресурс. Пока ты подчиняешься — ты «обязан». Как только ты задаёшь вопросы — ты «проблемный».
Реакция армейской пресс-службы типична до карикатурности. Всё сводится к формальностям: «служит всего полтора месяца», «провели беседу», «разобрались». Бюрократия всегда «разбирается», когда шум выходит за пределы казармы, но никогда — с самой причиной конфликта. Классовая суть остаётся нетронутой.

Этот случай — наглядный урок для всех, кто ещё верит, будто буржуазное государство способно быть благодарным, справедливым и человечным. Армия при капитализме — не школа равенства и не братство народов, а инструмент принуждения, дисциплины и подавления, где особенно уязвимы те, кто стоит ниже в негласной иерархии: новые репатрианты, трудящиеся, люди без связей и «правильного» происхождения.
И потому слова солдата — «я люблю Израиль, но не стал бы рекомендовать новым репатриантам идти в армию» — звучат как приговор не отдельной части и не отдельным командирам, а всей системе. Любовь к стране не может строиться на унижении человека. А уважение к солдату невозможно там, где правят казарменный формализм и буржуазное лицемерие.
Так буржуазная действительность сама, без всякой агитации, разоблачает себя.