Картины датского художника Вильгельма Хаммерсхёя, созданные в конце 19 - начале 20 века, олицетворяют уникальную атмосферу тишины и уединения.

В этих произведениях царит туберкулезная меланхолия и гнетущее спокойствие, переданные через тонкие цветовые оттенки и лаконичные композиции.

Как по мне, это идеальная раскадровка для фильмов в жанре хоррор о викторианской эпохе. Как будто страшно, что эта женщина может повернуться.

19 век был отмечен ростом промышленного производства (спасибо трудовому классу, слава ему!), возникновением новых технологий, которые находили применение не только а производстве промышленных товаров, но и в прикладном искусстве. Французская бронза середины 19 века прославилась на весь мир благодаря человеку, которого звали Фердинанд Барбедьен (фото 2).

Фердинанд Барбедьен, французский литейщик и промышленник, родился в семье фермера. Был отдан в учение к парижскому бумагозаводчику, а к 1834 году уже был успешным изготовителем обоев. В Париже Барбедьен познакомился с французским инженером-изобретателем Ашилем Колла, который изобрёл уникальную машину, пантограф (на фото 1), способную делать уменьшенные копии скульптур, античных барельефов, археологических редкостей и прочих предметов. В результате партнерства предприимчивого Барбедьена и талантливого Колла в 1838 году начала работу фабрика, которая прославилась на весь мир.

Изначально мастерская изготавливала копии римских и греческих скульптур, а с 1843 года начали отливать предметы по формам современных мастеров. Среди известных скульпторов, которые сотрудничали с Барбедьеном, были П. Дюбуа, Клод-Мишель Клодион, Ф. Бозио, Луи-Констан Севен, Эдуард Льевр и многие другие. На фабрике Барбедьена имелась собственная золотильная мастерская. Изделия, покрытые тончайшим слоем золота, пользовались большим спросом.

Изобретение Колла в сочетании со стремлением Барбедьена постоянно усовершенствовать производство принесло прекрасные плоды. К концу 19 века фабрика отливала более трёх тысяч изделий в год. Успешно формирующийся и постоянно расширяющийся средний класс викторианской эпохи всячески подражал аристократии и нуждался в кориях произведений искусств.

Мастерская оказалась успешным экономически предприятием, просуществовала ещё 61 год после смерти Барбедьена и была закрыта в 1952 году.

Фото 3 — скульптура «Моисей» Микеланджело. Отлита на фабрике Ф. Барбедьена. Высота скульптуры 82 см. Франция. Последняя четверть 19 века.

«Портрет Дориана Грея» - своего рода визитная карточка Оскара Уайльда. С момента выхода в свет этот единственный из опубликованных романов писателя имел оглушительный успех и впоследствии многократно экранизировался.

Возможно, у персонажа романа Оскара Уайльда, Дориана Грея, был прототип.

Парень из простой семьи по имени Джон Грей (фото 1).​ Он родился в пролетарском Ист-Энде 2 марта 1866 года и с трудом пробился в люди.
Джон познакомился с Оскаром Уайльдом не позднее 1889 года, точная дата неизвестна. Он стал литературным протеже Уальда, будучи на 12 лет моложе своего патрона. При помощи Оскара Уайльда​ начинающий поэт Грей смог выпустить в свет свой первый стихотворный сборник.
В 1890 году Оскар Уайльд опубликовал свой роман "Портрет Дориана Грея".

После выхода романа многие стали называть Джона Грея именем героя, да и сам поэт подписал по крайней мере одно из своих писем Уайльду «Дориан». Впрочем, есть мнение, что фамилия не указание на прототип, а просто лесть своему другу.

Сам поэт отрицал своё «участие» в романе и даже подал в суд на газету, на чьих страницах было высказано это предположение.

21 декабря 1901 году в Латеранской базилике Джон Грей был рукоположен в сан кардиналом Пьетро Респиги, после чего служил священником в Эдинбурге.

О чудаках 19​ века сказано здесь уже немало. Описывающий  английские чудачества Джон Таймбс, рассказывал о "светском" обществе, собирающимся в доме лорда Бриджуотера (фото 1).

Одиночество необыкновенно богатого аристократа скрашивали двенадцать любимых бульдогов. Он даже обедал вместе с​ ними. Собаки сидели за круглым столом, как рыцари при дворе короля Артура, каждая в своем кресле, шеи у всех были повязаны салфетками. За спиной каждой из них был отдельный слуга, отвечающий за то, чтобы обслуживание было безупречным.

Если какой-либо пёс нарушил правила приличия за столом, его отлучали от застолья на время, зависящее от тяжести проступка. Провинившаяся собака в период ссылки грустила и даже не принимала пищу; аппетит возвращался к ней только тогда, когда ей на шею вновь повязывали салфетку.

Таймбс был глубоко возмущен тем, что лорд прогуливал своих собак, надевая на них обувь. По его мнению, от этого выигрывал только сапожник, потому что он мог снимать мерку сразу с сорока лап.

Сегодня же, лорда Бриджуотера считают гениальным изобретателем. Во всех магазинах, торгующих модными предметами ухода за собаками, можно купить собачьи ботинки, чтобы любимец, занимая место в автомобиле, не пачкал грязью сиденья.
​

Они кипятили, а мы выбрасываем.

Изобретение шприца сыграло для медицины гораздо большую роль, чем мы сегодня можем представить. Ведь фактически этот маленький медицинский инструмент дал врачу возможность получить прямой доступ к кровотоку.

Цель создания простого и удобного шприца для инъекций была определённо достигнута лишь в первой половине 19 века.

В 1841 году американец Зофар Джейн запатентовал шприц с острым наконечником. Введение в ткани препаратов осложнялось необходимостью произвести предварительный разрез кожи с помощью ланцета.

Спустя три года ирландский врач Фрэнсис Ринд из Дублина описал подкожное введение лекарства с использованием сложного стилета оригинальной формы. С помощью этого устройства он пытался облегчить страдания больного с невралгией тройничного нерва, заставляя раствор проникать в ткань под действием силы тяжести.

Примерно в это же время проживавший в Шотландии секретарь Королевского колледжа врачей Эдинбурга Александр Вуд (фото 2) экспериментировал с полой иглой для введения лекарств в кровоток. Успех пришёл в 1853 году, когда, наконец, и был создан шприц для подкожных инъекций. Говорят, изобретение позволило доктору вводить морфин жене, у которой обнаружили рак. Таким образом, супруга Вуда стала первым пациентом, который получил наркотик через инъекции и в результате "подсел на иглу".

Параллельно с Вудом разрабатывал свою конструкцию шприца французский хирург Шарль-Габриэль Правас (фото 3). Удача улыбнулась ему в том же 1853 году. В созданном им шприце дозирование лекарств осуществлялось путём медленного поворота оси поршня. Первоначально цилиндр шприца был изготовлен из металла, но затем постепенно модернизировался, и к 1866 году его уже делали из стекла, что позволяло врачам видеть, сколько лекарства остаётся внутри.

По благословению врачей морфин стали вводить в вену каждого страдавшего подагрой, ревматизмом или даже зубной болью.
Как наиболее мощное болеутоляющее морфий в инъекциях широко использовался для облегчения мучений раненых в Гражданской войне в Соединённых Штатах, но многие участники боёв вернулись домой законченными морфинистами. «Болезнь солдата» стремительно завоёвывала мир, в результате чего медицина столкнулась с проблемой детоксикации миллионов наркоманов.

Готика на службе британской армии или герои меча и магии.

Оружие, с помощью которого, Британия утвердила своё могущество не всегда было только практичным. Исключение составляют, так называемые, готические пехотные мечи или мечи с готической рукоятью.

Мечи с готической рукоятью были разновидностью мечей, которые носили офицеры и некоторые унтер-офицеры британской армии с 1822 года по настоящее время. В основном это были пехотные мечи, хотя они также были стандартным образцом для некоторых других офицеров, таких как хирурги и штабные офицеры. Термин «готическая рукоять» происходит от сходства изогнутых планок гарды с арками в готической архитектуре. Это было элегантное, эстетически привлекательное оружие, хотя в целом его считали в лучшем случае посредственным боевым мечом. Несмотря на это, некоторые экземпляры и их модификации имели очень долгий срок службы.

Хотя армейские сержанты получали сабли, офицеры должны были покупать их самостоятельно. Теоретически они должны были покупать саблю, соответствующую официальному образцу, однако в некоторых полках были свои особенности, а в некоторых - офицерам предоставлялась свобода в выборе.

Меч имел слегка изогнутое лезвие длиной 32,5 дюйма (826 мм), которое было известно как “задняя часть трубы" или “острие пера". Он состоял из плоского, не покрытого фуллерами лезвия с одной кромкой и почти прямым стержнем, проходящим вдоль задней части лезвия, с “ложным краем”, образованным ближе к кончику. Клинки, как правило, были обильно украшены гравированными, а иногда и воронёными и позолоченными узорами.

На позолоченной латунной рукояти в виде “полукольца” были нанесены характерные готические рисунки и шифр монарха на гарде, а также богато украшенное цельное навершие и задняя часть. Внутренняя сторона гарды загибалась к рукояти, позволяя мечу легко прилегать к боку владельца. Рукоять была обтянута кожей и обмотана медной или серебряной проволокой.

Хотя усиление в виде трубы должно было придать клинку жёсткость для колющего удара и прочность для рубящего удара, лезвие довольно гибкое. Полукруглый гард обеспечивал лучшую защиту руки, однако тонкая латунь хрупкая, о чём свидетельствуют многие сохранившиеся экземпляры с повреждениями или ремонтом.

В 1827 году офицерам стрелковых полков (которые считались своего рода элитой) было разрешено носить собственный вариант сабли. Клинок был таким же, как у сабли образца 1822 года (в 1845 году, как и у линейной пехоты, он был заменён на саблю с долом). Рукоять была выполнена в готическом стиле, но из стали, с короной и мотивом горна лёгкой пехоты вместо королевского герба. Стальные гарды часто были менее качественными, чем латунные. Не было откидного клапана. Этот образец до сих пор используется в лёгких пехотных полках.

Материал взят из книги Swords of the British Army: The Regulation Patterns 1788 to 1914 (Revised Edition): Brian Robson. И там это оружие название именно sword - меч.