19 февраля 1878 года Томас Эдисон получил патент на​ фонограф​ — прибор, который мог не только записывать, но и воспроизводить звук.

Ничто не может в полной мере повторить опыт живого выступления любимой группы. Не так давно живые выступления вообще были​ единственным способом прослушивания музыки. Томас Эдисон изменил это навсегда, разработав метод транскрибирования телеграфных сообщений, который привел его к идее фонографа. 

Фонограф был побочным результатом работы Эдисона над другими изобретениями — в 1877 году он работал над устройством, которое транскрибировало бы телеграфные сообщения, чтобы их можно было неоднократно передавать по телеграфу.

Эдисон экспериментировал с диафрагмой, которая реагировала на звуковые волны, как фоноавтограф.​ Идея проста, но прекрасна: записывающая игла выдавливает канавки, соответствующие звуковым волнам музыки или речи, во вращающемся цилиндре, покрытом оловом, а другая игла воспроизводит исходный звук на основе этих канавок.​ Фонограф записывал звук механически и не нуждался в электричестве.

Но Эдисон не остановился на достигнутом. Его первые оловянные цилиндры могли воспроизвести музыку всего несколько раз, поэтому Эдисон заменил олово воском. К тому времени фонограф Эдисона уже не был единственным на рынке, а со временем люди начали отказываться от цилиндров Эдисона. Основной механизм сохранился и используется по сей день.​

Стетоскоп​ - это распространенный медицинский инструмент, который используется для прослушивания внутренних звуков организма, например, сердца и лёгких...
​
Один человек, в частности, сыграл значительную роль в развитии стетоскопа, и этим человеком был Теофиль Лаэннек (фото 1).

Теофиль Лаэннек родился в 1781 году в Квимпере, Франция. Он происходил из медицинской семьи: его отец был хирургом, а мать - дочерью врача. Лаэннек изучал медицину в Нантском университете, а затем в Парижском университете. После окончания учебы он работал врачом в нескольких больницах Парижа, в том числе в больнице Неккера.
В 1816 году Лаэннек изобрел стетоскоп. Первый стетоскоп был сделан из деревянного цилиндра диаметром около одного дюйма и длиной десять дюймов. Он имел полый центр и два наушника, по одному на каждом конце (фото 2).

Идея Лаэннека заключалась в том, чтобы использовать стетоскоп для усиления звуков грудной клетки, облегчая их восприятие и интерпретацию.
Лаэннек назвал свое изобретение "осмотром грудной клетки" или "опосредованной аускультацией".

Стетоскоп позволял врачам слушать звуки грудной клетки, не прикладывая ухо непосредственно к груди пациента. Это облегчало четкое прослушивание звуков, а также устраняло необходимость нескромного физического контакта.

Конструкция стетоскопа со временем совершенствовалась, использовались новые материалы и технологии, чтобы сделать его более эффективным и удобным в использовании.

Иллюстрации журнала мод 1886г. Зимние, летние и бальные головные уборы.
La Mode illustrèe 1886

Яркое явление в книжной графике конца 19 века — творчество Обри Бердслея (1872-1898, фото 1).

Он повлиял на многих европейских мастеров. Будучи художником-самоучкой,​ закономерно обратился к классическому наследию: живописи Дюрера, Микеланджело, Боттичелли. В 1893 году появилась первая журнальная статья о юном мастере, а год спустя он начал издавать журнал "Жёлтая книга". Заставки, рисунки тушью свидетельствуют о виртуозном владении линией.

Исследователи находят у раннего Бердслея влияние греческой вазописи, японской ксилографии, французского рококо, однако все это сплавлено в единый неповторимый стиль.

Прихотливый контур, резкие контрасты черного и белого, неожиданные ракурсы его манера поражала, завораживала. В 1893-1894 годах он проиллюстрировал средневековый роман Т. Мэлори «Смерть Артура». Это издание подлинный шедевр английской графики конца века. Образы средневековья преломляются сквозь видение человека конца 19 столетия.

Иллюстративные циклы следовали один за другим. Скупую стилизованную манеру мастера трудно спутать с любой другой.

С 1894 по 1896 год (в это время к нему приходит невиданный успех после публикации 16 иллюстраций к уайльдовской «Саломее») его самочувствие резко ухудшается — и тогда создаются мрачные рисунки к «Падению Дома Ашеров» Эдгара По (1895). Сначала Обри думает о том, как бы выздороветь, потом — как почувствовать себя немного лучше, и, наконец, — прожить ещё хоть один месяц. Раффаловичу он писал в это время:

"Я знаю, болезнь моя неизлечима, но я уверен, что можно принять меры к тому, чтобы ход её был менее скор. Не считайте меня глупым, что я так торгуюсь из-за нескольких месяцев, но вы поймёте, что они могут быть для меня ценны по многим причинам. Я с наслаждением начинаю думать о том, что выпущу две или три иллюстрированные вещицы…"
​

Дорогие подписчики! 🎩
Если вы хотели что-то спросить на тему викторианской эпохи, по поводу канала, предложить тему заметки или что-то иное, то вот пост специально для таких вопросов.
💭❓
Постараюсь ответить на все, если они есть🍀

Неделю назад уже был пост о Джереми Бентаме и его вкладе в развитие буржуазного либерализма. Сегодня не будем останавливаться на его трудах, а расмотрим посмертное распоряжение.

Джереми Бентам умер 6 июня 1832 года в возрасте 84 лет, но своё завещание составил ещё в 1769-м, когда ему был всего 21 год. В нём он заявлял, что хочет, чтобы его тело перешло к его другу, доктору Томасу Саутвуду Смиту, который должен был нарядить Бентама в любимый костюм философа. Тут нет ничего странного, но вот если читать завещание дальше, то просьба Джереми выглядит немного странно.
Бентам хотел, чтобы доктор Смит публично препарировал его тело, а затем сделал из него классическое чучело, какие тогда делали таксидермисты. Его тело должно было быть помещено на стул в сидячем положении и находиться в стеклянном ящике, где его друзья и последователи могли бы видеть Бентама во время собраний или памятных встреч. Джереми даже дал этому творение название - "Автоикона" (Auto-Icon).

Доктор Смит последовал инструкциям своего друга, но в процессе бальзамирования возникла случайная ошибка из-за чего голова Бентама выглядела достаточно страшно и не подходила для демонстрации (фото 2).
В итоге, доктор Смит заказал восковую голову Бентама, которая, по его мнению, больше подходила для публичной демонстрации и не напугала бы зрителей.
​
Как и было указано в завещании, тело Джереми Бентама было заключено в специальный ящик со стеклянной дверцей и выставлялось на всеобщее обозрение. Его забальзамированные останки были одеты и располагались на стуле. Однако, вместо его настоящей головы использовалась восковая версия.

Какое-то время Auto-Icon оставалась в доме доктора Томаса Саутвуда Смита, пока в 1850 году его не перевезли в Университетский колледж Лондона. Что любопытно, некоторое время голова Бентама тоже участвовала в выставке, находясь между его ног (фото 3).
​