ТАК ГОВОРИЛ [РАСУЛ ГАМЗАТОВ]
Сегодня 100 лет со дня рождения поэта
Я готов платить за свои грехи.
Неужели вы таким представляли меня до сих пор: беззаботным тамадой-эпикурейцем, баловнем судьбы, успеха?
Я большой пессимист и уважаю пессимистов. Мы много страдали от оптимистов. Эти телефонные поцелуи и митинговая любовь… от этого детей не бывает. Сейчас воюют молодые — с большим оптимизмом. Старики, по-моему, жалеют об этом. Я рад, что я никого не убивал.
В рай мне попасть, наверное, нельзя. В ад — тоже не хочется. Может быть, мне найдут какой-нибудь промежуток между ними? Хотя середины там и нет.
Я сожалею о том, что дал себя обмануть. Торопился судить о многом, к чему не был подготовлен. Мне было 23 года, когда я выступил на митинге с осуждением Ахматовой и Зощенко. Меня отец спросил: «Ты их читал?» — Я ответил: «Не читал» — «А что тебе тогда надо?», — сказал он.
Моя дочь звонит и проверяет, молился ли я.
Сталин в конце заседания неожиданно спросил обо мне: сын того дагестанского поэта написал что-либо стоящее за прошедший год? Нет, ответили ему, не написал. Наверное, обиделся на Советскую власть, заметил Сталин, дадим, ему премию, чтобы не обижался. Так я и стал лауреатом [Сталинской премии].
Взрослым меня сделала кончина отца и, как ни странно, кончина Сталина. Вот тогда я и распрощался с юношескими иллюзиями.
У меня, как у всего моего поколения, украдены лучшие годы. Люди, которым мы верили, нас обманули. Сегодня мы не хотим обманывать молодых, поэтому пытаемся рассказать о своих заблуждениях.
Буденный подарил мне свою фотографию с надписью: «Дорогому Рассулу», так и написал «Рассулу» с двумя «эс».
Что бы я взял с собой на чужую планету, чтобы не скучать? Нарды. И хорошего друга. И прекрасную женщину.
Меня просили написать гимн Дагестана. Но в этом жанре, увы, нет места для настоящей поэзии.
Звание народного поэта представляется мне противоестественным. Ну, как можно, в самом деле, указом объявить поэта народным?
Мне кажется, теперь время шарлатанов и налетчиков. Шарлатану не надо ни за что отвечать. Ни в литературе, ни в жизни. Если бы я знал, почему это происходит, я бы написал об этом.
Одну строчку Пушкина я не люблю: «Смирись, Кавказ: идет Ермолов». Только за поэтическое величие прощаю Пушкину эту неосторожную фразу.
Сегодня пушкиных убивают еще в колыбели.
Я 52 года председатель Союза писателей в Дагестане. Меня выбирают не потому, что я хороший, а потому что боятся, что хуже придет.
Молчание мое — это не знак согласия с тем, что происходит.
Мне нравятся люди, которым нравится Буйнакск. Я начал там писать стихи, там я влюбился, там жила моя мама, там я участвовал в драках: меня били и я бил других. Там учились мои братья. Это мой первый город после аула. И это не забывается.
Хотелось бы посидеть за одним столом с Лермонтовым, с Омаром Хайямом. Подумать с ними о России, о мире, о будущем.
Думаю, моя государственная деятельность приносила пользу. Я спас нескольких людей от расстрела, от тюрьмы спасал, помогал укладывать дагестанцев в больницы, устраивал в вузы. Это же радость человеческая.
Я не так богат, как считают многие.
Наверное, нет ни одного писателя, с которым я не ругался и не мирился.
Кто-то жалеет, что пил, я не жалею. Ну, как без бокала вина объясниться женщине в любви? Она не поверит, ведь ее же хвалить надо. И когда с друзьями встречаешься… Никуда не денешься, иначе останешься одиноким.
Нет такой профессии, без которой человечество может спокойно обойтись. Вот разве только без журналистов…
Да, есть у меня кое-что, может, талантливое, интересное, но, наверное, не настолько же…
#личность
Сегодня 100 лет со дня рождения поэта
Я готов платить за свои грехи.
Неужели вы таким представляли меня до сих пор: беззаботным тамадой-эпикурейцем, баловнем судьбы, успеха?
Я большой пессимист и уважаю пессимистов. Мы много страдали от оптимистов. Эти телефонные поцелуи и митинговая любовь… от этого детей не бывает. Сейчас воюют молодые — с большим оптимизмом. Старики, по-моему, жалеют об этом. Я рад, что я никого не убивал.
В рай мне попасть, наверное, нельзя. В ад — тоже не хочется. Может быть, мне найдут какой-нибудь промежуток между ними? Хотя середины там и нет.
Я сожалею о том, что дал себя обмануть. Торопился судить о многом, к чему не был подготовлен. Мне было 23 года, когда я выступил на митинге с осуждением Ахматовой и Зощенко. Меня отец спросил: «Ты их читал?» — Я ответил: «Не читал» — «А что тебе тогда надо?», — сказал он.
Моя дочь звонит и проверяет, молился ли я.
Сталин в конце заседания неожиданно спросил обо мне: сын того дагестанского поэта написал что-либо стоящее за прошедший год? Нет, ответили ему, не написал. Наверное, обиделся на Советскую власть, заметил Сталин, дадим, ему премию, чтобы не обижался. Так я и стал лауреатом [Сталинской премии].
Взрослым меня сделала кончина отца и, как ни странно, кончина Сталина. Вот тогда я и распрощался с юношескими иллюзиями.
У меня, как у всего моего поколения, украдены лучшие годы. Люди, которым мы верили, нас обманули. Сегодня мы не хотим обманывать молодых, поэтому пытаемся рассказать о своих заблуждениях.
Буденный подарил мне свою фотографию с надписью: «Дорогому Рассулу», так и написал «Рассулу» с двумя «эс».
Что бы я взял с собой на чужую планету, чтобы не скучать? Нарды. И хорошего друга. И прекрасную женщину.
Меня просили написать гимн Дагестана. Но в этом жанре, увы, нет места для настоящей поэзии.
Звание народного поэта представляется мне противоестественным. Ну, как можно, в самом деле, указом объявить поэта народным?
Мне кажется, теперь время шарлатанов и налетчиков. Шарлатану не надо ни за что отвечать. Ни в литературе, ни в жизни. Если бы я знал, почему это происходит, я бы написал об этом.
Одну строчку Пушкина я не люблю: «Смирись, Кавказ: идет Ермолов». Только за поэтическое величие прощаю Пушкину эту неосторожную фразу.
Сегодня пушкиных убивают еще в колыбели.
Я 52 года председатель Союза писателей в Дагестане. Меня выбирают не потому, что я хороший, а потому что боятся, что хуже придет.
Молчание мое — это не знак согласия с тем, что происходит.
Мне нравятся люди, которым нравится Буйнакск. Я начал там писать стихи, там я влюбился, там жила моя мама, там я участвовал в драках: меня били и я бил других. Там учились мои братья. Это мой первый город после аула. И это не забывается.
Хотелось бы посидеть за одним столом с Лермонтовым, с Омаром Хайямом. Подумать с ними о России, о мире, о будущем.
Думаю, моя государственная деятельность приносила пользу. Я спас нескольких людей от расстрела, от тюрьмы спасал, помогал укладывать дагестанцев в больницы, устраивал в вузы. Это же радость человеческая.
Я не так богат, как считают многие.
Наверное, нет ни одного писателя, с которым я не ругался и не мирился.
Кто-то жалеет, что пил, я не жалею. Ну, как без бокала вина объясниться женщине в любви? Она не поверит, ведь ее же хвалить надо. И когда с друзьями встречаешься… Никуда не денешься, иначе останешься одиноким.
Нет такой профессии, без которой человечество может спокойно обойтись. Вот разве только без журналистов…
Да, есть у меня кое-что, может, талантливое, интересное, но, наверное, не настолько же…
#личность
❤90👍36👎11🔥11😁4💔1
Историческое название Тляратинского района звучит как название какого-нибудь королевства из «Игры престолов» – Семиземелье. Дело в том, что прежде здесь был союз семи обществ. На аварском так и будет – Анкьракь (семь земель). Это Анцух, Тлебел, Анцросо, Тлянада, Богнода, Таш и Джурмут. Сегодня речь пойдет о последнем. Богатую историю и фольклор Джурмута отобразил в своей книге «Тайная тетрадь» писатель Магомед Бисавалиев. Реальные истории вперемешку с легендами, если не перевернут, то уж точно дополнят ваши представления о Дагестане. Планируем время от времени публиковать рассказы из этой книги. Сегодня первый – «Жестокость». Не стесняйтесь делиться впечатлениями в комментариях.
https://telegra.ph/ZHestokost-09-09
#чтиво
https://telegra.ph/ZHestokost-09-09
#чтиво
Telegraph
Жестокость
– Повели одни молодые ребята из Салда* в село Чорода** похищенную в Грузии женщину и её двух дочерей, чтобы продать. Был день рузмана, там ждали людей из внутреннего Дагестана, которые приходили за пленными в Чорода. Их покупали хиндалалы***, – сказал отец…
❤29😢23👍21💔9🔥8👎1
УРБЕЧ
На чем Расул Гамзатов сделал такую надпись? И ты когда-то, аксакал, На этом скакуне скакал. #загадка
Правильный ответ: на колыбели. Но вы и так уже догадались, судя по комментариям)
❤21👍3
Самый лакский фильм
Лакцы, как известно, есть везде. Кино не исключение. Мы уже рассказывали о драме «Чернов/Chernov», где Ширвани Чалаев играет террориста. Но ни в одном кино нет столько лакцев, как в фильме «Платон». Это утомленный жизнью олигарх Абдул, от которого мы узнаем, что сила не в правде, а в хинкале. Его жена Зарема, страдающая «ахчахандрозом» в последней стадии. Ее отец – аксакал Пики, который занимает положение Дона Корлеоне в ауле. Когда Зарема звонит ему и жалуется на Абдула, он «обрубает» ее в лучших традициях старой школы: «Твой дом теперь – Абдул». Стоит отметить также его внуков Мусу и Мирзу – первые парни на селе, которые по поручению старейшин едут в Москву с важной миссией. Забавной получилась сцена их случайной встречи со своим земляком по имени Искандер – эдаким гангстером в солидном костюме за рулем дорогой иномарки – которая начинается с «хипиша» на дороге. Словом, персонажи получились довольно колоритными: главный герой в исполнении Павла Воли моментами курит в сторонке.
#кино
Лакцы, как известно, есть везде. Кино не исключение. Мы уже рассказывали о драме «Чернов/Chernov», где Ширвани Чалаев играет террориста. Но ни в одном кино нет столько лакцев, как в фильме «Платон». Это утомленный жизнью олигарх Абдул, от которого мы узнаем, что сила не в правде, а в хинкале. Его жена Зарема, страдающая «ахчахандрозом» в последней стадии. Ее отец – аксакал Пики, который занимает положение Дона Корлеоне в ауле. Когда Зарема звонит ему и жалуется на Абдула, он «обрубает» ее в лучших традициях старой школы: «Твой дом теперь – Абдул». Стоит отметить также его внуков Мусу и Мирзу – первые парни на селе, которые по поручению старейшин едут в Москву с важной миссией. Забавной получилась сцена их случайной встречи со своим земляком по имени Искандер – эдаким гангстером в солидном костюме за рулем дорогой иномарки – которая начинается с «хипиша» на дороге. Словом, персонажи получились довольно колоритными: главный герой в исполнении Павла Воли моментами курит в сторонке.
#кино
👍56❤11👎5🍓3😁1
Делать контент – мука. Сперва мучаешься, пока найдешь тему. Потом – в процессе сбора информации, отделяя зерна от плевел. И хорошо, если она есть в открытых источниках. Иначе приходится звонить, писать экспертам. Это может занять весь день: до кого-то не дозвониться, кто-то приходится ждать. В конце концов эти люди тебе ничего не должны и помогают лишь по доброй воле. За что им больше спасибо. Теперь остаётся оформить это все в пост и опубликовать.
Но так поступают профессионалы из уважения к своей аудитории. А есть паразиты, которые не обременяют себя всем этим. Весь их труд – скопировать и опубликовать чужой эксклюзивный контент в своем паблике. Некоторые делают это весьма успешно, набирая сотни тысяч подписчиков. А когда просишь их указать у себя ссылку на источник, получаешь хамский ответ. К слову, так поступила с нашим постом про самого женатого человека в Дагестане «Нетипичная Махачкала». Ещё и на фото, которое мы взяли у нашего собеседника, нанесли свой логотип. Мол, это наше. Полюбуйтесь потом в комментариях.
Взывать к совести – бесполезно. Привлечь к ответственности – невозможно, поскольку паразиты эти, как правило, анонимные. В то же время сами они регулярно жалуются на то, что контент воруют у них. Правильно. Кто громче всех кричит, держите вора?
В общем, друзья, знайте, кто есть кто.
#урбеч
Но так поступают профессионалы из уважения к своей аудитории. А есть паразиты, которые не обременяют себя всем этим. Весь их труд – скопировать и опубликовать чужой эксклюзивный контент в своем паблике. Некоторые делают это весьма успешно, набирая сотни тысяч подписчиков. А когда просишь их указать у себя ссылку на источник, получаешь хамский ответ. К слову, так поступила с нашим постом про самого женатого человека в Дагестане «Нетипичная Махачкала». Ещё и на фото, которое мы взяли у нашего собеседника, нанесли свой логотип. Мол, это наше. Полюбуйтесь потом в комментариях.
Взывать к совести – бесполезно. Привлечь к ответственности – невозможно, поскольку паразиты эти, как правило, анонимные. В то же время сами они регулярно жалуются на то, что контент воруют у них. Правильно. Кто громче всех кричит, держите вора?
В общем, друзья, знайте, кто есть кто.
#урбеч
👍113❤15🔥7🍓1
Кто ты, воин?
Даже «Википедия» до сих пор думает, что всадник на фото – герой лезгинского эпоса «Шарвили».
Начнем с того, что памятник называется «Защитник отечества». Это собирательный образ героев-дагестанцев, которые в разное время вставали на защиту родной земли. Он в виде могучего воина на вздыбленном коне, под копытами которого поверженный аждаха. Как получилось, что монумент со временем стал ассоциироваться с Шарвили? Об этом «УРБЕЧ» спросил у его автора – известного художника и скульптора Шарифа Шахмарданова.
– Это никуда не годится, – эмоционально отреагировал собеседник. – Недавно проезжал, смотрю – кто-то оставил там деревянную доску с надписью «Шарвили». Подошел, чтобы снять, а уборщица говорит, что это не в первый раз. Ну какой же это Шарвили? Он ведь должен быть в шкуре, а не в доспехах. Видимо, придется делать новую вывеску, чтобы всем в глаза бросалась. Возможно, у людей сложилось такое мнение из-за того, что я когда-то изготовил и презентовал макет памятника Шарвили. Не буду вдаваться в подробности, но реализовать эту идею не получилось. Тогда я изготовил совершенно другой макет, уже памятника дагестанцам-защитникам отечества. Я показал его мэру Махачкалы Саиду Амирову, который поддержал идею. В итоге в 2006-м памятник был открыт.
Шахмарданов в шутку говорит, что если бы автором памятника был аварец, возможно, монумент ассоциировался бы с героем аварского эпоса. Сам скульптор по национальности лезгин, родом из села Ахты. На последнем фото – он в процессе работы над памятником.
Если вы тоже до сих пор полагали, что это Шарвили, ставьте 🗿
#факт
Даже «Википедия» до сих пор думает, что всадник на фото – герой лезгинского эпоса «Шарвили».
Начнем с того, что памятник называется «Защитник отечества». Это собирательный образ героев-дагестанцев, которые в разное время вставали на защиту родной земли. Он в виде могучего воина на вздыбленном коне, под копытами которого поверженный аждаха. Как получилось, что монумент со временем стал ассоциироваться с Шарвили? Об этом «УРБЕЧ» спросил у его автора – известного художника и скульптора Шарифа Шахмарданова.
– Это никуда не годится, – эмоционально отреагировал собеседник. – Недавно проезжал, смотрю – кто-то оставил там деревянную доску с надписью «Шарвили». Подошел, чтобы снять, а уборщица говорит, что это не в первый раз. Ну какой же это Шарвили? Он ведь должен быть в шкуре, а не в доспехах. Видимо, придется делать новую вывеску, чтобы всем в глаза бросалась. Возможно, у людей сложилось такое мнение из-за того, что я когда-то изготовил и презентовал макет памятника Шарвили. Не буду вдаваться в подробности, но реализовать эту идею не получилось. Тогда я изготовил совершенно другой макет, уже памятника дагестанцам-защитникам отечества. Я показал его мэру Махачкалы Саиду Амирову, который поддержал идею. В итоге в 2006-м памятник был открыт.
Шахмарданов в шутку говорит, что если бы автором памятника был аварец, возможно, монумент ассоциировался бы с героем аварского эпоса. Сам скульптор по национальности лезгин, родом из села Ахты. На последнем фото – он в процессе работы над памятником.
Если вы тоже до сих пор полагали, что это Шарвили, ставьте 🗿
#факт
❤51🗿42👍15😁4🤔4
Мы уже писали, что раньше кое-где в горах жених должен был побороть невесту, чтобы состоялась первая брачная ночь. А на равнине, оказывается, между молодыми было принято устраивать интеллектуальные баталии. Так, у некоторых кумыков был обычай не пропускать жениха к невесте, пока тот не отгадает загадки. Вот что об этом пишут те же этнографы:
«Иногда эти загадки были настолько сложны, что жениху приходилось откладывать свой визит к невесте на следующую ночь и отправлять друга искать людей, порою даже в соседних селениях, которые могли бы ему помочь. Задавала эти загадки от имени невесты сопровождающая ее женщина».
#адат
«Иногда эти загадки были настолько сложны, что жениху приходилось откладывать свой визит к невесте на следующую ночь и отправлять друга искать людей, порою даже в соседних селениях, которые могли бы ему помочь. Задавала эти загадки от имени невесты сопровождающая ее женщина».
#адат
😁57🔥16👍13❤3💔1
Молодые люди, которые интересуются межэтнической тематикой и хотят научиться писать на эту тему, могут записаться в школу межэтнической журналистики, которая открывается в Махачкале. Все подробности в телеграм-канале «Открыто про ЭТнО».
#объявление
#объявление
👍28❤5🤡1
Из рассказа про «столб корня» вы уже поняли, что некоторые предметы в сакле имели не только прикладное, но и сакральное значение. Любопытен в этом смысле цагур – огромный шкаф-амбар, украшенный резьбой.
Он мог занимать всю стену, которая иногда примыкала к скале. Между скалой и стеной делали зазор до 1,5 метра – своего рода холодильник. Сюда из цагура вела дверца. В закромах самого цагура хранились злаки. В них были отверстия для засыпки и отсыпки. Над закромами – полки с разной утварью. В Юждаге наверху делали спальные места для детей.
Цагур бывал густо покрыт узорами. На балках могли изображать чудовищ – защита сверху. На фасаде – родовое дерево и ветви-семьи с отметками о рождении и смерти. Вокруг дерева – лабиринты, чтобы увести сглаз и запутать порчу. У каждого мастера был свой арсенал чудовищ и лабиринтов.
На фото: цагур из села Мачада. Его длина – 7 метров, высота – почти 2,5. В 1968 году его перевезли в Нацмузей РД. Здесь он хранится как экспонат.
#этностиль
Он мог занимать всю стену, которая иногда примыкала к скале. Между скалой и стеной делали зазор до 1,5 метра – своего рода холодильник. Сюда из цагура вела дверца. В закромах самого цагура хранились злаки. В них были отверстия для засыпки и отсыпки. Над закромами – полки с разной утварью. В Юждаге наверху делали спальные места для детей.
Цагур бывал густо покрыт узорами. На балках могли изображать чудовищ – защита сверху. На фасаде – родовое дерево и ветви-семьи с отметками о рождении и смерти. Вокруг дерева – лабиринты, чтобы увести сглаз и запутать порчу. У каждого мастера был свой арсенал чудовищ и лабиринтов.
На фото: цагур из села Мачада. Его длина – 7 метров, высота – почти 2,5. В 1968 году его перевезли в Нацмузей РД. Здесь он хранится как экспонат.
#этностиль
❤49👍25
УРБЕЧ
На фото: Надиршах Хачилаев и Майк Тайсон.
Дагестанцы регулярно попадают в новостную повестку из-за того, что кто-то кому-то «предъявил» за внешний вид или поступок. Все помнят инцидент в Дербенте, когда шальная пуля настигла тренера по греплингу. А все началось со споров вокруг эпатажного поведения нашего бойца в Минске.
Традиция этих «предъяв» зародилась не сегодня и не вчера. Еще в 80-е в центре такого скандала оказался ныне покойный политик Надиршах Хачилаев – на тот момент студент Литературного института в Москве. Случай описывает писательница Жанна Абуева в своей книге «Надыр Хачилаев: листая старую судьбу». Приводим слово в слово:
В общежитии Литературного института появился поэт, который вместо традиционного галстука опоясал шею женским платком. Ему, конечно же, посчастливилось встретиться с Надыром, которому до всего было дело.
– Что это такое? – спросил Надыр поэта.
– Это способ самовыражения! – ответил тот запальчиво. – Если угодно, протест!
– И против чего ты протестуешь?
– Против всего.
– Завтра же чтоб снял. Мне такой протест не нравится!
– Позвольте, но это произвол! Вы ущемляете мои права!
– А ты ущемляешь мои эстетические чувства! Понял, гусь?!
«Гусь», видимо, не понял. На следующий день он беззаботно спускался по лестнице. Внизу его поджидал мрачный волк в образе Надыра. Они увидели друг друга одновременно. «Гусь» прочёл в глазах «волка» ужасный приговор и в отчаянном рывке попытался избежать печальной участи. Он стремительно развернулся на месте и рванул обратно. «Волк» метнулся следом и в прыжке успел схватить жертву за ботинок.
– Я говорил тебе, сними женский платок?!
– Вы не имеете права!
Как аллигатор, заглатывающий жертву, Надыр, наконец, добрался до шеи поэта.
– Мужчина должен носить мужские вещи!
«Щ» прозвучало особенно зловеще. Поэт взвыл. У него не осталось никаких сомнений относительно намерений этого странного джентльмена с отрогов Кавказских гор. «Он меня задушит! Прямо здесь, на холодных ступенях. За что?!...», – наверное, думал он.
Поэт не пострадал. Зато его галстук – женский платок – был изодран в клочья.
Случай этот стал достоянием гласности. Надыра решили исключить из института за хулиганство. В актовом зале организовали показательный товарищеский суд.
– Зачем набросились на поэта? – спросил председательствующий.
– Он вёл себя недостойно мужчины! Там, откуда я родом, это считается позором!
– А не кажется ли вам, милостивый государь, что со своим уставом в чужой монастырь не ходят?
– Не кажется!
– И мне не кажется, – неожиданно поддержал Надыра ректор института Егоров, будущий министр культуры. – Я знаю Дагестан. И знаю дагестанские обычаи. Они благородны и справедливы. В них много достоинства и мужества. Почему мы должны отказываться от хорошего? Это неразумно. Разве не так?
С ректором трудно было не согласиться. Надыра оправдали.
#личность
Традиция этих «предъяв» зародилась не сегодня и не вчера. Еще в 80-е в центре такого скандала оказался ныне покойный политик Надиршах Хачилаев – на тот момент студент Литературного института в Москве. Случай описывает писательница Жанна Абуева в своей книге «Надыр Хачилаев: листая старую судьбу». Приводим слово в слово:
В общежитии Литературного института появился поэт, который вместо традиционного галстука опоясал шею женским платком. Ему, конечно же, посчастливилось встретиться с Надыром, которому до всего было дело.
– Что это такое? – спросил Надыр поэта.
– Это способ самовыражения! – ответил тот запальчиво. – Если угодно, протест!
– И против чего ты протестуешь?
– Против всего.
– Завтра же чтоб снял. Мне такой протест не нравится!
– Позвольте, но это произвол! Вы ущемляете мои права!
– А ты ущемляешь мои эстетические чувства! Понял, гусь?!
«Гусь», видимо, не понял. На следующий день он беззаботно спускался по лестнице. Внизу его поджидал мрачный волк в образе Надыра. Они увидели друг друга одновременно. «Гусь» прочёл в глазах «волка» ужасный приговор и в отчаянном рывке попытался избежать печальной участи. Он стремительно развернулся на месте и рванул обратно. «Волк» метнулся следом и в прыжке успел схватить жертву за ботинок.
– Я говорил тебе, сними женский платок?!
– Вы не имеете права!
Как аллигатор, заглатывающий жертву, Надыр, наконец, добрался до шеи поэта.
– Мужчина должен носить мужские вещи!
«Щ» прозвучало особенно зловеще. Поэт взвыл. У него не осталось никаких сомнений относительно намерений этого странного джентльмена с отрогов Кавказских гор. «Он меня задушит! Прямо здесь, на холодных ступенях. За что?!...», – наверное, думал он.
Поэт не пострадал. Зато его галстук – женский платок – был изодран в клочья.
Случай этот стал достоянием гласности. Надыра решили исключить из института за хулиганство. В актовом зале организовали показательный товарищеский суд.
– Зачем набросились на поэта? – спросил председательствующий.
– Он вёл себя недостойно мужчины! Там, откуда я родом, это считается позором!
– А не кажется ли вам, милостивый государь, что со своим уставом в чужой монастырь не ходят?
– Не кажется!
– И мне не кажется, – неожиданно поддержал Надыра ректор института Егоров, будущий министр культуры. – Я знаю Дагестан. И знаю дагестанские обычаи. Они благородны и справедливы. В них много достоинства и мужества. Почему мы должны отказываться от хорошего? Это неразумно. Разве не так?
С ректором трудно было не согласиться. Надыра оправдали.
#личность
👍115❤52👎15😁9👏2🗿1
Немцы в Дагестане.
Вандерлоо, Шенфельд, Мидельбург , Кронсфельд, Фриденсгейм – все это названия немецких колоний, основанных в Дагестане на рубеже 19-20 веков. Здесь были агрохозяйства, кирпичные заводы, школы, медпункты, аптеки, пожарная часть и отделение банка. Переселенцы даже вырыли два канала от реки Сулак, чтобы орошать свои сельхозугодья. Поселения считались очень развитыми для своего времени. Всего их было несколько десятков.
Они располагались на нынешних территориях Хасавюртовского, Бабаюртовского, Кизлярского и Тарумовского районов. Их населяли в основном немцы из европейской части Российской Империи, которые начали селиться там во времена Екатерины ll. В Дагестан они перебирались из-за невыгодных условий в тех местах. В целом дагестанцы неплохо относились к переселенцам, хоть те и вели обособленную жизнь. Они заметно обогатили местную культуру земледелия и животноводства.
В городах также были успешные промышленники-немцы – не переселенцы, а инвесторы. Так, у братьев Вейнер был пивоваренный завод в Махачкале, когда она еще была Петровском. Кстати, нынешний парк им. Ленинского комсомола был заложен ими. Он так и назывался – Вейнерский сад. До Вейнеров здесь была заболоченная местность, которую они засадили тополями. Кто знает, сколько полезного могли сделать дагестанские немцы, если бы не зигзаги истории.
Первая волна дискриминации была в Первую мировую войну. Отчуждалась собственность, поселения переименовывались. Все шло к депортации, но империя начала рушиться. Затем была гражданская война. Поселения подвергались набегам, что привело к массовому исходу немцев. После установления советской власти часть вернулась. Поселения восстанавливались, налаживался быт. Но в Великую Отечественную войну более 7 тысяч дагестанских немцев были депортированы в Среднюю Азию. После оттепели домой вернулась лишь горстка, но и то не надолго. По данным переписи 2010 года, в Дагестане проживали всего 179 немцев.
На фото: немцы-меннониты, которые составляли значительную часть переселенцев в Дагестане.
#история
Вандерлоо, Шенфельд, Мидельбург , Кронсфельд, Фриденсгейм – все это названия немецких колоний, основанных в Дагестане на рубеже 19-20 веков. Здесь были агрохозяйства, кирпичные заводы, школы, медпункты, аптеки, пожарная часть и отделение банка. Переселенцы даже вырыли два канала от реки Сулак, чтобы орошать свои сельхозугодья. Поселения считались очень развитыми для своего времени. Всего их было несколько десятков.
Они располагались на нынешних территориях Хасавюртовского, Бабаюртовского, Кизлярского и Тарумовского районов. Их населяли в основном немцы из европейской части Российской Империи, которые начали селиться там во времена Екатерины ll. В Дагестан они перебирались из-за невыгодных условий в тех местах. В целом дагестанцы неплохо относились к переселенцам, хоть те и вели обособленную жизнь. Они заметно обогатили местную культуру земледелия и животноводства.
В городах также были успешные промышленники-немцы – не переселенцы, а инвесторы. Так, у братьев Вейнер был пивоваренный завод в Махачкале, когда она еще была Петровском. Кстати, нынешний парк им. Ленинского комсомола был заложен ими. Он так и назывался – Вейнерский сад. До Вейнеров здесь была заболоченная местность, которую они засадили тополями. Кто знает, сколько полезного могли сделать дагестанские немцы, если бы не зигзаги истории.
Первая волна дискриминации была в Первую мировую войну. Отчуждалась собственность, поселения переименовывались. Все шло к депортации, но империя начала рушиться. Затем была гражданская война. Поселения подвергались набегам, что привело к массовому исходу немцев. После установления советской власти часть вернулась. Поселения восстанавливались, налаживался быт. Но в Великую Отечественную войну более 7 тысяч дагестанских немцев были депортированы в Среднюю Азию. После оттепели домой вернулась лишь горстка, но и то не надолго. По данным переписи 2010 года, в Дагестане проживали всего 179 немцев.
На фото: немцы-меннониты, которые составляли значительную часть переселенцев в Дагестане.
#история
👍62❤17🤔4👀2