И к по-настоящему важным новостям:

Институт русского языка имени Виноградова РАН утвердил два допустимых варианта произношения: «миллион» — «мильон» и «миллиард» — «мильярд».

Это касается и производных форм: «миллионный» — «мильонный», «миллиардный» — «мильярдный» или «полмиллиона» — «полмильона» и «полмиллиарда».

Бабушки, вы довольны?

Вот так разместили прибывших на Аляску журналистов.

Ну, спасибо, что не в карцер.

А Лавров решил подать некие сигналы — приехал в кофте с надписью СССР.

Великий.

Лавров прилетел на Аляску в свитере СССР от челябинского бренда Selsovet.

А кто готов?

Мы редко смотрим, а тем более делимся видеоинтервью. Но в этот раз сделаем исключение.

Наш дорогой друг и подписчик Сергей Скрипников (пиар РУСАЛа) в гостях у Sostav. Кажется, что это первое интервью пиарщика, которое мы досмотрим до конца.

В некоторых моментах аж плакать хочется.

https://vkvideo.ru/video-18128701_456240251

Новостей с Аляски пока настолько мало, что РБК заделались фудблогерами.

Игорь Королев из Cnews уже начал думать о смене места работы 🌚

В 2023-м западные газеты соревновались в том, кто ярче нарисует Путина изгнанником. The Guardian писала, что он «никогда не выглядел таким слабым». Washington Post утверждала, что «кризис показал его слабость».

Но август 2025-го и встреча на Аляске с Трампом резко поменяли тон. Те же самые издания уже пишут: «пиар-победа Путина», «Россияне приветствуют приглашение на Аляску», «Трамп и Путин устроили шоу дружбы».

И вроде бы никаких глобальных договорённостей, но для западной прессы сам факт красной дорожки и рукопожатия стал сигналом: игра уже другая.

Важно помнить нюанс. Никакой «изоляции» у Путина никогда не было. Это изоляция в глазах коллективного Запада.

Азия, Латинская Америка, Ближний Восток, Африка всё это время продолжали с Россией вести диалог и дела. Но вот теперь даже западные заголовки перестали звучать как приговор и начали походить на признание: игнорировать Путина они больше не могут.

Один саммит — и медиапортрет Путина в США и Европе из «опасного слабого диктатора» превратился в «неизбежного партнёра, с которым приходится считаться».

И если это не победа России в политических пиар-играх, то что?

Да хотя бы чт…

Пиар никогда не бывает одинаковым. В одной компании он — про аккуратный имидж и тонкие смыслы, в другой — про агрессивные кампании и бесконечные отчёты. Особенно в большом бизнесе: у каждого свои правила игры. Но иногда очень хочется узнать как работает пиар там, где нас нет. Специально для #UnderПярUGC Полина Мельникова из команды ВкусВилла рассказала о том, как у них всё устроено.


Чтобы понять, как и для чего PR работает в нашей компании, необходимо понять, в какой парадигме мы все живем.

ВкусВилл — это уникальная компания как на продуктовом и e-com рынках, так и в области менеджмента. Система управления внутри компании называется Beyond Taylor (или “Клиентократия”). Все процессы строятся от клиента, а лидеры обеспечивают команды ресурсами и условиями для самостоятельных решений.

PR входит в Управление Единой концепцией (УЕК) — «сердце» компании, где формируются ценности, коммуникации и сама концепция. УЕК объединяет PR, редакцию, дизайн, рекламу, «маркетинг с душой», бренд-менеджеров, экологов, благотворительность и другие направления.

PR является отдельной командой, которая не входит ни в одну другую команду (кроме большого УЕКа). Такое структурное “расположение” позволяет быть в фокусе всего, что происходит внутри компании, вовремя узнавать обо всех новостях, делиться ими внутри и вовне и оперативно реагировать на внутренние и внешние изменения.

Как я и говорила ранее, пиар во ВкусВилле, как и все команды, работает для покупателя. Инфоповоды инициируются через вопрос: “А зачем об этом знать покупателю и что это даст ему?”. Мы не создаём новости ради шума — мы делаем их, чтобы быть полезными, честными и понятными.

Если информация не добавляет ценности покупателю — не помогает ему лучше понять бренд, сделать осознанный выбор или почувствовать нашу заботу, — она не становится инфоповодом.

И тут очень важно соблюсти баланс: найти ту новость, которая потенциально будет интересна покупателю, и упаковать её через информационный повод, а не рекламную публикацию.

PR во ВкусВилле реализуется практически полностью инхаус

Да, у нас есть агентства, которые помогают подбирать площадки для точечных коммерческих размещений, готовить тексты для блогов на сторонних площадках, но классический пиар сконцентрирован внутри команды: написание пресс-релизов, питчинг, отработка негатива, входящих запросов, съёмки, предоставление важной информации внутри компании, помощь с ответами для горячей линии, интеграция спикеров в мероприятия, общее позиционирование компании.

Нам крайне важно, чтобы выстраивание отношений с медиа и лидерами мнений было сконцентрировано внутри команды, потому что это живое общение, концепция и глубинное понимание всех исходящих коммуникаций.

Мы работаем в тандеме с коллегами, которые мониторят внешние упоминания ВкусВилла в различных пабликах и сторонних площадках. Вместе принимаем решения по ответам на те или иные вопросы. Конечно же, только если требуется помощь нашей команды.

Нагрузка высокая, и когда думаю про аутсорс, понимаю, что лучше нас никто не сможет донести позиционирование компании и выстроить долгосрочные отношения с медиа.

Сложности PR в секторе FMCG

Ни для кого не секрет, что FMCG, в частности продукты питания, — это очень непростая категория. И, конечно, мы нередко сталкиваемся с кризисными ситуациями, которые требуют настоящего решения, а не просто ответа вовне.

Поэтому наша работа начинается не с коммуникации, а с понимания: что на самом деле пошло не так и как мы это исправляем? Только после этого — честный, своевременный и человечный диалог с покупателями.

И тут, наверное, основная сложность в том, что нам необходимо в кратчайшие сроки провести “расследование” — что случилось, разработать вместе с коллегами пути решения, интегрировать их, подготовить честный ответ и соблюсти спокойствие.

Но все эти действия — “про покупателя”. Я понимаю, что благодаря кризисам (пожалуй, особенно благодаря им) мы становимся лучше, и это очень важно.

Окружен, но не сломлен!

HR — это не про людей и не про ресурсы. Это про бюрократию, отчёты ради отчётов и иллюзию контроля.

Вместо того, чтобы быть стратегическим партнёром, HR застрял в роли фильтра. Но фильтра странного: «девочка с двумя курсами по психологии» решила, что дизайнер должен быть общительным экстравертом, а пиарщик львом/тельцом/козерогом по гороскопу.

И это не просто мем. По данным AIHR, до 70% сотрудников сомневаются в компетентности HR-служб. А Harvard Business Review ещё четверть века назад писали: HR воспринимается как неэффективный, некомпетентный и дорогой департамент. С тех пор многое изменилось, кроме самого восприятия. Даже в свежем материале Financial Times прямо говорится: у HR имидж бюрократов, которые не понимают смысла своей роли.

Да, есть HR-профессионалы, которые умеют работать с данными, которые становятся стратегическими партнёрами бизнеса и реально влияют на результаты. Но, согласитесь, их меньше, чем хотелось бы.

(В этом моменте, многие HRы подумали, что предыдущий абзац написан про них. Нет, дорогие, это маловероятно.)

Вопрос в том, что HR давно не выполняет свою единственную базовую функцию — обеспечить поток кандидатов и не мешать специалистам оценивать их по сути, а не по улыбке и дате рождения. Большинство же HR живут в парадигме отчётности и формальных «интервью по чек-листу». В этой логике выигрывает никто. Бизнес упускает классных сотрудников, а кандидаты теряют шанс показать себя.

И если HR остаётся в нынешнем виде — зачем он вообще нужен? Ради встратых историй с собесов?