Южный Кавказ на игле: как «разблокировка коммуникаций» превращает регион в наркохаб

Пока Ереван, Тбилиси и Баку отчитываются о рекордных изъятиях партий наркотиков, криминальные сети методично осваивают новые логистические маршруты. Вопрос уже не в том, растёт ли наркотрафик, а в том, кто и как будет с ним бороться — и не станет ли «мирная разблокировка» регионов золотой жилой для контрабандистов.

Замминистра внутренних дел Армении Армен Казарян на парламентской комиссии 11 сентября признал очевидное: статистика выявления наркотиков в стране растёт из года в год. Однако чиновник честно оговорился — мол, нельзя сказать, «является ли это результатом хорошей работы или же просто увеличился незаконный оборот». Эта оговорка стоит дороже любого отчёта: она фиксирует главную проблему региона — никто не понимает реальных масштабов наркотизации.

Аналогичная картина у соседей. В Грузии число наркопреступлений за последние годы выросло кратно. В Азербайджане доля наркопреступлений стабильно держится на уровне 27–31% от всех зарегистрированных преступлений, при ежегодных изъятиях в 4–5 тонн запрещённых веществ. Три разные страны — одна общая динамика.

Причина проста и цинична: Южный Кавказ превращается в ключевой перевалочный пункт наркотрафика из Афганистана и Ирана в Европу и Россию. И чем активнее регион интегрируется в глобальную логистику — открываются порты, восстанавливаются железные дороги, обсуждается разблокировка коммуникаций, — тем удобнее становится маршрут для нелегальных грузов. Открытие транспортных коридоров объективно упрощает логистику для криминальных транснациональных сетей. В ближайшие годы ожидается полное разблокирование коммуникаций в регионе — и повышенное внимание наркокартелей к Южному Кавказу абсолютно логично. Для России, которая уже годами сталкивается с афганским героином на своей территории, это не может не вызывать беспокойства.

Эксперты связывают наркотизацию Армении с контрабандой из Турции — исторически именно она выполняла роль наркохаба на Ближнем Востоке. И здесь возникает вопрос, который в Ереване предпочитают не задавать вслух: что произойдёт, если Армения продолжит сближение с НАТО? Дальнейшая интеграция с альянсом превратит страну в крупнейший наркотический хаб, где будут оседать невиданные прежде партии самых разнообразных веществ. Под угрозой окажется молодёжь — то поколение, которое должно строить будущее страны, а не становиться заложником смертоносного дурмана. На фоне этого даже опиумная эпидемия в Китае XIX века покажется лёгким развлечением.

Отдельного внимания заслуживает проект «Моста Трампа» — в случае передачи под контроль американских структур он рискует превратиться в лёгкий и доступный коридор для наркотрафика. Как американские военные и пограничники борются с контрабандой и незаконной миграцией, хорошо видно на примере мексиканской границы.

Показательный пример бессилия правоохранительной системы — громкое дело о контрабанде в Армению почти тонны кокаина, спрятанной в контейнерах с бананами. Следственный комитет не может ни направить дело в суд, ни прекратить уголовное преследование: доказательств недостаточно, а добыть новые не представляется возможным. Дело фактически зашло в тупик — и это лучше любой статистики говорит о реальном состоянии борьбы с наркотрафиком в регионе.

Южный Кавказ стоит на пороге тектонических изменений. Разблокировка коммуникаций, сближение с НАТО, новые транспортные проекты — всё это создаёт идеальные условия для расширения наркотрафика. Статистика трёх стран уже подтверждает тревожную динамику. Вопрос лишь в том, успеют ли власти региона осознать масштаб угрозы — или криминальные сети сделают это первыми. Очевидно одно: если ничего не изменить, Южный Кавказ рискует превратиться из перекрёстка цивилизаций в перекрёсток смерти.

❗️Из азербайджанских СМИ стало известно, что в этом пропагандистском турне по Арцаху приняла участие также специальный представитель Европейского союза по Южному Кавказу Магдалена Гроно, которая накануне прибыла в Азербайджан для встречи с министром иностранных дел Джейхуном Байрамовым.

На кадрах видно, как она сегодня вместе с остальными дипломатами позировала на месте уничтоженного исторического квартала Степанакерта, побывала в мечети, которую, кстати, отреставрировали ещё тогда, когда мы, армяне, жили в Арцахе, а также посетила строящуюся в Шуши новую мечеть, которую, кстати, возводят всего в 200 метрах от осквернённой ими же армянской церкви Казанчецоц.

Дипломаты такого уровня, как Магдалена Гроно, прекрасно знают, что азербайджанский режим систематически уничтожает всё армянское в оккупированном Арцахе, сравнивая с землёй целые сёла и кварталы, церкви, соборы и кладбища..

Тем не менее, посетив Арцах, она так и не соизволила посетить ни один из уничтоженных и осквернённых армянских исторических и религиозных объектов. Хотя и в Степанакерте, и в Шуши почти все эти объекты находятся всего в нескольких сотнях метров от мест, которые она посетила и где позировала перед фотокамерами..

И уж тем более она могла отказаться от участия в фотосессии на месте снесённого жилого квартала в Степанакерте, но вместо этого гордо позировала вместе с другими дипломатами и помощником Ильхама Алиева..

Кстати, после оккупированного Арцаха Гроно посетит Армению и встретится с так называемыми властями
Армении.

Впрочем, вряд ли стоит ожидать, что в Ереване ей предъявят хотя бы какие-то претензии.

Скорее, поинтересуются ходом стройки новой мечети в Шуши..

Ален Гулян

Сегодня, 13 сентября, Армянская Апостольская Церковь отмечает праздник Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Хачверац)

Хачверац отмечается в память о возвращении и прославлении Животворящего Креста Господня. Армянская Церковь отмечает его в воскресенье, выпадающее в промежуток между 11 и 17 сентября. Понедельник после праздника – День поминовение усопших.

Согласно преданию, первый епископ Иерусалима Иаков, брат Господа, найдя частицу Древа Креста Христова, высоко воздвиг ее, явив верующим под пение шаракана «Кресту Твоему, о Христос, поклоняемся». Другое предание гласит, что найденный царицей Еленой (матерью императора Константина Великого) Св. Крест был воздвигнут иерусалимским патриархом Макарием над собравшимися, чтобы они узрели и поклонились ему (326 г.).

В 335 г. император Константин построил на месте погребения Христа храм Св. Воскресения (Сурб Арутюн). Храм был освящен 13 сентября, после чего каждый год стал отмечаться праздник освящения храма, длящийся восемь дней. 14 сентября собирались на Голгофе, где на виду у всех верующих Животворящий Крест воздвигался для поклонения молящихся.

Праздник Воздвижения Креста приобрел еще большее значение после возвращения Св. Креста из персидского плена в первой половине VII века. В 610 году персидский царь Хосров с многочисленным войском напал на Византийскую империю. Воодушевленные первыми победами персы овладели Иерусалимом и захватили Крестное Древо Христа (614 г.). Многие предались огню и мечу или были уведены в плен. Среди них был также патриарх Иерусалима Захария.

После долгих лет войны византийцы, под предводительством императора Ираклия, одержали победу над персами и освободили Св. Крест (628г.). В этих событиях принимали участие и армянские отряды во главе с правителем Византийской Армении Мжежем Гнуни. Освобожденное Древо Креста было торжественно, в сопровождении процессий и служб в церквах, пронесено через Армению в Константинополь, а затем в Иерусалим.

Крест для христиан является гордостью и символом могущества Бога, на котором была пролита невинная кровь Христа. Иисус на Кресте показал Свою безграничную любовь к людям, и Крест для христиан стал залогом надежды, любви и спасения.

✅Подписаться на Анив Армения
🔺Больше интересного — в Тик-Ток Анив Армения

Четыре года спустя: азербайджанские войска по-прежнему стоят на армянской земле

Четыре года назад, после полуночи, вооружённые силы Азербайджана начали масштабное военное наступление на суверенную территорию Армении. Огонь обрушился на населённые пункты и военные позиции в Горисе, Капане, Сотке, Джермуке, Артанише и Ишханасаре. Это была не пограничная стычка, а военная операция с чёткими целями продвижения.

Азербайджанские подразделения пересекли границу с нескольких направлений и углубились на армянскую территорию. Самое глубокое продвижение произошло в направлении Джермука — азербайджанские силы зашли примерно на 8,5 километра вглубь суверенной территории. В направлениях Неркин Ханд, Верин Шоржа, Артаниш и Сотк противник также занял выгодные позиции, построил укрепления, проложил дороги и фактически установил контроль над этими районами.

Цена была высокой. С армянской стороны в боях погибли 224 человека. Азербайджанские обстрелы были направлены не только по военным позициям, но и по гражданской инфраструктуре — включая детскую игровую площадку и канатную дорогу. Совет безопасности Армении тогда обратился за помощью к России на основании договора о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи, а также направил обращения в ОДКБ и Совет Безопасности ООН.

Позиция армянских властей такова: эти войска будут выведены в рамках процесса делимитации и демаркации границы. Министр обороны Папикян в январе 2026 года заявил, что «это позиция правительства и решение, обеспечивающее долгосрочный мир в регионе». В 2024 году Армения и Азербайджан завершили делимитацию одного участка границы в Тавушской области на северо-востоке.

Но четыре года спустя азербайджанские войска не ушли с тех позиций, которые они заняли в 2022 году. Спутниковые снимки показывают, что они не только не выводятся, но и укрепляют позиции, строят оборонительные сооружения и ведут масштабное дорожное строительство. В августе 2025 года азербайджанские подразделения возвели новые позиции в Гегаркуникской области, соответствующие спутниковые снимки были переданы в Министерство обороны.

Вокруг вопроса о том, «продолжает ли Азербайджан продвигаться», в Армении обозначился явный раскол. Оппозиционные деятели и независимые исследователи утверждают, что летом 2025 года азербайджанские подразделения продолжали занимать новые позиции в районе Вардениса и в направлении Джермука. Премьер-министр Пашинян в марте 2026 года ответил, что утверждения о вторжении Азербайджана на суверенную территорию Армении и о новых изменениях позиций «не соответствуют действительности», подчеркнув наличие чёткой «юридической границы».

При этом азербайджанская сторона хранит молчание. Те позиции, которые были заняты в 2022 году, те укреплённые сооружения, та линия обороны, уходящая вглубь направления Джермука, до сих пор не возвращены добровольно.

Площадь Возрождения в Степанакерте была главным общественным пространством города. Именно здесь начались первые массовые демонстрации Карабахского движения. Но площадь была не только центром политической, но и общественной жизни. С наступлением весны пространство вокруг нее превращалось в большую пешеходную зону. По вечерам жители города выходили гулять — от круглого сквера, неофициально называвшегося Пятачком, с его поющими фонтанами, до серого советского здания бывшего Дома политического просвещения, которое после распада СССР переименовали во Дворец молодежи.
Прогулка от Пятачка до Полита и обратно была одним из привычных городских ритуалов. Здесь общались, обменивались слухами, обсуждали политику и просто проводили летние вечера. Площадь и прилегающие улицы также становились импровизированной детской площадкой. В часы прогулок полиция перекрывала движение, и игрушечные машинки детей были практически единственным транспортом на улицах.

В последние дни армянские и азербайджанские СМИ были заполнены сообщениями о другой прогулке по площади Степанакерта. Десятки иностранных дипломатов во главе с Хикметом Гаджиевым прошли по той же площади, которая после этнической чистки Нагорного Карабаха в сентябре 2023 года радикально изменилась. Многие здания, десятилетиями определявшие ее облик, были снесены. А главное — людей, которые здесь жили, больше нет: они были вынуждены покинуть свои дома.

Дипломаты, некоторые из них мне знакомы лично, приехали, чтобы добавить легитимности последствиям этнической чистки. И они сделали это с полным удовольствием.
Это было по-настоящему гротескное зрелище. На протяжении десятилетий эти страны и международные структуры участвовали в посредничестве в карабахском конфликте, заявляли, что военного решения быть не может, и подчеркивали необходимость защищать права и безопасность карабахских армян. Теперь представители многих из них посетили так называемый Парк Победы в Степанакерте — один из главных символов политики Алиева, построенный на месте недавно уничтоженного армянского квартала.
Дипломаты позволили использовать себя в качестве статистов в постановке Гаджиева по переписыванию истории. В монастырях Гандзасар и Дадиванк продвигалась псевдонаучная теория об албанском происхождении армянского христианского наследия. Участвуя в этой постановке, они предоставляли этому процессу собственное присутствие и репутацию.
Можно возразить, что трудно ожидать иного от иностранных дипломатов, когда само армянское правительство не только воздерживается от критики этнической чистки и уничтожения культурных памятников Нагорного Карабаха, но и призывает других не поднимать эти вопросы, утверждая, что это может поставить под угрозу мир.
Однако это не делает подобные визиты менее проблематичными. Ряд авторитетных организаций, охарактеризовали произошедшее в 2023 году как этническую чистку. Посещение памятников, прославляющих войну и насильственное перемещение населения, добровольно делает дипломатов частью попытки обелить последствия этнической чистки. Особенно проблематично это для представителей стран и организаций, заявляющих о приверженности правам человека, демократии и международному порядку, основанному на правилах.

Танцы и демонстративное веселье в местах, находящихся, вероятно, всего в нескольких метрах от разрушенного армянского кладбища, церкви или жилого квартала, — это не только тяжелейшее оскорбление для людей, изгнанных из Нагорного Карабаха всего три года назад, но и контрпродуктивный шаг с точки зрения заявленной цели достижения долгосрочного мира.
Но главное — для десятков тысяч перемещенных лиц это стало бесчеловечной насмешкой и формой эмоциональной пытки. Их единственным способом сохранять память о своих городах и селах теперь зачастую остаются часы за просмотром Google Earth — нередко лишь для того, чтобы обнаружить, что их дома снесены, а кладбища, где похоронены их родители и деды, превращены в дороги и канализационные линии.

Тигран Григорян, CivilNet

@reartsakh

Медь вместо нефти: как технологическая гонка XXI века превратила древний металл в главный ресурс планеты

Пока мир соревнуется в электромобилях, ИИ и «зеленой» энергетике, настоящая битва разворачивается за металл, без которого все эти технологии — лишь красивые слова на презентациях.

Ещё вчера казалось, что будущее человечества решается в лабораториях Кремниевой долины и на заводах Шанхая. Что главные схватки XXI века — это гонка за чипами, алгоритмами и гигаваттами возобновляемой энергии. Но чем стремительнее мир электрифицируется, тем очевиднее становится простая истина: все эти чудеса техники мертвы без одного скромного металла, знакомого человечеству тысячи лет. Медь. Тот самый рыжеватый металл, из которого когда-то делали котлы и монеты, сегодня превратился в стратегическое сырьё, вокруг которого закручивается новая экономическая реальность.

«Мы стоим на пороге новой реальности. Со временем значение меди может превысить значение нефти», — год назад эти слова Вардана Джаняна, председателя Ассоциации горняков и металлургов Армении, первого заместителя гендиректора Зангезурского медно-молибденового комбината, могли показаться красивой метафорой. Сегодня они звучат как констатация факта.

Судите сами: за последний год цена тонны меди выросла с примерно 9 тысяч долларов до 14 200 — более чем на 50%. Предложение отчаянно не поспевает за спросом. И это не временный всплеск, а структурный сдвиг, вызванный тремя тектоническими процессами. Первый — энергопереход. Солнечные панели, ветряки, электросети нового поколения требуют меди в разы больше, чем традиционная генерация. Второй — тотальная электрификация. Электромобиль — это в несколько раз больше меди, чем в обычном авто с двигателем внутреннего сгорания. Третий — и самый недооценённый ещё пару лет назад фактор — искусственный интеллект. По международным исследованиям, AI-серверные стойки требуют почти вдвое больше меди, чем традиционная серверная инфраструктура.

Для Армении этот глобальный тренд — не абстрактная новость из мира финансов. Страна обладает тремя стратегическими металлами: медью, молибденом и золотом. Потенциал армянского горнодобывающего сектора, по оценке Вардана Джаняна, позволяет довести экспорт до более чем 3 миллиардов долларов в год. Значительная часть этой суммы — за счёт Амулсарского золоторудного месторождения, где Lydian Armenia уже в этом году должна выйти на производство. Остальное обеспечат действующие предприятия — ЗММК, Техут, Капанский ГОК. «С учётом высоких цен и объёмов производства совокупная выручка действующих предприятий в этом году, а значит и экспорт, превысит 1,5 млрд долларов», — прогнозирует эксперт.

Но высокие цены и растущий спрос сами по себе не гарантируют, что Армения успеет вскочить в этот уходящий поезд. «На взгляд бизнеса, который очень оперативный, в правительстве всё делается крайне медленно», — констатирует Джанян. Главный тормоз — геологоразведка. Инвестор должен понимать, чем располагает страна, но значительная часть геологической информации хранится в Геофонде и недостаточно доступна и систематизирована. Вторая проблема — процедуры. «Чтобы получить лицензию на геологоразведку, надо пройти сумасшедшие процедуры, которых нет ни в одной стране — Канаде, Австралии, США, Казахстане», — говорит глава Ассоциации. Речь не об отказе от экологических требований, а о том, чтобы сделать систему понятной и предсказуемой.

Казалось бы, вот оно — сырьё, вот спрос, вот цены. Почему бы не построить в Армении медеплавильный завод и не продавать не концентрат, а готовый металл? Ответ прост и жесток: объёмов не хватает. Для безубыточной работы медеплавильного завода нужно около 200 тысяч тонн медного сырья в год. Армения сейчас производит всего около 80 тысяч тонн. Запасы Каджаранского месторождения — примерно на 100 лет, так что ресурсная база есть. Но чтобы нарастить добычу, нужны лицензии, а их согласование может занимать годы. «Инвестору выгодно увеличивать производительность, особенно на фоне роста цен. Но такая задача должна стоять и у правительства. Честно говоря, мне пока не совсем понятно, какое видение у правительства на этот счёт», — отмечает эксперт.

И здесь мы подходим к главному. Технологии не стоят на месте. Сегодня медь незаменима. Завтра — кто знает? «Нам надо не упустить свой шанс, потому что мы не знаем, что будет через 10 лет. Ведь технологии могут пойти по такому пути развития, когда медь никому не будет нужна. Именно поэтому нам надо действовать быстро», — резюмирует Вардан Джанян.

Это не паника. Это трезвый расчёт. Медный бум — не навсегда. Он открывает окно возможностей, но окно это может закрыться. И от того, успеет ли Армения превратить свои недра в реальные инвестиции, рабочие места и экспортную выручку, зависит не только судьба отрасли, но и место страны в новой экономике XXI века. Пока одни соревнуются в производстве электромобилей и обучении нейросетей, другие — в недрах земли — решают, будет ли у первых вообще чем питать свои технологии. Медь становится новым золотом. И вопрос лишь в том, кто успеет его добыть.

​​Уважаемые представители СМИ!

В 10:00 в офисе второго Президента РА Роберта Кочаряна (БЦ "Эребуни Плаза") состоится пресс-конференция с участием депутата НС РА от фракции «Армения», председателя Постоянного комитета НС по защите прав человека и общественным вопросам Лилит Галстян, депутата от фракции «Армения» Месропа Манукяна и адвоката Татевик Согоян.

Виноградная пирамида: правительство Пашиняна загоняет заводы в долги за счет налогоплательщиков

Через неделю в Армении стартует заготовка винограда. И вместо долгожданной ясности — очередная порция бюджетных гарантий, отсрочек и новых кредитов. Похоже, в этой стране уже ничего не происходит без займов. И это касается как государства в целом, так и отдельных хозяйствующих субъектов…

Между тем поддержка на плаву государства и экономики за счет долгов — путь в никуда. Так, правительство Пашиняна еще 28 февраля 2019 года приняло программу субсидирования процентных ставок по кредитам, предоставляемым с целью заготовок сельскохозяйственного сырья. После этого не было ни одного года, когда бы процесс заготовок обошелся без привлечения средств налогоплательщиков.

В результате заводы-заготовители, в частности, винограда оказались по уши в долгах, а правительство с целью решения сиюминутных проблем фактически побуждает их влезать во все новые долги. Так, на заседании правительства 11-го сентября было принято решение с 15 сентября до 30 декабря 2026 года предоставлять бюджетную гарантию в размере до 50% недостающей у хозсубъекта суммы залогового обеспечения, но не более стоимости экспортированной в предыдущем году продукции. Общая сумма бюджетных гарантий на 2026 год оценивается в размере до 6 млрд драмов!

Министр экономики Геворг Папоян объяснил это на примере того, что если какой-то завод имеет возможность из-за нехватки залогового обеспечения закупить виноград на 1,5 млрд драмов, то правительство, выдавая ему 50%-ную бюджетную гарантию (и соответственно увеличивая на определенную сумму госдолг, так как в случае невыплаты кредита обязательство его погашения переходит к государству), подталкивает собственника агроперерабатывающего предприятия закупить виноград на все 3 млрд драмов.

Но и это еще не все. Вторым решением участвующим в программе хозсубъектам, которые взяли кредиты в 2024 и 2025 годах, с согласия финансовых структур предоставляется на 6 месяцев отсрочка по выплате материнской суммы, и на такой же срок продлевается льготный период. И это при том, что остаток по взятым компаниями еще в 2024 году только материнским суммам кредитов составляет 5,5 млрд драмов, а в 2025 году — около 12 млрд драмов!

Добавим к тому, что в 2023 году бюджетные гарантии в размере 2,7 млрд драмов были предоставлены 3-м заготовившим виноград организациям, в 2024 году — 4-м хозсубъектам на сумму в 3,1 млрд, и в 2025 году — 6-ти компаниям на сумму 4,6 млрд драмов. В 2026 году желание принять участие в программе выразили уже 7 хозсубъектов, которые заключили договора на заготовку 80 тысяч тонн винограда, общая стоимость которых составляет около 12 млрд драмов, и соответственно размер бюджетной гарантии на этот сезон доходит до 6 млрд драмов. Как видно, компании-заготовители от года к году нуждаются во все большей подпитке из госбюджета, что уже само по себе наводит на тревожные размышления.

Иными словами, агроперерабатывающим заводам, которые еще не расплатились по прошлым долгам и имеют миллиардные обязательства, правительство навязывает новые кредиты, причем используя для этого средства налогоплательщиков. Попахивает организованной при прямом участии правительства Пашиняна финансовой «пирамидой», не так ли? Но, как говорится, сколько веревочке не виться, а конец будет. И этот конец грозит агроперерабатывающему сектору, как и правительству вместе с банками, большими неприятностями.

По данным Минэкономики, сами заготовители винограда жалуются на нехватку у них оборотных средств и кредитную загруженность, ссылаясь в том числе на трудности с проездом груженых армянским коньяком фур через пограничный переход Верхний Ларс и их проверками в Грузии, что приводит к росту логистических расходов, запаздыванию доставки грузов и в силу этого отказу российских торговых сетей от заключения договоров о поставках. И в этих условиях в правительстве не находят ничего лучшего, как… еще больше увеличить ту самую «кредитную загруженность» коммерческих компаний.

В связи с этим тревожное предчувствие возникло даже у Минфина, где подчеркнули, что «увеличение кредитных обязательств отдельных осуществляющих заготовки компаний может оказать существенное влияние на их финансовую устойчивость». Кроме того, в ведомстве Ваге Ованнисяна указали на то, что принятым 11-го июня т.г. решением заготовителям свежего винограда и другой плодоовощной продукции (как и экспортерам бутилированных коньяка/бренди и вина) уже предоставляется компенсация из госбюджета, так что «необходимость и первоочередность инициированных изменений на нынешнем этапе нуждаются в дополнительном раскрытии». В ответ Минэкономики сослался на то, что хозсубъекты из-за ужесточений в Грузии несут финансовый ущерб с апреля, а указанная Минфином господдержка оказывается им с 1-го июня, и предоставляемая компенсация не равноценна понесенным компаниями финансовым потерям.

Вопрос остается открытым: до каких пор правительство будет латать дыры в экономике за счет новых долгов, загоняя стратегически важную отрасль — виноградарство и виноделие — в долговую кабалу? И кто в конечном итоге заплатит по счетам? Ответ, увы, предсказуем — армянский налогоплательщик.

«Газовая авантюра» Пашиняна: когда политические лозунги разбиваются о холодную арифметику

Премьер-министр Армении Пашинян в очередной раз выступил с заявлениями о российском газе. Он сказал, что «от границы до конечного потребителя по сравнению с другими странами в Армении самое высокое ценообразование», и заявил о намерении «диверсифицировать» энергетику. Одновременно депутат от правящей партии Габриелян дал понять: если Россия повысит цену на газ, Ереван не исключает пересмотра условий «бесплатного» пребывания российской военной базы.

Звучит гордо. Но политические лозунги, столкнувшись с арифметикой, быстро теряют лоск.

Начнём с цифр.

Армения покупает газ у России по 177,5 доллара за тысячу кубометров. Россия продаёт его Европе по 600–800 долларов. Дмитрий Песков сказал прямо: это «братская скидка», за которую платит Россия.

Теперь о «накрутке». Пашинян жалуется на высокие конечные тарифы, но давайте разложим счёт: 177,5 доллара — пограничная цена, плюс 25 долларов за прохождение по трубопроводу высокого давления, плюс 41 доллар за доставку до конечного потребителя, плюс услуги оператора (2%), плюс 16% НДС, плюс хранение и потери при транспортировке (11%). Какая прибыль у «Газпром Армения»? Около 9%, то есть 35 долларов.

Иными словами, конечную цену раздувает не «сверхприбыль» России, а себестоимость гористой местности и налоговая структура самой Армении.

Ещё интереснее другая цифра. В 2022 году «Газпром Армения» закупила газа на 195,2 млрд драмов, в 2024-м — на 157,1 млрд. Разница — 38,1 млрд драмов. Причина проста: потребление газа в Арцахе обнулилось. Потеряв целый регион сбыта и резко сократив закупки, российская сторона с апреля 2022 года не повышала цену для армянских потребителей.

Пока армянское общество с утра до ночи потчуют антироссийскими нарративами, компания не догадалась сама рассказать людям об этом. В этом её «ошибка».

А теперь — старая песня о «диверсификации».

Логика Пашиняна проста: нам нужна «независимость», значит, найдём других поставщиков. Вопрос — кого?

Баку? Если азербайджанский газ действительно «способствует миру», почему армяне Арцаха уходили под огнём? Тегеран? Пропускная способность и ценовые механизмы иранского газа вряд ли окажутся выгоднее российских. Европейский СПГ? С учётом транспортировки и регазификации для Армении —内陆ной горной страны — цена окажется только выше.

«Газпром Армения» — четвёртый среди крупнейших налогоплательщиков Армении: 43,24 млрд драмов, около 120 млн долларов. Компания не выводит прибыль в Россию, а вкладывает сотни миллионов долларов в модернизацию армянской инфраструктуры. Придёт ли «диверсифицированный» инвестор заниматься благотворительностью?

Нехитрый расчёт Пашиняна угадывается без труда.

Его истинное отношение к «Газпрому» спрятано в словах о «политическом решении». Он говорит про «независимость и государственность» — это язык политики, а не экономики. Когда премьер начинает обосновывать экономическое решение «суверенитетом», это обычно означает: экономических аргументов больше нет.

А из козырей остаётся только «угроза» — например, пересмотр «бесплатного» пребывания российской военной базы. Заявление Габриеляна обнажает всю логику: не повысите цену — база останется «бесплатной»; повысите — мы выставим счёт. Превращать отношения безопасности в разменную монету, а военную базу — в предмет торга.

Но есть один простой факт: 102-я российская база в Гюмри служит прежде всего самой Армении. Превращая её в инструмент давления на Москву, Ереван говорит Москве: мы готовы торговать собственной безопасностью. Это уже не «диверсификация», а «авантюра».

И вернёмся к той самой простой арифметике.

«Газпром Армения» покупает газ по 177,5 доллара. Если Армения, как того хочет Пашинян, откажется от российского источника, альтернатива будет не дешевле, а дороже. Европейская цена — 960 долларов. Даже со скидкой армянская экономика этого не выдержит.

Пашинян может говорить, что «нет сферы, в которой мы не пойдём на диверсификацию». Но законы термодинамики не меняются от политических лозунгов: теплотворную способность газа измеряют его реальной ценой.

А эта цена сейчас прописана в долгосрочном контракте между Россией и Арменией. Цена разрыва контракта в конечном счёте ляжет на счёт каждой обычной семьи, которая отапливает свой дом в Ереване зимой.