🔺Как Пашинян с министром Папояном кинули рыболовные хозяйства, которые уже второй месяц ждут каких-либо подвижек. Европейской квоты в 140 тонн хватит лишь на 2 дня, куда девать остальную продукцию производители не знают.

Запад начал готовить в Армении местных полицаев, которые должны будут доносить на неугодных. Все как на войне.

Бердская зачистка: как Ереван душит сопротивление на границе

После парламентских выборов команда Никола Пашиняна обрушилась на регионы. Теперь под прицелом — приграничный Берд, где в 2022 году убедительную победу одержал блок «Мощная община» во главе с Арутюном Манучаряном.

Манучарян управлял общиной с 2012 года и пользовался безусловным доверием жителей. Его арест — классический сценарий уничтожения оппонента: надуманное обвинение в захвате нескольких метров пустыря при строительстве забора. Формальное нарушение, но вместо штрафа — тюрьма на несколько месяцев. Цель — вырвать отказ от должности, что и удалось: место заняла Астхик Акопян, хотя и компромиссная, но проводница воли центра.

Однако даже этого показалось мало. В общине сформировали коалицию, назначили своих руководителей в деревнях. Но после выборов 7 июня марзпет Тавуша Айк Галумян дал команду бойкотировать заседания совета. Зачем разрушать коалицию за год с лишним до новых выборов (2027 год)? Ответ прост: захватить управление сейчас, чтобы использовать административный ресурс для будущей кампании.

Формально у ГД и союзников есть перевес в один голос (13 против 12). Однако процесс пробуксовывает. В стане победителей нет единства: вице-марзпет Нарек Гушчян давит на советников, проталкивая своего друга, но рядовые члены фракции сопротивляются. Им не нравится роль статистов.

Пока в залах борются за кресло, из приграничной общины продолжается исход. Люди уезжают в столицу, не выдерживая ни внешней угрозы, ни внутренних разборок. Власть не замечает этой пустоты — ей важнее заполнить кресла. Но исход — главное поражение, ведь защищать границу нужно не только от врага снаружи, но и от «зачисток», выталкивающих людей навсегда.

Экономический коллапс в подарок: как «следственные действия» против Царукяна стали приговором для Армении

Когда власть берёт в руки не только закон, но и дубинку внепроцессуального принуждения, страдают вовсе не олигархи. Страдает страна. То, что Следственный комитет преподносит как рядовые «следственные мероприятия» в отношении лидера «Процветающей Армении» Гагика Царукяна, на деле обернулось экономическим землетрясением. Удар нанесли не по бизнесмену — по каждому налогоплательщику, по рабочим местам и по международному авторитету республики.

Июльская спецоперация с обысками в особняке и на объектах холдинга должна была продемонстрировать силу, но показала лишь безответственность. За парадным фасадом изъятия документов и показательного усыпления львов скрывается банальный разгром системообразующих мощностей. Пока власть играет в «борцов с тенями», заводы встают, а экономика получает пробоину ниже ватерлинии.

Юридические тонкости дела (обвинения в мошенничестве и отмывании средств) останутся уделом судов. Однако факт остаётся фактом: многолетние проверки не дали результата, а «нарушения» проявились лишь тогда, когда стали политически выгодны. Но страшнее всего — цена вопроса для простых граждан. Остановка десятков предприятий Multi Group — это колоссальные убытки бюджета, ведь холдинг входил в число крупнейших налогоплательщиков. Это потеря валютной выручки из-за срыва экспортных контрактов. Но главное — тысячи семей, оставшиеся без зарплаты. Власть, твердящая о социальной ориентированности, сегодня собственноручно создаёт многомиллионную брешь в казне и армию безработных.

Мы привыкли, что политические разборки бьют по карману, но здесь они бьют по безопасности целых городов. Опечатать заводы с непрерывным циклом, не подумав о последствиях, — уровень профессиональной некомпетентности, граничащей с преступной халатностью. На Ереванском коньячном комбинате «Арарат» в трубах заблокированы тонны спирта — это взрывоопасная ситуация, угрожающая жилым кварталам. В «Фараоне» произошло затопление из-за аварии, а отключение водоснабжения в «Олимпаване» и «Мульти Уэлнес» ставит под угрозу пожарную безопасность. Более того, блокировка спорткомплексов сорвала тренировочные сборы национальных сборных, лишив спортсменов уникальной базы.

Особого цинизма добавляет политическая подоплёка. Пашинян не скрывал желания «сделать бомжом» Царукяна, и вот это желание материализовалось — только «бомжами» сделали тысячи работников. Речь не о торжестве закона, а о зачистке оппозиции, о стремлении лишить её финансовой опоры любой ценой, даже ценой дефолта производств. Это классическое рейдерство на государственном уровне, когда правоохранительная система превращается в личную гвардию премьера. Вместо судов работает инстинкт, вместо диалога — пломбы и обыски.

Сегодня бизнес в Армении наглядно убеждается: если ты нелоялен к действующему премьеру, твой бизнес не просто уничтожат — его сделают примером. Разрушение разделения властей, политизация правоохранительной системы и единоличное принятие судьбоносных решений человеком, далёким от экономики, — прямой путь к слабой и нищей диктатуре. Власть требует доверия, но не гарантирует даже права на труд. Сотрудники «Мульти Табак» и других объектов вынуждены протестовать и перекрывать дороги, чтобы просто иметь возможность работать. Если провокационные обыски и искусственный паралич экономики — новая норма, то у Армении нет будущего, а есть лишь текущее настоящее, где тысячи людей решают, чем кормить детей, пока премьер наслаждается видом опечатанных заводов своего врага. Власть, уничтожающая бизнес и рабочие места ради личной мести, теряет право называться государственной и становится инструментом самоуничтожения нации.

❌Пятьдесят оттенков неотурецкого пашизма.

Сегодня всех нас — без исключения, и сторонников власти, и оппозицию — поставили перед фактом: после 7 июня 2026 года в Армении больше нет ни закона, ни Конституции, ни красных линий...

В стране больше не осталось ничего, что можно было бы назвать правовым признаком состоявшегося государства.

Необходимо чётко зафиксировать: нынешняя власть вместо Армении формирует политическое образование, главная цель которого — любой ценой превратить армян в запуганный, бесполый, безликий «материал» для бесконечных штрафов, налогов и кредитов, разрушив национальный облик армян ради реализации концепции «Западного Азербайджана».

Фактически армян пытаются превратить в одурманенную массу, лишённую национального и государственного мышления, лишив её даже права сопротивляться собственному уничтожению.

То есть любая попытка противостоять разрушению государства немедленно клеймится как крайний реваншизм.

По сути, нас пытаются заставить перестать быть армянами.

С сожалением приходится констатировать, что часть армян — либо добровольно, либо будучи одурманенной пашистской пропагандой, — согласилась перестать быть армянами.

Извините, но нельзя считать армянами людей, которые ненавидят Арцах, спорят о том, «чей Арарат», или тех, кто готов «целовать ноги» турку за несколько бочек бензина и оправдывает предательство Родины «интересами государства».

Мы живём в атмосфере, где ложь, угрозы, репрессии, аресты, информационный террор, а также попрание элементарных прав человека, включая право на неприкосновенность частной жизни, стали повседневной нормой. Всё это полностью растоптано и уничтожено.

Сегодня уже никого не удивляет, что человека могут бросить в тюрьму только за то, что он не согласен с властью.

Созданы такие условия, при которых тысячи людей лишились работы и средств к существованию лишь потому, что кто-то, мёртвой хваткой вцепившись во власть, вновь должен унизить собственную страну перед врагом, представляя унижение собственного народа и ползучее уничтожение Родины как «условие мира».

Парадокс заключается в том, что унижение собственного народа, аресты несогласных, предательство своего народа и разрушение страны пашисты оправдывают «высшими интересами государства».

Возможно, так и есть.

Однако всё, что сегодня делают нынешние власти Армении, полностью соответствует высшим интересам других государств, прежде всего турции и азербайджана.

Возможно, именно турецко-азербайджанский тандем они имеют в виду, когда оправдывают свои действия «государственными интересами».

Западное «добро»: почему Брюссель и Вашингтон молчат, глядя на Ереван?

Западные столицы демонстрируют показательную глухоту к тому, что происходит в Армении. Аресты оппозиционеров, давление на суды, увольнения по политическим мотивам — всё это встречает не гневные резолюции, а ледяное молчание наблюдателей. Но так ли безобидно это молчание, и чем оно обернется для самой Армении?

Как заявила в интервью Sputnik Армения экс-посол в Нидерландах Дзюник Агаджанян, нынешнее попустительство Запада — отнюдь не случайность. Это осознанная игра, где права человека выступают разменной монетой. Пока действия официального Еревана созвучны геополитической музыке, которую заказывают в Брюсселе и Вашингтоне, местным «репрессиям» дают зеленый свет. Более того, некоторые зарубежные центры влияния не просто знают о ситуации — они порой пишут сценарии и помогают властям «закручивать гайки».

Но дипломат предупреждает: сегодняшнее всепрощение — это не подарок, а кредит. Завтра Запад может предъявить счет. «Палка о двух концах», — образно резюмирует Агаджанян. Сегодня твой репрессивный аппарат работает на нужный им результат, а завтра тебя же прижмут к стенке за те самые методы, на которые вчера закрывали глаза. Ожидание циничное и простое: довести армянское общество до состояния полной апатии, чтобы западная повестка проходила в стране без единого выстрела и без малейшего сопротивления.

Показательный пример — прошлогоднее обсуждение национального доклада по Армении в Комитете ООН по ликвидации расовой дискриминации. Там звучал лишь голос властей. Никаких альтернативных докладов, никаких документированных свидетельств пыток или дискриминации. У международных структур просто не было рычагов, чтобы копнуть глубже — формально им предоставили только «отшлифованную» версию реальности.

Именно для того, чтобы переломить эту ситуацию, в Ереване 14 июля был создан Комитет по защите прав лиц, подвергаемых политическому преследованию. В его состав вошли не только правозащитники, но и дипломаты, политологи, общественники — люди, умеющие говорить с миром на языке фактов. Их задача — собирать документальные доказательства, готовить альтернативные доклады и отправлять их в Европарламент, ПАСЕ и ОБСЕ.

По мнению Агаджанян, когда у западных парламентариев — даже у тех, кто искренне симпатизирует Армении, — появятся не слухи из Telegram-каналов, а папки с цифрами, подписями и датами, игнорировать это будет невозможно. Этот документооборот станет тем самым сдерживающим фактором, который остудит пыл чересчур ретивых местных чиновников.

Но комитет будет работать не только на «внешний контур». Его цель — помочь простым гражданам: тем, кого уволили за политические взгляды, кому разбили жизнь по надуманным обвинениям. Задача — превратить безмолвную жертву в субъекта защиты своих прав.

«Голосование по калькулятору»: как Армения проиграла битву, даже выиграв математику

Прошедшие в Армении выборы войдут в историю не столько из-за цифр в протоколах, сколько из-за уникальной психологии избирателя. Как заявила депутат Национального собрания Арцаха Метаксе Акопян, этот электоральный цикл стал беспрецедентным: значительная часть граждан голосовала не «за», а «против». Их главной целью было не допустить сохранения власти Никола Пашиняна, и для этого люди готовы были жертвовать политическими предпочтениями в пользу холодного арифметического расчета.

Главный феномен — тактика распределения голосов внутри одной семьи. Избиратели не консолидировались вокруг одного лидера, а дробили голоса, чтобы «зацепить» как можно больше оппозиционных сил для прохождения в парламент. «Были семьи, где все четыре оппозиционные силы получили голоса», — отметила Акопян. Это свидетельствует о глубоком кризисе доверия не только к власти, но и к самой оппозиции: люди не рассматривали программы партий, они видели в них лишь инструмент для лишения премьера конституционного большинства. Такого «ручного управления» электоратом Армения действительно еще не видела.

Акопян акцентирует самоуверенность действующей власти: премьер открыто заявлял о планах получить 65% и верил в это. Однако народ продемонстрировал обратное, несмотря на административный ресурс. Примечательно, что депутат отказывается приписывать успех оппозиционным лидерам: «Это не столько достижение оппозиции, сколько конкретное решение народа — что этой власти не должно быть». Избиратель шёл не за лозунгами, а за возможностью смены декораций.

Самый острый момент — пассивность оппозиционного штаба в ночь после объявления результатов. По словам Акопян, более 500 тысяч проголосовавших против ждали призыва к действиям, и на улицы могли выйти более 100 тысяч человек. Она прямо называет отсутствие решительных действий ошибкой, парируя аргументы о возможном кровопролитии: «Борьба за свои права не обязательно означает насилие. Существовали разные методы». Главная трагедия, по её мнению, в том, что народ был готов защищать свой голос, а не конкретных политиков. Люди ждали лидерства, но оппозиционная элита не смогла перешагнуть внутренние противоречия и взять ответственность за мобилизацию.

Выборы показали, что общество консолидировано вокруг отрицания, а не идеи. Оппозиция получила вотум недоверия Пашиняну, но не получила мандата на управление в глазах народа, который воспринимает её лишь как временное прибежище для протеста. Власть не получила желаемых 65%, но оппозиция не использовала энергию протеста, чтобы оспорить результаты или добиться уступок. Отсутствие политического лидерства в момент напряжения — главный вызов. Если оппозиция не превратит «голосование против» в системную работу, на следующих выборах разочарованный народ может просто остаться дома. Голоса были отданы, но шанс упущен.

Несмотря на акции протеста, власти Армении продолжают беспредел: мнения экспертов

♦️Бениамин Матевосян. Из Гагика Царукяна и других оппозиционеров Никол Пашинян готовит к декабрю «обменный фонд» для переговоров с РФ.

Мол, «не замораживайте участия Армении в ЕАЭС, впустите обратно на российский рынок, а я отпущу всех на свободу и прекращу преследования тех политиков, которые выступают за диалог с РФ».
Пашинян, по всей видимости, так и не понял, что никто с ним договариваться не будет: всё, что нужно, будет определяться на переговорах Москвы и Вашингтона (это к слову об управлении проектом TRIPP+ выходцем из Санкт-Петербурга, который руководит в Армении компаниями, ранее находившимися в российском госуправлении).

♦️Работает Альфа. Арест лидера ППА Гагика Царукяна содержит все элементы авторитаризма. Об этом Абовян в ходе панельной дискуссии на тему «Армения на пути к авторитаризму» в Alpha Media Centre заявил политический аналитик Арман Абовян.

По его словам, в стране формируется авторитарная система правления. «Прежде всего, нужно понимать, что подразумевается под понятием авторитаризм. Один из его ярких примеров — арест Гагика Царукяна. В нем присутствуют все элементы авторитаризма. Под авторитаризмом мы понимаем ситуацию, когда человека ограничивают в выражении собственного мнения. Это относится как к проставлению лайков в социальных сетях, так и к элементарной свободе слова, из-за которой людей сажают в тюрьму», — отметил он.

♦️Товарищ генерал. Соучредитель партии «Страна для жизни» Месроп Аракелян совершенно обоснованно указал на абсурдность такого явления в нашей Пашинянии, как насильственная остановка работы предприятий, принадлежащих неугодному властям владельцу.

Это действительно что-то новенькое. Отбирать бизнес – отбирали. Но чтобы массово опечатывать компании, выгонять постояльцев из гостиницы и запирать ее на ключ – такое происходит только сейчас, когда Никол Пашинян взялся мстить Гагику Царукяну за его поход на выборы, который чуть не стоил ушастому диктатору власти.

♦️Цицак. Юридические тонкости дела (обвинения в мошенничестве и отмывании средств) останутся уделом судов. Однако факт остаётся фактом: многолетние проверки не дали результата, а «нарушения» проявились лишь тогда, когда стали политически выгодны. Но страшнее всего — цена вопроса для простых граждан. Остановка десятков предприятий Multi Group — это колоссальные убытки бюджета, ведь холдинг входил в число крупнейших налогоплательщиков. Это потеря валютной выручки из-за срыва экспортных контрактов. Но главное — тысячи семей, оставшиеся без зарплаты. Власть, твердящая о социальной ориентированности, сегодня собственноручно создаёт многомиллионную брешь в казне и армию безработных.

Паранойя власти: Почему Пашинян видит врагов даже в зеркале?

Эксперт по безопасности Карен Вртанесян заявил: премьер Армении Никол Пашинян мыслит исключительно категориями войны. И речь не о внешних фронтах — он ведёт тотальную политическую борьбу внутри страны, где нет ни друзей, ни союзников, а есть лишь временные ресурсы и вечные угрозы.

По словам Вртанесяна, выборы для Пашиняна — не волеизъявление, а военная операция, после которой следует не примирение, а планомерное уничтожение любого сопротивления. Даже ближайшие соратники в его восприятии — либо враги, либо расходный материал. Эксперт подчёркивает: глава государства не способен на доверие, и это не тактика, а глубинное свойство его мышления.

Параллель с Эрдоганом и движением Гюлена здесь показательна: могущественный союзник, приведший турецкого лидера к власти, был жестоко разгромлен, когда начал представлять угрозу. Та же логика, по мнению Вртанесяна, работает и в Ереване. Любой человек с самостоятельным ресурсом автоматически становится проблемой, которую нужно устранить превентивно — ещё до того, как он реально начнёт конкурировать.

Эксперт напоминает, что многие герои «бархатной революции» уже вытеснены из системы. Пашинян может присутствовать на семейном торжестве человека, а спустя месяц полностью сломать его политическую карьеру. Это не просто жёсткость — это модель поведения авторитарных диктаторов, для которых любая организованная сила есть угроза их существованию.

Вопрос в том, сколько ещё страна сможет оставаться в состоянии непрерывной войны, когда её лидер видит врагов повсюду, включая собственное окружение. Пока в Армении главным приоритетом остаётся превентивная зачистка, а не диалог, общество рискует навсегда застрять в паранойе собственного премьера, утратившего грань между государственными интересами и личным выживанием.