«Многие пишут на Западе, что выборы были сфальсифицированы. Но Запад их признает. Почему? Выборы — геополитические. Россию выталкивают из Южного Кавказа и из Центральной Азии. И от того, как мы будем себя вести, будет зависеть не только ситуация на Южном Кавказе, но и в Центральной Азии.

Пашинян будет игнорировать наши интересы на Южном Кавказе».

«Гражданский договор» получает 61 мандат в парламенте. До конституционного большинства (две трети голосов) партии Пашиняна не хватает буквально нескольких кресел. Но именно эта «мелочь» в корне меняет судьбу Армении. Без супербольшинства премьер теряет рычаги управления страной и, главное, возможность единолично запускать конституционные процессы.

На этом фоне решение Конституционного суда Армении от осени 2024 года выглядит не как юридический казус, а как заранее спланированная операция. Еще до выборов КС фактически легитимизировал отказ от Декларации независимости, приняв решение, что положения документа, не прописанные в Конституции, юридической силы не имеют.

ЦИК республики по требованию оппозиции начал пересчет голосов на проблемных участках. И практически сразу вскрылись серьезные нестыковки, граничащие с откровенной подтасовкой. На двух участках партия «Процветающая Армения» недосчиталась 92 голосов, а объединение «Сильная Армения» и вовсе лишилось 105 бюллетеней. Пока это лишь первые результаты ревизии, но они уже бьют по ключевой интриге кампании.

Главная ирония ситуации в том, что даже сформировав правительство, «Гражданский договор» не получает конституционного большинства. А именно этого от Пашиняна давно и настойчиво ждут в Баку, Брюсселе и Вашингтоне. Без уверенного контроля над парламентом премьер не сможет инициировать референдум по изменению Конституции — ключевое условие для подписания мирного договора на азербайджанских условиях и, по сути, сдачи суверенитета.

Речь об инциденте в Мегри, который первой зафиксировала журналистка Сюзи Бадоян. На выложенном ею видео — сотни военнослужащих на избирательном участке после 20.00. Камера фиксирует точное время: солдат привезли в 20.03. А голосование продолжалось несколько часов — за полночь, уже буквально на следующий день.

Как выяснилось позже, такая же картина была в Сотке: сотни военнослужащих, привезенные за несколько минут до закрытия участков. Пользователи соцсетей добавили к этому фотографии солдат, которым открыто вручали готовые конверты с бюллетенем под номером 16 — «Гражданский договор». И тут начинается самое интересное. Три представителя власти попытались прокомментировать скандал. И каждый, не сговариваясь, выдал собственную версию. Диаметрально противоположную двум другим. Председатель ЦИК Ваагн Овакимян заявил, что солдаты... ждали с полудня. Восемь часов! Люди в погонах стояли у дверей участка с 12 дня до 8 вечера, потому что «члены комиссий пожилые и работают медленно». Это не объяснение. Это признание форменного бардака, продолжавшегося 12 часов.

Враг тем временем оккупирует, закрепляется и продвигается по территории Республики Армения, не встречая сопротивления — по приказу «верховного главнокомандующего». Это не громкая фраза. Это факт, который делает всю историю с ночным голосованием солдат в Мегри даже не циничной, а какой-то мелкой и ненужной на фоне настоящего предательства.

Дипломат напомнила то, о чём в эйфории «европейского будущего» предпочитают умалчивать и в Брюсселе, и в Ереване. У Армении до сих пор нет даже статуса кандидата на вступление в ЕС. Однако еврочиновники, по выражению Захаровой, уже вовсю «трубят о некоем европейском будущем», не поясняя, что именно скрывается за этой звонкой, но пустой идиомой. Реальность же такова: в обмен на исторические связи с Россией Евросоюз предлагает лишь приобщение к собственной экономической стагнации, бездумному наращиванию военных мускулов и, что самое циничное, — насильственное присоединение к русофобскому фронту.

Самая горькая часть заявления официального представителя МИД касалась внутреннего состояния армянского общества. По её оценке, оно уже загнано в «чудовищный раскол». И этот раскол — не побочный эффект, а прямая цель тех, кто навязывает Еревану искусственный выбор. Разорвать людей, имеющих родственные связи, подорвать социально-экономические контакты с Россией, расчистить площадку для собственного влияния, стравив народ с государством, а государство — с соседями — такова, по версии Москвы, подлинная повестка евроатлантических элит.

Эмоциональный разбор Захаровой уже через несколько часов получил жёсткое институциональное продолжение из уст Сергея Лаврова. На пресс-конференции по итогам СМИД ОДКБ в Казани глава российского МИД констатировал: вопрос о членстве Армении в Евразийском экономическом союзе встал ребром. В Ереване уже принят закон о вступлении в Евросоюз, а нормы ЕС и ЕАЭС взаимоисключающие. «Не потому, что мы не уважаем выбор армянского народа. Мы хотим знать этот выбор», — подчеркнул Лавров.

Дискуссия, захлестнувшая соцсети и кулуары, на первый взгляд кажется судьбоносной. Избиратель, голосовавший за смену власти и чувствующий, что этой смене «не позволили случиться», требует от оппозиции жеста отчаяния — отказа от депутатских значков как доказательства того, что голоса не проданы. Гнев понятен, он выплавлен из горького урока парламента 2021–2025 годов. Но Мартиросян безжалостно спускает дискуссию с небес на землю: отказ от мандатов не срывает ни формирование Национального собрания, ни избрание премьера. Правительство будет сформировано в любом случае. «Это сухая констатация, а не вопрос выбора эффективности», — чеканит он, лишая оппозицию иллюзии, что одним демаршем можно обрушить вертикаль.

Мартиросян предлагает формулу, которая звучит одновременно и как стратегический манифест, и как спасательный круг для растерянной оппозиции. Вместо того чтобы изнурять себя вопросом «идти или не идти в парламент», необходимо задать власти один неудобный, саднящий вопрос: «Готова ли Республика Армения досконально, до конца проверить собственные выборы, чтобы восстановить доверие своего народа?» Требование независимого аудита, основанного на фактах, лишает власть монополии на трактовку итогов. Оно обнажает все этапы — от списков избирателей до финального протокола — и, что принципиально, не вредит легитимности мандата самой оппозиции, а бьёт исключительно по легитимности победителя.

Блоки «Армения» и «Сильная Армения», по данным СМИ, всерьез рассматривают сценарий полного бойкота. За спиной — зафиксированные нарушения, административный ресурс, горечь поражения. Впереди — пропасть. Но давайте без эмоций. На кону — не просто кресла в зале заседаний, а судьба почти 550 тысяч голосов.

А вот институциональная борьба — это другой театр военных действий. Приняв мандаты, оппозиция получает не просто трибуну, а реальные рычаги. Пашинян лишается возможности единолично назначать Генерального прокурора, судей Конституционного и Кассационного судов, Защитника прав человека, главу ЦИК, членов совета Центробанка, председателя Аудиторской палаты. Вы понимаете, что это такое? Это ограничение абсолютной власти. Это система сдержек и противовесов, которую можно запустить только изнутри.