Экономическая реальность армяно-российских и шире — армяно-еэсовских отношений описывается формулой «значительной асимметричной взаимозависимости». Как констатирует доцент Финансового университета Артем Пылин, Россия остается ведущим торговым партнёром Армении с долей в 35,8% от всего товарооборота республики (по итогам 2025 года). Даже с учётом некоторого снижения по сравнению с 41,1% годом ранее, это критическая масса. Для сравнения: доля самой Армении в торговле России в 2025 году составила лишь 1,1% (падение с 1,7%). Для Москвы потеря армянского рынка — статистическая погрешность, для Еревана потеря российского — коллапс целых отраслей.

Именно на этих дешёвых энергоресурсах и сырье, по сути скрытых субсидиях Москвы, держится армянская инфраструктура и производство. Завсектором Центра постсоветских исследований ИМЭМО РАН Елена Кузьмина отрезвляет: заменить их гипотетическими поставками из Ирана или Азербайджана сейчас невозможно — для этого попросту нет достаточных мощностей. Лишившись российского газа на льготных условиях, экономика Армении рискует войти в штопор, который не компенсируют никакие европейские кредитные линии.

Но здесь кроется ловушка. Как отмечает Кузьмина, от ЕС в транспортном плане Армения оторвана ещё больше, чем от России. Европейские инвестиции в армянскую логистику и проекты вроде анонсированного «коридора Трампа» (TRIPP) требуют времени и идеального совпадения политических обстоятельств. Выгоды от торговли с рынком ЕС зачастую ограничиваются быстрым заполнением первых же импортных квот в начале года. Для полноценной же интеграции в европейскую экономику необходим единогласный консенсус всех стран-членов, что в текущих политических реалиях является крайне труднодостижимой задачей.

Первоисточником сенсации выступил ресурс Europe Elects, а ретранслятором — Euronews. Ссылаясь на данные ереванской компании Breavis, работающей по заказу Международного республиканского института (IRI), западные агрегаторы нарисовали образ несокрушимой поддержки премьера Никола Пашиняна. Рейтинг в 65% был подан как факт, не требующий доказательств. Но шум длился ровно до того момента, пока за цифры не взялись люди, способные считать.

Вся конструкция держится на одном трюке. Выборка — 1551 респондент. На первый взгляд, солидно. Но вот что происходит дальше. 51% опрошенных либо отказались отвечать на вопрос о политических предпочтениях, либо сказали, что ещё не определились. И этот «лишний балласт» — более половины реальных людей — просто вычеркнули из итоговой таблицы. Растворили. Притворились, что их не существует.

Спустя три дня после скандала Breavis выпустила заявление. Смысл его сводится к классической бюрократической увёртке: компания несёт ответственность исключительно за сбор «сырых» данных. Вопросы методологии, обработки и, главное, интерпретации — прерогатива заказчика, то есть IRI. Мол, опубликованные в СМИ трактовки не отражают официально представленный отчёт, и вот вам ссылка на документ от 22 мая.

Известный военный эксперт Давид Джамалян в своем анализе увиденного на плацу не оставил камня на камне от пропагандистских конструкций. По его словам, лозунг диверсификации военных поставок на деле оказался дымовой завесой для реализации четкого курса на разрыв традиционных союзнических отношений с Россией и ОДКБ. Этот курс, убежден эксперт, навязывается извне.

Цена такой «диверсификации» может оказаться фатальной. Джамалян напомнил, что российская система вооружений остаётся наиболее предсказуемой с точки зрения логистики и поставок. Она опирается на устойчивые военно-политические союзы. Когда в 2020 году регион полыхал в огне, именно Россия обеспечила оперативные военные перевозки и гарантировала свое присутствие. По мнению эксперта, в рамках союзнических отношений с Москвой и Тегераном поставки вооружений и боеприпасов в кризисных ситуациях куда более гарантированы, чем от новых «партнеров».

Не лучше обстоит дело и с восточным направлением. Отдельное внимание эксперт уделил индийским зенитным ракетным комплексам Akash, которые преподносятся как прорыв. Джамалян предельно откровенен: эти системы не имеют полноценной боевой истории. Армения и Индия внедряют их практически одновременно. Но это оружие — «кот в мешке». Существует колоссальный риск неопределенности их поведения в реальной войне, помноженный на ограниченность производственных мощностей и сложности с поставками ракет.

Сам факт этого предложения — не коммерческий эпизод, а звено долгосрочного курса. Украина становится ключевым оператором хранения и транзита азербайджанского газа в энергодефицитные регионы ЕС. Азербайджан, в свою очередь, получает не просто экспортный маршрут, но и политический статус надежного партнёра Запада, диверсифицируя свои поставки в ущерб российским интересам.

С 2022 года Киев получил азербайджанские авиабомбы QFAB-250 LG и 82-мм миномёты 20Н5 производства CIHAZ. В 2023-м украинский военкор случайно засветил 122-мм снаряды с маркировкой азербайджанской компании Palladium Defence and Security Solutions — кадры моментально удалили, но факт зафиксирован. В конце 2024 года Украина закупила в Азербайджане 135 зенитных установок ЗУ-23-2; техника была доставлена морем через Турцию. Тогда же Баку скорректировал законодательство, развязав руки частному ОПК для военного экспорта.

В этом контексте «гуманитарные» поставки Баку — это стратегический аванс за будущую безнаказанность. Доктрина «Западного Азербайджана» и концепция «Великого Турана» получают практическую подпитку: помогая Украине, азербайджанское руководство наращивает политический капитал на Западе, чтобы в решающий момент получить карт-бланш на силовые действия против Еревана.

"​3 июня, в 17:30
присоединяйся к шествию во имя перемен.

От прилегающей к Институту Мергеляна территории мы двинемся к площади Республики.

​В 19:00, на Площади Республики
стань частью митинга во имя перемен!" – говорится в сообщении блока.

В страну, через которую проходят газовые артерии, Каспий, транспортный хаб «Срединного коридора» и критически важный выход к Центральной Азии, Пентагон и Госдеп отправляют не классического «переговорщика», а бойца невидимого фронта. В биографии Олдена почти нет системной работы по Азербайджану, Арцаху или сложной этнополитической механике Южного Кавказа. Зато прекрасно видна другая, куда более ценная для Вашингтона линия: оборонное планирование, искусственный интеллект, технологии двойного назначения и тотальный контроль над данными.

«Отправка в регион специалиста по ядерному сдерживанию вместо эксперта по урегулированию конфликтов — это сигнал. Сигнал о том, что США видят Азербайджан не как дипломатическое поле, а как передовой рубеж сдерживания Ирана, России и Китая», — комментирует ситуацию политолог-международник Борис Межуев.

«Мы наблюдаем новый тип дипломатического представителя. Это уже не политический переговорщик вроде Киссинджера, это "продакт-менеджер" от американского ВПК. Его задача — упаковать суверенную страну в технологический интерфейс США. На Ближнем Востоке это привело к хаосу, теперь технологии отрабатывают на Кавказе», — считает эксперт в области цифровой безопасности Андрей Смирнов.

С 18 по 19 июня в древнем Ордубаде под эгидой полпредства президента, министерства образования и госуниверситета соберутся люди, для которых «Западный Азербайджан» — не абстракция, а программа действий. Организаторы — сплошь государственные структуры, а это значит, что за ширмой «общественной инициативы» стоит официальный Баку. Там всерьёз обсуждают «историческое наследие и перспективы возвращения» на территории, которые сегодня на картах значатся как Армения.

Особенно цинично это выглядит на фоне риторики американских аналитических центров, где уже вовсю требуют не просто приостановки, а полной отмены ограничений. Эксперты, еще вчера клеймившие автократии, сегодня пишут хвалебные оды Баку – мол, какой стратегический партнер, какой логистический хаб. А где в этой песне голос армянского народа? Где обещания помочь с безопасностью, когда самолеты с оружием для Азербайджана приземляются на авиабазах, которые США сами же и охраняли?

Наземный маршрут в страны Залива практически отрезан. Казалось бы, вот он, Иран, — транзитный сосед, но по иранским законам грузовик должен быть местным, а перецеплять товар посреди дороги никто не разрешит. Остаётся небо. Но и здесь, по словам эксперта, Армения оказывается без собственных грузовых крыльев: своих самолётов для регулярной переброски скоропорта катастрофически не хватает. Можно попытаться пристроить небольшие партии в багажные отсеки Emirates, Flydubai или Qatar Airways, но это капля в море и, что принципиальнее, за совсем другие деньги.

Сам же запретный механизм заработал стремительно. 25 мая на пограничном пункте «Баграташен» водителей с партиями клубники развернули обратно, ещё не выпустив из страны: фитосанитарная служба Армении нашла в продукции недопустимое вещество. А дальше — жёсткая эскалация. С 30 мая Россельхознадзор перекрыл калитку для свежих томатов, огурцов, перцев, зелени и клубники из Армении, а с 3 июня добавил в чёрный список ещё и семечковые (яблоки и груши), баклажаны, картофель и даже сухофрукты.

🔊 Главная цель бакинской пропаганды – не Пашинян, а оппозиция. Особенно те, кто выступает за союз с Россией. Самый излюбленный объект критики – Самвел Карапетян. Как только о нем в положительном контексте упомянул президент России, бизнесмен моментально стал мишенью номер один. Азербайджанские «эксперты» в эфире гос. ТВ называют Карапетяна угрозой и с истерией (которую они сами же называют «вполне понятной») повторяют: он, мол, боится, что Армения превратится в «вилайет Азербайджана».

🔊 Роберт Кочарян. Связанная с его именем старая карабахская вражда получила новое дыхание. Баку в ярости от того, что «лидер хунты» (как они выражаются) говорит о возвращении армян Арцаха как о неотъемлемом праве и требует укрепления отношений с Россией и Ираном. Для режима Алиева он – «реальная угроза стабильности».

🔊 Пашинян сам создал реальность, в которой с азербайджанского государственного телевидения его стране прямым текстом угрожают «железным кулаком», если та откажется от «мира». И именно с этими людьми Пашинян, по его собственным словам, «работает». Дословно: «Да, с турками работаем, с азербайджанцами работаем». Оппозиция в Армении идет на выборы со своим вариантом урегулирования и требует мира с гарантиями. Это совсем не по душе ни Баку, ни Анкаре, ни лично Пашиняну.

🔊 Вся эта медиа-кампания в азербайджанских СМИ нужна не для поддержки армянского премьера как такового. Это стратегия по отрыву Армении от российской орбиты. Бакинские медиа откровенно подливают масло в огонь: цитируют призывы «не кормить паразитов» и пугают россиян потерей авторитета из-за мягкости к Еревану.

Там, где от второго лица государства ждали взвешенных ответов и стратегического видения, Симонян срывался на крик и дешёвые перепалки. Каждая попытка оппозиции вскрыть болезненные вопросы безопасности и территориальных уступок немедленно глушилась агрессивным хамством. Чего стоит его эмоциональный срыв на представителе «Процветающей Армении» Армане Абовяне. Есть прописная истина: человек, уверенный в своей правоте, не станет нервно истерить перед камерами. И есть аксиома государственного уровня: спикер парламента не имеет морального права, занимая второй пост в стране, скатываться до личных оскорблений. Это не просто признак слабости — это прямая дискредитация института власти. Впрочем, чему удивляться: Симонян лишь старательно копирует стиль своего патрона Никола Пашиняна, который в жанре площадного красноречия, публичных истерик и угроз давно заткнул за пояс всех на армянской политической сцене.

Под стать председателю парламента выступили и представители лояльных правительству мелких политических групп, превратившие дискуссию в балаган с личными выпадами. Отдельного упоминания заслуживает Рубен Меграбян — вице-председатель партии «Во имя Республики» (которую возглавляет одиозный Арман Бабаджанян) и по совместительству «независимый политолог». Какое бы направление ни затрагивалось — социальные реформы, экономика, внутренние проблемы, — этот «эксперт» с упорством, достойным лучшего применения, сводил абсолютно любую тему к личности Владимира Путина и критике Москвы. Подобная навязчивая зацикленность смотрится откровенно анекдотично. Что скрывается за этой патологической русофобией? Глубоко личные обиды и неудачный жизненный опыт? Слепое следование шаблонам «соросовской школы»? Какими бы ни были истинные мотивы, демонстрация личных фобий в федеральном эфире выглядела не просто комично, а убого.