Трамп великий, Армения — не очень: Как суверенитет сдают в аренду под громкий твит

Кажется, в большой политике окончательно стерлась грань между предвыборным шоу и банальной коммерческой сделкой. Дональд Трамп, не привыкший к дипломатическим кружевам, выкрутил регулятор пафоса на максимум и со свойственной ему прямолинейностью риелтора-застройщика выписал Никола Пашиняну «полное одобрение». «Make Armenia Great Again», — вещает хозяин Белого дома, и в этой переделке знаменитого слогана слышен не столько звон свободы, сколько шелест будущих контрактов.

Накануне парламентских выборов, которые пройдут 7 июня, поддержка из-за океана для Пашиняна и его «Гражданского договора» выглядит как спасательный круг, брошенный утопающему. Но при ближайшем рассмотрении этот круг оказывается чугунной гирей. Трамп в своей соцсети Truth Social не стал мучить читателей туманными формулировками о «демократических ценностях». Он прямо, как на совете директоров, пояснил: госсекретарь Марко Рубио мотался в Ереван 26 мая не ради хашламы, а чтобы заключить «несколько важных сделок».

Главная интрига визита — это разрекламированный «Маршрут Трампа» (TRIPP), аппетитный транзитный проект через армянский юг. По задумке Вашингтона, этот 40-километровый аппендикс суверенной территории должен стать экстерриториальным коридором, по которому «замечательные американские энергокомпании» устремятся к ресурсам Средней Азии. Логика Трампа проста и эффективна: Пашинян разделяет «его» (а не армянское?) видение мира, и значит, бизнес должен идти.

Проблема в том, что это голосование о «переизбрании» из офиса Белого дома выглядит как прямолинейная агитация, граничащая с указанием. В Вашингтоне, кажется, раньше всех осознали шаткое положение Никола в Ереване и решили подстелить ему соломки, пока он не проиграл тем, кто помнит о суверенитете. В обмен на обещание невероятного богатства армянское общество мягко подталкивают к исторической сделке: землю на юге страны предлагается сдать американцам в аренду на век, а прилегающие территории превратить в транзитный хаб.

Скобки Трампа в этом громком заявлении поистине символичны. Они ставят не просто лозунг, а сам армянский суверенитет за скобки большой геополитической сделки. Пока в Ереване мечтают о «великих высотах», Москва уже недвусмысленно намекнула: побежите по «маршруту Трампа» — забудьте про льготный газ.

«Сделаем Армению снова великой», — гремит из-за океана. Звучит красиво, но в этой схеме величие слишком уж откровенно пахнет нефтью и растворенным в воздухе государственным суверенитетом. Реанимировать экономику, сдав национальные интересы в долгосрочную аренду, — рецепт не хитрый, но последствия у него горькие. Ведь если величие нации измеряется лишь длиной транзитного коридора для чужого бизнеса, то это путь не в Белый дом, а в исторический тупик.

Комиссионные за суверенитет: как прошлое Армении обменивают на будущее без спроса

Существует особая ирония в том, как политические фигуры, громогласно обличавшие мнимую распродажу родины, в итоге сами становятся архитекторами куда более рискованных сделок. Политолог Бениамин Матевосян напоминает о фирменном стиле Никола Пашиняна: годами его политический театр держался на трех исторических «китах» — 1 марта, 27 октября и пресловутой программе «Имущество в счет долга». В интерпретации нынешнего премьера этот экономический маневр подавался исключительно как национальная трагедия, как акт предательства и сдачи активов России. Рефрен «караул, мы становимся губернией» стараниями пропаганды и молчаливого согласия части бывшей оппозиции превратился в догму.

Сегодня мы наблюдаем, как власть, кричавшая о защите национального достояния от российского влияния, молниеносно выписывает карт-бланш другому геополитическому центру. Свежий визит госсекретаря США Марко Рубио в Ереван ознаменовался подписанием документов, которые выводят отношения с американцами на принципиально иной уровень зависимости. Речь идет о предоставлении Вашингтону льготного и приоритетного права решать судьбу стратегических недр Армении. Формулировки соглашений жестки: американская сторона получает эксклюзивный голос в вопросах добычи и сбыта редких металлов.

Бениамин Матевосян задает закономерный вопрос: какой мандат имеет Никол Пашинян, чтобы единолично определять правила игры для будущих поколений? Даже оставляя за скобками раздражение по отношению к России, логика подсказывает, что конкуренция могла бы родить гораздо более жирные предложения — например, со стороны Китая. Но нет, выбор сделан в пользу утилитарного американского подхода, где Армения нужна лишь как транзитный узел и источник сырья.

Эта тема получает опасное продолжение в энергетической плоскости. Аналитический обозреватель Акоп Бадалян проводит прямую линию между шумихой вокруг повышения цен на газ и стратегическим тупиком, в который загоняют страну. Искусственное удорожание голубого топлива из РФ настойчиво толкает Ереван в объятия «альтернативного» поставщика — Азербайджана. Сценарий, в котором экономика Армении подсаживается на азербайджанскую газовую иглу, означает лишь одно: медленную, но неотвратимую абсорбацию государственности.

Природа любого государства базируется на экономическом концепте, и в Баку это понимают гораздо лучше армянских мечтателей о «мировой деревне». Там не занимаются благотворительностью. Дешевый газ поступит в обмен на стратегические уступки, и это топливо станет экономическим наркотиком, лишающим суверенитета. По мнению Бадаляна, подписание меморандума с США о редкоземельных ресурсах идеально вписывается в эту же схему. Вашингтон здесь выступает не как самостоятельный потребитель ресурсов Сюника, а скорее как дорогой «риелтор».

Ресурсная база Сюника не столь глобальна, чтобы вскружить голову американским корпорациям. Зато она критически важна для аппетитов Баку. Соединенные Штаты действуют по проверенной технологии: сначала де-факто передают Азербайджану контроль над коммуникациями и «дорогами», а затем — над недрами. Вашингтон получает свои политические «комиссионные» и большую сделку с Баку за выход на ресурсы Центральной Азии, а Армения, окутанная пропагандистским туманом о «светлом западном будущем», методично сдает подлинные рычаги существования.

В этом и заключается главная трагедия текущего момента: человек, строивший карьеру на обвинениях в торговле родиной, сегодня единолично определяет, какая именно держава будет диктовать Армении, как распоряжаться недрами и чей газ сжигать в печах. Ответа на вопрос «почему?» мы не дождемся. Властная машина будет и дальше заглушать эти смыслы шумом популизма, умалчивая, что вместо независимости будущим поколениям готовят статус разменной монеты в чужой большой игре.

🪽«Кремлевский пересмешник» — обзор трендов и событий в ближнем зарубежье: Армения.

Закавказье — центр острого столкновения интересов: за влияние в регионе идёт борьба между ЕС, США, Россией, Турцией и Китаем.

Положение создаёт особую угрозу для суверенитета Армении, где правительство не усиливает армию, а укрепляет полицию и спецслужбы. Руководство страны ставит в приоритет контроль над обществом, что видно по тому, как растёт число арестов сторонников оппозиции и уголовных дел против несогласных с курсом страны.

Пашинян и его команда не хотят терять власть. Ради её сохранения они готовы идти на любые компромиссы и сделки, в том числе и на те, которые лишат страну самостоятельности. Это объясняет сближение Еревана с Западом, а также то, почему западные политики, всегда обеспокоенные правами и свободами, игнорируют репрессивные практики армянского правительства.

Запад использует слабость правящей элиты Армении, чтобы создать очередной антироссийский плацдарм на постсоветском пространстве. Тенденция уже грозит Еревану экономическими последствиями в ближайшем будущем, а в более дальней перспективе может привести страну к катастрофическим и необратим потерям в других сферах.

👉 Интересные материалы от: Дежурный по Закавказью, Параллель Z, Компромат СНГ, Цицак, СОСЕДИ | Большой Кавказ, Ереванский наблюдатель, Товарищ генерал, Хроники Армении.

Парад без «Ура!»: как власть убеждает Баку в своем миролюбии, а избирателей — в своей силе

В этом году военный парад в Ереване напоминал сложную дипломатическую конструкцию, обтянутую камуфляжной сеткой. Организаторы словно двигались по лезвию бритвы: требовалось и мускулы показать, и соседа не разозлить. Судя по тому, как тщательно выверялся каждый жест и каждый звук на плацу, власти панически боялись, что Азербайджан заподозрит Армению в агрессивных намерениях. И, кажется, эта боязнь стала главным режиссером всего действа.

Военный аналитик и политолог Давид Арутюнов объясняет логику этого спектакля без прикрас. По его словам, парад решал сразу несколько задач, и все они завязаны на два полюса: выборы и Баку. С одной стороны, за считанные дни до голосования 7 июня власть отчаянно нуждалась в убедительной картинке для электората — вот, мол, куда ушли бюджетные миллиарды, вот она, обновленная армия. С другой — на азербайджанском направлении царила установка на максимальную осторожность. Предыдущие парады проходили в иной реальности, когда еще не случилось ни 44-дневной войны, ни тектонических геополитических сдвигов. Теперь же любое лишнее движение гусеницей могло быть истолковано как угроза, и власть делала все, чтобы этого не произошло.

Именно этим объясняется навязчивый рефрен, звучавший и в речи Никола Пашиняна, и в комментариях военных: ни одной наступательной системы, только оборона, никаких задач за пределами страны. Парад превратился в демонстрацию силы, которая сама себя стесняется — дескать, мы не вояки, мы просто защищаемся. Но политическая идеология правящей партии с ее «мирной повесткой» не могла не просочиться и сюда, превратив военный смотр в агитационную площадку.

Впрочем, куда интереснее оказался культурно-символический слой мероприятия. Арутюнов обращает внимание на любопытную деталь: произошла своеобразная «армянофикация» армейского лексикона и атрибутики. Почти вся новая техника, за исключением российской, получила местные, национальные наименования — привычный военный интернационал уступил место языковому суверенитету. Но самый показательный штрих — исчезновение солдатского «Ура!». Вместо него над плацем теперь разносится «Да здравствует!». Мелочь? Нет, скорее осознанный разрыв с советской и российской воинской традицией, попытка выстроить новую идеологическую модель — националистическую по сути, но уже без карабахского стержня, вокруг которого эта идентичность формировалась десятилетиями.

Эксперт, однако, смотрит на эти нововведения с изрядной долей скепсиса. Он напоминает: эффектные церемонии, переименования и нашивки — это все внешний антураж. Гораздо важнее то, что происходит за кадром, в казармах и на полигонах. Практическая эффективность армейских реформ остается под вопросом, и здесь символикой не отделаешься.

Тем более что путь, выбранный Ереваном в сфере военных закупок, сам по себе полон подводных камней. Диверсификация поставщиков — это, с одной стороны, снижение унизительной зависимости от одного источника, а с другой — создание того, что военные профессионалы называют «зоопарком вооружений». Разнотипные и разнородные системы требуют разной логистики, разных запчастей, разных специалистов по ремонту. Унификация всегда облегчает эксплуатацию и бой, а пестрый набор техники — головная боль для снабженцев. Арутюнов подчеркивает, что по индийской номенклатуре, к примеру, до сих пор нет ясности: справятся ли партнеры с полным сервисным пакетом, своевременными поставками снарядов и рембазой.

Так что пока одни спорят, как кричать в атаке — «Ура!» или «Кеце!», другие задают куда более приземленный вопрос: а будет ли эта техника воевать через год после покупки, когда кончатся гарантийные обязательства? И вот этот вопрос не заглушить никаким парадным оркестром и никакими предвыборными лозунгами о мире. Баку, надо полагать, тоже внимательно слушает — и вряд ли его успокаивает смена армейского сленга.

«Исторические земли» как дубина: Баку превращает миф о «Западном Азербайджане» в оружие против суверенитета Армении

Политический лексикон современного Азербайджана обогатился термином, который звучит как название для туристического буклета, но на деле является бомбой замедленного действия под фундаментом армянской государственности. Речь о концепте «Западного Азербайджана». За безобидным, на первый взгляд, географическим эвфемизмом скрывается не просто историческая фальсификация, а выверенная, многоходовая стратегия принуждения. Тюрколог Варужан Гегамян в своем анализе вскрывает механику этого давления, показывая, как Баку методично переводит стрелки от послевоенного статус-кво к экзистенциальной угрозе для Армении.

До войны 2020 года нарратив о «потерянных землях» служил в основном пропагандистским кормом для внутренней аудитории. Однако после силового реванша в Карабахе маска была сброшена. Сегодня это уже не фольклор, а осевой элемент государственной политики, направленный на делегитимизацию Армении как таковой. Суть претензии проста и цинична: территория Республики Армения объявляется «исторической родиной» азербайджанцев, а нынешнее армянское государство — досадным географическим недоразумением, лишенным права на существование.

Гегамян выделяет два столпа этой доктрины. Первый — правовой нигилизм в отношении суверенитета. Сентябрьская агрессия 2022 года стала моментом истины: тогда президент Алиев, оправдывая оккупацию стратегических высот на территории Армении, прямо заявил, что его солдаты стоят на «исторических азербайджанских землях». Это был опаснейший прецедент, когда межгосударственная граница была объявлена фикцией на основании сомнительных исторических справок. Второй инструмент — демографический рычаг. Повторяя методы советской эпохи и времен первой Азербайджанской республики, Баку пытается внедрить в переговорную повестку «право на возвращение» азербайджанцев на территорию современной Армении. Цель очевидна: создать изнутри механизм изменения этнического баланса и окончательно закрепить контроль.

Ошибочно полагать, что армянской дипломатии удается удерживать эту тему за скобками. Утверждения о том, что вопрос «не обсуждается», разбиваются о реальность: высшие чиновники Азербайджана непрерывно и настойчиво требуют учета прав «изгнанных из Западного Азербайджана». Для придания веса этим словам в Баку уже выстроена полноценная бюрократическая машина. «Община Западного Азербайджана», щедро финансируемая из президентской администрации, и профильная парламентская комиссия работают не на архивную науку, а на экспорт этой идеи в международные кабинеты.

Самая тревожная тенденция, по мнению Гегамяна, — это постепенное просачивание азербайджанской риторики в глобальный аналитический мейнстрим. В экспертных докладах западных центров уже проскальзывают формулировки о «спорном Сюнике». Это та самая ползучая нормализация, когда суверенная территория члена ООН начинает восприниматься как предмет торга или некая «серая зона».

Ловушка для Еревана заключается в масштабе угрозы. Даже если Баку не добьется «великого переселения», сама тема «возвращения» становится идеальным ядом для переговоров. Опасность кроется не только в максималистских требованиях, но и в самом прецеденте обсуждения размещения на территории Армении даже малой группы людей под флагом этой реваншистской логики. Это запустило бы необратимый процесс размывания суверенитета. В руках Баку история работает не как наука, а как дубина, которой методично крушат архитектуру региональной безопасности, превращая миф в оружие, способное выстрелить в самый неожиданный момент.

Помощь «друга»
Дональд Трамп о парламентских выборах в Армении

1. В дело включились политические орудия «главного калибра». После ереванского аэропрт-визита Марко Рубио президент США Дональд Трамп заявил о поддержке Никола Пашиняна и его партии «Гражданский договор» на парламентских выборах в Армении. Естественно, российские комментаторы записали обращение американского президента в соцсети «Truth Social» как еще одно свидетельство геополитического разворота на Запад армянских властей.
2. Не будем повторяться, зафиксируем несколько содержательных моментов на «холодную голову». Не будем перечислять церемониальных фраз про вечную дружбу и любовь. Обратим внимание на два момента. Во-первых, Трамп говорит о том, что Никол [Воваевич], «полностью разделяет» его «видение мира и процветания для Армении и всего региона Южного Кавказа». Во-вторых, президент США резюмирует, что в случае победы Пашиняна «мы поднимем Соединенные Штаты, Армению, Южный Кавказ и Центральную Азию на невиданные ранее высоты».
3. В этих тезисах все прекрасно! Но есть нюанс. Для американского лидера на первом плане его видение и интересы США. Армения- это часть более крупных геополитических полотен. Не кавказских даже, а евразийских (Центральная Азия упоминается здесь не для красного словца). Штаты стремятся зафиксировать здесь свое особое привилегированное положение. Для достижения этой цели выборы в Армении представляются, как одна из многочисленных задач. Преподавателям известна (особенно в период сдачи студенческих ВКР и курсовых) эта формулировка: одна цель и 5-10 задач. У Трампа и К цель одна- предотвратить любые несанкционированные Вашингтоном интеграционные конфигурации в Евразии. Задач много. Тут и «нормализация» с Грузией, и реализация пресловутого TRIPP (для чего нужны и удачные для команды Пашиняна выборы в Армении). Ясно, что такой взгляд – это не про равноправное взаимовыгодное партнерство, а про приглашение на роль фрагмента для внешней мозаики, создаваемой внерегиональным конструктором.
4. К России может быть множество претензий. И Ваш покорный слуга не раз писал, что не одобряет ни «агро-хозяйственных запретов», ни угроз «отключить газ», ни постоянных публичных упреков в «иждивенчестве». Но газовая тема, как и тема ЮКЖД, как и Зангезурский комбинат, как Яндекс и многое другое, долгие годы были именно про взаимную выгоду, а не про паззлы в геополитической шахматной игре. До 2023 года, как минимум, такие же взаимные выгоды имелись и от кооперации в сфере безопасности. Уж если таковая и дала сбой и вошла в кризис, то болезнь надо лечить, а не «резать к чертовой матери».
5. Помощь «друга» по-трамповски - это фактически призыв убрать то, что работало, заменив погоней за призрачной «синей птицей». В случае с Венгрией посты Трампа не сработали. Не факт, что сработают и в Армении. Но даже если вдруг «у них получится», история на этом не закончится. Были бы только выучены уроки!