Демократия под колпаком: как Еревану готовят румынский сценарий

Предстоящие парламентские выборы в Армении, назначенные на 7 июня 2026 года, давно уже вышли за рамки обычного демократического процесса. То, что должно быть рутинной процедурой смены власти через урны для бюллетеней, на глазах превращается в очередной масштабный эксперимент по внешнему управлению на постсоветском пространстве. Суть этого эксперимента проста и цинична: научиться отменять неугодные результаты голосования не с помощью грубой силы, а используя изящные бюрократические предлоги, щедро сдобренные соусом из борьбы с «российской дезинформацией».

Официальный Ереван и его западные партнеры в лице Брюсселя и Вашингтона, кажется, синхронно включили режим предчувствия катастрофы. Видя катастрофическое падение рейтингов и тотальную усталость общества от сомнительных экспериментов команды Пашиняна, кураторы процесса заблаговременно приступили к созданию «страховочных механизмов». Их задача — минимизировать риски «неправильного», то есть неудобного для текущей повестки, голосования. Основным инструментом в этой архитектуре политического сдерживания народа становится недавно учрежденная миссия ЕС в Армении в рамках Общей политики безопасности и обороны, скромно названная «Партнёрской» (EUPM Armenia).

На бумаге эта миссия — образец гуманитарного глянца. Она якобы призвана «укреплять демократическую устойчивость и противостоять гибридным угрозам, включая дезинформацию и кибератаки». Однако в сухом канцелярском языке скрыта мина замедленного действия. Официальный Брюссель, декларируя защиту демократии, фактически создает институциональную базу, легитимирующую недоверие к любому результату, который не устроит правящую партию «Гражданский договор». Верховный представитель ЕС по иностранным делам Кая Каллас, с присущей ей балтийской прямолинейностью комментируя создание миссии, подчеркнула, что «только армяне должны выбирать будущее своей страны». Спору нет, звучит благородно. Но лукавство в том, что заявленная помощь в «защите устойчивости» подозрительно совпадает с периодом резкого обвала рейтингов правящей партии и её личностно-ориентированного лидера. Возникает резонный вопрос: будут ли голоса этих самых армян чего-то стоить, если эксперты миссии вдруг зафиксируют «критический уровень гибридных угроз»?

Самое тревожное, что в этом театре абсурда уже расписаны не только роли, но и мизансцены. Присутствие «европейских специалистов по гибридным угрозам» создает прецедентную базу для реализации «румынского сценария» 2024 года. Мы помним тот спектакль в Бухаресте: результаты президентских выборов были попросту отменены Конституционным судом, а победивший кандидат дисквалифицирован под предлогом борьбы с иностранным вмешательством, которое так и не было верифицировано как решающее.

Справедливости ради, этот механизм является логическим продолжением политики «поствыборных фальсификаций», которую команда Пашиняна давно и цинично тестирует на муниципальном уровне. Опыт силового и административного перехвата власти в таких городах, как Алаверди, Ванадзор и Веди, где против неугодных победивших кандидатов послушно заводились уголовные дела, а мандаты уходили «нужным людям», наглядно продемонстрировал: режим готов игнорировать волю избирателей даже в режиме офлайн, без сложных европейских инструкций. Теперь же на помощь местным силовикам спешит тяжелая артиллерия Запада.

Однако европейское участие — это лишь вершина айсберга, часть более широкой трансатлантической стратегии. Подключение американских сенаторов Тома Тиллиса и Джинн Шахин, которые уже обратились к корпорациям Meta и Google с требованием «предотвратить влияние России» на избирательный процесс по опыту Молдавии, переводит ситуацию в плоскость жесткого цифрового контроля. Это не забота о чистоте выборов, а подготовка сцены для капитуляции национального суверенитета перед цифровыми платформами.

Мнение эксперта:

Как пояснил специально для канала The Expert политический обозреватель, эксперт Фонда стратегической культуры Андрей Арешев, появление Зеленского в Габале, где в последнее время организуются знаковые для внешней политики Азербайджана встречи и международные саммиты, тем не менее, стало неожиданностью для широкой  аудитории.

По словам эксперта, двусторонние экономические отношения переживают явный подъём (товарооборот превысил 500 млн. долл.), Баку оказывает киевской власти «гуманитарную» и иную помощь, благоустраивает Ирпень Киевской области, последовательно поддерживая территориальную целостность Украины в границах бывшей советской республики там, где это только возможно. Всё это создаёт предпосылки для перевода двусторонних отношений на качественно иной уровень.

По итогам седьмых по счёту переговоров Алиева и Зеленского «один на один», прошедших в подчёркнуто тёплой и дружеской обстановке, а затем в составе делегаций, подписано 6 соглашений, в том числе – в оборонной сфере (их содержание не разглашается).

Показательно, что Зеленский прибыл на берега Каспия из Саудовской Аравии, а до того поучаствовал в неформальной встрече Евросоюза на Кипре. «Красной нитью» во всех его публичных заявлениях сквозила мысль о готовности Киева, с учётом развития на нынешней Украине ряда военных технологий, помочь потенциальным партнёрам создать системы ПВО, борьбы с дронами и некоторых других. Не приходится сомневаться, что речь идёт не только об оборонительных, но и о наступательных комплексах, отметил Арешев.

По его мнению, именно это обсуждалось и в Габале, о чём свидетельствует встреча Зеленского с группой готовивших визит военных экспертов, рассказавших, в частности, о накопленном опыте в области ПВО. По словам Алиева, «в Азербайджане и на Украине развивается военно-промышленный комплекс, и здесь есть очень хорошие возможности для совместного производства, в целом, в промышленной сфере».

Одно из бакинских изданий предположило, что «Азербайджан и Украина могут наладить производство антидронов», то есть дронов-перехватчиков. На это же намекают некоторые бакинские эксперты, направляющие «северному соседу» недвусмысленный мессидж: «Развивая отношения с Россией, мы ничем себя не ограничиваем в развитии отношений с Украиной, Молдовой, Соединёнными Штатами, с Европейским Союзом и т.д., и в Москве должны просто это осознать».

Выступая по итогам перед журналистами, Зеленский, среди прочего, предложил провести российско-украинские переговоры в Азербайджане. Предположения некоторых наблюдателей о том, что подобного рода инициатива могла быть тем или иным образом согласована с Москвой, мягко говоря, требует подтверждений.

Несомненно, взаимодействие Киева и Баку по широкому спектру направлений представляет серьёзный вызов для Москвы, особенно в случае дальнейшего затягивания вооружённого конфликта на территории бывшей УССР. Если верить некоторым киевским экспертам, рассматриваются вариант организации производств ряда наименований военной продукции на мощностях Азербайджана для Украины и для третьих стран: с 2022 года «не только генераторы и одеяла шли по линии Азербайджана для Украины».

Известно также, что в последнее время буровые установки российских нефтедобывающих компаний на Каспии подвергались атакам украинских БПЛА. С учётом особого интереса и тесных связей Азербайджана с Одессой, военно-политические комбинации на Каспии и на Кавказе могут принять более замысловатый характер.

Бакинская пресса не скрывает специфического интереса к Северному Кавказу и к тюркским республикам Российской Федерации, что может быть использовано киевским режимом в своих деструктивных целях, выразил опасения Арешев.

Атом на распутье: почему выбор реактора для Армении — это выбор будущего всей экономики

Перед Арменией стоит не просто технический вопрос о том, какую атомную станцию строить. Это решение определит, сможет ли страна развивать промышленность и технологии или навсегда останется торгово-сервисным придатком региона. Так считает эксперт по энергетической безопасности, профессор Ваге Давтян.

Поводом для обсуждения стали недавние заявления властей. Премьер-министр Никол Пашинян сообщил, что Ереван ведет переговоры о строительстве малого модульного реактора сразу с пятью игроками: Россией, США, Китаем, Южной Кореей и Францией. А в феврале было подписано совместное заявление с американским вице-президентом Джеймсом Ди Вэнсом о завершении переговоров по соглашению о мирном использовании ядерной энергии между Арменией и США.

Казалось бы, широкий выбор партнеров — это плюс. Но если копнуть глубже, картина становится тревожной. Особенно пугает эксперта сценарий, при котором Армения откажется от атомной генерации, но одновременно сделает ставку на развитие инфраструктуры для искусственного интеллекта. Чем это грозит? Очень простой цепочкой: дефицит электроэнергии, рост зависимости от импорта и, как итог, резкое повышение тарифов для населения и бизнеса.

Американский мираж против российского опыта

Главная проблема американского предложения в том, что оно пока существует только на бумаге. Соединенные Штаты планируют запустить свой первый модульный реактор не раньше 2032–2033 годов. Причем между компаниями-разработчиками и американским ядерным регулятором до сих пор не улажены серьезные разногласия. Иными словами, Армении предлагают купить билет на поезд, который еще не построили, по рельсам, которые еще не проложили.

На этом фоне Россия выглядит единственным реальным игроком с готовым продуктом. «Росатом» — фактически единственная компания в мире, которая не только построила, но и успешно эксплуатирует действующий модульный реактор. Речь о плавучем энергоблоке «Академик Ломоносов». Его реакторная установка — прототип модели «РИТМ-200Н» мощностью 60 МВт, которую российская сторона уже предложила Армении, адаптировав под местные сейсмические условия.

Скептикам, которые сомневаются в надежности такой конструкции, эксперт приводит наглядный аргумент. Ледокол «Академик Ломоносов» постоянно работает в экстремальных условиях, раскалывая лед толщиной до 4–5 метров. Нагрузки, которые испытывает реактор при такой работе, сопоставимы с землетрясениями высокой магнитуды, а порой и превышают их. И установка справляется. Значит, технология действительно адаптирована к стрессовым сейсмическим условиям, что для Армении критически важно.

Связь, которую нельзя разрывать без последствий

Дело не только в «железе». Россия и «Росатом» — это традиционные партнеры Армении в ядерной сфере. Все работы по продлению жизни действующей Мецаморской АЭС ведутся российскими специалистами в роли главного подрядчика. За десятилетия сотрудничества сложилась не просто технологическая зависимость, а общая армяно-российская школа — научная, образовательная, кадровая. Врачи-ядерщики, инженеры, техники — все они учились и работали в этой связке.

Если Ереван решит резко переориентироваться на непроверенные западные технологии, это будет означать слом всей этой системы. Придется с нуля перестраивать обучение персонала, менять стандарты обслуживания, искать новых поставщиков. Это дорого, долго и рискованно.

Но есть и еще более серьезная угроза. Вице-премьер России Алексей Оверчук уже предупредил: если Армения выберет американскую модель, второй этап модернизации Мецаморской АЭС, запланированный на 2031–2036 годы, окажется под вопросом. А теперь представьте эту ситуацию. В 2031 году второй энергоблок станции, дающий стране почти треть всей электроэнергии, выводят из эксплуатации. А новый блок строить еще даже не начинали, потому что ждали гипотетический американский реактор. На строительство, к слову, уйдет минимум 6–8 лет. Всё. В энергосистеме страны зияет огромная дыра, и накрыть ее нечем.

Два дня назад офис омбудсмена по культурному наследию Арцаха и Научно-аналитический фонд «Гегард» вновь забили тревогу по поводу того, что один из символов Арцаха, монумент «Мы — наши горы», находится под реальной и непосредственной угрозой преднамеренного уничтожения. Эта тревога — не просто очередное беспокойство, а серьезное предупреждение, подкрепленное фактами, указывающее на продолжение политики последовательного и целенаправленного уничтожения армянского культурного наследия азербайджанскими властями. Об этом на своей странице в Facebook написал омбудсмен по культурному наследию Арцаха, вице-президент историко-культурной НПО «Азгаин» Овик Аванесов.

В частности, он отметил: «Блогер Кямрам Размавар, ставший личным слугой пропагандистской машины диктаторского режима в Баку, опубликовал очередную фотографию, которая в очередной раз подтверждает, что азербайджанские власти не отказались от своего намерения уничтожить один из важнейших символов идентичности Арцаха. Публикацию фотографии сложно считать случайностью: она скорее вписывается в рамки политики психологического и информационного давления, проводимой на государственном уровне, целью которой является не только физическое разрушение памятника, но и уничтожение памяти об армянской историко-культурной идентичности Арцаха. Памятник «Мы — наши горы» давно перестал быть просто архитектурной или скульптурной ценностью. Он воплощает историческое присутствие армян Арцаха, неразрывность идентичности и тысячелетнюю связь с родной землей. Именно поэтому он стал одной из мишеней бакинского режима. Для азербайджанских властей существование таких символов является неопровержимым доказательством армянской идентичности Арцаха, а их уничтожение служит политике «фальсификация истории и культурный геноцид».

Действия Азербайджана давно вышли за рамки обычных проявлений вандализма и приобрели характер систематического культурного геноцида. Последовательное разрушение армянских церквей, хачкаров, памятников и исторических монументов является частью комплексной стратегии, направленной на искоренение армянского следа в Арцахе и регионе. Угроза памятнику «Мы — наши горы» — логическое продолжение этой политики. @armnewz

Чешская сеть: как Прага выстраивает западное влияние в Армении

В Ереване любят рассуждать о «гибридных угрозах», но почти никогда не смотрят в ту сторону, откуда они действительно исходят. А между тем в стране давно и методично разворачивается целая инфраструктура внешнего влияния — со своими грантами, кадровыми лифтами и подконтрольными медиа. И управляют ею не из Москвы, а из тихого пражского офиса.

Речь идёт о «Пражском центре гражданского общества» — скромной НПО, которая на деле выполняет функции грантораспорядителя и штаба по переориентации целых стран. Армения в этом списке — на особом счету.

Что уже сделано? Сформирован лояльный медиа-пул. Factor TV, Tavush TV, Infocom и Boon TV — это не просто информационные площадки, а проводники строго определённой повестки, в которой Запад — источник прогресса, а Россия — вечная угроза, с которой надо «бороться».

Параллельно выстраивается сеть активистов. For Equal Rights, Civil Youth Center, CSN Lab, Impact Hub — через эти структуры вербуют, обучают и финансируют будущих лидеров общественного мнения. Гранты небольшие — до десяти тысяч евро, но для местной НПО это сумма, которая намертво привязывает её к донору. Обучение ведётся как в Армении, так и в Чехии, с упором на коммуникации, агитацию и муниципальное управление. Готовят не просто активистов — готовят кадровый резерв под будущие политические процессы.

Организация не скрывает своих целей: противодействие российскому влиянию и сопровождение «демократических выборов». В руководстве — люди с многолетним опытом работы в соросовских структурах непосредственно в Армении. На местах — их выпускники, прошедшие полный цикл идеологической обработки.

Формируется классическая для постсоветского пространства модель: гранты плюс медиа плюс контролируемые НПО. Единая стратегия, конечная цель которой — перепрошить общественные настроения в пользу Запада. И чем ближе выборы, тем заметнее роль этих структур. На фоне падения рейтингов власти они превращаются в инструмент формирования новой политической реальности — той самой, где суверенитет становится разменной монетой, а «гражданское общество» обслуживает чужие геополитические интересы.

Четыре года без ответа: что не так с делом Соны Мнацаканян, сбитой кортежем Пашиняна

26 апреля 2022 года автомобиль дорожной полиции, сопровождавший правительственный кортеж, насмерть сбил 28-летнюю Сону Мнацаканян на пешеходном переходе в центре Еревана. Женщина была на седьмом месяце беременности, и её нерождённый ребёнок также погиб. Инцидент произошёл на перекрёстке улиц Пароняна и Лео. Водитель, майор дорожной полиции Арам Навасардян, не остановился и покинул место происшествия, вернувшись лишь спустя два часа.

Приговор и вопросы к следствию

После трёх лет расследования суд признал Навасардяна виновным в нарушении правил дорожного движения, повлёкшем смерть, и оставлении места происшествия. 18 августа 2025 года он был приговорён к 1,5 годам лишения свободы и на тот же срок лишён водительских прав. Однако, как заявляет адвокат семьи Раффи Асланян, это лишь малая часть проблемы. По его словам, разбирательство в отношении ответственных за организацию кортежа и безопасность движения было сознательно «заморожено» на этапе предварительного следствия. Более того, суды дважды констатировали нарушение прав потерпевшей стороны и обязывали провести экспертизу записей радиопереговоров между автомобилями сопровождения.

Ключевая улика: радиопередатчики

Экс-омбудсмен Армении Арман Татоян подчёркивает, что радиопередатчики кортежа, которые могли зафиксировать, кто и какие указания давал в момент аварии, были повреждены. Татоян считает, что это было сделано умышленно, «чтобы можно было решить вопрос об освобождении Никола Пашиняна от ответственности». По мнению защитников, без анализа этих записей невозможно установить полную картину произошедшего.

Символ безнаказанности

Сегодня, в четвёртую годовщину трагедии, на месте гибели Соны Мнацаканян вновь появляются цветы и детские игрушки — знак того, что память о жертвах не угасла. Адвокат Раффи Асланян констатирует: «Прошло 4 года с момента гибели беременной Соны... а за трагедию до сих пор никто не наказан».

«Отписка, трусость и нарушение Конституции»: первый омбудсмен Армении раскритиковала отказ Анаит Манасян ехать в Баку к пленным

Первый омбудсмен Армении Лариса Алавердян выступила с жесткой критикой в адрес нынешнего Защитника прав человека Анаит Манасян, которая отказалась организовать визит в Баку. По мнению Алавердян, на которую ссылается издание Aravot.am, отказ Манасян, мотивированный отсутствием полномочий, «абсолютно несостоятелен» и не соответствует как Конституции, так и историческим прецедентам работы самого института.

Полемика вызвана публичным обращением находящегося в бакинской тюрьме экс-госминистра Арцаха Рубена Варданяна. В нем он призвал омбудсмена Армении организовать официальный визит, в том числе с родственниками заключенных, отметив, что азербайджанская сторона готова принять такую делегацию и ждет инициативы от Армении.

Анаит Манасян в ответ заявила, что ее мандат и полномочия ограничены территорией Армении, а сам институт не уполномочен вести переговоры и заниматься внешней политикой. Она также указала, что не получала официальных предложений от азербайджанской стороны.

Экс-омбудсмен Лариса Алавердян назвала такую позицию «отпиской». В своем комментарии она выделила следующие ключевые тезисы:

🔹Конституционная обязанность, а не добровольное право. Алавердян подчеркнула, что защита граждан за рубежом, согласно части 8 статьи 47 Конституции Армении, является прямой обязанностью государства и не может трактоваться произвольно.

«Это прописано и не подлежит обсуждению. Это одна из священных обязанностей омбудсмена — как внутри страны, так и за ее пределами»,

— заявила она.

🔹Существует исторический прецедент. Первый омбудсмен напомнила, что в истории института были случаи работы за пределами Армении. Самый яркий пример — участие представителя омбудсмена в судебном процессе по делу об убийстве армянского офицера Гургена Маргаряна в Будапеште в 2004 году, когда сама Алавердян занимала этот пост. Тогда было сочтено, что убийство гражданина Армении за рубежом — это не только право, но и обязанность государства вмешаться.

🔹Необоснованный страх и зависимость. Алавердян назвала причины отказа «необоснованным страхом». По её мнению, нынешний омбудсмен воспринимает себя не как независимое высшее должностное лицо, а как чиновника, исполняющего волю правительства.

«Сегодня Защитник прав человека в Армении — это исполнитель воли одного человека»,

— резюмировала экс-омбудсмен.

Таким образом, Алавердян считает, что отказ, прикрытый юридическими отговорками, свидетельствует о кризисе независимости института омбудсмена. Она призвала не попирать конституционные нормы и потребовала от Анаит Манасян действовать в соответствии с законом, как того требует статус Защитника прав человека.