Рубрика "рекомендации, о которых вы не просили". Раз уж вышел рейтинг эффективности работы ФОИВ в интернете, а Минобр его возглавил, то самое время. Правда, речь не об исполнительной, а о судебной власти.

Так вот, лучший официальный телеграм-канал, который мне встречался за последнее время, — это канал Верховного Суда РФ.

Не могу сказать, что читается на одном дыхании, но полистать любопытно. Почему? Потому что в каждом посте буквально в 2-3 абзацах приводится суть конкретного дела, решение суда и краткое пояснение. Причём, как правило, юристы берут себя в руки и стараются писать на русском, а не на юридическом языке.

Но главное достоинство канала ВС РФ — это то, чего в нём нет:

- нет навязчивых репортажей о вояжах руководителей;
- нет репостов из каналов вышестоящих органов власти (что логично);
- нет мусорной верстки постов;
- нет эмодзи-разметки и эмодзи-дублирования текста, намекающего на тяжёлую умственную отсталость читателя;
- нет поздравлений с праздниками;
- нет розыгрышей;
- нет дайджестов;
- нет ссылок на м*кс;
- нет нейроиллюстраций.

Иными словами, сммщик ВС РФ, по-видимому, достиг просветления и осознал, что его канал не является единственным лучом света в инфополе читателя. Поэтому канал ВС РФ не пытается быть личным дневником начальника и не стремится кого-то развлекать, он просто сообщает о решениях суда, — а остальной контент можно найти и в других местах.

Пожалуй, министерских каналов с аналогичной концентрацией содержания я ещё не видел. Ну а какова сегодня цена просмотров, реакций и репостов, по статистике которых строятся различные рейтинги, — это все знают и так.

Такие вот наблюдения хозяйке на заметку.

Кратко о ситуации с российскими научными журналами, которые переводила на английский язык и издавала компания Pleiades Publishing.

Всё идёт к прекращению сотрудничества, а значит, к тому, что ведущие российские научные журналы просто никак не будут представлены во внешнем мире. Альтернатива не проработана. Хуже того, журналы ещё и потеряют свои узнаваемые (хоть как-то) англоязычные бренды, ведь права на них тоже принадлежат Pleiades, — см. случай ЖЭТФ против JETP.

Предпосылки были известны очень давно, но никто ничего не делал. И вот автобус, так сказать, перевернулся, но разбирать журналы что-то никто не спешит.

Впрочем, если отключить ТГ, то и обсуждать это будет особо негде 🤡

Настоящие герои не носят плащей. Роскомнадзор — восемь лет на страже репутации Телеграма

Это Сергей.

Сергей — профессиональный блокирующий. Сергей понимает, что блокировка Телеграма — это выстрел себе в ногу. Поэтому Сергей не блокирует Телеграм.

Сергей умный.

Будь как Сергей, Роскомнадзор.

источник

Рамка жмёт

Вышел отличный пост в канале "Платья, мужики и антропология".

Вкратце, это личный рассказ о том, как не удалось применить современные методы проектирования обучения (learning experience design) в классическом гуманитарном университете. Попытки структурировать цели и задачи курсов, пересмотреть методики оценки, систематически собирать обратную связь, наладить коммуникации и т.п. встречали полное непонимание коллег.

Но. Главный вывод отнюдь не в том, что преподаватели оказались слишком дремучими. Скорее наоборот: просто научная этика такова, что излишнее внимание к такого рода формальностям (с точки зрения учёных) делает сомнительным содержание предмета и отчасти компрометирует преподавателя. Цитирую:

Научное знание настолько ценно и самодостаточно, что ему не надо никакого обрамления в виде структуры курса или student journey map. Это бриллиант, который передается в том виде, в котором его готовы дать. А если ты тратишь силы на сопровождение знания, то может и само знание не очень и ты сам ученый не очень, если на занятии недостаточно только тебя.

На мой взгляд, эта мысль даже глубже, чем кажется. Во-первых, при увлечении условным ЭдТехом и, шире, проектированием образования, надо понимать всю их ограниченность и не ставить инструмент выше содержания, а также здравого смысла. Проще всего формализовать, цифровизовать и геймифицировать конкретные и узкие учебные программы типа вводного инструктажа кассира в супермаркете или оператора службы поддержки. Здесь действительно можно выделить обозримый набор действий, которые должен освоить ученик. С некоторой натяжкой к этой категории можно отнести начальные этапы обучения иностранному языку.

Но как структурировать процесс подготовки того же физика? Или гуманитария, в самом лучшем смысле этого слова? Надо ли предусматривать курсы на случаи, если последний захочет стать театральным критиком, писателем, пиарщиком, политтехнологом, секретарём, преподавателем или экскурсоводом? Как тогда формулировать цели обучения, какие компетенции формировать и проверять?

Базовый ответ примерно таков. Целью может быть только системное знание и развитие самой способности получать знания. Форма передачи знаний должна быть максимально приближена к оригинальному процессу их получения, а мотивация студентов — это исключительно их интерес. Причём практическая ценность знаний, по сути, постулируется и выносится за скобки: системное знание обязано быть полезным — если не само по себе и не сейчас, то как фундамент и в будущем.

Более того, настоящая цель может быть ещё более размытой и неизмеримой: научить образу мышления и научному методу, принятому в той или иной области или школе. Говоря грубо, важно не то, сколько теорем студент запомнил наизусть, а то, способен ли он заново придумать доказательства тех, которые забыл.

В этом смысле ценен не только сам "бриллиант" знания, но и шероховатости в его огранке, и личность передающего. В идеальном мире процесс передачи научного знания уже содержит и проблему, и детектив, и игру, и контрольные вопросы, и парадоксы, и поощрение. Если студенту эта игра неинтересна, то просто не стоит мучиться.

Оговорюсь: да, предмет должен иметь структуру, а преподавателю следует как-то мотивировать студентов. Да, нельзя отбросить современные технологии и читать курсы 100-летней давности на глиняных табличках. Но, как ни полируй организационную составляющую, качество фундаментального образования всё равно будут определять два фактора: уровень преподавателя и количество сил, приложенных студентом.

В общем, призывающим выйти за рамки снова стоит выйти за рамки самим и осознать, что целью большого пласта образовательных программ не является освоение каких-либо алгоритмизированных действий. И что мотивация студентов не обязательно достигается геймификацией и нарезкой на клипы, а может быть спрятана в самом содержании предмета — правда, раскрыть её не под силу абстрактным методистам.

И закончу снова цитатой:

Начинать надо не с модных методов, а с вопросов "Что у нас есть сейчас?", "Чего мы хотим?" и "Что мы готовы ради этого потратить?"

Сегодня не получается писать о чём-либо, кроме слухов об окончательном отключении Телеграма. Поэтому публикую несколько сообщений для подписчиков.

1) Канал Русский research никуда не переезжает. Буду писать здесь, пока пишется. Идти в М*Х с выкрученными руками — себя не уважать, да и незачем.

Если блокировка каким-то чудом произойдёт, то заранее благодарю подписчиков за то, что были со мной все эти годы. Зарубежные читатели ещё некоторое время смогут наслаждаться обрывками мыслей из отложенных постов.

2) Но. На мой взгляд, новости о "полном закрытии" Телеграма с 1 апреля — это эталонный вброс с целью зондирования общественного мнения и загона аудитории в М*Х.

Надо признать, что эксперимент с нацмессенджером проваливается. Не в последнюю очередь — из-за идиотского маркетинга, который с самого начала строился на изнасиловании бюджетников и навязчивой рекламе. Установка или неустановка М*Ха стала политическим высказыванием, что в очередной раз разделило общество (замечу, отнюдь не по традиционной линии либералы-патриоты). Отчаянные попытки продвижения только усугубили этот образ.

Думаю, что запуск пугалки об отключении ТГ с апреля — одна из таких отчаянных попыток. С учётом развития ВПН, в техническую возможность настоящей блокировки Телеграма лично я просто не верю.

3) Соглашусь с десятками коллег: замедление или блокировка ТГ — это выстрел себе в ногу со всех точек зрения. Желание продвинуть какой-то там суверенный мессенджер не стоит того, чтобы уничтожать лучшую аналитическую и новостную платформу на русском языке.

У экосистемы ТГ-каналов просто нет аналогов: именно поэтому переходить отсюда на другие платформы не имеет смысла. По сути, мы не просто пишем в каналы, мы ведём непрерывный диалог. Заткнуть некоторые телеграм-каналы очень хочется, но к чему это приведёт? Проблемы не исчезнут сами собой, но пропадёт важнейший источник обратной связи. Очевидно, модерируемые неанонимные каналы в М*Хе таким источником не станут.

Наконец, на ТГ держится огромное количество уже выстроенных деловых коммуникаций. И тут мне искренне интересно только одно: координируют ли сотрудники Роскомнадзора свои действия по блокировке Телеграма в рабочем чатике в Телеграме...

"Трансформация привычного уклада не бывает лёгкой. Новое всегда приходит через боль, через отказ от комфорта. Здорово, что даже на Ленинском проспекте люди учатся быстро принимать решения и ежедневно преодолевать себя",

— прокомментировал новость профессор МШУ Сколково А. Волков

В МГТУ им. Баумана принудительно собирают студентов-должников, чтобы информировать их о службе в войсках БПЛА.

Студентам угрожают тем, что отсутствие на собрании обернётся невозможностью перевода в другой вуз и отказом в предоставлении академического отпуска (см. скриншот из чата родителей студентов МГТУ им. Баумана). Естественно, эти требования не соответствуют никаким правовым нормам, и поэтому указания спускаются в лучших традициях чат-менеджмента.

Нетрудно представить, насколько сильно такие меры поднимут патриотизм студентов и укрепят их уважение к родному МГТУ. Причём речь не только о должниках.

https://t.iss.one/mobilizationnews/24835

Блиц

Очередная порция мыслей и заготовок, которые тухнут в отложке и не вырастают в полноценные посты. Поехали!

1) Есть и другие мнения в МИФИ. СМУ МИФИ ведёт небольшой, но содержательный канал, который интересно почитать. Вот, например, достаточно взвешенное высказывание коллег о пресловутой новой системе высшего образования.

2) Не может быть! Канал "Университетская солидарность" опубликовал документ-воззвание на тему нагрузки учителей. В нём сообщается, что никто и не думал закладывать в бюджет зарплату учителя за одну ставку, равную средней зарплате по промышленности в регионе. Наоборот: исходя из фиксированного бюджета и количества нагрузки определяется запланированный уровень переработки (например, 1,8 или 2,1 ставки на человека).

Такие новости давно уже не удивляют. Но привычность не делает проблему менее острой.

3) Компромиссной Комиссии РАН по борьбе со лженаукой не получилось. Научное сообщество обнаружило, что заместителем председателя комиссии стал защитник гомеопатии — академик Колесников (не только защитник, но и, видимо, бенефициар компаний, производящих гомеопатические препараты). Чуть позже сообщество обнаружило, что академик Колесников и раньше был членом Комиссии по борьбе со лженаукой.

4) Битва косметических ремонтов — гениальный образ конкуренции вузовских проектов во всевозможных конкурсах. Рекомендую пост целиком.

5) Лавандовый раф. Порой очень трудно вести диалог с пиарщиками из упитанных столичных АНО, крупных университетов и госкорпораций. Они регулярно предлагают для публикации новости и результаты "исследований", косвенно относящихся к науке и образованию. Сообщают, что провели очередной марафон, выставку, лекцию, конгресс, слёт и тому подобное.

Трудно — потому что нечего ответить и жаль разочаровывать. Ребята искренне считают, что занимаются полезными делом и пишут, как минимум, что-то актуальное. Но в подавляющем большинстве случаев очередной ИИ-помощник, корпоративный курс и китайская робособака вызовут скорее раздражение. Равно как и данные анкетирования, сами формулировки вопросов в котором гарантируют выстрел в молоко.

А ведь где-нибудь в Саратове на зарплату пары таких профессионалов можно содержать среднего размера кафедру...

Воины инсайта и флипчарта

Пожалуй, можно приостановить наблюдение за очередным началом Третьей Мировой и вернуться к научно-образовательным темам.

На днях в канале Георгия Шахгильдяна вышел пост, который вывел из равновесия коллег (Зоопарк, ВЛП). Дискуссия традиционная: должен ли учёный делать из своего исследования коммерческий продукт или достаточно получать хорошие научные результаты.

Рискну заявить, что в исходном посте не написано ничего криминального. Буквальный смысл в том, что лучше бы учёному ориентироваться в логике создания реальных продуктов, чтобы находить взаимопонимание с заказчиком. Но, в совокупности с контекстом, комментариями и голосами поддержки (см. примеры один и два) этот тезис ощущается примерно как "хватит проедать бюджетные деньги на ненужную глубокую науку, предлагайте готовые решения для бизнеса". Вроде бы никто не отрицает фундаментальную науку, её скорее игнорируют, а науку прикладную сводят к тонкому слою финальных НИОКР.

Собственно, на эти темы я писал уже тысячу раз: о важности фундаментальной науки, о необходимости хотя бы существования заказчика для тех или иных практических решений, о ловушках перехода к прикладным исследованиям и так далее.

Поэтому сейчас я скорее хочу разобраться, что именно так триггерит в сколковоподобных поучениях, и в какой момент учёный превращается в коуча-инноватора. Обобщая прочитанное в разных местах, я смог выделить следующие моменты:

1. Они сами не инноваторы. О внедрении научных результатов в промышленность рассказывают люди, которые сами ничего не внедрили. В лучшем случае это учёные, которые научились подавать публике свои результаты как прикладные, но вообще о технологиях читали только в книжках. В худшем случае — распильщики основатели госбюджетных стартапов по производству какой-нибудь наноручки, которую никто и никогда не увидит.

Более того, сам образ не клеится: достаточно посмотреть на людей, которые действительно что-то разрабатывают, внедряют и производят.

Существуют две параллельные вселенные. В одной живут люди в белых кедах и пиджаках, которые никогда ничего не внедряли. Они приезжают в красивые офисы из стекла и бетона, рисуют на флипчартах и рассказывают преподавателям или управленцам, которым нечего внедрять, про технологическое развитие. В другой вселенной узкие специалисты проектируют и делают уникальные вещи, борясь по пути с нормативной базой, закупками, поставками и дефицитом хороших сварщиков. Как правило, в некрасивых помещениях без флипчартов.

2. Они не понимают, что уровень спроса на научные результаты со стороны отечественной промышленности объективно низок. Мысль не нова, но инновационный коучинг находится в плену частных примеров в духе "а вот однажды мы случайно синтезировали дигидрогена монооксид и его стал пачками закупать Газпром". Случаи бывают разные, но в целом высокотехнологичная промышленность создаёт спрос лишь в ряде узких прикладных областей.

3. Они часто опираются на примеры простых инноваций, в духе изобретения чемодана на колёсиках, либо на истории везения. Но, вообще-то, не любая идея является высокотехнологичной инновацией. Доведение действительно научного результата хотя бы до опытной технологии будет длиться годами и рождать новые задачи. Процесс будет стоить очень дорого, положительный результат не гарантирован, а неудача, как правило, никем не страхуется.

4. Они недооценивают сложность перехода на новую научную тематику. Освоение какой-либо области до профессионального уровня занимает многие годы (я бы сказал, не два и не три). Именно поэтому невозможно следовать ежегодно меняющимся веяниям моды, к чему по сути те самые инноваторы и призывают. Иначе научная группа станет грантовой ОПГ из дилетантов широкого профиля.

5. Они не знают нормативной базы и других реалий (no comments).

На мой взгляд, все эти милые неточности и приводят любого желающего в страну розовых инновационных единорогов. Что, впрочем, ничем не отличается от бизнес-коучинга, где основной доход гуру — это отнюдь не прибыль от успешного личного бизнеса, а плата клиентов за участие в тренингах.

Занимательный факт: среди двух десятков лауреатов премий общества "Знание" не оказалось действующих учёных. А из 13 награждённых организаций и проектов какое-то отношение к науке имеет только Росатом с "Атомными классами".

Несколько лауреатов премии имеют учёные степени (юрист, экономист, историк, канд. технических наук), но только в глубоком анамнезе: в настоящее время наукой они не занимаются, не говоря уже о каких-то значимых результатах. Представителей естественных и математических наук среди лауреатов я не нашёл вообще, хотя казалось бы.

При этом общество "Знание" среди своих задач заявляет первым номером популяризацию науки и формирование чувства гордости за страну и её достижения в науке и технике.

Наградить российских популяризаторов, которых действительно смотрят и читают люди? Лектории и фестивали, которые собирают аудиторию, не сгоняя студентов? Может, интернет-порталы, паблики, каналы? Наградить учёных-популяризаторов, пресс-службы университетов и научных институтов? Да не, лучше наградим Соловьева и ВГТРК за программу "Москва. Кремль. Путин", им признание куда важнее.

И ведь не сказать, что я удивлен или имел какие-то иллюзии. Просто наблюдаю феномен популяризации знания, только не научного, а какого-то другого.

в сеть попали уникальные кадры вручения премий общества "Знание" выдающимся популяризаторам науки и просветителям

По мотивам чтения архетипичного телеграма восьмого марта.

P.S. Админы каналов и просто мужчины, которые ещё не обрели своё простое мужское счастье и не познали радости ведения телеграма-канала, — ищем себя и свои поздравления на картинке.

На конец 2025 года средняя зарплата учителя в России составила 56,4 тыс. руб. при средней загруженности в 1,6 ставки. Это следует из исследования общественного движения «Родная Школа», о котором рассказывает RTVI.

✔️Самые большие зарплаты за педагогическую работу, по данным исследования, получают учителя Ямало-Ненецкого автономного округа, им платят 120,7 тыс. руб. на руки в месяц. Вторые по размеру зарплаты получают московские учителя — 100,5 тыс. руб.. Замыкает тройку лидеров Ханты-Мансийский автономный округ, здесь в месяц учителя получают 82,7 тыс. руб. В первую пятерку также вошли Республика Коми (78,3 тыс. руб. в месяц) и Санкт-Петербург (70,6 тыс. руб.).

✔️О самых маленьких зарплатах сообщили учителя Вологодской (36,2 тыс. руб.) и Омской (35,1 тыс. руб.) областей, Ставропольского края (31,9 тыс. руб.), Крыма (30,8 тыс. руб.), а также Чувашии (28,1 тыс. руб.).

✔️В опросе о зарплате учитывали все педагогические надбавки, включая выплаты за классное руководство, проверку тетрадей и прочее. Отдельно учителей просили указать, работают ли они по совместительству на непедагогических должностях, например, учитель физики может работать еще и электриком в своей школе. Поэтому выплату за такую работу не учитывали в зарплате за педагогическую работу. Как правило, непедагогическое совмещение приносит учителям не более 10 тысяч рублей на руки. Медианная надбавка за непедагогическое совместительство составляет три тысячи рублей, показало исследование.

✔️Самая большая нагрузка, по результатам опроса, у учителей в Кемеровской области — 2,06 ставки. В топ-5 самых загруженных учителей также входят педагоги Омской (1,92 ставки), Самарской (1,91 ставки), Ростовской (1,88 ставки) и Челябинской (1,82 ставки) областей.

✔️Минимальная средняя нагрузка оказалась у учителей Саратовской области (1,42 ставки), Санкт-Петербурга (1,42 ставки), Томской области (1,41 ставки), Чувашии (1,4 ставки) и Татарстана (1,38 ставки).

✔️Половина учителей в стране, по данным исследования, работают с нагрузкой, превышающей 1,61 ставки.

✔️В 18 регионах зарплата учителей в расчете на одну ставку не достигает федерального минимального размера оплаты труда (МРОТ), который в 2026 году составил 27 093 руб, следует из результатов опроса. В 34 регионах, по данным исследования, зарплата в расчете на одну ставку составляет менее половины от средней зарплаты по региону (после вычета НДФЛ), в 17 регионах — меньше половины медианной зарплаты по региону (после вычета НДФЛ).

✔️Ни в одном из регионов, участвовавших в исследовании, средняя зарплата учителя на одну ставку не достигает уровня медианной зарплаты в регионе. Самый лучший показатель — 66,6% от медианной по региону — у учителей в Коми, они получают 45,2 тыс. руб. за одну ставку при медианной зарплате в республике в 67,9 тыс. руб. за вычетом НДФЛ.


"Наука и университеты" в MAX

Обновуление

Пару дней назад я собрался написать пост в жанре "о хорошем" — о программе обновления приборной базы научных организаций. Благодаря ей уже несколько лет можно приобретать крупное оборудование, которое заведомо не укладывается в смету тех же грантов РНФ, да и просто большинства научных проектов. Грубо говоря, это покупка не расходников или отдельных комплектующих, а серьёзного прибора стоимостью в десятки миллионов рублей, который становится основным или одним из основных инструментов лаборатории на долгий срок.

Понятно, что хотелось бы закупать быстрее и больше, причём не только для высокоэффективных организаций, но всё же система была запущена и внушала какой-то оптимизм.

Так вот, вчера коллеги сообщили о заморозке программы на ближайший год: конкурс отменён из-за оптимизации расходов. Слухи на этот счёт разнятся: то ли решение окончательное, то ли оно ещё может быть пересмотрено из-за неожиданного роста поступлений в государственный бюджет.

К слову, программа шла без лишнего медийного шума, в отличие от куда менее полезных и куда более распиаренных инициатив. Может это и стало проблемой. Интереснее всего, конечно, узнать, почему именно программа обновления приборной базы проиграла в конкуренции за бюджетные ресурсы.

"Знание" не освобождает от ответственности?

Как сообщает РБК, 18 марта сотрудники ФСБ задержали Антона Серикова, замгендиректора общества "Знание" и директора центра "Машук". Обвинение — растрата в особо крупном размере. Естественно, было бы интересно узнать глубинные, скажем так, причины ареста.

Из разряда грустный шуток — у меня уже давно складывается ощущение, что правоохранители работают по каталогу друзей НОП (на десятый раз коллеги и сами заметили).

Берём хотя бы вот этот список членов Экспертного совета при зампредседателе Госдумы Б. Чернышове (от апреля 2023 г.), который заботливо собирал, а затем продвигал Е. Сженов. Прошло менее трёх лет, но на сегодняшний день примерно каждый седьмой член этого совета либо является фигурантом уголовного дела в разных стадиях, либо отметился крупным скандалом и потерял должность. Получается просто выдающаяся конверсия друзей НОП членов Экспертного совета в уголовники. А ведь список далеко не исчерпывающий.

Медийно эти люди просто исчезают: они попадают в СИЗО, а затем в бесконечную череду судебных заседаний, больше не появляются на форумах, про них не пишут в каналах. Дорогие друзья и незаменимые эксперты вдруг оказываются не такими уж и друзьями, и не такими уж и экспертами. Но после всегда остаётся лёгкая недосказанность.

А был ли смысл слушать мнение человека о развитии науки и образования, если он украл у этой же науки с образованием десяток или сотню миллионов? Нет ли, скажем так, сомнений в его искренней вовлечённости в проблему? Или он на самом деле не вор, а просто подписал неправильный документ в неправильное время?

А с какой вероятностью другие лидеры отрасли, на которых дело ещё не завели, тоже скомпрометированы?

И вообще, может, в научно-образовательной сфере в принципе собрались латентные преступники? Или просто невозможно работать, не нарушая УК РФ? Или люди с сомнительной репутацией тянутся друг другу, а потом садятся гроздьями? В общем, есть вопросики.


P. S. Спасибо подписчику за идею заголовка

Как заниматься наукой в 2026 году

Видишь превью сообщения от коллеги: "Глянь статью срочно!! Судя по аннотации, они как-то решили пробле...", но чат в телеграме не загружается. Врубаешь ВПН, но из-за белых списков ничего всё равно не работает. Вырубаешь ВПН, вызываешь такси и мчишься на работу.

Включаешь компьютер, но из-за ограничений интернета в РФ сайт журнала открывается долго и без картинок. Из-за санкций США ты больше не можешь скачивать статьи этого издательства. Копируешь DOI из адресной строки и идёшь на sci-hub, поминая добрым словом Элбакян.

К сожалению, статья вышла в 2023 году и её нет в базе sci-hub.

Внимательно смотришь на авторов публикации и понимаешь, что с одним ты неплохо знаком. Строчишь письмо с напоминанием о себе, но перед самой отправкой задумываешься — а не стоит ли согласовать научно-техническое сотрудничество с кем следует? И нельзя ли тут усмотреть в переписке передачу чувствительной информации? Поднимаешь локальную нормативную базу, но узнаёшь лишь определения понятий "ЭВМ", "компьютерная программа" и "электронная почта".

Вспоминаешь, что твой институт под санкциями Евросоюза: коллегу на той стороне могут привлечь за переписку с тобой. Чувствуя себя немного шпионом, решаешь подкатить неофициально.

Отметаешь вариант написать в телеграме: с точки зрения европейского обывателя, тут сидят фашисты, педофилы и наркоманы. В вотсап ты и сам не можешь зайти уже третий месяц. Осталось разве что уговорить коллегу поставить М*х, но с испанской симкой это невозможно.

Открываешь ResearchGate и понимаешь, что рукопись статьи, которую ты искал, с самого начала выложена автором в открытый доступ.

Наконец, внимательно изучаешь статью и понимаешь, что это именно тот кусочек паззла, которого тебе не хватало. Начинаешь планировать новый эксперимент, но важнейшего расходника почти не осталось. Продумываешь варианты закупки и взвешиваешь наценки, сроки поставок и сроки по статьям УК РФ. Выбираешь официально закупить отечественные материалы — то есть, китайские, которые в точности копируют американские, но становятся российскими в одной инновационной фирме. Технологию производства, кстати, изобрёл в 1982 году твой научник.

Узнаёшь, что оформление закупки вместе с поставкой "в сложных условиях" займёт полгода. К отчётам не успеешь точно. Плюёшь на всё и решаешь купить расходники за наличку: расписываешь премии проверенным людям, собираешь в кассу лабы. На складе фирмы чудом находится ровно то, что тебе нужно.

Получаешь крутой результат и садишься за статью. Понимаешь, что тебе придётся несколько раз ссылаться на авторов из Университета Беркли, который признали нежелательным на территории РФ. Заменяешь оригинальные работы на китайские статьи-аналоги.

Думаешь, куда подать рукопись. Топовый журнал в твоей области принимает статьи от авторов из России, но финансирует Украину. Есть ещё один отличный журнал, но авторы из России забанены в нём полностью. Другой — не разрешает ссылки на источники финансирования, связанные с правительством РФ, третий — не может указывать подсанкционную организацию в качестве места работы, четвёртый — ничего не запрещает официально, но по факту держит рукопись месяца три и отвечает, что не удалось найти рецензентов.

Наконец, ты находишь приличный журнал, но он работает только по системе Open Access, придётся вывалить несколько тысяч долларов. У твоей казахской карточки истёк срок действия, приходится просить о помощи приятеля и возвращать ему деньги наличкой.

Начинаешь готовить иллюстрации к статье, но из привычных инструментов легальными остались только Paint и Excel.

Выбирая гендер и he/she/they при заполнении авторской анкеты, на минуту задумываешься — не примкнуть ли ненадолго к меньшиствам для повышения вероятности публикации?..

Не успев решить, попадаешь в СИЗО. Два эпизода обналички, свидетели, показания.

Не падаешь духом, решаешь провести время с пользой и подтянуть фундаментальные знания. Заказываешь пару книг по физике. Но тебе их не приносят: по словам библиотекаря, академика В. Гинзбурга на днях признали иноагентом, а такая литература заключённым не положена.

Админ телеграм-канала, помни! Все твои ироничные шутки к 1 апреля превратятся в постановления правительства и поручения президента до конца текущего квартала.

Норма

Недавний пост "Как заниматься наукой в 2026 году" набрал более 7000 пересылок, и это абсолютный рекорд канала. Такой вовлечённости я не ожидал.

Напишу пару слов в ответ на распространённые комментарии. Скажу сразу: я не знаю, чем помочь читателям, которые не считывают иронию в тексте и бросаются всерьёз доказывать, что иноагентом признали вовсе не того Гинзбурга, что публикации можно поискать не только на sci-hub или что у лирического героя слишком много неудачных совпадений для одного дня. Соцреализм — не единственный жанр, а сатира нужна для другого.

Естественно, главный посыл истории был не в том, чтобы пожаловаться на жизнь, а в том, чтобы взглянуть на ситуацию со стороны показать, насколько стремительно меняется понятие нормы. Правда, комментарии отразили это лучше самого поста. Многие уже приняли за новую норму отсутствие таких базовых вещей как быстрый доступ к научным статьям, возможность легально и в адекватные сроки купить реактивы, право контактировать с иностранцами без оглядки на контролёров и так далее. Более того, не просто приняли, а с азартом эту норму защищают или объясняют, как лихо можно бежать с перпятствиями.

Кто же спорит? Выкрутиться можно почти всегда, и все мы выкручиваемся. Можно даже любоваться своими софт-скиллз, связями и схемами, попутно пиная менее приспособленных коллег. Непонятна только радость этого преодоления: приспособление съедает время и силы, а ресурс человека ограничен. В конечном итоге условный научный сотрудник не изучит N важных статей, не проведёт полноценную серию экспериментов или не получит обратной связи на нормальной конференции.

Ещё один интересный момент: в посте каждый увидел то, что у него болит. В тексте не было ни слова про деньги, но кто-то бросился доказывать, что денег на самом деле очень много. В тексте зарубежные санкции были упомянуты на равных с внутренними, но кто-то стал искать очернение России. К слову, это ещё раз подчёркивает крайне нездоровую атмосферу поиска врагов. А ведь пафос поста был в том, что именно сложение ограничений даёт особенно убийственный эффект (например, правила закупок в сумме с запретами прямых поставок).

Возможно, для обывателя неочевидно, насколько сильно качество исследований завязано на вовлечённость в международный научный процесс в широком смысле слова: от контактов на личном уровне до поставок оборудования и участия в мега-проектах. К слову, это хорошо понимали в СССР и отлично понимают в Китае, который не стесняется отправлять своих граждан на стажировки и в аспирантуру, создавая привлекательные условия для возвращения.

А вот поддержка выхода из международного научного процесса — это самое настоящее вредительство. Если за неимением связи с окружающим миром мы не будем использовать результаты учёных из других стран, а станем повторять их с опозданием, то это и будет, по сути, банальной растратой бюджета. Не будем забывать, что 95% науки делается вне нашей страны, и разрыв связей означает почти полную остановку в научном развитии.

Подытожим. Сошёл ли мир с ума? Да, скорее всего. Умеем ли мы выкручиваться? Несомненно, умеем, даже лучше всех. Но давайте не будем называть нормой то, что ей не является.