Но зато во второй версии автореферата появилась замечательная таблица, которой нет ни в каких других публикациях, которые нашла об этих исследованиях. В ней обобщены данные о популярности (читаемости) некоторых разделов всех четырёх газет. Не могу понять, в какой логике упорядочена таблица, но из цифр следует, что международная жизнь была гораздо интереснее событий в стране для читателей всех газет, читатели всех газет были не против посмеяться, а передовицы были в третьем эшелоне по популярности (лишь читатели «Правды» пытались быть исключением из этой тенденции).

И как разгадать все эти загадки двух авторефератов одной диссертации?

#ретро #листаястарыеанкеты

25 июня 215 лет российской статистике

23 июня 2014 г. Президент РФ подсказал Росстату, что ему необходимо «принять в месячный срок нормативный правовой акт об установлении профессионального праздника – Дня работника статистики». И в течение месяца такой документ появился – 21 июля 2014 г. в приказе главы Росстата приказано «установить профессиональный праздник – День работника статистики и отмечать его 25 июня».

Почему именно в этот день? Потому что 25 июня 1811 г. Александр I издал манифест «Об учреждении Министерства полиции», при котором начало свою работу статистическое отделение; в 1819 г. оно было передано в ведение Министерства внутренних дел. С разными названиями отделение статистики было структурой Министерства внутренних дел до 4 марта 1858 г., когда его преобразовали в Центральный статистический комитет: «Центральному статистическому комитету предоставляется право требовать статистические материалы по предметам, входящим в круг его действий, не только от Департаментов Министерства внутренних дел, но и от других высших управлений».

Одной цифрой меньше

В справке Росстата «О значении границ бедности и численности населения с денежными доходами ниже границы бедности в I квартале 2026 года в целом по Российской Федерации» с ссылкой на закон от 29 ноября 2007 г. № 282-ФЗ (с изменениями) «временно не опубликована» информация об абсолютной численности бедного населения. Уровень бедности в I квартале 2026 г. составил 7,7%, а сколько это миллионов человек – прочерк. Но в целом за 2025 г. уровень бедности 6,7% или 9,7 млн человек. По оценкам, сделанным три месяца назад, при таком же уровне бедности численность бедного населения составляла 9,8 млн человек.

Данные о предварительной численности населения за 2025 г. ещё есть на сайте Росстата, но оценок, сколько было россиян на 1 января 2026 г., пока нигде не видела. Готовят к тому, что про численность населения в 2026 г. сообщений вообще не будет?

Лет десять назад на сцене «Красного факела» Тимофей Кулябин поставил «Три сестры». Герои пьесы не только разговаривали на языке жестов, но и пользовались смартфонами, хотя действие происходило в чеховские времена. Сценический приём объяснялся тем, что история на рубеже веков показана как бы в воображении того, кто узнаёт о ней через несколько столетий, а на таком хронологическом расстоянии разница в сто лет стирается.

И вот читаю современную рукопись об истории Новосибирского Академгородка, про события от его создания до 1970-х годов. В число научных открытий того времени включено «открытие нового вида людей в Денисовой пещере» (которую стали изучать в 1980-ые); среди построенного к 1964 г. оказался Академпарк (то, что сейчас попадает под это обозначение, возникло в начале 2000-х) и т.п. События, между которыми несколько десятилетий, сливаются в воображении в 2026 г. в одну темпоральную точку…

Приём, к сожалению, работает

Фото

Попыталась в массиве ВЦИОМовского майского опроса про детство выделить паттерны во взглядах на воспитание детей, сжать 14 основных переменных до нескольких латентных факторов. Пробовала на взвешенных и невзвешенных данных, исключая параметры воспитания с низким выбором, делила массив на две части по возрасту… Никакие из вариантов не дают хорошую факторную модель, а пытаться дальше – это уже не анализ, а подгонка результатов. Но в том, что ничего ясного не получилось, тоже вижу результат – представления, что сегодня главное в воспитании детей, оказались не консистентные внутри себя (или если не представления, то их артикуляция в массовом опросе). Ориентиры потеряны и здесь.

Но во всех попытках есть пара устойчивых закономерностей:

«либо ум, либо патриотизм». Среди респондентов, которые в числе главного в воспитании детей назвали «патриотизм, любовь к Родине», 8,2% также отметили вариант «развитие умственных способностей»; а из тех, кто не указал «патриотизм, любовь к Родине», выбрали «развитие умственных способностей» 24,1%;
«либо ум, либо образование». Среди тех, кто включил в число главного в воспитании детей «развитие умственных способностей», 23,5% также выбрали вариант «дать хорошее образование»; а из тех, кто среди главного в воспитании не назвал «развитие умственных способностей», указали на хорошее образование – 40,2%.

Возможно, в этих закономерностях проявился методический эффект ограничений на количество вариантов ответов: когда можно назвать не более трёх, выбирали не дополняющие друг друга («синонимичные по внутреннему смыслу»), а максимально разные. Но не покидает ощущение, что всё-таки какая-то поломка: три недели назад ВЦИОМ опубликовал ответы из другого майского опроса – на вопрос, что «в настоящее время в России является признаком престижа, статуса». «Возможность дать детям качественное образование» оказалась на первом месте, её отметили 50% респондентов; по сравнению с 2006 г. доля выбравших этот вариант существенно выросла – с 37%. Но если смотреть на такую же двадцатилетнюю динамику в ответах на вопрос «Что Вы лично считаете главным в воспитании детей?», «дать хорошее образование» потеряло в популярности: 53% в 2006 г. и 37% в 2026 г. Получается, что, если разговор о маркерах статуса, образование детей стало более важным, а если говорить о том, что важно в воспитании детей, образование стало менее актуальным. Так может быть?

Или уже и не пытаться понять эти цифры?

🌷Сегодня Фонду поддержки социальных исследований «Хамовники» исполняется 20 лет!🌷
 
За 2 десятилетия работы мы поддержали 76 исследовательских проектов, исполнители которых провели сотни экспедиций по всей России.
Фонд издал 38 книг – как по результатам «наших» исследований, так и по материалам предшествующей полевой работы авторов.
Наши исследователи опубликовали десятки научных статей, посвященных описанию российской действительности, и ввели в научный оборот множество ранее не видимых академической науке явлений и необходимых для их обозначения понятий.
 
Мы искренне благодарны всем, кто за эти годы стал частью Фонда и тем, кто был рядом – нашему учредителю, членам экспертного совета, исследователям, популяризаторам, читателям и почитателям =)
 
Фонд продолжает работу и с нетерпением ждёт новые заявки.
 
С Днём Рождения нас!

Пять лет назад государство изменило правила проверки на нуждаемость семей, претендующих на социальные пособия: кроме дохода стали учитывать имущество, принадлежащее членам семьи на правах собственности (см. здесь, п. 31.з). Почему это важно?

– Расширена линейка социальных стандартов: наряду с показателями минимальных доходов государство обозначило критерии минимальной имущественной обеспеченности.
– Экспертно-аналитическая легитимация собственности населения, сигнал, что государство считает не только доходы, но и накопленное имущество маркером уровня жизни.
– Признание качества «формальных» данных о собственности россиян: усилия государства по снижению неформальности собственности в виде «имущественных амнистий» (дачной, гаражной) вывели её в «зону видимости».

Но минимальная имущественная обеспеченность – это не «ценности молодёжи»: бума исследовательских статей о ней не случилось. Завтра расскажу, что мы узнали о минимальной имущественной обеспеченности российских домохозяйств в одной из курсовых работ.

Вот что значит постоянство, стабильность и верность одной машине. Когда такие номера перестали выдавать?

#увиделаслучайно

Стакан на 85% полон или на 15% пуст?

Продолжение. Начало здесь. 

Из социально-экономических обследований домохозяйств для оценок минимальной имущественной обеспеченности наиболее подходящие – по полноте показателей – КОУЖ Росстата и Всероссийское обследование домохозяйств по потребительским финансам Банка России. Расчеты, выполненные в одной из курсовых работ на данных ВОДПФ, дополнила сделанными на КОУЖ.

Ограничения данных. Даже из самых подходящих баз данных ни одна не позволяет полностью и точно оценить соответствие недвижимости и транспортных средств в собственности домохозяйств критериям минимальной имущественной обеспеченности (полагаю, что при проектировании опросников КОУЖ и ВОДПФ ориентировались на несколько иные цели). Например, в ВОДПФ с 2022 не спрашивают, можно ли жить круглогодично или только сезонно в дополнительных домах, принадлежащих домохозяйству, – то есть, из всех таких домов нельзя выделить дачные (садовые) домики. Есть ли именно дачный домик, можно узнать в КОУЖ, но сколько домиков – не уточняют. Про гаражи в двух последних раундах ВОДПФ спрашивают о наличии, но не количестве. А в КОУЖ ответы на вопрос о гаражах и машино-местах также надо интерпретировать с оговоркой: о них спрашивают не в формате «есть / нет», а как о местах, где стоят автомобили домохозяйства, то есть вопросы задаются только «при наличии в домохозяйстве одного или нескольких автомобилей». Нет машины – нет вопроса о гараже, хотя гараж-то может и быть. При этом также не уточняется, сколько гаражей или машино-мест, лишь разделение по этим двум видам мест стоянки автомобиля.
Спрашивать о размере земельных участков в распоряжении и собственности домохозяйств Росстат прекратил ещё десять лет назад, так что по КОУЖ можно фиксировать лишь наличие у домохозяйств земельных участков (но с деталями – в собственности и с документальным оформлением).
 
Получается, что в работе с данными обследований характеристики количества и качества имущества в собственности домохозяйств, обозначенные в нормативных документах, можно использовать только как ориентир, без возможности точного следования им.

Всегда смотрела на микроданные росстатовских обследований использования суточного фонда времени с лёгким сожалением. При сборе данных фиксируют и основное, и параллельное занятия, но публикуют расчетные переменные о затратах времени только на основное. И вот исследование, в котором авторы тоже работали с дневниковыми данными о затратах времени, но посмотрели именно на совмещение занятий – насколько мы «многозадачны» на досуге.

Нагерняк М.А., Тер-Акопов С.А., Воронина Н.Д., Тер-Акопова Н.С. Накладывающееся потребление досуга: паттерны параллельных активностей россиян // Вопросы экономики. 2026. № 6. С. 75–96.

Чтение и просмотр ТВ оказались самыми «моно»: 70% всего времени на них приходится на чистые затраты, когда ничего параллельно не делается. Оставшиеся 30% – это совмещение с другими делами. В случае чтения чаще всего среди параллельных занятий – просмотр ТВ, просто пассивный отдых, посещение социальных сетей, а также оплачиваемая работа, приём пищи. А на другом полюсе – слушание радио и музыки. Это самые фоновые практики: 80% времени они совмещаются с чем-то другим.

Ещё из выводов: пассивный отдых («ничегонеделание») насыщен фоновыми досуговыми занятиями. Получается, мы и на отдыхе не всегда можем сосредоточиться, помещаем его в «шум».

У мужчин доля чистого, ни с чем не совмещённого досуга выше. У женщин и времени на досуг в целом меньше, и внутри этого времени доля «только одного занятия» ниже. То есть даже в свободное время женщины чаще находятся в режиме распределенного внимания.

По случаю воскресенья - о том, как мы отдыхаем - глазами учёных, изучающих бюджеты времени в рамках нашего #Большого-проекта:

Исследователи Института социальной политики НИУ ВШЭ оценили масштаб «накладывающегося потребления досуга» в России. Оказалось, что около трети времени за просмотром ТВ, чтением или в интернете россияне совмещают с другими делами — от работы до еды, а для радио и музыки этот показатель превышает 80%. Исследование опубликовано в журнале «Вопросы экономики».

Для своего исследования о том, «как люди связывают регионы» юга Западной Сибири, несколько лет назад мы использовали три вида данных, в том числе о затратах времени на дорогу между региональными центрами на разных видах транспорта – автомобиле, автобусе и пассажирском поезде. Мы собирали эти данные вручную…

И вот просто «подарочный набор» данных от «Если быть точным» о транспортной связанности крупных городов России – на автомобиле, поезде и самолётом, туда и обратно. Может, придумать курсовую работу с этими данными?

А в наших расчётах получилось, что затраты времени на дорогу существенно различаются в зависимости от вида транспорта, хотя мы сравнивали только наземный. Ожидаемо, что быстрее всего доехать от одного города до другого на автомобиле, но есть нюанс: минимальный разрыв затрат времени на дорогу на автомобиле и общественном транспорте в парах всех городов с Новосибирском. То есть транспортная связанность региональных центров юга Западной Сибири с Новосибирском лучше, чем между собой, что мы трактовали как признак моноцентричности («Новосибирск- стремительности») пространства.

Изменения могут быть только улучшениями. В жизни москвичей.

Методический урок от ВЦИОМ in VDNKh style

Кардинальное решение Churning-проблемы

Когда-то, встретив Churning в The Global Informality Project, не сразу поняла и приняла, почему это понятие включено в энциклопедию неформальности. Мозгу, настроенному в неформальном видеть неформальную экономику, нужно было время, чтобы починить слом восприятия. Но из-за этого Churning и запомнила.
Наиболее подходящий перевод для Churning – «перекладывание». Речь о том, что при расхламлении, разборе вещей и бумаг мы не создаём правил их структурирования, соответственно, не следуем этим правилам в избавлении от лишнего и ненужного, а просто находим хламу новое место в доме.

Но на этот раз к бумажному расхламлению решила подойти с долей кардинальности: чтобы пресечь миграцию бумаг из папки в папку, из шкафа в шкаф, … купила шредер. Оказалось, в безвозвратности уничтожения бумаг есть своя притягательность.

ВЦИОМ уже трижды замерил эмоции россиян – в январе, апреле и июле 2026-го. И сообщил, что к лету «эмоциональная структура общества становится более сбалансированной и гармоничной»: мы якобы адаптируемся к контексту, переходя от острых реакций к взвешенному восприятию. Но что есть такая гармоничность и взвешенность?

Если посмотреть на отдельные эмоции, за полгода доля испытывающих радость упала с 55,7% до 40,1%, воодушевление – с 45,5% до 31,1%, уверенность – с 60,3% до 47,0%, спокойствие – с 66,6% до 50,7%. При этом доля «раздражённых» выросла с 29,5% до 38,4%, «тревожной» стала почти половина опрошенных (48,2%), а «злыми» – почти четверть (23,6%). Доля тех, кто накануне опроса испытывал все шесть замеряемых позитивных эмоций, сократилась с 26% до 14,7%, а доля затруднившихся ответить о своих чувствах выросла почти вдвое – с 10,6% до 18,2%.
Но в релизе ВЦИОМ молчание про все эти сдвиги. Вместо динамики отдельных эмоций – размеры четырёх кластеров = четырёх эмоциональных сегментов, численность попавших в которые меняется в пределах 3–4 процентных пунктов. Но если вникать в детали, при почти прежнем объёме и названиях кластеров меняется их наполнение.
Кластерный анализ «подстраивается» под текущее распределение данных, даёт иллюзию стабильности там, где меняются составляющие эмоциональной структуры. Если же применить более прозрачную априорную типологию – группировку по числу названных позитивных и негативных эмоций – картина становится иной: доля жизнерадостных падает с 40% до 25%, а доля респондентов с негативными эмоциями удваивается – с 9,3% до 19,5%. Но эту динамику ВЦИОМ «спрятал» в изменчивости состава кластеров, показав относительно стабильные их размеры.

С одной стороны – массивы первичных микроданных «Эмоционального тонометра» в открытом доступе, с другой – интерпретация этих данных в VDNKh style, не соответствующем содержанию данных. Попыталась докопаться до сути, как сложными методами анализа можно замаскировать тенденции в данных. Фактически ВЦИОМ дважды маскирует свои же данные, методически и дискурсивно.