Конечно, я дочитала и книжку про Тюдоров, и книжку про викторианцев.
Рут Гудман со своими волшебными "а этот корсет я носила, а этот хлеб я месила" включает очень забавный режим, когда ты со своими текущими ежедневными делами, дельцами, делишечками и заботушками начинаешь прикидывать, как очередная мадам-реконструктор это будет описывать через 300, а то и через 500 лет.
* И сразу вот я лично представляю, что в этом будущем до неузнаваемости должно поменяться все насчёт мусора и производства мяса. Эх.
Но вернёмся к этим призрачным жителям викторианской и тюдоровской эпох - которые прям реально при чтении облекаются в плоть и кровь. Мне кажется, я никогда не забуду комментарии про этот знаменитый кейс с завещанием Шекспира (помните, он прописал, кому оставляет кровать, и ничего не написал о пьесах?) Так вот - ещё совсем недавно многие спали на тюфяках на полу. В комнатах до сих пор стоял сквозняк пополам с чадом, и тусили чужие люди и собственная семья. В этой ситуации хорошая кровать - это как будто у тебя ещё чудом завалялась в активах квартира на Патриках; конечно, ее судьбу в завещании не упускаем.
*При этом театры располагались рядом с местами собачьих и медвежьих боёв, и предлагали то же самое - всякий раз новое представление.
А, ну и в случае театра публика плевала на декорации и ждала роскошных костюмов, которые покупались подержанными, за ничтожную часть первоначальной цены - но все равно большинству зрителей и не снились. Так что драматургия и слог, конечно, вещь хорошая, но новизна пьесы и золотое шитье камзола важнее... И кто там что говорил про рукописи?
В начале викторианской эпохи качественную одежду, кстати, как и во времена Тюдоров, тоже прописываем в завещании - или отдаем горничной. Бального платья она надеть никуда не сможет, конечно, но зато продаст за живые деньги.
И вот удивительно, этот 19-й век же ближе к нам, и столько всего актуального сейчас появилось тогда - а прям время какого-то повального, ужасного несчастья.
Смотрите сами.
Вкусная еда только для состоятельных, остальным плохой хлеб, картошка, забеленное мелом молоко, затемнённый глиной чай. Про витамины пока никто не знает, стандарты пищевых товаров ещё только маячат.
Стирка с глажкой как еженедельные врата ада, требовавшие технологии, последовательности и неплохих познаний в прикладной химии. Очень богатые люди отправляли, например, стирку в поместье, где были оборудованы целые прачечные, и могли хвастаться, что стирают раз в сезон; это значило, что нательного и постельного белья у них хватает на несколько месяцев ежедневной смены по 2 раза. Все прочие с нетерпением ждали вмешательства прогресса с катками. Хм. В Риге моего детства и мы носили белье в прачечную в полуподвале, где на катки я смотрела в окно, открыв рот. Кстати, вопрос не только в требуемой для стирки физической силе, хотя попробуйте руками постирать белье, постель и одежду для большой семьи. Все средства для стирки были такие агрессивные, что и ткань, и руки могло разъесть: недаром все чинили и штопали перед стиркой, после крохотная незашитая дырочка становилась огромной дырой.
Слабительное как царь всех лекарств, и всевозможные средства с одурманивающим действием - тоже, как и слабительное, всем, от младенцев до стариков. Ни богатый фабрикант, ни его рабочий не знают, что там в составе их лекарств, ни в рекламе, ни на упаковке не указано.
Долгие ежедневные часы на раздувание каминов, чистку каминов, уборку сажи. Холод в спальнях, потому что топим только для больных. Нет, не потому, что дорого, а потому что как-то безнравственно потакать своим слабостям. Сознательное недокармливание детей во всех классах (чтоб дурные мысли не посещали). Короче, много ещё про что могу разливаться соловьём.
... При этом самое страшное в тюдоровские времена у меня в голове застряло всего одно, но ужас-ужас: старых коров, быков и петухов перед забоем следовало раздразнить, разозлить и затравить, - так, считалось, мясо лучше будет. Мясников, которые предпочитали менее пыточные методы, власти штрафовали(((
#Культурненько #Нонфикшен #nonfiction
Рут Гудман со своими волшебными "а этот корсет я носила, а этот хлеб я месила" включает очень забавный режим, когда ты со своими текущими ежедневными делами, дельцами, делишечками и заботушками начинаешь прикидывать, как очередная мадам-реконструктор это будет описывать через 300, а то и через 500 лет.
* И сразу вот я лично представляю, что в этом будущем до неузнаваемости должно поменяться все насчёт мусора и производства мяса. Эх.
Но вернёмся к этим призрачным жителям викторианской и тюдоровской эпох - которые прям реально при чтении облекаются в плоть и кровь. Мне кажется, я никогда не забуду комментарии про этот знаменитый кейс с завещанием Шекспира (помните, он прописал, кому оставляет кровать, и ничего не написал о пьесах?) Так вот - ещё совсем недавно многие спали на тюфяках на полу. В комнатах до сих пор стоял сквозняк пополам с чадом, и тусили чужие люди и собственная семья. В этой ситуации хорошая кровать - это как будто у тебя ещё чудом завалялась в активах квартира на Патриках; конечно, ее судьбу в завещании не упускаем.
*При этом театры располагались рядом с местами собачьих и медвежьих боёв, и предлагали то же самое - всякий раз новое представление.
А, ну и в случае театра публика плевала на декорации и ждала роскошных костюмов, которые покупались подержанными, за ничтожную часть первоначальной цены - но все равно большинству зрителей и не снились. Так что драматургия и слог, конечно, вещь хорошая, но новизна пьесы и золотое шитье камзола важнее... И кто там что говорил про рукописи?
В начале викторианской эпохи качественную одежду, кстати, как и во времена Тюдоров, тоже прописываем в завещании - или отдаем горничной. Бального платья она надеть никуда не сможет, конечно, но зато продаст за живые деньги.
И вот удивительно, этот 19-й век же ближе к нам, и столько всего актуального сейчас появилось тогда - а прям время какого-то повального, ужасного несчастья.
Смотрите сами.
Вкусная еда только для состоятельных, остальным плохой хлеб, картошка, забеленное мелом молоко, затемнённый глиной чай. Про витамины пока никто не знает, стандарты пищевых товаров ещё только маячат.
Стирка с глажкой как еженедельные врата ада, требовавшие технологии, последовательности и неплохих познаний в прикладной химии. Очень богатые люди отправляли, например, стирку в поместье, где были оборудованы целые прачечные, и могли хвастаться, что стирают раз в сезон; это значило, что нательного и постельного белья у них хватает на несколько месяцев ежедневной смены по 2 раза. Все прочие с нетерпением ждали вмешательства прогресса с катками. Хм. В Риге моего детства и мы носили белье в прачечную в полуподвале, где на катки я смотрела в окно, открыв рот. Кстати, вопрос не только в требуемой для стирки физической силе, хотя попробуйте руками постирать белье, постель и одежду для большой семьи. Все средства для стирки были такие агрессивные, что и ткань, и руки могло разъесть: недаром все чинили и штопали перед стиркой, после крохотная незашитая дырочка становилась огромной дырой.
Слабительное как царь всех лекарств, и всевозможные средства с одурманивающим действием - тоже, как и слабительное, всем, от младенцев до стариков. Ни богатый фабрикант, ни его рабочий не знают, что там в составе их лекарств, ни в рекламе, ни на упаковке не указано.
Долгие ежедневные часы на раздувание каминов, чистку каминов, уборку сажи. Холод в спальнях, потому что топим только для больных. Нет, не потому, что дорого, а потому что как-то безнравственно потакать своим слабостям. Сознательное недокармливание детей во всех классах (чтоб дурные мысли не посещали). Короче, много ещё про что могу разливаться соловьём.
... При этом самое страшное в тюдоровские времена у меня в голове застряло всего одно, но ужас-ужас: старых коров, быков и петухов перед забоем следовало раздразнить, разозлить и затравить, - так, считалось, мясо лучше будет. Мясников, которые предпочитали менее пыточные методы, власти штрафовали(((
#Культурненько #Нонфикшен #nonfiction
💔2
Господи, но медведя же вы жрать не собираетесь, его-то за что? И это вот за 20 метров от тех, кто пришел посмотреть новую пьесу Шекспира.
Англия, Англия, какая ж ты суровая страна.
... Но погодите, сейчас отдышусь и напишу вам про прекрасный псевдовикторианский роман, который теперь перечитываю и вижу новыми глазами!
#Культурненько #Нонфикшен #nonfiction
Англия, Англия, какая ж ты суровая страна.
... Но погодите, сейчас отдышусь и напишу вам про прекрасный псевдовикторианский роман, который теперь перечитываю и вижу новыми глазами!
#Культурненько #Нонфикшен #nonfiction
❤1🤣1
Обещанный роман - "Багровый лепесток и белый" моего ненаглядного многоликого Мишеля Фейбера.
Историю про то, как наследник парфюмерного концерна увлекся было юной очаровательной проституткой по имени Конфетка (да, она тоже Sugar), а потом ему надоело, - так вот, эту историю Фейбер ловко подаёт как слоёный пирог из физиологии и табу на нее. Тот случай, когда сюжет в пересказе будет звучать как полная фигня, но все герои и героини такие живые, что вы их не забудете.
*Сериал, кстати, тоже очаровательный.
Но вот чего я не понимала - это насколько честно зафиксирован тектонический сдвиг в парфюмерной промышленности (а теперь прочитала Гудман и вижу).
Все дело в том, что в викторианскую эпоху довольно долго все от мала до велика, от прачки до герцогини, душатся лавандой (альтернатива - бергамот с его свежестью).
Но парфюмерия же не про то, чтобы быть как все. В моду входят экзотические пряные запахи - предполагается, что горничная себе такого позволить не сможет.
... Лаванда отступает.
И сейчас та часть истории про фабрику и лавандовые поля, которую я раньше воспринимала как фон крупными мазками в духе картин импрессионистов, становится как раз невероятно реалистичной, и я еле выдыхаю.
Роман чудесный. Ксюша, если не читала, тебе точно надо
#ЛучшееИзВсего
#АЕстьЧтоНибудьПсевдовикторианское
Историю про то, как наследник парфюмерного концерна увлекся было юной очаровательной проституткой по имени Конфетка (да, она тоже Sugar), а потом ему надоело, - так вот, эту историю Фейбер ловко подаёт как слоёный пирог из физиологии и табу на нее. Тот случай, когда сюжет в пересказе будет звучать как полная фигня, но все герои и героини такие живые, что вы их не забудете.
*Сериал, кстати, тоже очаровательный.
Но вот чего я не понимала - это насколько честно зафиксирован тектонический сдвиг в парфюмерной промышленности (а теперь прочитала Гудман и вижу).
Все дело в том, что в викторианскую эпоху довольно долго все от мала до велика, от прачки до герцогини, душатся лавандой (альтернатива - бергамот с его свежестью).
Но парфюмерия же не про то, чтобы быть как все. В моду входят экзотические пряные запахи - предполагается, что горничная себе такого позволить не сможет.
... Лаванда отступает.
И сейчас та часть истории про фабрику и лавандовые поля, которую я раньше воспринимала как фон крупными мазками в духе картин импрессионистов, становится как раз невероятно реалистичной, и я еле выдыхаю.
Роман чудесный. Ксюша, если не читала, тебе точно надо
#ЛучшееИзВсего
#АЕстьЧтоНибудьПсевдовикторианское
❤2
На этой и следующей неделе у меня практикум по написанию рассказов от Creative Writing School. Собственно, это бесплатный вводный блок годового курса, 4 вебинара от 4-х лекторов.
Ничего заранее, ясен пень, не знаю, но зудит уже сейчас. Так что я частично перечитала, частично прочитала маркесовское "Искусство рассказывать истории".
И вот так и хожу потрясенная.
Маркес и студенты сценарной мастерской пишут сценарии 30-минутных фильмов методикой "сначала Рикардо/Дениза/ Карлос дают сюжет, потом все наваливаемся и кидаем к нему идеи, а потом Рикардо/Дениза/ Карлос записывают то, что получилось в итоге."
* Габо (Габриэль) тоже вовсю участвует.
С моей точки зрения, изначальные сюжеты в подавляющем большинстве случаев после этих мозговых штурмов либо явно похужели, либо превратились во что-то совсем другое.
Не знаю, на что будут похожи вебинары по написанию рассказов.
Волнуюсь.
Но лучше умереть, чем отдать свой на растерзание Рикардо/Денизе/ Карлосу и Габо((
Ничего заранее, ясен пень, не знаю, но зудит уже сейчас. Так что я частично перечитала, частично прочитала маркесовское "Искусство рассказывать истории".
И вот так и хожу потрясенная.
Маркес и студенты сценарной мастерской пишут сценарии 30-минутных фильмов методикой "сначала Рикардо/Дениза/ Карлос дают сюжет, потом все наваливаемся и кидаем к нему идеи, а потом Рикардо/Дениза/ Карлос записывают то, что получилось в итоге."
* Габо (Габриэль) тоже вовсю участвует.
С моей точки зрения, изначальные сюжеты в подавляющем большинстве случаев после этих мозговых штурмов либо явно похужели, либо превратились во что-то совсем другое.
Не знаю, на что будут похожи вебинары по написанию рассказов.
Волнуюсь.
Но лучше умереть, чем отдать свой на растерзание Рикардо/Денизе/ Карлосу и Габо((
❤3
Да, да, после Кафки с его "Письмами к Милене" чему удивляться, но все равно вижу и млею:
"Каждый вечер мать вместе с горничной Миленой готовила ужин из трех блюд, что было нелегко, так как мать отказывалась учить чешский, а Милена с каждым годом говорила по-немецки все хуже."
Даниэль Кельман, "Светотень"
#Цитатное
"Каждый вечер мать вместе с горничной Миленой готовила ужин из трех блюд, что было нелегко, так как мать отказывалась учить чешский, а Милена с каждым годом говорила по-немецки все хуже."
Даниэль Кельман, "Светотень"
#Цитатное
❤2
Находясь в здравом уме и твердой памяти, сообщаю, что из книг прожитой почти половины 2026 года "Светотень" Даниэля Кельмана легко сделала все.
*Ладно, допустим, не вообще из книг, а из новопрочитанных книг. Но е мое же. Это прямо совсем другая, но "Моя гениальная подруга" - в том смысле, что частная маленькая история врастает во время, и перестает быть маленькой частной историей.
Итак, это как бы биография В.Г.Пабста, реального немецкого режиссера, который уже вполне было удачненько эмигрировал, но удачная эмиграция ни хрена не равна возможности снимать, - и ровно накануне начала войны он вернулся в Германию.
Книга абсолютно художественная в том смысле, что детали, кхм, не совпадают, то есть книжный Пабст:
- режиссирует фильм вместе с Лени фон Рифеншталь, чего на самом деле не было;
- вместо двух реальных сыновей имеет одного, и этот один идёт на войну, чего тоже не было.
Но ещё она бесспорно принадлежит к тому счастливому племени книг, которые, не тратя времени на раскачку, смыкают челюсти на нашем горле. Ты, дурачок, думаешь, что боишься средневековья, и латыни, и Аристотеля (конечно, думаешь, ты в 1980 году, и не знаешь еще, что "Имя розы" Умберто Эко вот-вот изменит все читательские карты) - хрясь, лязг, ты читаешь взахлёб, челюсть отпала.
Или вот ты не понимаешь зачем бы тебе про послевоенный Неаполь и рабочие кварталы, - но за тобой уже пришла Элена Ферранте с "Неаполитанским квартетом", и все, поздно, эти совершенно придуманные люди уже абсолютно живые (здравствуйте, а вот они у вас дома, подвиньтесь).
Вот и здесь - разве я хотела читать про режиссера, который пытается хорошо снимать заказуху для нацистов, уговаривая себя, что это не совсем заказуха, и что вообще можно совершенно неожиданные штуки делать хорошо? Но в эти дни, с первой страницы и до последней, каждая минута, потраченная на что-то, кроме чтения, меня бесила и воспринималась как потеря.
Заметим, что повествование, которое дооолго состоит только из диалогов, сразу по накалу воспринимается как просмотр очередного Индианы Джонса или фильм по Дэну Брауну - а потом все ярче выступает мерцание, показалось-не показалось, было-не было, и это и волшебный киноприем, и манера некоторых событий входить в нашу жизнь (или наша - видеть и помнить эти события).
Это правда очень хорошая книга, и она, конечно, не сводится к единственной теме про муки творца, а честно говорит про компромиссы, большие и маленькие предательства, смерть, любовь, семью, унижение, потери, старость, ошибки нашей памяти - и в итоге про то, что все проходит.
Однозначно #ЛучшееИзВсего
*Ладно, допустим, не вообще из книг, а из новопрочитанных книг. Но е мое же. Это прямо совсем другая, но "Моя гениальная подруга" - в том смысле, что частная маленькая история врастает во время, и перестает быть маленькой частной историей.
Итак, это как бы биография В.Г.Пабста, реального немецкого режиссера, который уже вполне было удачненько эмигрировал, но удачная эмиграция ни хрена не равна возможности снимать, - и ровно накануне начала войны он вернулся в Германию.
Книга абсолютно художественная в том смысле, что детали, кхм, не совпадают, то есть книжный Пабст:
- режиссирует фильм вместе с Лени фон Рифеншталь, чего на самом деле не было;
- вместо двух реальных сыновей имеет одного, и этот один идёт на войну, чего тоже не было.
Но ещё она бесспорно принадлежит к тому счастливому племени книг, которые, не тратя времени на раскачку, смыкают челюсти на нашем горле. Ты, дурачок, думаешь, что боишься средневековья, и латыни, и Аристотеля (конечно, думаешь, ты в 1980 году, и не знаешь еще, что "Имя розы" Умберто Эко вот-вот изменит все читательские карты) - хрясь, лязг, ты читаешь взахлёб, челюсть отпала.
Или вот ты не понимаешь зачем бы тебе про послевоенный Неаполь и рабочие кварталы, - но за тобой уже пришла Элена Ферранте с "Неаполитанским квартетом", и все, поздно, эти совершенно придуманные люди уже абсолютно живые (здравствуйте, а вот они у вас дома, подвиньтесь).
Вот и здесь - разве я хотела читать про режиссера, который пытается хорошо снимать заказуху для нацистов, уговаривая себя, что это не совсем заказуха, и что вообще можно совершенно неожиданные штуки делать хорошо? Но в эти дни, с первой страницы и до последней, каждая минута, потраченная на что-то, кроме чтения, меня бесила и воспринималась как потеря.
Заметим, что повествование, которое дооолго состоит только из диалогов, сразу по накалу воспринимается как просмотр очередного Индианы Джонса или фильм по Дэну Брауну - а потом все ярче выступает мерцание, показалось-не показалось, было-не было, и это и волшебный киноприем, и манера некоторых событий входить в нашу жизнь (или наша - видеть и помнить эти события).
Это правда очень хорошая книга, и она, конечно, не сводится к единственной теме про муки творца, а честно говорит про компромиссы, большие и маленькие предательства, смерть, любовь, семью, унижение, потери, старость, ошибки нашей памяти - и в итоге про то, что все проходит.
Однозначно #ЛучшееИзВсего
❤1🔥1
Ура, приехали гости из Хулиганска: Татьяна Дыбовская, которая написала "Копия неверна", теперь выпустила новый роман "Проект "Борода".
Если коротко, то Лев Николаевич Толстой никакого душевного перелома не переживал, а тайно перебрался во Францию и стал Эмилем Золя, а совершенно другой человек поселился в Ясной Поляне, написал "Исповедь" и "Крейцерову сонату", был объектом культа, сводил с ума Софью Андреевну желанием раздать все деньги, и в конце концов ушел умирать в Астапово.
* Это, если что, ни фига не спойлер, потому что подмена обрисована в первой же сцене, а про Астапово мы и так знаем.
** Про Золя некоторые вещи пришлось погуглить, угу.
Повествование состоит из 2-х спиралей - 19 век и 21, когда эту историю пытаются расследовать, и это повествование про 21 век детективное, а больше я вам ничего не скажу, потому что вот это уже будут спойлеры. Но там прям Дэн Браун, верьте мне на слово.
Короче, совершенно неубедительно, но так весело и увлекательно, что в целом отлично)
Конечно, единственная рецензия, которую мы бы хотели прочитать - это Басинского, но не уверена, что так повезет.
... Хотя уж на обложку его плачущий портрет можно было бы пришлепать???
Новый тег #ХулиганствоХулиганское
Если коротко, то Лев Николаевич Толстой никакого душевного перелома не переживал, а тайно перебрался во Францию и стал Эмилем Золя, а совершенно другой человек поселился в Ясной Поляне, написал "Исповедь" и "Крейцерову сонату", был объектом культа, сводил с ума Софью Андреевну желанием раздать все деньги, и в конце концов ушел умирать в Астапово.
* Это, если что, ни фига не спойлер, потому что подмена обрисована в первой же сцене, а про Астапово мы и так знаем.
** Про Золя некоторые вещи пришлось погуглить, угу.
Повествование состоит из 2-х спиралей - 19 век и 21, когда эту историю пытаются расследовать, и это повествование про 21 век детективное, а больше я вам ничего не скажу, потому что вот это уже будут спойлеры. Но там прям Дэн Браун, верьте мне на слово.
Короче, совершенно неубедительно, но так весело и увлекательно, что в целом отлично)
Конечно, единственная рецензия, которую мы бы хотели прочитать - это Басинского, но не уверена, что так повезет.
... Хотя уж на обложку его плачущий портрет можно было бы пришлепать???
Новый тег #ХулиганствоХулиганское
😁1
#НемножкоТеатр - на самом деле, в этот раз точно огромнотеатр.
Мне невероятным образом перепал-таки билет на один из пары показов восстановленной бутусовской "Чайки": на вчера, на второй из двух.
Сейчас подумала, что когда-то это был спектакль, когда я впервые увидела Бутусова, может такое быть? А, нет, я уже знала, что это Бутусов; значит, выходил на поклоны после "Отелло" или "Калигулы". Ну, неважно.
Короче, "Чайка" вся была сделана с режиссером на сцене: он рисовал задники, отчаянно плясал, дирижировал актерами и читал монолог Треплева. Он был, знаете, такой как бы хребет, который держал остальных актеров (сердце, легкие и почки этого спектакля).
... Поэтому, когда мы услышали о восстановлении, - сейчас, когда мы оплакали Бутусова; сейчас, когда "Барабаны в ночи" я в очередной раз смотрела в годовщину его гибели, и на поклонах рыдали все актеры и зал, - мы были уверены, что эту роль возьмёт на себя кто-то другой; учитывая, что это Сатирикон, - может, Райкин?
Но нет, они сделали идеально; растягивали как бы большие белые флаги и превращали их в экраны для проекции видео с танцующим, рисующим, говорящим Бутусовым в человеческий рост. Вот тут в ролике он и на поклоны с ними выходит. Если было когда использование технических средств в спектакле чем-то таким абсолютно и необходимым, и естественным - не помню.
Вот это, конечно, про охренительную любовь. Я смотрела и думала, что, ясен пень, меня не будут так оплакивать и нести с собой сразу 50 или сколько там человек, но даже если двое-трое-четверо - это очень много.
* Это я к тому, что пьеса-то вся про любовь, случившуюся невпопад, или вообще не случившуюся, и проигравшую, и про любовь к себе, и про любовь к театру.
Какое же счастье. Выходила из театра за полночь, до того полная этим всем, что даже расплескать не страшно.
Мне невероятным образом перепал-таки билет на один из пары показов восстановленной бутусовской "Чайки": на вчера, на второй из двух.
Сейчас подумала, что когда-то это был спектакль, когда я впервые увидела Бутусова, может такое быть? А, нет, я уже знала, что это Бутусов; значит, выходил на поклоны после "Отелло" или "Калигулы". Ну, неважно.
Короче, "Чайка" вся была сделана с режиссером на сцене: он рисовал задники, отчаянно плясал, дирижировал актерами и читал монолог Треплева. Он был, знаете, такой как бы хребет, который держал остальных актеров (сердце, легкие и почки этого спектакля).
... Поэтому, когда мы услышали о восстановлении, - сейчас, когда мы оплакали Бутусова; сейчас, когда "Барабаны в ночи" я в очередной раз смотрела в годовщину его гибели, и на поклонах рыдали все актеры и зал, - мы были уверены, что эту роль возьмёт на себя кто-то другой; учитывая, что это Сатирикон, - может, Райкин?
Но нет, они сделали идеально; растягивали как бы большие белые флаги и превращали их в экраны для проекции видео с танцующим, рисующим, говорящим Бутусовым в человеческий рост. Вот тут в ролике он и на поклоны с ними выходит. Если было когда использование технических средств в спектакле чем-то таким абсолютно и необходимым, и естественным - не помню.
Вот это, конечно, про охренительную любовь. Я смотрела и думала, что, ясен пень, меня не будут так оплакивать и нести с собой сразу 50 или сколько там человек, но даже если двое-трое-четверо - это очень много.
* Это я к тому, что пьеса-то вся про любовь, случившуюся невпопад, или вообще не случившуюся, и проигравшую, и про любовь к себе, и про любовь к театру.
Какое же счастье. Выходила из театра за полночь, до того полная этим всем, что даже расплескать не страшно.
💔3❤1
Ой, ко мне пришла слава. Рецензию на "Проект "Борода" в ВК с уничижительным комментарием, что я, мол, книжная дурочка-говноедка и Толстого в руках не держала, зачем-то перепостил вполне серьезный паблик про Ясную Поляну.
Дыбовской теперь внутренне аплодирую, потому что, видимо, самая большая смелость и правда нужна, чтобы рассказывать анекдоты.
Дисклеймер для ясности: да, мы все понимаем, что Толстой - это Толстой, а Золя - это Золя. Нет, ни Дыбовская, ни ее читатели не выдвигали на серьезных щах никаких душераздирающих гипотез.
Ещё Быкову (признан иноагентом) идите в панаму насуйте, вот там правда дурацкие идеи о том, как предохранялась Анна Каренина.
Дыбовской теперь внутренне аплодирую, потому что, видимо, самая большая смелость и правда нужна, чтобы рассказывать анекдоты.
Дисклеймер для ясности: да, мы все понимаем, что Толстой - это Толстой, а Золя - это Золя. Нет, ни Дыбовская, ни ее читатели не выдвигали на серьезных щах никаких душераздирающих гипотез.
Ещё Быкову (признан иноагентом) идите в панаму насуйте, вот там правда дурацкие идеи о том, как предохранялась Анна Каренина.
🙏3
Forwarded from Книжное притяжение | Galina Egorova
#лучшие книги, прочитанные в июне
#рекомендуем
«Твоими глазами» Питера Хëга - Читательские хроники @reader_chronicles
Книга, где стираются границы между прошлым и будущим, сном и явью, коллективным и индивидуальным подсознанием, а чужая травма проживается как собственная. Отзыв
«Светотень» Даниэля Кельмана - НемножкоКнижка @tinytinybook
Без преувеличений лучшая книга не месяца даже, а года: обманчиво тихий роман про режиссера, вернувшегося снимать в рейх, - а заодно про нас про всех; как мы все теряем. Отзыв
«Ложится мгла на старые ступени» Александра Чудакова - Нуртдинов на афтершоках @Corrector_from_almaty
Современная робинзонада материального (можно, например, научиться правильно копать и закапывать) и духовного: как люди и выживали, и умудрялись сохранять человеческое достоинство в самый сложный период российской истории. Отдельно советую прочесть записные книжки и дневники автора, которые идут послесловием к роману в одном из изданий, — они отлично дополняют роман.
«Чернильно-чёрное сердце» Роберта Гэлбрейта - Книжное притяжение @InterestingReading
Очередная книга про частного детектива Корморана Страйка и его помощницу-партнёра Робин Элакотт читалась с таким же интересом, как и предыдущие. При довольно большом объёме захватила и оставила приятное послевкусие.
#рекомендуем
«Твоими глазами» Питера Хëга - Читательские хроники @reader_chronicles
Книга, где стираются границы между прошлым и будущим, сном и явью, коллективным и индивидуальным подсознанием, а чужая травма проживается как собственная. Отзыв
«Светотень» Даниэля Кельмана - НемножкоКнижка @tinytinybook
Без преувеличений лучшая книга не месяца даже, а года: обманчиво тихий роман про режиссера, вернувшегося снимать в рейх, - а заодно про нас про всех; как мы все теряем. Отзыв
«Ложится мгла на старые ступени» Александра Чудакова - Нуртдинов на афтершоках @Corrector_from_almaty
Современная робинзонада материального (можно, например, научиться правильно копать и закапывать) и духовного: как люди и выживали, и умудрялись сохранять человеческое достоинство в самый сложный период российской истории. Отдельно советую прочесть записные книжки и дневники автора, которые идут послесловием к роману в одном из изданий, — они отлично дополняют роман.
«Чернильно-чёрное сердце» Роберта Гэлбрейта - Книжное притяжение @InterestingReading
Очередная книга про частного детектива Корморана Страйка и его помощницу-партнёра Робин Элакотт читалась с таким же интересом, как и предыдущие. При довольно большом объёме захватила и оставила приятное послевкусие.
Telegraph
Лучшие книги месяца
🔥2❤1
На этой неделе читала очень разные книги по очень разным рекомендациям; вышло неожиданно.
Итак, все блогеры наперебой писали про "Поповича" Сергея Шаргунова, в диапазоне от "понравился" и заканчивая "главный русский роман этого года", и я не выдержала.
*Да, да, хорошо, я знаю, вы ждали этого определения: из каждого утюга звучало. Нате. Кто я такая, чтобы топтать собственные стандарты?
... Первую половину книги я следила за происходящим с читательским и человеческим ужасом и уж точно без читательского удовольствия.
Главный герой - семнадцатилетний сын священника, у которого проблемы с верой, проблемы с семьёй, пробуждающаяся сексуальность, бестолковая первая влюбленность в одноклассницу и вообще все те подростковые мучения, которые в обычной светской семье размазались бы лет с 13, а здесь грянули разом.
И мы его, конечно, понимаем: нелегко быть Лукой среди Андреев, не праздновать Новый год, наряжать ёлку только накануне Рождества, почти всю жизнь учиться дома, еле-еле отбить право на гимназию перед выпускными экзаменами, - а главное, понимать, как ты расстраиваешь родителей своим упорным нежеланием идти по отцовским стопам.
Но это же роман взросления, так что во второй половине книги подростковый бунт вспыхнул, провел героя через странноватое и странное путешествие и вернул домой существенно повзрослевшим и изменившимся. Вот про это я читала взахлёб, и уже думала не о том, как мы дико жестоки к детям, запихивая их в свою колею, а о том, что однажды дети вырастут и поймут, что все несовершенны, и что родители любят их, а они родителей.
У меня этот роман оказался тоже про терпимость: подсознательно я ожидала от главреда "Юности", депутата и обласканного властью функционера большей назидательности и картонности, меньшей жизненности. Но меня подкупило, что сын священника, который профессионально занялся литературой, написал про юного сына священника, который мечтает заняться литературой, с такой мягкой нежностью... При этом читатель совершенно уверен, что герой и автор не равны, а все как надо: собственные, настоящие чувства писатель вдохнул в героя.
Если подытожить, это не мой будущий любимый писатель, но роман и вправду хороший.
*Да, да, хорошо, я знаю, вы ждали этого определения: из каждого утюга звучало. Нате. Кто я такая, чтобы топтать собственные стандарты?
... Первую половину книги я следила за происходящим с читательским и человеческим ужасом и уж точно без читательского удовольствия.
Главный герой - семнадцатилетний сын священника, у которого проблемы с верой, проблемы с семьёй, пробуждающаяся сексуальность, бестолковая первая влюбленность в одноклассницу и вообще все те подростковые мучения, которые в обычной светской семье размазались бы лет с 13, а здесь грянули разом.
И мы его, конечно, понимаем: нелегко быть Лукой среди Андреев, не праздновать Новый год, наряжать ёлку только накануне Рождества, почти всю жизнь учиться дома, еле-еле отбить право на гимназию перед выпускными экзаменами, - а главное, понимать, как ты расстраиваешь родителей своим упорным нежеланием идти по отцовским стопам.
Но это же роман взросления, так что во второй половине книги подростковый бунт вспыхнул, провел героя через странноватое и странное путешествие и вернул домой существенно повзрослевшим и изменившимся. Вот про это я читала взахлёб, и уже думала не о том, как мы дико жестоки к детям, запихивая их в свою колею, а о том, что однажды дети вырастут и поймут, что все несовершенны, и что родители любят их, а они родителей.
У меня этот роман оказался тоже про терпимость: подсознательно я ожидала от главреда "Юности", депутата и обласканного властью функционера большей назидательности и картонности, меньшей жизненности. Но меня подкупило, что сын священника, который профессионально занялся литературой, написал про юного сына священника, который мечтает заняться литературой, с такой мягкой нежностью... При этом читатель совершенно уверен, что герой и автор не равны, а все как надо: собственные, настоящие чувства писатель вдохнул в героя.
Если подытожить, это не мой будущий любимый писатель, но роман и вправду хороший.
❤2