Лодка скрипит возле причала,
Лунная ночь — тревог начало,
Мрачно стою, в воду смотрю
Нет моего в ней отражения —
Есть только горечь поражения,
Ну почему лезть в мою жизнь вздумалось ему.

Через много лет после «Явления природы», снятого Осипьяном вместе с Александром Лунгиным, режиссёр вновь обращается к произведению Юрия Коваля — возможно, «тотемного» для Сергея автора. «Самая лёгкая лодка в мире» — автобиографическая повесть о серии путешествий Коваля на лодке по рекам и озёрам России.

Перенося книгу на язык кино, Осипьян старается держаться текста, рассказывая примерно ту же историю, но в слегка сжатом формате. Прыгая между главами разных частей первоисточника, режиссёру удаётся главное — передать ту атмосферу приключений, которая в книге захватывает с первых страниц. В некотором роде Коваль наш Гомер, а «Самая лёгкая лодка на свете», как нетрудно догадаться, «Одиссея» наоборот: там герой возвращался домой, здесь уплывает подальше от Москвы.

Это путешествие не ради некой цели, а скорее ради процесса (по Хекхаузену и Макклелланду сам Коваль, скорее всего, «человек-процесс»). Не бывает мужской депрессии, говорили они. Потом он берёт лодку и сваливает за горизонт. Ради чего? Поглядеть на матушку-Россию? Научиться прислушиваться к себе? Повстречаться с мужиками, у которых летают головы и руки? Кажется, всё везде и сразу, причём не рискуя прогнуться под тяжестью своих амбиций.

Осипьян придумывает занятный формат. С одной стороны, мы наблюдаем за путешествием главных героев, которым встречаются причудливые персонажи не от мира сего. С другой стороны, где-то в параллельной вселенной (?) актёры читают текст Коваля по главам, как будто пишут сценарий фильма, события которого разворачиваются на экране. Небольшая инъекция «кино о кино»: споры, разговоры, репетиции. Удобное авторское алиби, когда не нужно выбирать окончательный тон, если «примеряешь» его.

Немного барахлит драматургия, и события в середине «подвисают» — то ли экшена маловато, то ли автор слишком доверяет тексту первоисточника, не дополняя его. В то же время безупречно работает синтез прозы, природных пейзажей и кризиса мужской идентичности (или возрастного, в зависимости от деталей). Русские болота — народный психотерапевт, работающий бесплатно, а не по тарифу «10к в час». Действенно ли — вопрос риторический.

«Самая лёгкая лодка в мире» — причудливое, лёгкое путешествие в глубины человеческого естества. Фильм не скрывает собственные несовершенства как соседка, к которой вы идёте за солью, а она (вот это да!) ходит по дому без косметики. В каждом может прятаться Папашка — главное, вовремя его разглядеть и найти общий язык, иначе быть беде.

Одна из лучших ролей Евгения Цыганова!

Я их приводил в свой прекрасный дом,
Их вином поил и развлекались мы потом.
Иногда у них лёгкий был испуг
От прикосновений к нежной шее крепких рук.

Новая картина Никиты Миклушова открывается едва заметным постером «Забавных игр» Ханеке (будет и крупный план, чтобы заметил и слепой). Закрывается разговором о детях, будущем и «проблеме вагонетки» без идеального решения. Словом, диапазон межличностных неурядиц и психологического насилия во всей красе.

Артём и Таня — бывшие, которые продолжают жить вместе и путать спонтанный секс с «жили долго и счастливо». Тане снится сон, в котором Артём, избитый до неузнаваемости, целует её и отчего-то просит прощения. Вокруг молодых и уже не близких — бычки сигарет, бутылки вина и разбросанное бельё, аромат которого Артём вдыхает, смотря порно.

Тот случай, когда ему что-то показалось, а для неё «занятие сексом» — не «занятие любовью». Тем более любовью она уже занималась, ей было «очень хорошо». «Хочешь спросить, какой у него или в каких позах?», — бросает Таня будто издевательски. Где-то здесь я уже ненавижу фильм и мечтаю, чтобы его посмотрели все мои бывшие. В то же время восторгаюсь талантом одного из любимых современных режиссёров, ведь он пробудил во мне ненависть, а мог бы остаться непричастным.

«Времена любви» — живописный (местами нежный, а где-то откровенно истеричный) портрет созависимых отношений. Того сорта близости, с которым либо идут к семейному психотерапевту, либо решаются на измену, как в фильмах с Евгенией Громовой, либо оказываются за решёткой. «Мы переспали, для тебя это ничего не значит?», — задаётся простым вопросом Артём. Оператор крупным планом показывает нож на столе, наш макгаффин в ожидании катастрофы.

Ответ Тани тонет в неопределённом словоблудии. Какая разница, секс это или любовь, если у обоих актов нет ни нотариального заверения, ни обязательств? Обоюдные (и детальные) признания в изменах звучат как исповеди, отражающие не глупость аморально-ублюдочного поступка, а тяжесть молчания, с которым живёт человек, ни в чём не признающийся. Вот это поворот!

Noize MC* в рот **** Первый канал, а герои на экране сделали тоже самое с чувствами друг друга. В разрезающей воздух грубости — боль, смешанная с неуважением, презрением и агрессией. В лучших традициях лекций любого кризисного центра для пострадавших (не только женщин) будут и объятия на бегу, и камео «кинокритического зверья» в лице Вадима Рутковского (дважды), и бесконечные поцелуи, и новая порция болезненных откровений.

Ханеке на стене — не красивая декорация, а подсказка, которую Миклушов разжуёт несколько раз. История о том, как превратить близость в территорию недоверия, слежки и перманентного сведения счётов, кто кому что должен и обязан. Что остаётся двум бывшим в сухом остатке? Потрахаться, держаться подальше от ножей и дождаться, наконец, пиццы.

После финальных титров я продолжаю ненавидеть. Осталось понять, себя за ошибки прошлого или фильм «Времена любви» за то, что напомнил мне о них.

Кругом одни дельцы и не с кем детям поиграть,
А ведь у них уже давно потехи час,
Но вот пришёл отец и хочет уходить опять,
Они ему кричат: «Ну посмотри на нас!»

Как и гуманистический короткий метр «Снежинка и Снеговик», новая картина Виталия Суслина обращена к «маленькому» человеку. Работник управляющей компании «Благоустройство» (одна из лучших ролей в карьере Сергея Степанченко), кажется, любит свою работу. Каждый день он опустошает мусорные баки при помощи мини-крана на машине и включает разноцветные фонтаны в парке.

Мужчина в меру наслаждается тем, за что отвечает. Он из тех, кто умеет чинить всё, что под руку ни попадётся, однако наладить отношения в семье не в состоянии. Да, завязка обыденная, но её течение по-суслински необыкновенное. Сын убивает время, играя в GTA, и не особо готовится к предстоящей свадьбе. «Не ходи к отцу, он сумасшедший», — бросит невеста, когда батя неожиданно заглянет в гости.

Повествование напоминает отлив на море — такое же степенное и размеренное. Быть может, даже слишком, учитывая, что каких-то действий на экране минимум. В семье не принято говорить, странные приколы («Угадай, в какой руке», — обращается к сыну персонаж Степанченко в надежде на обратную связь) отклика не находят. Эта кольцевая структура в определённый момент набивает оскомину, как и пестрота фонтана, в водяных струях которого прыгают и дети, и сам сотрудник «Благоустройства».

Говорящее название (никакого блага устроить не удаётся) в совокупности со множеством деталей, расставленных по фильму как капканы в лесу вроде бы нацелены на подключение зрителя. Сказать, что оно происходит, затруднительно, хотя некоторые аспекты, не сработавшие при активном участии Степанченко, неожиданно всплывут во второй, трагической половине фильма.

Теперь «наследником» молчания становится сын (Иван Василевский) — аморфный, безвольный мужчина, которого отличает будто бы повсеместное безразличие. Отец, судя по всему, не передал ему главного — умения радоваться жизни во всех её проявлениях. Проживание эмоционального потрясения наряду с избиением «говорящей» груши вроде бы даёт какие-то плоды осознания, но это неточно.

Суслин отказывается от морализаторства в пользу немой демонстрации, не выбирая сторону. Наверное, по-режиссёрски так правильно, но по-человечески переживания на экране едва ли реально откликаются по эту сторону экрана. Просто скользят по касательной и напоминают о мире, где внешнее (общественное) как бы исправно, а внутреннее (семейное) щемит в ожидании аварийной службы. Мама — анархия, папа — мужик в жилетке.

Я не очень понимаю проблемы нашего народа с фильмом «Колобок». Годами люди ходили на безвкусные сказки с кривляющимися артистами. Годами радовались безвкусице, плохой графике и бездарному осмыслению истории нашего кино. Это было стыдно. Но всем нравилось. Однако не все фильмы были плохие. Были хорошие. Но мало. Все смешалось. И главное, что потерялся смысл. Как-то забылось слово: зачем. К тому же наши сказки не могли понять люди других культур. Если не покурили.

Мы прекратили говорить о живых людях, стали умалчивать узнаваемый мир, некоторые наши чванливые режиссеры рассказывали, что мы уже почти Голливуд. Наши сказки порой казались наполненными презрением к зрителю, который радовался, да и был готов разделить блаженное самоощущение похмельного дебила. Местные режиссеры и продюсеры продолжали говорить, что Голливуд умирает.

Шли годы. Голливуд менялся. Мы нет. Мы застыли. Нас пленили фильмы слишком чистых костюмов и чрезмерно ярких цветов. Наши звезды повторяли одни и те же вариации десяти выражений лиц практически во всех фильмах. И это нравилось зрителю. Люди ходили в кино. Но так не могло долго продолжаться.

И я об этом говорил миллион раз. И сейчас мы имеем очень хороший новый «Человек-паук» и примерно обычное. Мы видим, что Голливуд ищет новый язык, новую эмоциональность, ритмику. Мы нет. Наши фильмы застыли. Наши режиссеры просто не способны развиваться. Не все. Но многие. А фильмы?

Не лучше, не хуже, если смотреть несколько обобщено. Но что-то изменилось в воздухе, стране и людях, они вдруг как-то почувствовали, что бесконечные сказки - это опухоль нашего кино.

И проблема не в фильме, а проблема в изменениях времени. Сказки не уйдут. Но пик сказочного мракобесия в нашем кино позади. Возможно, что у нас будет больше режиссеров способных на поиск. Как когда-то искал Эйзенштейн. И будут новые сказки. Но не безвкусные, а живые и современные.

Прочитал материал про Петрухина - мощно, мое уважение. Два вопроса... Как пришла эта идея? Почему такое не выходит в других российских медиа?

Смотрел интервью с Петриком? Что думаешь? Пошел бы сам на интервью с Красовскому?

Как найти работу кинокритика? Работаю в прокатной компании, но хочу писать о кино, а не привозить его в Россию..

За день до свадьбы старшей сестры брат узнаёт, что её жених соблазнил младшую. Герой пытается сорвать свадьбу, сохранив тайну младшей сестры, но каждая попытка защитить одну сестру угрожает другой. Ему предстоит решить пожертвовать ли благополучием всей семьи, чтобы сохранить отношения с младшей сестрой.

Только вдумайтесь: легальный отечественный релиз с государственной поддержкой, немалыми вложениями в маркетинг и поддержкой крупной прокатной компании требует, «выкручивая руки» кинотеатрам, чтобы те подвинули релиз, который показывать вообще незаконно. Это возможно только на рынке, где нет правил, понятных всем участникам. На рынке кинопроката в России.