​​Год несчастий

Представьте себе год, когда некогда дружественное государство вторгается в ваши пределы, оккупирует значительную часть страны, вчерашние союзники отворачиваются, а во внутренней политике царят хаос и раздрай.

Это я, конечно, имею в виду «Rampjaar» – 1672 г., который стал «годом несчастий» для Республики Соединённых провинций.

В своей борьбе за независимость против Испании Соединённые провинции естественным образом опирались на двух главных врагов Мадрида того времени – Англию и Францию. Но после успешного завершения Восьмидесятилетней войны в 1648 г. политическая ситуация резко поменялась. Прежние союзники англичане стали вытеснять голландцев с позиций главных морских перевозчиков, и это спровоцировало несколько англо-голландских войн, причём против Соединённых провинций ради английских торговых интересов воевали как республиканец Кромвель, так и король Карл II.

Одновременно французский король Людовик XIV заявил претензии на Испанские Нидерланды (нынче Бельгия). Голландцы, которые исходили из формулы, что «Франция – хороший друг, но плохой сосед», парадоксальным образом предпочли, чтобы с юга с ними граничил слабый вчерашний враг – испанский король, а не амбициозный вчерашний друг – французский монарх. В итоге Соединённые провинции вступили в антифранцузский альянс с англичанами (после очередной войны) и шведами. Но хитрый Людовик XIV быстро перекупил союзников у голландцев и решил наказать последних. Тем более королю не нравилось засилье голландских купцов и их конкуренция с французскими.

Также следует иметь в виду внутриполитические расклады в Республике. С самого момента основания в ней боролись две политические традиции. Монархисты «оранжисты» выступали за усиление полномочий штатгальтеров из династии Оранских, тогда как республиканцы полагали, что Соединённые провинции обойдутся и без них. В начале 1670-х гг. у власти находились республиканцы во главе с «великим пенсионарием» Яном де Виттом. Буржуазная олигархия в основном вкладывалась во флот, защищавший её торговые интересы против англичан, и «забивала» на армию, которую республиканцы небезосновательно подозревали в «оранжизме».

В итоге, весной 1672 г. Франция и Англия одновременно объявили войну Соединённым провинциям. Французы обошли приграничную голландскую оборонительную линию с востока – со стороны союзных Кёльна и Мюнстера, и, не встречая сопротивления, оккупировали четыре из восьми провинций. Лишь открыв шлюзы и затопив часть страны, голландцы смогли остановить французское наступление.

Военная катастрофа также стала концом республиканского режима, который не подготовил страну к сухопутной войне. Армия и плебс потребовали «единоличного руководства» и вверили всю полноту власти очередному Оранскому – принцу Вильгельму. В августе разъярённая толпа линчевала Яна де Витта и его брата, после чего их трупы были вывешены на всеобщее обозрение, а печень пожрана каннибалами.

В разгар поражений голландцы были готовы выплатить Людовику XIV 10 млн. гульденов и уступить юг страны. Французскому монарху этого показалось мало, и он поставил Республику перед выбором: либо сдать южные крепости, выплатить 6 млн. гульденов и легализовать католицизм, либо согласиться на сдачу всего завоёванного французами и выплатить 16 млн. Голландцы отказались, и… вскоре фортуна повернулись к ним лицом.

Никому в Европе не нужен был французский гегемон, так что Испания, Бранденбург и император выступили против Франции. Голландский флот во главе с Михаэлем де Рюйтером оказался на высоте, и одерживал одну победу за другой, так что в 1674 г. англичане вышли из войны. Оказавшись в ситуации «войны на истощение» против европейской коалиции, Людовику XIV пришлось вывести войска с большей части Республики на другие фронты.

Война продлилась до 1678 г., и Франции всё же удалось присоединить к себе часть земель в Испанских Нидерландах, но о возвращении к условиям 1672 г. уже не могло быть и речи. Во всех последующих войнах по ограничению амбиций Людовика XIV – и в Девятилетней, и в Войне за испанское наследство, Соединённые провинции сражались в лагере противников Франции.

Самый тёмный час голландского «Rampjaar» в 1672 г., когда французы оккупировали значительную часть Республики Соединённых провинций, и лишь открытие шлюзов и затопление части страны спасли голландцев от полной оккупации.

Однако вскоре Людовику XIV пришлось вывести свои войска отсюда из-за создания широкой антифранцузской европейской коалиции, напуганной перспективами его гегемонии на континенте.

В ночь с 29 на 30 декабря 1940 г. произошёл один из самых разрушительных налётов Люфтваффе на Лондон. Тогда с сентября 1940 по май 1941 гг. в рамках кампании под названием «Блиц» немцы пытались подорвать моральный дух британцев и уничтожить их промышленность. Налёт 29/30 декабря вызвал «Второй Великий пожар» в истории Лондона, как его назвали по аналогии с «Великим пожаром» 1666 г.

Одна из зажигательных бомб прожгла купол собора Святого Павла, и лишь усилиями пожарной команды, руководствовавшейся личным приказом Черчилля «спасти собор любой ценой», Святой Павел не выгорел дотла.

В ту же ночь фотограф Daily Mail сделал фото спасённого собора на фоне выжженных руин вокруг. Фотография «St Paul's Survives» стала символом мужества и стойкости лондонцев и британцев в целом.

В итоге немецкий «Блиц» провалился. Несмотря на гибель 40 тыс. человек, бомбардировки только сплотили британское общество в его решимости воевать до победы, а рассредоточенная промышленность продолжила наращивать военное производство.

Александр Штефанов для меня прямо открытие года. Подписывайтесь, читайте, смотрите, всем хорош, я рекомендую!

В годы страшнейшей войны и суровых испытаний для Германии они выступили против своего правительства. Их считали предателями Родины, но они всё равно выступали против Гитлера. Им казалось, что Гитлер и война, которую тот затеял - это безумие, а некоторые из них даже имели планы посадить фюрера в психиатрическую больницу. Кто они? Давайте разбираться!

https://youtu.be/rcgpJSgl55E

За то, что помогали не сойти с ума в ушедшем проклятом году, хочу отдельно поблагодарить амбассадоров русского хайпа:

меланочку
кьют-монархизм
ваню савостина

Стальной шлем.подписаться

​​Мрачная новогодняя история для платных подписчиков на Boosty и Patreon.

Ещё не собралось на своё единственное заседание Учредительное собрание, а по России уже неслись искры Гражданской войны с сотнями жертв. Пионерами великой трагедии стали два города – столичная Москва и… далёкий сибирский Иркутск. И представляется, что если о московских боях в октябре/ноябре 1917 г. читатель имеет хотя бы общее представление, то иркутские декабрьские бои того же года куда менее известны. Постараюсь это исправить, тем более недавно исполнилось 105 лет тем событиям.

Здесь будет и штурм Белого дома (который защищали «красные»), и война двух революционных комитетов («февралистского» и «октябрьского»), и грузинские анархисты-уголовники, и бунт мобилизованных, и защита «корпоративных ценностей». А на фоне – фантастический пожар и разгром одного из самых «имперских» и самых «капиталистических» городов дореволюционной России.

В общем, стоит того, чтобы прочесть.

Оформить подписку или купить исключительно этот текст можно тут или тут.

Оккупирована ли Германия сегодня?

Часто встречаются утверждения, будто «Германия до сих пор оккупирована». В самой Германии такая точка зрения тоже присутствует. Там её транслируют шизанутые «рейхсбюргеры», очередную ячейку которых недавно накрыли немецкие гэбисты за подготовку к госперевороту.

Как я уже писал в цикле прошлогодних постов, правовая ситуация в Германии после мая 1945 г. в самом деле вышла запутанной. Союзники по антигитлеровской коалиции уничтожили немецкую государственность и сами взяли на себя полномочия по осуществлению суверенитета на немецкой территории. Одновременно с четырёхсторонним Контрольным Советом, который имел полноту власти над всей Германией, каждая из держав-победительниц имела собственные зоны оккупации. С началом «Холодной войны» общий Контрольный Совет распался, и дальнейшее государственное строительство на Западе и на Востоке окончательно разошлось.

В апреле 1949 г. власти оккупационных зон США, Великобритании и Франции приняли «Оккупационный статут». Союзники давали добро на создание ФРГ, чьи органы будут обладать исполнительной, законодательной и судебной властью, но не во всей их полноте. Оккупационные державы резервировали за собой вопросы, связанные с демилитаризацией и репарациями, обороной, внешней политикой и внешней торговлей, управлением индустриальной Рурской областью. Союзники оставляли за собой право в чрезвычайных ситуациях снова взять на себя всю полноту государственной власти в Германии, если это потребуется. В мае 1949 г. Парламентский совет, состоявший из делегатов от 11 западногерманских земель, принял Основной закон. В августе прошли выборы в первый Бундестаг. В сентябре созданы федеральные органы управления новым государством.

Уже в самом «Статуте» была прописана его временность и возможность дальнейшей корректировки в сторону передачи большего суверенитета ФРГ. В ноябре 1949 г. Западная Германия присоединилась к управлению Руром. Окончательно внешнее управление здесь было ликвидировано в 1952 г. после начала работы Европейского сообщества угля и стали, которое стало институциональной основой Европейского экономического сообщества, а после – Евросоюза.

В 1951 г. Союзники позволили западным немцам иметь собственный МИД, в обмен на что ФРГ согласилась платить по довоенным немецким коммерческим долгам. После присоединения ФРГ к ГАТТ, МВФ и Всемирному банку утратили силу полномочия Союзников в сфере контроля за немецкой внешней торговлей.

«Общий договор», который окончательно завершал режим оккупации, был подписан в 1952 г. в обмен на обязательство ФРГ присоединиться к Европейскому оборонительному сообществу. Однако проект единой европейской армии тогда провалился. В итоге «Общий договор», дополненный Парижскими соглашениями, вступил в силу в 1955 г. ФРГ получила всю полноту суверенитета в обмен на вступление в НАТО. СССР прекратил свои оккупационные полномочия в отношении ГДР тогда же – в 1954/55 г.

Впрочем, у Союзников ещё оставались отдельные зарезервированные права – они продолжали оккупировать Западный Берлин, а их войска в случае чрезвычайной ситуации могли быть переброшены в ФРГ без её на то согласия. Эти права проистекали из ситуации германского раскола и должны были быть аннулированы после воссоединения страны и заключения мирного договора.

Этот договор был подписан в сентябре 1990 г., который окончательно закрыл все спорные моменты по «германскому вопросу» в преддверии присоединения ГДР к ФРГ.

Таким образом, современная ФРГ – такое же суверенное государство, как и прочие государства. Её суверенитет ограничен исключительно теми международными организациями, где она состоит, и публичными договорами, которые её правительство подписало. Присутствие иностранных войск на территории Германии не является признаком «оккупации», так как регулируется публичным международным договором от 1954 г., который правительство ФРГ имеет право отменить, если оно того захочет.

Конспирологию про «Канцлер-акты» и прочие тайные соглашения мировых элит оставим рейхсбюргерам, их отечественным симпатиzантам и прочим замечательным людям.

Дорогая Ридовка!

Хочу донести до вас, что документ, который недавно опубликовала СВР — ни о чём. Это просто донесение разведки о слухах взаимоотношений между Францией и Англией.

Указанный разведчиком сборник изобличающих документов никто никогда и нигде не видел. А объяснение Ридовки "он не вышел, потому что ФРАНЦУЗЫ хотели сделать его более АНТИСОВЕТСКИМ" просто смешно.

Франция единственная из стран Европы была согласна на союз с СССР практически на любых условиях, что и подтвердила на московских переговорах. Противоречий между Францией и СССР на переговорах не было, они были между Англией и СССР.

Кроме того, в отличии от гипотетического "Англия планировала обвинить СССР в развязывании Второй Мировой (в 1937 (!) году)", Советский Союз официально (!) на уровне главы МИДа обвинил Францию и Англию в развязывании войны против Германии. Т.е. да, дипломатически поддержали Гитлера против западных демократий. Диалектика!

"Существование подобных документов в очередной раз подтверждает, что наша империя (и не важно царская Россия или СССР) всегда была как кость в горле для западных соседей и на протяжении всей истории, нас пытались сделать виноватыми во всех бедах Европы."

Я думаю, что если бы авторы Ридовки были из Англии, они бы в оргазме тряслись от того, на сколько их страна "как кость в горле".

Представьте себе страну, где на протяжении многих десятилетий политическая власть была узурпирована одной партией. Сама эта партия управлялась узким кругом идеологических фанатиков, целеполагание которых исходило из неотвратимости будущей мировой войны.

Абсолютное большинство населения было отстранено от принятия любых политических решений. Длительное время у большинства из них не было даже паспортов этого государства. Они законодательно были «прикреплены к земле», а все их перемещения строго регламентировались.

Исходя из аксиомы о неизбежности мировой войны, политический режим противопоставлял себя всему остальному миру и вёл постоянные войны в далёких – и не очень – странах. В силу этого значительная доля национального богатства тратилась на армию и ВПК, а общество – точнее та его часть, которая имела хоть какие-то права – было чрезвычайно милитаризованным. Секьюритизация политики привела к тому, что постепенно непропорциональное влияние на внутреннюю жизнь страны стали оказывать спецслужбы и выходцы из них.

Вместе с тем, воюя против всего мира одной рукой, второй рукой режим активно с ним торговал, в том числе и через разные мутные «серые» схемы. К 1980-м гг. здесь сложился устойчивый класс предпринимателей, тесно связанный с правящей партийной номенклатурой, внутри которой в свою очередь старые идейные фанатики уступили место прагматикам. Под влиянием различных внешних факторов, включая санкции со стороны Запада, бизнес и номенклатура кулуарно договорились о необходимости демонтажа существующего режима. В стране началась «перестройка». Были нормализованы отношения с внешним миром, прекращены боевые действия и выведены войска с территории приграничных стран, а глава государства получил Нобелевскую премию мира. Однако «перестройка» не была мирным процессом, напротив, масштаб насилия внутри страны превзошёл все кровавые эксцессы, которые случались в предыдущие десятилетия.

Тем не менее правящим элитам удалось договориться с контрэлитами, и демонтаж старого политического режима, несмотря на волну насилия, так и не вылился в неконтролируемую гражданскую войну всех против всех. Обстоятельства секретных договорённостей не прояснены до сих пор.

Всё население страны получило равные политические права, однако стремительного улучшения жизни, как на это надеялись, не произошло. В 1990-е гг. страну накрыла новая волна насилия, только уже не политического, а бытового и криминального. Одновременно бенефициары старого режима поразительным образом оказались бенефициарами нового – после неолиберальных реформ их уровень благосостояния вырос на несколько порядков. В 2000-е гг. экономический прилив «поднял все лодки», но уровень неравенства здесь по-прежнему остаётся один из самых высоких в мире.

Сегодня это реформированное государство является типичным образцом полупериферии, встроенной в мировую экономику за счёт дешевой рабочей силы и вывоза природных ресурсов. Тем не менее созданная в предыдущие десятилетия промышленная и научно-техническая база позволяет стране оставаться относительно развитой экономикой с собственным производством и мощным финансовым сектором, членом G-20 и центром притяжения для мигрантов из других – куда более бедных – стран региона.

Большую часть нынешних социально-экономических и политических проблем правящая коррумпированная и малокомпетентная элита склонна приписывать наследию предыдущего политического режима.

Только что вы прочитали краткую историю Южной Африки последних 75 лет, до новых встреч.

Раз уж вам так зашли исторические загадки, то давайте продолжим.

Представьте себе совокупность определённых оппозиционных взглядов. Естественно предположить, что их сторонники будут пытаться создать те или иные организационные структуры. На протяжении многих десятилетий руководителей и членов этих организаций обвиняли в шпионаже и в работе на иностранные государства. Стоит признаться, зачастую обвинения были не лишены оснований.

Вся риторика указанного политического движения подрывала «традиционные ценности» общества. Его симпатизанты открыто издевались над институтом семьи, частной собственностью, религией, армией, правительством и прочими «авторитетами».

Впрочем, хватало и «моральной паники» – преувеличений, выдумок и сознательной лжи, которую распространяли как раз сторонники «традиционных ценностей», полагая, что ради борьбы с этой «угрозой национальной безопасности» им всё позволено.

Были периоды, когда депутаты – носители комплекса указанных оппозиционных идей, свободно заседали в парламентах, а были времена, когда любые структуры, связанные с этими идеями, объявлялись «экстремистскими», а их носителей преследовали как по закону, так и без всякого закона, по произволу.

При этом стоит иметь в виду, что само по себе это движение было частью куда более масштабного идейного течения. Внутривидовая борьба зачастую была ещё более жёсткой и принципиальной, чем с защитниками сложившейся системы.

Бытовало стереотипное мнение, будто за указанное оппозиционное движение в основном выступали либо маргиналы, либо неопытные юнцы, либо «зажравшаяся богема», тогда как «глубинный народ», якобы, твёрдо отстаивал те самые «традиционные ценности». Реальность, само собой, была несколько сложнее, и при определённых условиях лозунги и идеи данного движения находили широкий отклик в народе.

В конце концов, указанные оппозиционные идеи так и не победили. Но и не проиграли в полной мере. Со временем отдельные элементы идеологии, равно как и члены организационных структур, оказались интегрированы в действующую политическую систему, которая одновременно и сама внутренне изменилась.

Речь идёт сначала про социал-демократов на Западе до Первой мировой войны, а после ПМВ и до самого конца «Холодной войны» – о коммунистах. «Красная угроза» была одним из основных триггеров «моральной паники» в западных обществах на протяжении большей части XX в. Под «внутривидовой борьбой» я подразумеваю противостояние коммунистов с другими течениями левой мысли, прежде всего, с левоцентристами социал-демократами (после ПМВ). При этом, как я уже отметил, правым на Западе традиционно было выгодно представлять любого хоть сколько-нибудь левого политика или общественного деятеля – коммунистом, чтобы подорвать его репутацию.

Кажется странным, но я полагаю, что это всё-таки нужно отдельно проговорить – коммунизм, конечно же, НЕ победил на Западе. Все утверждения об обратном представляют собой уже современную «моральную панику» со стороны правых. При этом отдельные элементы этой идеологии, равно как и выходцы из организационных структур коммунистического и шире – леворадикального – движения действительно оказались интегрированы в переменчивый политический ландшафт западных обществ (обычно в качестве ключевой вехи здесь указывают 1968 г.).

Вычитал, что со слов секретаря СНБО Украины ей предлагают «урегулирование по корейскому сценарию». Судя по тону, на «корейский сценарий» украинское руководство пока не готово.

В 1945 г. Корея была разделена на две оккупационных зоны – советскую на севере и американскую на юге. Первоначальные планы по созданию единого демократического корейского государства оказались похерены «Холодной войной». В итоге на севере была провозглашена Корейская Народно-Демократическая республика, а на юге – Республика Корея, причём оба государства претендовали на единоличное представительство корейской нации и не признавали друг друга.

Корейская война началась в июне 1950 г. с нападения КНДР на Юг. Вскоре в войну вмешались «силы ООН» во главе с США, «китайские добровольцы» в виде частей Народно-освободительной армии КНР, а также советские «военные специалисты». Активная фаза боевых действий шла около года, а линия фронта перемещалась туда-сюда, подобно качелям. Одних только битв за Сеул прошло аж пять штук. В разгар боёв главнокомандующий силами ООН генерал Макартур даже предлагал применить ядерное оружие и начать бомбить непосредственно сам Китай, но президент Трумэн предпочёл отправить в отставку не в меру ретивого генерала.

К июню 1951 г. линия фронта примерно вернулась к 38-й параллели. К этому моменту для Советского Союза, северокорейцев, китайцев и американцев стала очевидной невозможность одержать окончательную победу, и стороны сели за стол переговоров. Напротив, южнокорейский диктатор Ли Сын Ман выступил резко против любых соглашений с коммунистами и призывал сражаться «до последнего солдата» (корейского или американского) за освобождение всей Кореи. Но соотношение сил в антикоммунистическом альянсе было таково, что «младшего товарища» никто слушать не стал.

Переговоры о перемирии длились два года. Они регулярно прерывались из-за взаимных обстрелов и бомбардировок. Каждая из сторон пыталась выторговать более выгодные условия, так что в эти два года хватало бессмысленных сражений в духе Первой мировой за очередную безымянную высоту или ради продвижения на несколько километров.

В последней отчаянной попытке сорвать переговоры южнокорейский президент объявил об одностороннем освобождении 25 тыс. северокорейских пленных, которые таким образом больше не подлежали обмену, на чём настаивали коммунисты. В ответ китайцы провели последнее наступление, главной целью которого было «пустить кровь» Союзникам и показать, что продолжать войну ради хотелок южнокорейского диктатора – себе дороже.

В итоге соглашение о перемирии было подписано 27 июля 1953 г. в деревне Пханмунджом. Свои подписи поставили представители от КНДР, КНР и сил ООН (в лице американских военных). Никаких подписей от представителей Республики Корея на этом документе нет.

Перемирие установило 4-км. демилитаризованную зону вдоль всей линии фронта. Была создана совместная военная комиссия по контролю за соблюдением перемирия, а также нейтральная комиссия в составе представителей от Швеции, Швейцарии, Чехословакии и Польши.

Полноценного мира на Корейском полуострове после 1953 г., конечно же, не наступило. В демилитаризованной зоне постоянно происходили инциденты, обстрелы и перестрелки (особенно в течение 1960-х гг., тогда с обеих сторон были сотни погибших), но «настоящая» война всё же оказалась заморожена. КНДР как минимум семь раз уже «выходила из перемирия», но, судя по всему, ничего не мешает ей объявить об этом и в восьмой, и в девятый раз – ничего не изменится.

Конечная цель «восстановить историческую справедливость» и объединить страну ещё несколько десятилетий активно проговаривалась обеими корейскими режимами (официальной столицей КНДР до 1972 г. был Сеул), но постепенно эта цель блекла с приходом новых поколений, которые никогда не жили в единой стране. Где-то читал, что в современной Южной Корее на северокорейцев как на соотечественников смотрят преимущественно старики, средние возрасты относятся к ним как к бедным родственникам, которым можно подкинуть еды, а для молодёжи северокорейцы уже и вовсе неведомые инопланетяне из малоинтересной заграницы.

​​В ноябре 1941 г. нацисты создали еврейское гетто в чешском городе Терезин (немецкое название – Терезиенштадт), куда были депортированы десятки тысяч евреев из Западной и Центральной Европы (Чехословакии, Германии, Австрии, Дании, Нидерландов). Для большинства из 145 тыс. узников гетто стало лишь промежуточной остановкой перед депортацией в лагеря смерти, вроде Освенцима. Более 30 тыс. умерли здесь от болезней и недоедания.

Евреи из Западной и Центральной Европы в среднем были более зажиточными, поэтому в Терезиенштадте собралась критическая масса евреев из «среднего класса», включая интеллектуальную и творческую элиту европейского еврейства – литераторов, актёров и музыкантов.

Оказавшись перед лицом смертельной опасности, эти люди не пали духом, самоорганизовались и принялись налаживать культурную жизнь даже в столь страшном месте. В Терезиенштадте стали давать концерты и ставить спектакли, появились хор и джазовый оркестр, открылось собственное кабаре, где исполнялись скетчи и сатирические номера. Художница Фридль Дикер-Брандейс организовала уроки рисования для детей. Уже после войны сохранившиеся рисунки и стихи этих детей, большая часть из которых так и не дожила до освобождения, была издана в книге «I Never Saw Another Butterfly».

Нацисты на первых порах игнорировали культурную жизнь еврейского гетто, но со временем смекнули, что её, наоборот, можно использовать для пропаганды на общественное мнение западных и нейтральных стран о, якобы, «сносных» условиях жизни в гетто и концлагерях. Летом 1944 г. сюда как в «потёмкинскую деревню» свозили представителей Международного Красного Креста, а осенью того же года сняли пропагандистский фильм «Фюрер дарит евреям город». На время пропагандистских мероприятий депортации в лагеря смерти прекратились, но сразу после отъезда инспекторов и кинобригад возобновились в ещё больших масштабах.

Терезиенштадтское гетто было освобождено Красной армией 8 мая 1945 г. Из 145 тыс. человек, прошедших через него, выжили чуть более 20 тыс.

22 января в Центральном Доме актёра в Москве состоится показ музыкального спектакля Нины Чусовой «Кабаре Терезин», основанный на текстах, музыке и детских рисунках, созданных в Терезиенштадте.

Прибрести билеты можно по ссылке https://cabaret-terezin.com/

​​В Бразилии правые долбоёбы сторонники бывшего президента Болсонару устроили ремейк 6 января 2021 в США и ворвались в здание парламента, а также попытались захватить Президентский дворец и здание Верховного суда. Конец немного предсказуем, и бразильское «8 января» завершилось подобно американскому аналогу: полиция повязала несколько сотен бузотёров, а сам Болсонару, который вовремя свинтил во Флориду, уже осудил демонстрантов и снял с себя ответственность за произошедшее.

По сообщениям «The New York Times» в толпе правых базогонов помимо государственных флагов современной Федеративной Республики Бразилия были замечены также бразильские «имперки», которые поднимали над захваченными органами власти. Использование демонстрантами флага Бразильской империи даёт нам повод вспомнить о таком феномене, как бразильский монархизм.

Собственно говоря, история суверенной Бразилии и началась с провозглашения её независимой от Португалии империей в 1822 г. Первым бразильским императором стал Педру I – старший сын португальского короля Жуана VI из династии Браганса. Вторым (и последним) императором был единственный сын первого монарха – Педру II.

В отличие от остальной «республиканской» Латинской Америки, где вслед за независимостью тут же начались постоянные гражданские войны, имперская Бразилия в течение XIX в. оставалась относительно стабильным государством. Республиканские идеи были уделом узкого круга интеллигентов и армейских офицеров, мечтавших стать Наполеонами. Однако стареющий император Педру II, у которого не было взрослых сыновей (только дочь), с возрастом всё сильнее тяготился государственными делами и чуть ли не открыто говорил, что не против, если Бразилия всё же станет республикой.

В 1888 г. в стране отменили рабство, причём владельцам рабов даже не выплатили компенсаций. Плантаторы смертельно обиделись и из чувства мести присоединились к республиканцам. В итоге в 1889 г. произошёл бескровный государственный переворот. Путчисты провозгласили Соединённые Штаты Бразилии, а император отказался от всякой борьбы и уплыл доживать свой век в Европу.

Республиканская Бразилия оказалась куда менее стабильной, чем старая империя. В регионах власть перешла к местным олигархам и каудильо, которые творили, что хотели, а на федеральном уровне друг друга грызли боссы от молочной и кофейной мафии. С 1930 по 1945 гг. в стране был фашистский режим Жетулиу Варгаса, который пытался «навести порядок» и централизовать страну, но его в итоге свергли военные. Обострение социальных конфликтов привело к тому, что с 1964 по 1985 гг. Бразилией управляла правая военная хунта.

После редемократизации во второй половине 1980-х гг. встал вопрос о будущем политическом устройстве страны. И одному монархически настроенному депутату Учредительного собрания удалось протащить в проект конституционного референдума не только вопрос о системе правления – будет ли приоритет у исполнительной или законодательной власти, но и вопрос о форме правления – останется ли Бразилия республикой или произойдёт реставрация монархии. Свою позицию депутат аргументировал тем, что в 1889 г. никто мнения народа о свержении императора не спрашивал, а республику провозгласил узкий круг заговорщиков.

Референдум состоялся в апреле 1993 г. Монархисты набрали 13,4% голосов и предсказуемо проиграли. Всё-таки главный вопрос референдума касался системы правления, на который большинство ответило в пользу президентской республики – 69% против 31% за парламентскую. Но сам факт, что монархисты смогли протащить свою повестку на федеральный уровень спустя 104 года после свержения монархии, согласитесь, впечатляет.

В настоящее время бразильский монархизм является частью более широкого консервативного движения в стране. Внутри династии, как водится, есть раскол на две соперничающие друг с другом ветви – Петрополисскую и Васорасскую. Представитель последней – Луи-Филипп Орлеанский-Браганса, с 2019 г. является федеральным депутатом от партии президента Болсонару.

Наткнулся на отличное архивное видео 1919 г. на отличном историческом канале, посвящённом русской общине в межвоенной Эстонии.

Об Эстонской войне за независимость 1918 – 1920 гг., когда эстонцы хорошенько наподдали и большевикам, и немцам, а также «кинули» белогвардейцев, я как-то писал на канале. Кроме того, тут можно посмотреть иллюстрированную карту той войны в высоком разрешении.