Вот такой вот рост у рынка этих ваших аугментов! 11% в год в течение 9 лет

А если серьезно, то это свежий анализ рынка, где под аугментами подразумеваются носимые датчики, экзоскелеты, нейроимпланты, нейроинтерфейсы, VR и AR, бионические протезы

Подчёркивается, что аугменты - это именно интеграция технологий в тело или повседневную деятельность человека, чтобы повысить здоровье, продуктивность, выносливость и качество жизни.

Главный тренд - рынок растёт как на стероидах. В 2025 году он оценивался в 420,18 млрд долларов, в 2026 - уже 469,76 млрд, а к 2035 должен вырасти до 1,285 трлн долларов при среднем ежегодном росте 11,8%. Такой темп означает, что аугментация становится не нишей, а новой нормой для медицины, промышленности, армии и потребительских технологий. Рост обеспечивают сразу несколько направлений: медицина требует более точных и дешёвых способов реабилитации и мониторинга, промышленность внедряет экзоскелеты для снижения травматизма, оборонка инвестирует в усиление солдат, а ИИ и сенсоры делают устройства умнее и автономнее.

Второй ключевой тренд - смещение фокуса в сторону нейроинтерфейсов, умных имплантов и когнитивных аугментов. BCI становятся одним из самых перспективных сегментов, потому что позволяют напрямую связывать мозг с внешними устройствами. AR и MR превращаются в инструменты обучения, медицины и промышленного обслуживания. Появляются системы когнитивного усиления, которые помогают людям быстрее анализировать данные и принимать решения. Всё это формирует новую категорию "цифровых способностей", которые человек получает не через гаджеты в руках, а через интеграцию технологий в тело и восприятие.

Третий тренд - география. Северная Америка сейчас лидер благодаря сильной технологической базе и огромным вложениям в медицину и оборону. Европа активно растёт за счёт автоматизации и реабилитационных технологий. Азиатско‑Тихоокеанский регион показывает самый быстрый рост благодаря индустриализации, высоким инвестициям в биотех и увеличению доходов населения. Это означает, что аугментация перестаёт быть западной игрушкой и становится глобальным технологическим стандартом.

Есть вопросы к авторам анализа. Например, они сильно переоценивают те же протезы и импланты, когда наделяют их улучшающими функциями, когда как в реальности они целятся исключительно в восстановление.

Ещё говорится, что высокая стоимость экзоскелетов и нейроимплантов, вопросы приватности и этики, риски взлома, медленные регуляторные процессы. Чем глубже технологии интегрируются в тело и мозг, тем больше возникает вопросов о безопасности, контроле и доступности. И что даже эти барьеры не тормозят общий рост, они лишь формируют новые требования к разработчикам и регуляторам.

Но в любом случае 11% роста рынка это хороший показатель. Для сравнения - быстрорастущие сегменты вроде облачных сервисов или ИИ‑инфраструктуры обычно держатся в диапазоне 8-12%. С полным отчётом вы можете ознакомиться здесь

Суперсолдаты DARPA

Не только китайский ВПК заинтересован в искусственно выведенных при помощи эпигенетики суперсолдатах.

Эпигенетическая модификация - это не CRISPR, не вставка чужих генов - это управление "химическими переключателями" на ДНК, которые включают или выключают нужные функции организма.

Это также не классическое метилирование/деметилирование, а "new‑to‑nature" - то есть таких меток в природе нет. DARPA хочет научиться создавать их искусственно и управлять ими как программой. Это важно, потому что эпигенетические метки работают как регуляторы: они меняют, какие гены активны, какие подавлены, как клетки реагируют на стресс, как формируются ткани, как работает память и внимание.

Если тот же CRISPR меняет ген навсегда, то эпигенетическая метка может быть поставлена и снята. DARPA прямо пишет, что такие технологии могут дать "динамический, контекстный контроль биологии". Это означает возможность временно усиливать когнитивные функции, повышать устойчивость к биологическим угрозам, ускорять регенерацию тканей - и потом откатывать изменения обратно.

Техническая часть программы D‑PECHE состоит из двух задач. Первая - создать механизмы, которые могут добавлять или удалять новые химические модификации ДНК. Это включает выбор конкретной модификации, подбор каталитических белков, определение необходимых кофакторов и проверку, какие изменения в белках нужны, чтобы они работали в живых клетках. Вторая - научиться обнаруживать эти модификации: разработать анализы, проверить биосовместимость, показать, что клетки нормально переносят такие изменения. DARPA хочет получить первые доказательства работоспособности за 4 месяца, что для биоинженерии - экстремально короткий цикл.

Зачем Пентагону это нужно? Потому что эпигенетическое управление - это потенциальный путь к "обратимым суперспособностям". В отчёте RAND 2021 года уже обсуждались идеи вроде добавления генов для инфракрасного зрения или повышения выносливости до уровня элитных марафонцев. Но такие изменения необратимы и опасны по мнению руководства. Эпигенетика даёт возможность включать нужные функции на время миссии и выключать после. DARPA прямо указывает три направления: регенеративная медицина, улучшение когнитивной производительности и защита от биологических угроз и стрессоров.

Всё это вписывается в более широкую стратегию DARPA по "программируемой биологии". В 2025 году они запустили программу GO, которая пытается передавать биологические команды через свет. D‑PECHE - это попытка передавать команды через химические метки на ДНК. Если эти технологии заработают, появится возможность создавать ткани для замены органов, временно усиливать мозговые функции, повышать устойчивость организма к экстремальным условиям и биологическим атакам.

Микроскопический чип, внутри которого находится искусственная артерия из человеческих эндотелиальных клеток, помещённая в питательный гель с крошечным магнитом

Когда внешний магнит начинает двигать этот гель туда‑сюда, артерия реагирует - из неё начинают прорастать новые капилляры.

Главная находка: чем сильнее и чаще "тренировать" сосуд, тем активнее он образует новые ответвления. При растяжении на 5% от ширины геля сосуды росли массово, при 15% - их было меньше, но они становились длиннее. Изменение направления движения меняло направление роста - сосуды буквально следовали за механическим стимулом. Это даёт возможность "программировать" сосудистые сети физическими сигналами, а не химическими факторами, которые сложно контролировать.

Проблема в том, что искусственные органы не работают без собственной сети капилляров, а напечатать их 3D‑принтером невозможно - слишком тонкие. Теперь можно вырастить сосуды нужной формы и длины, просто задав режим движения.

Учёные также выяснили, почему это работает. Всё упирается в ген PIEZO1 - он управляет ионными каналами, которые открываются при механическом давлении. Когда сосуд "тренируют", эти каналы активируются, запускают каскад сигналов, и клетки начинают формировать новые сосуды. Когда ген PIEZO1 подавили, рост почти остановился - прямое доказательство, что механическая стимуляция действительно запускает биологический механизм роста через этот канал.

Практическая цель - создавать организованные сосудистые сети для искусственных тканей и органов, чтобы они могли получать питание и функционировать как настоящие.

Кстати, это исследование финансировалось Армейским исследовательским управлением США и программой PECASE! Что как бы намекает. Технология интересна не только для медицины, но и для военных биотехнологий - например, ускоренного восстановления тканей после травм

Лаборатория Aleph Neuro показала, что можно получать ультразвуковые 3D‑изображения мозга с детализацией уровня МРТ, причём не вскрывая череп и без огромного томографа. Это сделано на базе платформы Butterfly Network их Ultrasound‑on‑Chip™, то есть ультразвук, упакованный в полупроводниковую микросхему

Классический МРТ - это огромная машина весом в тонны, с мощным магнитом и ограничениями по скорости. А ультразвук - компактный, быстрый и потенциально переносимый. До сих пор ультразвук не мог давать высокую детализацию мозга из‑за рассеяния сигнала костями черепа. Aleph утверждает, что они нашли способ обойти этот барьер и получить самые детальные 3D‑снимки мозга, когда‑либо сделанные снаружи черепа.

Если это подтвердится, то речь идёт о новой категории нейровизуализации: портативный МРТ‑уровень сканирования, который можно встроить в шлем, гарнитуру или даже бытовое устройство. Это напрямую касается будущих нейроинтерфейсов. Чтобы читать мысли, эмоции, намерения или сложные нейронные паттерны, нужен доступ к высокодетальным данным о работе мозга. До сих пор это требовало либо хирургии, либо громоздких систем.

Важный контекст - Aleph Neuro открыто говорит, что строит "интерфейсы для телепатического будущего". Это не маркетинг: высокодетальная ультразвуковая визуализация может стать основой для BCI нового поколения, где мозг читается не по ЭЭГ‑шуму, а по глубоким трёхмерным паттернам активности

Где начинаются мысли ИИ и закачиваются мысли человека?

Южнокорейские прокуроры предъявили обвинения трём мужчинам, которые использовали умные очки с ИИ, чтобы списывать на профессиональном экзамене по пожарной безопасности. Один из них сам написал приложение, которое через камеру в оправе фотографировало вопросы, отправляло их в языковую модель, а ответы возвращало на внутренний дисплей или через костную проводимость - полностью незаметно для наблюдателей. Современные смарт‑очки выглядят как обычные, поэтому стандартный контроль не способен их обнаружить.

Можно было бы посмеяться с киберпанковского характера этой новости и пойти дальше, но она наталкивает на более глубокие мысли.

А давайте заменим смарточки на нейроинтерфейс, который способен записывать и выводить информацию прямо находясь в мозгу. Трансгуманисты давно говорят о таком сценарии.

После того как мы объединимся с ИИ, наше мышление станет гибридом биологического и небиологического интеллекта. Мы не всегда будем понимать, какая часть наших мыслей исходит откуда.

- Рэй Курцвэйл.

Курцвэйл прогнозирует это слияние с ИИ к 2030 году. И если так подумать, должны ли мы будем считать даваемые аугментом подсказки мошенничеством или "чужим компонентом"? Если нейроинтерфейс это часть тела, то он функционально не отличается от наших органических нейронов.

Так ли принципиально, что источником мысли выступает не естественный мозг, а искусственный имплант?

"Но ведь если отобрать нейроинтерфейс у человека, который к нему привык, то он станет беспомощным и слабым!" - самое вероятное возражение, ответ на которое довольно прост. А что мешает хирургическим путём провести операцию на вашей префронтальной коре и повредить её? Тогда вы станете слабоумным и даже беспомощнее киборга, лишившегося аугмента. Ведь если аугмент поддаётся восстановлению или смене, то ваш органический мозг - штука весьма хрупкая и ненадёжная.

Учёные впервые нашли атмосферу у каменистой планеты, похожей на Землю, которая находится в зоне обитаемости (на правильном расстоянии от своей звезды, где может существовать жидкая вода). До этого момента ни у одной такой планеты атмосферы обнаружить не удавалось.

Планета называется LHS 1140 b, она находится в 48 световых годах от нас и вращается вокруг маленькой и холодной красной звезды. Всего мы знаем более 6000 экзопланет, но лишь несколько десятков - каменистые и в "золотой зоне". И ни одна из них до сих пор не показывала признаков атмосферы. Теперь это изменилось.

Пока что обнаруженный газ - гелий, скорее всего в верхних слоях атмосферы. Гелий сам по себе не поддерживает жизнь, но его наличие означает главное: атмосфера существует, а значит, ниже могут быть другие газы - азот, углекислый газ, водяной пар. Это делает планету одним из самых перспективных кандидатов для дальнейшего изучения.

Важен контекс. Та же планета K2‑18b давала слабые намёки на биомаркеры, но они не подтвердились. У системы TRAPPIST‑1 данные остаются противоречивыми: у TRAPPIST‑1d атмосферы нет, у TRAPPIST‑1e - пока непонятно. На фоне всех этих неудач LHS 1140 b - первый реальный успех

Кстати, пациента, которому впервые и провели эту операцию, зовут Ли Мартин

Его жена говорит, что им сообщили об этом только перед самой операцией, что, мягко говоря, добавило напряжения.

Через час после пробуждения он уже сидел с инженерами Neuralink и тестировал интерфейс - по словам команды, ни один участник до него не был в состоянии работать с устройством так быстро после операции.

А ещё ему сделали татуировку NP26. Это просто символ того, что человек прошёл процедуру и стал частью ранней группы Neuralnauts, которые тестируют новые хирургические методы и новые версии чипов

Вживлённые электроды могут работать в человеческом мозге годами - без серьёзных осложнений и без потери функциональности

Пять участников исследования с травмой спинного мозга получили по два массива Blackrock NeuroPort, и эти электроды проработали от 2 до 10 лет, суммарно накопив 27 лет имплантационного времени. За это время через мозг участников прошло более 168 миллионов импульсов, и ни один из них не вызвал серьёзных побочных эффектов. Это впервые даёт реальные данные о том, что долгоживущие интерфейсы не просто возможны - они уже работают.

Самое важное - стабильность. Около 60% электродов оставались функциональными спустя 10 лет, несмотря на то, что пороги стимуляции медленно росли - примерно на 3,5 микроампера в год. Это означает, что деградация есть, но она медленная и предсказуемая. Сенсорные ощущения, которые электроды вызывали в руке участников, оставались локализованными, стабильными и информативными. Даже спустя годы качество ощущений почти не менялось. В редких случаях ощущения сохранялись немного после отключения стимуляции - всего 3-25 событий на всех участников за всё время, что статистически ничтожно мало.

Это фундаментальный аргумент в пользу того, что будущие нейроинтерфейсы для восстановления чувствительности, слуха, зрения и моторики могут быть не временными прототипами, а реальными клиническими устройствами. И если электроды выдерживают 10 лет без серьёзных проблем, то это открывает путь к постоянным сенсорным протезам, полноценным BCI и долгосрочным нейромодуляторам

Искусственное, как обычно, лучше естественного. На этот раз на примере CRISPR

Генные редакторы, созданные ИИ, могут быть мощнее природных CRISPR‑ферментов. Не улучшенные версии существующих Cas‑белков, а полностью новые, синтетические ферменты, которых в природе никогда не было. И главное - они работают не просто "как настоящие", а лучше настоящих, причём сразу в трёх системах: бактериях, человеческих клетках и растениях.

Исследователи взяли компактный фермент TnpB - древнего предка Cas12 - и с помощью модели ESM‑IF1 начали генерировать тысячи новых вариантов. Алгоритм предлагал полностью новые аминокислотные последовательности, а учёные вручную фиксировали только те участки, которые критичны для распознавания ДНК и РНК. Из 1 980 созданных вариантов 466 показали активность, а около 8% превзошли природный фермент в бактериальных тестах. В человеческих клетках два синтетических фермента достигли 46% и 50% эффективности редактирования, тогда как природный TnpB давал 28%. На отдельных участках ДНК лучшие варианты обеспечивали почти четырёхкратное увеличение эффективности.

Эти ферменты действительно новые. Их ключевые домены имеют только 83% и 72% сходства с природными аналогами - то есть ИИ создал рабочие молекулярные контакты, которых нет в природе. Это принципиально отличается от предыдущих моделей, которые генерировали почти идентичные белки с >99% сходства.

Если это направление продолжит развиваться, CRISPR‑инструментарий перестанет быть набором природных ферментов - и станет полноценной инженерной платформой, где редакторы создаются под задачу, а не под то, что дала эволюция

Омоложение организма при помощи перезапуска иммунных клеток-"уборщиков"

Одна из ключевых причин старения - это сбой в системе клеточной уборки, который начинается с двух типов иммунных клеток: нейтрофилов и макрофагов. Каждый день организм производит около 100 миллиардов нейтрофилов, которые живут всего 12-24 часа и должны быть быстро уничтожены и переработаны макрофагами. Но с возрастом макрофаги теряют способность поглощать эти отработанные клетки из‑за избытка гормона PGE2, который активирует воспалительный рецептор EP2 и буквально "выключает" их функцию. Нейтрофилы, оставшиеся без очистки, превращаются в токсичные "зомби‑клетки", которые накапливаются в печени, селезёнке, костном мозге и других органах, разрушая ткани и вызывая хроническое воспаление.

Если заблокировать EP2 только на тканевых макрофагах, то их способность к очистке полностью восстанавливается. В старых мышах это привело к омоложению сразу нескольких систем: снизилось воспаление в мозге, печени, сердце, почках и кишечнике, нормализовались 59 из 71 возрастных белков в крови, уменьшилось количество висцерального жира, сохранилась мышечная масса, а скорость, баланс и сила лап стали такими же, как у молодых животных. Даже когнитивные функции - память и навигация - вернулись к молодым уровням. Мыши выглядели моложе и физически вели себя как молодые.

Аналогичные процессы обнаружены и в человеческих данных: старые и больные человеческие печени показывают те же признаки - накопление нейтрофилов, рост EP2, падение функции макрофагов. Механизм не ограничивается мышами и может работать у людей.

Обычные противовоспалительные препараты вроде аспирина блокируют PGE2 целиком, что мешает и полезным функциям гормона, поэтому они слишком грубые для борьбы со старением. Значит, нужно создать препарат, который будет блокировать только EP2 - точечно, без вмешательства в другие пути. Если такой препарат появится, он сможет уменьшить системное воспаление и замедлить старение сразу нескольких органов, не леча каждую проблему отдельно, а устраняя корень - сбой в клеточной очистке

Генетические исследования всегда начинались с одного требования: "скинь нам свой геном"

Это самый опасный запрос, который только можно сделать человеку - ДНК нельзя сменить, удалить или спрятать после утечки. И вот впервые появляется рабочая альтернатива: исследование, которое можно провести без передачи ДНК вообще.

Автор проверил это на практике: сто пользователей участвуют в генетическом анализе, но их данные никогда не покидают телефоны. Каждый делит свои SNP‑значения на криптографические доли и отправляет их разным независимым узлам. Никто не видит исходный геном, но система всё равно считает частоты аллелей и итоговый скор. Всё работает, результаты точные, а весь процесс занимает меньше минуты.

Это переворачивает саму идею генетических исследований. Теперь можно участвовать в науке, не отдавая своё ДНК никому. Не "доверяйте нам", а "мы физически не можем увидеть ваши данные". Если такая модель станет стандартом, эпоха централизованных баз геномов закончится

https://github.com/vishakh/stoffel-test

Имплантируемая "розетка" внутри тела!

Она может заряжать и обслуживать биоэлектронные устройства с помощью обычной иглы. Идея в том, чтобы не делать постоянный внешний разъём в коже, который повышает риск инфекции, а оставить внутри тела скрытый порт доступа.

Устройство сделано из мягкого пористого материала с порами около 150 микрометров. Внутри этих пор находится слой проводящего полимера толщиной 100-200 нанометров, а снаружи всё покрыто защитной силиконовой оболочкой.

В опытах на мышах и крысах через такую "розетку" удалось заряжать нейроимпланты и передавать данные со скоростью почти 16 мегабит в секунду. На свиньях систему использовали для питания стимуляторов нервов, которые подавали импульсы силой 20 микроампер длительностью 100 миллисекунд.

Главное преимущество конструкции - прочность. Она выдержала более 100 подключений иглами разного диаметра: от 0,1 до 1,5 мм, при этом не потеряла электрические свойства. У мышей имплант находился больше года без заметных повреждений или проблем.

В будущем такие устройства могут стать стандартным способом обслуживания мозговых имплантов, нейропротезов и других кибернетических систем внутри организма. Маленький шаг к эпохе, где человек будет обновлять не только смартфон, но и собственную нервную систему

Возможна ли выработка генетической сопротивляемости к радиации?

На севере Ирана есть такой город как Рамсар - небольшой курортный город на побережье Каспийского моря, который стал одним из самых известных мест для изучения воздействия радиации на человека.

Причина его известности - самый высокий уровень естественной радиоактивности на планете. В некоторых районах. Источник этого явления - природные залежи радия в грунте. Подземные воды, проходя через богатые радионуклидами породы, растворяют радиоактивные элементы и выносят их на поверхность через горячие источники.

Несмотря на постоянное воздействие повышенного радиационного фона, у жителей Рамсара не наблюдается ожидаемого резкого роста заболеваний, связанных с радиацией. Это заставило учёных изучать возможные механизмы адаптации организма.

Исследования показывают, что у некоторых жителей могут быть повышены уровни активности систем защиты клеток: механизмов восстановления повреждений ДНК, борьбы с окислительным стрессом и удаления повреждённых клеток.

Одна из гипотез, которая активно обсуждается в связи с Рамсаром, - радиационный гормезис. Согласно этой концепции, очень малые дозы радиации могут не только вредить клеткам, но и запускать защитные механизмы организма. Подобно тренировке иммунной системы, слабый стресс может активировать процессы восстановления и сделать клетки более устойчивыми к будущим повреждениям.

При этом радиационный гормезис остаётся спорной темой. Некоторые исследования находят признаки положительного адаптивного ответа, другие считают, что доказательств недостаточно для пересмотра существующих норм радиационной безопасности

$1 млрд. Почему?

$400 млн - на ускорение биотехнологий через частные инвестиции: омоложение клеток, генную терапию, искусственные органы, нейроинтерфейсы, ИИ-медицину. Не ждать десятилетий, пока регуляторы решат, можно ли человеку жить дольше. Создать компании, которые дадут людям реальные улучшения.

$250 млн я вложил бы в культурную борьбу. Фильмы, игры, аниме, книги, YouTube-каналы, документалки. Годами людям продавали идею, что киборг обязательно станет злодеем с красными глазами. Пора заменить этот образ: улучшенный человек - это не потеря человечности, а следующий этап развития.

$150 млн пошло бы на образовательную кампанию: бесплатные курсы по биологии, ИИ, нейронаукам, генетике. Нужно напомнить всем, что человек всегда улучшал себя технологиями. Вакцины, очки, протезы, компьютеры уже изменили нас. Вопрос только в том, насколько далеко мы готовы зайти.

$100 млн - на юридическое давление за отмену ограничений, которые тормозят развитие. Поддержка организаций, которые выступают за право человека экспериментировать со своим телом, доступ к новым медицинским технологиям и свободный рынок биотехнологий.

$50 млн - на создание глобального медиа-бренда трансгуманизма: журнал, исследования, аналитика, конференции. Нам нужно формировать повестку. Чтобы было модным носить футболку с символом h+.

$50 млн оставил бы на венчурные инвестиции в самые рискованные проекты. Большинство провалится, потому что так работает инновация. Кремниевые долины строятся не на осторожности, а на тысячах попыток, из которых несколько меняют мир.

Когда человек получит искусственный орган вместо больной почки, нейроимплант вместо инвалидности и терапию старения вместо немощи, спор о том, "естественно ли это", закончится сам