🔤Рэйден говорил таким убедительным тоном, будто у него была машина времени, и он знал будущее. На крохотное мгновение мой взгляд опустился к его губам, и он будто нарочно именно в этот миг облизнул их.

«Айви, прекращай пялиться!»

Голос разума потонул в лавине эмоций, когда я почувствовала, как его ладонь нырнула под мою, и наши пальцы переплелись.

— Айви, — едва слышно прошептал Рэйден. Его зрачки расширились, а на щеках появился румянец. Грудь вздымалась так же часто, как и моя.

— Рэйден... — на выдохе шепнула я и уже готова была потянуться к нему в ожидании поцелуя. Все мое тело требовало его объятий.

Полное безумие.

Что там говорила мама про запрет на парней? Даже вспоминать не хочу… Сейчас обезумевшие гормоны диктовали свои правила.

Я закрыла глаза, уверенная в том, что Рэйден поймет меня без слов. И безумно надеясь, что это не мои глупые фантазии. Что он, правда, хочет меня поцеловать.🔤

🔤Дуэт двух гитар в сочетании с ритмом барабанов вводили меня в транс, в котором я все отчетливее понимала, что я пропала. Что любовь к Закари меня погубит, а я даже не смогу этому противостоять.

После второго куплета началась его соло-партия, и Зак играл с такой сосредоточенностью, словно в этом мире не существовало никого и ничего кроме него и гитары. Он слегка пританцовывал, ногой отбивая ритм мелодии, и иногда дергал головой, словно злясь. Наверное, допускал ошибки в игре, но я, околдованная его медовым голосом, не замечала никаких погрешностей. Когда соло-партия подошла к концу Зак снова запел и в этот раз устремил на меня пристальный взгляд и больше не отворачивался.

Мои глаза наполнились слезами, когда он взял высокие ноты и с надрывом пропел:

«Мир был в огне,
Никто не мог спасти меня, только ты
На что только не способны дураки ради своих желаний,
Я никогда не мечтал, что встречу такую, как ты,
И никогда не мечтал, что полюблю такую, как ты»

Я закусила нижнюю губу, чтобы скрыть дрожь. Зак ударил по струнам в последний раз. Стихли гитарные звуки и удары барабанов , и лишь голос Зака пробирал меня до мурашек и ласково обволакивал сердце прочными путами, лишая последней надежды на освобождение.🔤