– Тот придурок не стоит твоих слез, так что не вздумай из-за него плакать. 
– Ты даже не знаешь, кто это. С чего ты взял, что он придурок?
– Знаю, уж поверь, – серьезно ответил Изи, и мое сердце сжалось до размера игольного ушка. – Он разбил твое сердце, значит, стопроцентный придурок. 
Во рту появилась горечь от разочарования. На секунду мне показалось, что Изи понял, что речь о нем. Что он догадался, наконец, какая история нас связывает. 
Мне захотелось отстраниться, сказать, что мне пора домой, и сбежать из этой квартиры, но следующие слова Изи пригвоздили меня к месту. 
– Какой же я придурок… 
Он взял в ладони мое лицо и приблизился так, что теперь похищал весь мой кислород.
– Почему? – мой голос опустился до слабого шепота. 
– Потому что должен держаться от тебя подальше, а вместо этого… 
Изи не договорил и накрыл мои губы своими. 
Его рука переместилась на мой затылок, словно давая понять – он меня не отпустит. 
Глупенький… Не понимал, что я в его капкан угодила уже очень давно, и сколько бы не трепыхалась, не могла высвободиться, да уже и не пыталась. 

В конце праздника настал черед общего танца. Рокс оказалась права, движения были максимально простыми, чтобы дети могли за нами повторять. Однако я все время закусывал губу, чтобы не засмеяться в голос, потому что этот танец подозрительно напоминал тот, который я застал на кухне Вэнсов в исполнении Рокс и ее отца. 
– Изи, – Рокс приблизилась ко мне и плавно стукнулась своим бедром об мое, – Тебе напомнить, что ты тигр, а не лошадь? Прекрати ржать. 
На моих глазах выступили слезы смеха. 
– Почему ты не сказала, что ваш хореограф – мистер Вэнс? Я бы посетил парочку репетиций.