Райнер на мгновение прижал пальцы к воспаленным от усталости векам. Он всюду и ото всех слышал, что похож на отца. Даже история женитьбы короля Рэндалла и королевы Авроры была похожа на его собственную.
Вот только разница между Райнером и Рэндаллом все же была. Он устал мириться со строптивыми нравом будущей жены и теперь собирался ее приструнить.
В следующий миг Кея оказалась прижата спиной к книжному шкафу, отчего тот жалобно заскрипел, а из открытой полки выпала фарфоровая фигурка павлина и чудом не разбилась, приземлившись на мягкий ковер.
Громкое “ох” сорвалось с ее губ, когда Райнер сжал ее лебединую шею – властно, но осторожно, почти интимно.
– А теперь послушай сюда, моя весенняя девочка, – он приблизился так, что теперь ощущал на своем лице ее жасминовое дыхание. – Тебе лучше спрятать свои острые зубки, потому что веселье и шутки закончились. Я не собираюсь и впредь терпеть твои идиотские выходки. Так что придержи свой язычок, иначе останешься без него. Чтобы заделать наследника, знаешь ли, он мне не нужен.
Он намеренно жалил ее обидными словами, но этой ледяной деве всегда было наплевать, любит он ее или ненавидит.
– И что ты сделаешь? Отрежешь мне его? – С вызовом спросила она и оскалилась, будто вот-вот вцепится зубами ему в лицо.
Ее грудь тяжело вздымалась и при каждом вздохе соприкасалась с его грудью. Одну ее руку он прижал к книжной полке, а другой Кея царапала его запястье до красных отметин, пытаясь высвободиться. Райнер ненадолго задумался, ответить на ее вызов или отпустить, и выбрал первое. Он сократил оставшееся между ними расстояние и впился в ее губы злым поцелуем.