Айви хотела фото эротического характера, поэтому рубашку я надевать не стал и принялся застегивать портупею на голый торс. Черные ремни, застегнутые под грудью и обхватывающие плечи, выгодно подчеркивали все рельефы. Несмотря на то что за последний месяц я немного сбросил в мышечной массе, мое тело все еще оставалось в довольно приличной форме. Я никогда не был качком, но благодаря волейболу на моем животе отчетливо виднелись контуры пресса, а косые мышцы живота приводили мою дражайшую супругу в восторг.
Отгоняя мысли о том, как в одну из наших ночей, Айви очерчивала уходящие под резинку боксеров линии языком, я застегнул ошейник, который смущал меня похлеще портупеи, и посмотрел в зеркало.
Что ж, Уилл был прав, не хватало только плетки.
— Это кошмар… — Пробормотал я, обреченно покачав головой, и… сделал несколько селфи через зеркало.
Фотографии получились неплохие, но Айви хотела, чтобы я удивил ее, а я это ой как любил. Мой легендарный полет на метле, шуточный стриптиз и проколотый сосок Кнопка до сих пор забыть не могла. Кажется, настало время для нового достижения. Я зажмурился, глубоко вздохнул, призывая спокойствие и терпение, чтобы сдержать нервный смех от собственной идеи, а потом расстегнул ремень и ширинку на брюках. Опустившись перед зеркалом на колени, я развел их пошире, чтобы придать позе развратности, и оттянул пальцами резинку боксеров, обнажая пояс Адониса и часть лобка.
«Господи, надеюсь это никто кроме Айви никогда не увидит». — Мысленно взмолился я, взлохматил волосы и, высунув кончик языка, сделал еще несколько селфи.
В такой позе с портупеей на голый торс и приспущенными брюками я был похож на развратную шлюху. Иронично, что среди братьев Вэнс пай-мальчиком считали именно меня. Сомневаюсь, что Уилл или Тристан и, уж тем более, Артур делали нечто подобное.