Тот редкий случай, когда видео к треку Оулавюра меня умиротворяет даже больше, чем сам трек https://music.youtube.com/watch?v=oOsuploHPjk&feature=share

Первый день отпуска - только сегодня, наконец, поверила, что идёт лето. Пыталась сформулировать, как описать это настроение - будто ты долго-долго несешь на спине и в руках тяжёлые камни, а потом бросаешь их в реку и идёшь дальше налегке, и чувствуешь теплый ветерок на вспотевшей спине. Вспомнила потому один свой исландский текст, который хорошо это мое ощущение передает.

"16.05.2016

Fish heads, fish heads

Roly-poly fish heads

Солнце в зените? Кажется, будто его там кто-то повесил и забыл: только тени выдают движение; утром темно было на левой стороне кратера Кверфьятль, а теперь – на правой. Торстейн считает пальцы сначала на правой, а потом на левой руке.

– Через три часа будет двенадцать часов, как я трипую, – закрывает ладони в кулаки и снова пересчитывает пальцы. – Если бы я спал, пальцев на каждой руке было бы больше.

Перуанские штаны Торстейна, желтые в рыжую полоску, сливаются с медным мхом на очередной горке лавы.  Мы идем через это лавовое поле уже пятый час. Пятый – если не вычитать два часа, которые мы шагали вокруг кратера. Пепельная гора да черная дыра; ветер кричит во рту, если его открыть и вытянуть губы вперед. Бом! – Торстейн выдул мыльный пузырь. В нем отражаются черные и белые линии, и синяя полоса, и где-то на подкорке моего сознания пятилетняя девочка кивает и говорит, что полоса называется «небо», а линии – «снег» и «вулканическая земля». Песок скрипит под ногами; до горячих источников совсем не далеко. Roly-poly fish heads, в голове заело. Я делаю себе тюрбан из платка. На бейсболке Торстейна написано Futebol.

Мы виделись всего пару раз, на какао; никогда не говорили. В прошлую пятницу мне было ясно – надо ехать, куда угодно, но ехать и как можно скорее. Сначала я придумала себе автостоп, ближайшие два дня в районе Акурейри обещали быть относительно солнечными. Если вы не хотите меня брать, я сама себя куда хочешь возьму – и положила в рюкзак толстенный сборник из пяти томов Автостопа по галактике и носовой платок. Через пару часов стало смешно. Я выложила Автостоп, куда-то потеряла платок и написала призыв людям из какао-тусовки. «Мне заводить машину или мы туда полетим на парашюте?» - пришел ответ. На следующий день мы уже неслись на север по шоссе номер 1. Мои пальцы танцуют и дрожат от свежести Tame Impala; мы качаем головами в такт, изредка перекидываемся историей, впечатлением и типичным для Исландии this is a fucking awesome view возгласом. Yndislegt.

Я ничему не удивляюсь, ничему не сопротивляюсь. За порогом правила простые – иди или стой. Погода тут учит гибкости: прогнозы погоды говорят только о том, что прогнозов не существует. Если решился идти – выбери направление и иди, больше от тебя ничего не нужно. Если стоишь – дыши и впитывай: через пять минут будет шторм и постоять уже не получится. Очень просто. Simple. Yes, yes, very simple, как говорит Бинни. И потом всегда добавляет: «This is my interest, yes, yes. Если бы не мой интерес, я бы сюда не пришел».

Просто."

Марк и музыка для птиц

Весь год обещала себе, что перечитаю летом "Истину и метод", и вот, наконец, пришло гадамеровское время. Наверное, не смогу удержаться и буду вешать сюда цитаты. Про "образование" как "обязанность по отношению к себе":

"Кант еще не употребляет слово «образование» именно в таком
значении и в такой связи. Он говорит о «культуре» способностей (или «природных задатков»), которая в этом качестве представляет акт свободы действующего субъекта. Так, среди обязанностей по отношению к самому себе он называет также обязанность «не давать как бы покрываться ржавчиной» своему таланту, не употребляя при этом слово «образование"."

*картинка отражает фон чтения*

О чувстве такта обычном и гуманитарном: "Под тактом мы понимаем определенную восприимчивость и способность к восприятию ситуации и поведения внутри нее, для которой у нас нет знания, исходящего из общих принципов. В силу этого понятие такта невыразительно и невыразимо. Можно что-то тактично сказать. Но это всегда
будет значить, что при этом что-то тактично обходят и не высказывают и что бестактно говорить о том, что можно обойти. Но «обойти» не означает отвер­нуться от чего-то; напротив, это что-то нужно иметь перед глазами, чтобы об него не споткнуться, а пройти мимо него. Тем самым такт помогает держать дистанцию, избегать уязвлений и столкновений, слишком близкого соприкосновения и травмирования интимной сферы личности. <...> Нужно обладать чувством как для эстетического, так и для исторического или образовывать это чувство, чтобы быть в состоянии положиться на свой такт в гуманитарных трудах. А так как этот такт - не просто естественное устройство, мы по праву говорим об эстетическом или историческом
сознании, а не о собственном чувстве, хотя, очевидно, такое сознание соотносится с непосредственностью чувства, то есть в отдельных случаях оно может наверняка производить расчленение и оценку, хотя и не в силах привести для этого оснований. Так, тот, кто обладает эстетическим чувством, умеет различать прекрасное и безобразное, хорошее или плохое качество, а тот, кто обладает историческим чувством, знает, что возможно и что невозможно для определенной эпохи, и обладает чувством инаковости прошлого по отноше­нию к настоящему" (Истина и метод 1988, 52)

Перерыв на слова:

Эта новая жизнь создаётся
из хвостов старой,
из витых отражений.
Новая жизнь - это завтра,
пришедшее сейчас
после покинутого никогда,
отброшенного "не помню",
принятого своего, что, казалось,
было чужое. Я - новая, -
говорю к свету молчанием темноты, -
я - новая, - гаснет эхо подорванной звезды,
а мы уже здесь; и я забираю эти слова
у разрушенного, но имя его не назову.

Возвращаюсь к Гадамеру. Из обсуждения понятия "гений" по Канту: "Понятие гения соответствует тому, что Кант рассматривает как решающий момент эстетического вкуса, а именно как свободную игру душевных сил, как
повышение жизнедеятельности, возникающее в результате взаимодействия воображения и рассудка и призывающее мгновение прекрасного остановить­ся. Гений - это в конечном счете способ проявления этого животворящего духа, так как в противоположность застывшей правильности, присущей школярству, гений демонстрирует свободный порыв открытия и вместе с этим­ оригинальность, способную стать образцом" (87-88).

Пляски смерти на отдыхе: Totentanz с морским бризом feat @sergeyberlin *если надо поплясать что-то смертное, мы только рады подыграть*

А вот ещё чудо цитата: "Вид бытия литературы отмечен определенным своеобразием и несравнимостью. Она ставит специфическую задачу перед процессом перемещения в понимание. Нет ничего более чуждого пониманию и тем не менее стимулирующего его, чем письмо. Даже встреча человека с чужим языком не может сравниться с этой чуждостью и отчуждением, так как язык жестов и то всегда уже содержат элемент непосредственной понятности. Но письмо и сопричастная ему литература - это вырвавшаяся в область чуждого периферия понимания духа. Ничто не является таким чистым
отблеском духа, как письмо, но ничто и не направлено таким же образом на
понимающий дух, как оно. При его дешифровке и толковании происходит
чудо: преобразование чего- то чуждого и мертвого во всеобщую одновременность и доступность. Никакие другие способы передачи того, что пришло к нам из древности, не могут с ним сравниться. Все свидетельства прошлой жизни, остатки зданий, предметов, содержимое гробниц разрушаются бурями времени, которые проносятся над ними, но письменная передача, напротив, коль скоро письмо дешифровано и прочтено, - это в такой сильной степени чистая духовность, что она говорит с нами как бы из нашей современности. Отсюда и умение читать, понимать написанное - это нечто вроде тайного искусства, даже колдовства, которое и разрешает, и связывает. В нем пространство и время предстают снятыми.Тот, кто умеет читать передаваемое на письме, доказывает и осуществляет чистое присутствие прошло­го (196)