⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠
Факсимильное издание Псалтыри святого Руперта.

Рукопись, скорее всего, была написана в 850-875 годах на северо-востоке Франции. Рукопись не могла принадлежать Руперту (ок. 650–718), который основал в 696 году монастырь Святого Петра в Зальцбурге – старейший в немецкоязычном мире. Записка о владении «Manuale psalterii sancti Rudberti episcopi», на первой странице кодекса, является более поздней (XV век). Это первое указание на местонахождение рукописи в монастыре Святого Петра в Зальцбурге. По крайней мере, с XVII века рукопись почиталась реликвией связанной с Рупертом, и для неё был изготовлен деревянный реликварий, покрытый серебром и золотом. Нынешний переплёт, лишённый покрытия, демонстрирует характерные черты каролингских переплётов. Шитье синими и красными нитями дает возможность подозревать, что возможно покрытия и не было.

Страницы размером всего 37х31 мм, текст – 33х25 мм по 18 строк. Исключительная читаемость текста при размере шрифта 1,5 мм и максимальном межстрочном расстоянии всего 1,2 мм свидетельствует о мастерстве писцов.

Из-за малых размеров рукописи она вряд ли использовалась для чтения, вероятно, предназначалась для ношения в реликварии в качестве оберега. Хотя потертый текст и миниатюры свидетельствуют, что первые владельцы перелистывали ее страницы.

⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠
В конце XVII в. старообрядцы, скрываясь от преследования правительства в глухих Обонежских лесах, организовали на реке Выге, в 40 км от Повенца, Выговское общежительство, просуществовавшее более 150 лет. Создав общежительство, выговцы развили в нем большую деятельность по переписке необходимых им книг. Опираясь на традиции древнерусской письменности, выговцы вместе с тем выработали некоторые новые технические приемы, ускорявшие и облегчавшие переписку рукописей, внесли много нового в само оформление рукописной книги, как в области графики, так и в области ее орнаментирования. Наибольшего расцвета достигло книгописное дело на Выге в первой четверти XIX века. В это время в одной только Лексинской мастерской перепиской рукописей было занято несколько сот человек. Списывание книг в Карельском Поморье не прекратилось и после закрытия правительством Выговского общежительства в 40-х годах XIX века. Оно продолжалось в скитах и старообрядческих селах выходцами с Выга и Лексы, в организованных ими школах, которые просуществовали вплоть до начала XX века. Только после Великой Октябрьской социалистической революции...
[...]
В конце XIX — начале XX вв. переписывали рукописи в Поморье только старообрядцы. До 1905 г. переписка велась тайно; ею занимались почти исключительно женщины; книгописцев мужчин было очень немного.
В школе, о которой рассказывала А.Д. Носова, девочек начинали учить переписке в раннем возрасте; в школу их отдавали 7–8 лет. В возрасте 10–11 лет ученицы уже свободно переписывали целые рукописи. Учительницами были опытные переписчицы, старушки, чаще всего из лексинских «грамотниц». Лексинские «грамотницы» назывались «монастырскими» и считались лучшими учительницами письму, чтению и пению. Первыми учебными книгами были полууставная азбука, псалтырь и часовник. Определенного срока пребывания в школе не было; все зависело от каждой ученицы, от того, за сколько времени она изучала свою специальность. Выучившись переписывать рукописи или иному ремеслу, девицы или оставались при школе на всю жизнь, или, как делало большинство, уходили в свои села и работали там по приобретенной специальности.
[...]
После сверки текста рукопись передавалась школьной переплетчице, которая «обряжала» ее в переплет по старинным поморским образцам. Корки переплета на богослужебных рукописях, житийных сборниках и сочинениях поморских писателей почти всегда ставились деревянные и покрывались телячьей кожей (опойком), бархатом и сукном, на менее важных рукописных книгах они делались картонные и даже бумажные. Кожаные переплеты украшались орнаментом, сделанным при помощи тиснения горячим способом, при котором иногда применяли листовое «золото» (бронза и поталь) и серебро. Способ этот состоял в следующем, на кожу, выкрашенную обычно в черный или коричневый цвет (краской для кожи была ржавчина, разведенная на квасу), накладывались листы «золота» или серебра, на них клали разогретые на углях медные орнаментированные пластинки, называемые «глагольными» (с надписью «книга глаголемая»), «средниками» и «наугольниками», а затем кожу вместе с листами золота и горячими пластинкам и ставили под пресс (по здешнему «жем»). Для тиснения рамочных украшений имелись «дорожник» (медный полукруг) и «чеканка» (медное колесо на длинной ручке). Цветные (сафьяновые) переплеты в школе делались редко из-за дороговизны этого материала.

читаем

#19век #старообрядчество #sitenews

Кстати, несколько месяцев сайт был не совсем исправен, не показывались изображения в увеличенном виде – сейчас исправлено.

⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠
Декоративная бумага на исламском переплете из собрания Лейденского университета. Красиво и просто как яблоки упавшие в воду.

Давно назрел вопрос к современным мастерам декоративных бумаг, а почему вы используете толстую бумагу, – если на стенку повесить, то может быть и хорошо, а хорошо ли на книгу. На переплетах 18-19 веков бумага тонкая, иногда почти прозрачная. В сочетании с кожей она не дает «рубчика», а если толстая, то рубчик надо закрасить или тиснить по нему.

Современная работа сразу опознается даже по фотографиям именно из-за такого рода инноваций.

#бумага #исламский

⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠
Вот ведь – незадачливый переплетчик обрезал конец текста, а там было «ꙗсти хочꙋ» – и далее не понял. Да, режет наша братия безжалостно, в научных статьях часто можно встретить сетования по этому поводу.

Тут Ꙗ вместо Ѣ, поскольку в начале слова.

#уроки_русского

⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠
Скончалась Ольга Алексеевна Красникова, старший научный сотрудник, исследователь Севера и заведующая сектором картографии.

источник

Когда я еще работал в БАНе, у нас намечалась совместная статья о моей реставрации-реконструкции альбома гравюр и карт конца 18-го века. Из Института истории прислали без объяснений, я глянул – чего-то не хватает, нашел чего, рассказал Ольге Алексеевне – собрались написать, но как-то не сложилось, как вообще многое с БАНом.

Надо бы выложить здесь свою часть, хотя там немного – да и кому это надо. Как кажется ни в БАНе, ни в ИИ никого это не заинтересовало.

#БАН88

P.S.
мои заметки к задуманной когда-то статье

⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠
Депрессия в TG, но не буду предлагать переходить в Мах пока его не доработают до международных стандартов. Реклама мне ни к чему – так что подождем и ни куды мы не пойдем. Однако пусть будет дополнительное место встречи – предлагаю Boosty. Там будет в основном другой материал, но некоторые из наиболее интересных постов за семь лет, не только отсюда, но и из запрещенных ныне блогов, будут в новой дополненной редакции.

Давно уже планировал обмен практическим опытом: базовые навыки, инструменты, материалы и кроме того переводы с английского, немецкого, фарси из истории переплетного ремесла, и вокруг, и около. Вероятно, сейчас самое время собрать все наработанное. Кому интересно, подписывайтесь. Пока все бесплатно, потом некоторые из постов будут платными, в том числе и те, которые буду выкладывать в ближайшее время.

Продолжаю принимать заказы на реставрацию, но беру только то, что мне интересно методически и нормально оплачивается, а таких немного, два-три в год. Не могу тратить время на мелочи, надо подготовить к публикации собранные за 15 лет материалы по истории переплета и переплетного ремесла. Уже опубликованные статьи можно читать на academia.edu. Ищу дополнительный доход, чтобы не зависеть от случайных заработков, коими живу уже более десяти лет, буду признателен вашей поддержке.

⁠⁠
В Библиотеке Минской духовной академии 16 марта прошел семинар «Книжные переплеты: атрибуция, классификация, описание».

Показался актуальным доклад доцента СПб ДА Андрея Жарова «Современное состояние реставрации книжных переплетов».– Все как мы любим – подробный рассказ об опыте реставрации рукописной Псалтыри XVII века.

Необходимо отметить, что в докладе представлена не библиотечная (научная) реставрация, а церковная, схожая с тем, как это делают старообрядцы с восполнением всех текстовых утрат, причем сделано все очень хорошо – указаны аналоги, использована схожая каллиграфия.

Видео и дополнительные комментарии – BOOSTY – поскольку доклад имеет узко профессиональный интерес, размещаю платно. Там возможны комментарии. Видео всего семинара можно найти в VK в свободном доступе.

⁠⁠
Отредактировал предыдущий пост. Убрал «...но постарайтесь аргументировать, если не можете – воздержитесь. Комментарии "нравится / не нравится" никому не интересны».

Убрал, потому что хороший человек написал мне: «Я понимаю, что ты имел в виду только, то, что имел. Но звучит стереотипно недружелюбно» – и далее более подробно разъяснил свою мысль.

Было приятно получить такой отзыв – человек все понимает и пишет, почему лучше написать иначе.

Вероятно, необходимо пояснить, почему я пишу так, как пишу. Это университетская традиция, по крайней мере, так в СПбГУ было, когда я там работал и учился – рубеж 70-80-х. В Университете существовала с середины, а может быть конца 19-го века традиция студенческих семинаров. Что-то вроде гильдий подмастерьев в старой Европе. Там были цеховые организации, в которую входили мастера, и были гильдии подмастерьев, которые противостояли давлению авторитетов. И цеха, и гильдии имели общеевропейское распространение и влияние. Так и наши семинары не ограничивались конкретным факультетом, не ограничивались и Университетом – приходили все желающие, и из других вузов, и люди без образования, приезжали люди из Москвы, Киева, Тарту, из Сибири и других мест. Семинаристы – это в основном студенты, недавно окончившие специалисты, немногие преподаватели. Все с равными правами. Собирались не только на территории Университета. Семинаров было много на любой интерес, каждый вечер один-два семинара где-нибудь проходили – везде не поспеешь. Такие семинары упоминает Д.С. Лихачев (за доклад на таком семинаре был командирован на Соловки) и Никита Александрович Мещерский, профессор филфака ЛГУ, кстати, оставил очень интересные воспоминания. Он наряду с учебой был курьером между епископами, находящимися в подполье, за что и отъехал, т.е. был командирован в начале 30-х.

Однако увлеклись мы воспоминаниями. Так вот, у нас говорили: «если ты вылез с докладом, значит знаешь, что у тебя все хорошо – наша задача показать, что у тебя плохо». Так было и на Лито Виктора Сосноры – я не участвовал, но оттуда тоже приходили. На некоторых семинарах было нормой перебивать докладчика, вступая с ним в полемику, просить аргументировать спорное утверждение. Иногда запрещалось задавать вопросы – только утверждение. Всем ведь известно, что в вопросе уже содержится половина ответа – это закон логики. Не можешь переформулировать свой вопрос в утверждение – посиди-подумай еще раз. Называлось «интеллектуальный ценз» – так мы учились рассуждать и вести полемику.

Наука – это нескончаемая полемика. Наука – это критика источников, объектов исследования и критика предшествующих мнений, и ничего личного – только полемика, только честность.

Короче – нас так учили – это наша традиционная ценность.

Кстати, церковная традиция близка к этому, путь личностного роста – это непрестанная полемика и честность с самим собой.

Надеюсь, теперь получилось вполне дружелюбно.

#общага

⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠
Продолжаю осваивать Boosty – мне нравится: быстро грузится, хороший встроенный плеер, есть возможность в одном посте перемежать текст, видео, фото, в любой последовательности – можно писать что-то сложное по сюжету. Есть простейшее форматирование. Многое сделано удобнее, чем в Телеграм. Тем более теперь, когда у многих он едва работает – видео может часами не загружаться. Функционала мессенджера там конечно нет.

Сейчас платно только узкопрофессиональное содержание. Остальное собираюсь выкладывать в свободном доступе, но через некоторое время часть из свободного будет переходить на первый уровень подписки, потом на второй, и так далее, пока по своему содержанию не дойдет до определению уровня – что-то к любителям, что-то к профи. Разумеется, тематика уровней – это условность. В постах на уровнях в большинстве случаев возможно обсуждение.

⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠
Употребление мыла в реставрации устарело еще в прошлом веке. Во многих реставрационных руководствах того времени было рекомендовано применение «Детского мыла» для реставрации бумаги, текстиля и много чего другого. Набор средств тогда был невелик, хозяйственное мыло отвергалось из-за щелочности и недостаточной очистки от каких-то примесей основного исходного материала – животных жиров, всякие «косметические» мыла – из-за неизвестно каких улучшающих примесей. А детскому мылу доверяли – всем же известно, что в СССР «все лучшее – детям» – это цитата. А раз детям хорошо, то и в реставрации – хорошо. Так и повелось, некоторые и поныне его используют – «тот же самый вкус».

Что я использую, написал в BOOSTY

⁠⁠
Собрался таки выложить свою часть задуманной когда-то статьи, о которой уже упоминал. Это даже не черновой вариант – просто сохраненные заметки. Ольга Алексеевна тогда же прислала результат своих попыток атрибуции этого сборника карт и панорам сражений: сведения из каталогов 19 века, объявления о продажах карт конца 18-го века и т.д. – на трех страницах.

И в завершении Ольга Алексеевна пишет: «Можно с большой долей вероятности полагать, что карты сражений были изданы в 1771 г., в типографии Академии наук. Карты, изданные в Типографии Морского шляхетного кадетского корпуса, о которых объявлено было в 1770 г., надо бы еще поискать, но это уже другое😊. Что касается видов сражений – объявления об их продаже не нашла, надо смотреть, вероятно, еще какие-то документы, но про видовую гравюру я знаю намного меньше, чем о картах».😊

Если кому-то это интересно, и будет желание закончить работу (может быть в отделе картографии БАН или в Институте истории) я готов поделиться всеми материалами, которыми располагаю.

⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠⁠
Старенькое, но актуальненькое.
Из разговоров десятилетней давности:

В российской Общественной палате предлагали законодательно запретить «ВКонтакте» и Facebook в рабочие часы, но если бы автор этой идеи поговорил с авторами исследования, то узнал бы, что собирается испортить жизнь прежде всего работодателям. Если работа скучная и монотонная, как у китайских охранников и продавцов в непопулярных магазинах, соцсети помогают с ней мириться и не искать другую.

источник