Тиесто о «Параде атлетов»: «Настал великий день — открытие Олимпийских игр 2004 и пятница 13 — для суеверных людей не самый удачный день, но для меня он был превосходным. Можно сколько угодно репетировать, но когда начинается настоящее представление — все происходит и чувствуется иначе. Не сказать, что я сильно нервничал, я ощущал небольшое напряжение. И был очень и очень воодушевлен. Едва начав сэт, я оказался настолько заворожен происходящим вокруг, что чуть ли не забыл поставить следующий трек! А как приятно было смотреть на атлетов со всего мира! Вместе с ними я за один вечер словно обошел весь свет. Я вспоминал о странах, где побывал; очень много теплых воспоминаний.

Спортсмены махали руками, танцевали, фотографировались и снимали все на видео. Я тоже решил побыть частью шоу и с удовольствием подыгрывал им — мне проще так было сводить музыку. Самым приятным ощущением было видеть атлетов из родных Нидерланд, которые буквально окружили диджейскую — их чудом разогнала охрана, потому что из-за наших ребят не могли пройти другие команды. Вот это был вечер! Посетители на стадионе все больше и больше погружались в музыку, я видел все больше танцующих людей, видел даже хлопающих в ритм премьер-министров! Играть под олимпийским огнем, сближать весь мир через музыку — это чувство, которое я не забуду никогда». Читайте историю олимпийского микса и как там оказался Тиесто. #альбом #repeat

Тема Adagio for strings известна, конечно, больше как ремикс Тиесто из 2004-го, но без трансовой версии Ферри Корстена ‘99-го — Тиесто бы ее не воскресил. Сегодня краткая история вариации Корстена на пьесу американского композитора Сэмюэля Барбера. Но чтобы ремикс сложился — понадобилось несколько рукопожатий. В начале 90-х британский композитор Уильям Орбит прославляется как отец лейбла, который сформировал мелодичный прогрессив хаус; сам же Орбит издает неспешную электронику, но попадает в поле зрения Мадонны, для которой он записывает парочку триповых ремиксов в начале 90-х. Уже в середине десятилетия Орбита выписывают определять электронное звучание альбома Ray of light, который станет для Мадонны одним из самых успешных в карьере (два с половиной года в чартах, не хухры-мухры).

Мадонна издается на лейбле Maverick, который под нее соорудил концерн Warner Music. Боссы в восторге от малоизвестного миньона Орбита ‘95 года, где в мягкой электронной обработке предстают классические произведения. Обновленное переиздание назначают на миллениум. Но чтобы его продвинуть — нужно выпустить сингл, который привлечет внимание и заинтересует аудиторию. Совместный с Тиесто проект «Гойрелла», который тогда гремел в Британии так, что его заводили в эфире мейнстримных радиостанций, был подписан на британский дочерний лейбл Уорнера Code Blue. В конце 90-х транс-музыка спешно набирает популярность в британских клубах, у Корстена тур по островному Королевству, в те годы он — законный представитель транс-музыки Нидерланд. Будущие короли жанра — Армин и Тиесто — пока что на вторых ролях; своих соплеменников Ферри продвигает чуть ли не в каждой тематической компиляции.

В один день будущий участник Above & Beyond — Тони МакГиннес, который тогда в «Уорнере» заведовал отделом маркетинга — ловит Корстена и со словами «Не хочешь ли послушать диск?» передает ему будущее переиздание классической музыки в интерпретации Орбита — мол, наверняка что-то найдешь для ремикса. Корстен знал музыку автора, слышал его ремиксы на Мадонну и первым же треком его цепляет тема Сэмюэля Барбера «Адажио для струнных». Корстен звонит МакГиннесу и говорит, что согласен сделать ремикс на Барбера, но МакГиннес отвечает в духе, что вообще-то «Струнные» планировали отдать кому-то другому. Правда, быстро соглашается, что трансовый звучок Корстена в «Адажио» будет уместней. Через 15 минут приходят радостные вести: «Можешь начинать работу». Ферри справляется за два-три дня («Тогда вообще работалось быстрее, не так много было вариантов зависать над звуком» — замечает он) и под конец ‘99 года ремикс на панихидные струнные заходит в британский хит-парад и удерживается там 4 месяца, забравшись максимум на 4 место. Орбит присылает в офис «Уорнера» бумагу с благодарностью господину Корстену за ремикс. #трек #muzikxpress

Почти десять часов атмосферного джангла и интеллигентного драм-н-бейса. Чувак с канала Ambiance, помимо разных треков и сборников по теме, находит и выкладывает какие-то суперратитетные студийные и клубные сеты середины 90-х от ребят, которые неистово продвигали мягкие переливы под скоростной хруст брейков. Букем, Peshay, Фабио, Bailey, Blue Mar Ten — все здесь. Пленочная музыка в формате mp3 :) Вот зачем нужен интернет, чтобы передавать такую красоту и путешествовать во времени. #set #inthemix #repeat

* Peshay — Studio Set (1996)
* Blu Mar Ten — DJ Set (1996)
* Bailey — Studio Set: A Side (1996)
* Inner-Vation — Movements (1999)
* Fabio & MC Conrad — Live @ Speed (1995)
* LTJ Bukem — Presents The Rebirth (1996)
* DJ Lee — Metalheadz Podcast (1995)
* Urban Flavour — Modern Jazz Drum n Bass (1998)
* LTJ Bukem — Ruffneck Ting (1994)

И качайте эти миксы отдельно :)

Хочу порекомендовать небольшой паблик ВК, где автор собирает годные драм-н-бейс релизы: от новинок этого года до тем 10-летней давности. Вкус хороший. Много ликвид фанка, норм текстепа и чуток нейро-жужжалок. Пиратство во всей красе — ко всем трекам есть ссылка на скачивание. Поэтому у паблика есть еще и второе название «Хранилище отборного драм-н-бейса». Заходите, слушайте, качайте.

ППК — Лучшее 1998/2002 (Без Воскрешения и Перезагрузки)
* В ютюбе
* Во flat.audio
* На саундклауде
* На промодиджее
* На hearthis.at

ППК — Лучшее 1998/2002 (Без Воскрешения и Перезагрузки)
Редкий микс лучшего из ППК обходится без «Воскрешения» и «Перезагрузки». Сегодня как раз такой. Непростительно обойдемся без классики. К тому же успех вышеназванных тем — не заслуга Пименова и Полякова. Эдуард Артемьев написал «Воскрешение» в ‘79 году для фильма Сибириада; Янис Лусенс записал «Перезагрузку» в '80 году в составе группы Зодиак. Да, аранжировка модная, барабаны крутые, но уберите мелодию Артемьева и оставьте ваши барабаны — посмотрим, какой будет успех :) И захотите ли вы быть к нему причастны.

Известная байка: Александр Поляков, который был ответственным в группе за музыку, всегда проверял оборудование темой из «Воскрешения» еще с тех времен, когда самой группы не было. Сергей Пименов, который слыл больше организационными способностями и гонял в радиоэфире музыку группы так, что ее знал весь родной Ростов, рассказывал, что до того, как о них все узнали в 2001 году, «Воскрешение» два года до этого лежало в пыли без надежды, и потом в таком же положении — в рейтинге суперпосещаемого mp3com. Это был сайт, где музыканты выкладывали свои треки и могли на них заработать. Это было время дайлапа, когда стометровый альбом выкачивался ровно за ночь. И, естественно, кто будет выкачивать 9-минутный трек с высоким битрейтом? Но получилось, что выкачали и распробовали. И ни один раз, и ни два. И подкинули Окенфолду, который тогда был в Штатах на гастролях. А потом уже и Пименов передал винил, когда Пол играл в московском клубе. Дальше все знают: контракт с Perfecto, крутейший релиз года и третье место в британском хит-параде.

Выпустив альбом о формировании русского транса в 2002-м, в 2004-м наша главная отечественная гордость на экспорт распалась. Why hip hop sucks in '96 — однажды задал вопрос диджей Shadow. It’s the money — сам ответил он себе. Тридцатилетний Поляков взял себе ППК Менеджмент, на котором издавалась группа, чтобы продюсировать молодых; 29-летний Пименов основал созвучный с окенфолодовским Perfecto свой Uplifto, где принимал заказы на выступления известных наших диджеев и там же растил новых. Потом были годы соперничества, вражды и неприятия, но оставим их газете «Собеседник». Остались в памяти заграничное внимание, горячая ротация на Radio 1, выступление на Top of the Pops и сиквел «Воскрешения» — Reload. Но играли Окенфолд и ван Бюрен что-то другое из ППК? Сыграем мы тогда, заменив подзатертое из «Рашн транса» ранними релизами группы. Им хоть и двадцать лет в обед, и бочка там помягче, зато эпичность на высоте. #playmylist #repeat #inthemix

К 30-летию альбома Blue lines — фильм о группе Massive Attack. И это больше даже не про историю, а про ее предысторию: о диджейской группировке Wild Bunch, из которой потом в 90-е сложились атакующие. О том, чем жил Бристоль в годы формирования участников. И о том, как из месива разноотдаленных жанров — панка, даба, нью вэйва и хип-хопа — получился тот самый бристольский звук, который позже в прессе назовут трип-хопом. Это фильм о звучании города и корнях группы. Правда, без ее участников. О них рассказывают их сподвижники и учителя — те, кто вместе с 3D, Daddy G, Трики и Машрумом начинали в Бристоле 80-х. #repeat

Перевод и звук: Георг Палладьев, Дима Вукс
Озвучка: Дима Вукс, Юлия Зоркина

Саундтрек к фильму в плейлисте, а остальные фильмы об электронной музыке — смотрите в нашем большом лонгриде.

Yagya, Адальстейнн Гудмундссон: «Этот альбом основан на музыкальных закольцовках, которые я когда-то называл Sleepygirl. Мне очень нравится это слово. Sleepygirl для меня — это образ тихой юной девушки, которая дремлет в теплый летний день. Постепенно закольцовки выросли в коллекцию треков с частями 1, 2, 3 и так далее — как было в Rigning и Rhythm of Snow. Здесь все так же, как и в прошлых альбомах — медленное атмосферное техно с приятной монотонностью.

Правда, с маленьким отличием: тут меньше чистого эмбиента, а больше четкого и постоянного ритма в 116 ударов в минуту. Еще я попробовал чуть иначе соединять треки между собой и добавил живых инструментов (гитару для второй части и сакс для восьмой). Последний штрих — японский вокал, который мне очень импонирует, хотя я не понимаю в нем ни слова, но от этого он становится еще загадочней». #альбом #repeat

* Yello — Oh yeah
* Yello — Oh yeah (Indian summer mix)
* Yello — Oh yeah (Dance mix)