Я уже в Москве, но пока ещё немного порассказываю про Бангкок. Сегодня снова отправимся в Чайнатаун — это один из самых колоритных районов. Вообще столица Таиланда — огромный мегаполис и один из мировых лидеров по количеству небоскрёбов, но здесь высоток гораздо меньше, а жизнь течёт в русле традиций.

Китайцы верят, что загробный мир устроен плюс-минус так же, как и привычный нам, и тамошним обитателям необходимы одежда, еда и деньги, на которые всё это можно купить. Задача живых — обеспечить всем необходимым покойных предков.

Так возник ритуал сжигания бумаги джосс. Когда-то давно это действительно были обычные листы бумаги, иногда их ароматизировали и покрывали золотой или серебряной фольгой. Предполагалось, что если предать бумагу джосс огню, то она материализуется на том свете в виде денежных знаков. А потом общество потребления внесло в древний ритуал свои коррективы: китайцы стали пересылать на тот свет вещи, которые считаются престижными на этом. Точнее, не сами вещи, а их копии: в Бангкоке есть улица, где можно купить бумажные автомобили, одежду, брендовые сумки и мобильные телефоны.

Как это заведено в других аутентичных районах, торговля почти неотделима от остального быта. Зачастую лавки на первых этажах являются для своих хозяев ещё и жильём. Если всмотреться в царящий в них полумрак, в глубине помещения можно заметить детей за уроками или бабушку у телевизора. Тут же что-то готовят и едят, а между прилавками крадутся уличные кошки.

В одном из местных шопхаусов есть музей, рассказывающий об истории квартала, но мне не повезло — в выходные он не работает. Зато нашла замечательную чайную, где делают холодный чай без сахара и прочих безобразий. В бангкокскую жару это настоящее счастье.

Очередное упражнение на тему маленьких квартир от французских архитекторов. На этот раз — всего 17 м², зато с видом на Эйфелеву башню, Сакре-Кёр и парижское небо, цвет которого Луис Аспар из студии Louis Morgan выбрал лейтмотивом проекта. Кстати, высота столика, который крепится к изголовью кровати, ровно такая, чтобы оттуда открывался лучший вид на город.

Сильные стороны квартиры — правильная прямоугольная форма и выход на террасу, которая добавляет к площади еще 15 м². Диваном Аспар пожертвовал, зато сделал маленькую гардеробную. Она, как и кухонные шкафы, прячется за шторкой. Подоконник многофункциональный — это ступенька, ведущая на террасу, и одновременно дополнительное сиденье, под которым сделаны ящики для хранения.

Часть стен облицована тонированным дубом, цвет которого отсылает к стилю 1950-х. Сочетание этого ретро-материала с голубым наливным полом и мозаикой получилось неожиданным, но очень удачным. Плитка, кстати, тут не совсем белая, а с легким кремовым оттенком — Аспар считает, что в ней больше характера.

📷 Studio Louis Aspar
Подробности у AD France (там и планировка есть)

Чуть ли не половина российских интерьеров, которые я публикую в канале, сделаны в старом фонде. Это, конечно, не случайность — я действительно думаю, что всё самое интересное в российском интерьерном дизайне сейчас происходит именно там.

Чем, на мой взгляд, хороши такие проекты?

Во-первых, их авторы и заказчики вкладываются в сохранение исторического наследия, а это прекрасно само по себе.

Во-вторых, именно там кристаллизуется тот самый русский стиль, о котором все так много говорят последние пару лет, — не безумные фантазии на тему сказочной Руси, а рабочий образ, который вбирает в себя лучшее из нашего прошлого.

Ну а в-третьих, дизайнеры, работающие в старом фонде, используют широкую палитру декоративных приёмов, которые можно и нужно применять в современных домах.

Обо всем этом поговорим 3 апреля в Иваново. Я еду туда на мероприятие проекта Open Village для архитекторов и дизайнеров Золотого кольца. Прочитаю там лекцию, которая так и называется: «Почему всё самое интересное в российском дизайне происходит в старом фонде и что оттуда взять в свою новостройку».

На фото проекты Юлии Голавской, Анны Макеевой, Варвары Шалито, Ирины Маркман, Наташи Струтовской и Евгении Заварзиной