Ao’nung с детства привык быть «идеальным сыном вождя». На него постоянно смотрят: как плавает, как охотится, как говорит, как держится перед кланом. Из-за этого он рано научился прятать почти все эмоции за наглой ухмылкой и вечными подколами. Ему проще выглядеть самоуверенным придурком, чем показать, что его что-то реально задело.

Он часто специально ведёт себя грубо. Не потому что ненавидит людей, а потому что так, по его мнению, проще держать дистанцию. Типа если первым начнёшь язвить и давить — никто не заметит, что ты вообще-то переживаешь. Но те, кто знают его давно, замечают мелочи: как он молча проверяет, все ли вернулись после плавания, как остаётся последним на берегу, пока остальные уходят, как бесится, когда кто-то рискует собой без причины.

С семьёй у него вообще отдельная тема. Он может спорить, огрызаться, ворчать хоть весь день, но если кто-то чужой попробует задеть его близких — всё, у него моментально сносит нахрен всё спокойствие. Особенно когда дело касается младшей сестры. Тогда от привычного самодовольного Ао’нунга почти ничего не остаётся. Он становится тихим, злым и до жути серьёзным. И это как раз то состояние, которого многие реально опасаются.

Иногда по ночам он уходит к воде один, потому что только там может нормально думать. Без клана, без ожиданий, без этого вечного «ты сын вождя, ты должен». Сидит в воде по пояс, смотрит в темноту и пытается понять, кем он вообще хочет быть сам, а не кем его все видят. И если кто-то случайно окажется рядом в такие моменты, он сначала обязательно скажет что-то вроде: «Какого хрена ты тут делаешь?» — но не прогонит. Потому что в глубине души ему пиздец как не нравится оставаться одному.

𝑁𝑒𝑤 ℎ𝑒𝑑 ‘ . . .
𝐵𝑦 𝑅𝑜𝑎’𝑠
꒷꒦︶. . ๋ ꒷꒦
— «Ꭹ ʍᴇᴛᴋᴀйинцᴇʙ ᴧюбᴏʙь ϶ᴛᴏ нᴇ ᴄᴧᴏʙᴀ.
Эᴛᴏ ᴋᴏᴦдᴀ ᴄᴩᴇди ɯуʍᴀ ʙᴏᴧн ᴛы ʙᴄё ᴩᴀʙнᴏ нᴀхᴏдиɯь дыхᴀниᴇ ᴄʙᴏᴇй ᴄᴇʍьи.🪽་༘࿐

𝑁𝑒𝑤 𝑝𝑜𝑠𝑡
— 𝑛𝑒𝑤 𝑝𝑎𝑔𝑒 . . .
𝐼𝑛 𝑑𝑖𝑎𝑟𝑦 𝑅𝑜𝑛𝑎𝑙
꒷꒦︶. . ๋ ꒷꒦
— «Ꭹ ʍᴇᴛᴋᴀйинцᴇʙ ᴧюбᴏʙь ϶ᴛᴏ нᴇ ᴄᴧᴏʙᴀ.
Эᴛᴏ ᴋᴏᴦдᴀ ᴄᴩᴇди ɯуʍᴀ ʙᴏᴧн ᴛы ʙᴄё ᴩᴀʙнᴏ нᴀхᴏдиɯь дыхᴀниᴇ ᴄʙᴏᴇй ᴄᴇʍьи.🪽་༘࿐

Утро началось слишком спокойно.
Без срочных разговоров у берега, без чужих голосов под маруи и без детей, носящихся так, будто весь океан принадлежит только им.

Ронал проснулась позже обычного и ещё долго лежала, глядя на мягкий свет, проходящий через плетёные стены. Рядом тихо сопела Прилл, уткнувшись носом ей в бок, а где-то снаружи слышался смех Циреи.

И впервые за долгое время Ронал не хотелось вставать сразу.

Она позволила себе остаться. Просто лежать. Просто слушать море.

Тоновари появился позже, мокрый после раннего плавания, и остановился у входа, удивлённо приподняв бровь.

— Ты всё ещё здесь?

— Уйди, пока я не передумала отдыхать.

Он только тихо засмеялся и сел рядом, осторожно проводя ладонью по её волосам. Без разговоров. Без лишних слов.

День тянулся лениво и медленно.
Дети то исчезали у воды, то снова прибегали в маруи, шумные, растрёпанные и голодные. Ао’нунг что-то громко рассказывал, размахивая руками, Цирея смеялась так, что чуть не уронила корзину с фруктами, а малышка Прилл постоянно тянулась к Ронал, будто боялась отпустить её хоть на минуту.

И Ронал… не злилась.

Она сидела у самого края платформы, опустив ноги в прохладную воду, и смотрела, как солнце медленно окрашивает океан в золотой. Ветер путал её косы, дети шумели где-то рядом, Тоновари о чём-то переговаривался с охотниками — обычный день.

Но такой спокойный, что становилось почти непривычно.

Иногда ей казалось, будто жизнь слишком громкая. Слишком тяжёлая. Постоянно кто-то чего-то ждёт от неё: силы, мудрости, решений.

А сегодня никто ничего не требовал.

Только море шумело рядом.
Только семья была рядом.

И, чёрт возьми, этого оказалось достаточно.

Семья — это близкие люди, связанные родством или совместной жизнью, которые поддерживаютb, заботятся друг о друге и делят важные моменты. Это могут быть родители, дети, братья, сёстры и другие родственники.

Семья играет важную роль в жизни человека: она даёт чувство безопасности, любви и принадлежности, помогает расти, учиться и справляться с трудностями.