Энрике Вила-Матас (Часть 1)

Справка об авторе:
- современный испанский писатель
- его называют “оригинальным” писателем, или сумасшедшим крестным испанского авангарда
- работал редактором, снял несколько короткометражек
- какое-то время жил в Париже под крылышком Маргерит Дюрас
- получил множество литературных премий
- на странице можно почитать несколько интересных интервью с автором

Бесспорно, соглашусь с тем, что Энрике Вила-Матас создает оригинальные, очень необычные произведения. Но именно поэтому я не могу посоветовать книги этого автора широкой публике. Его работы очень непросто читать, но они, возможно, понравятся тем, кому интересны истории о создании текстов, литературе и вообще писательском мастерстве.

«Бартлби и компания», 2001

“Каждый из нас хранит в себе некую книгу, может, даже великую книгу, но из-за суетности нашей внутренней жизни она либо редко всплывает на поверхность, либо всплывает на столь краткий миг, что мы не успеваем загарпунить ее.”

В сущности, эта книга - не роман, а сборник эссе о писателях и литературе, в интересной художественной обработке. Рассказчик повествует о синдроме “Бартлби”, то есть об отказе от писательства и «всякого рода литературных затмениях». Он исследует, каким образом появляются писатели направления “Нет” и книги-призраки. А еще он анализирует, как появляются писатели, которые не написали ни одной книги. «У меня есть роман, которого нет, в него-то и вошла история, которую я хочу рассказать». Синдром “Бартлби” он называет болезнью,  и в своих эссе изучает причины ее появления. Занимаясь историей этой болезни, он постепенно сам ею заражается и начинает превращаться в призрака. Немного драмы, немного юмора и очень много новых для меня имен. Из классики много о Кафке, Мелвилле, Оскаре Уайльде, Ги де Мопассане, Толстом и многих других. А вот отсутствие Харпер Ли меня удивило. В одном из своих интервью Энрике Вила-Матас признается, что написал эту книгу, потому что тема исчезновения из литературы его лично очень занимает, и сам он иногда задумывается о таком исчезновении.
#испания

Энрике Вила-Матас (Часть 2)
«Мак и его мытарства», 2017

“Я — один, я — множество, и я не знаю, кто я. … Идти — это нечто исключительное. Проходишь мимо того и этого, и порой бывают такие совпадения и случайности, от которых смеешься, а бывают такие, что умираешь. И, пока идешь по свету, пока бороздишь его всеми пятью чувствами, все плотнее обволакивает нас призрак того, что нам так знакомо и что мы надеемся когда-нибудь обрести вновь, ибо на самом деле это единственное, что всегда принадлежало нам. Постигаешь процесс писания, идя пешком, через географию, созидаемую нами же, о чем мы забыли. По дороге ты думаешь и порой спотыкаешься о позабытом. Вот я, например, только что вспомнил черешневую кока-колу.”

Как и “Бартлби”, эта книга о писательстве. Это роман в романе — фрагментарные зарисовки, сны, грезы и фантазии, воспоминания и даже своеобразное расследование, которые при достаточной выдержке и обязательном терпении в конце концов сложатся в цельную картинку. Главный герой, Мак, бывший адвокат, а после прогоревший застройщик, решил заняться писательством. Он задумал написать книгу и выдать её за посмертную и неоконченную, потому что так личность автора становится гораздо привлекательнее. Но работая над своей книгой, он понимает, что не хочет её публиковать, а хочет превратить в личный дневник ежедневных и чуть ли не ежеминутных зарисовок. Но это очень необычный дневник: свои наблюдения он начинает перемежать с переписыванием книги своего удачливого соседа-писателя, чья книга называлась “Вальтер и его мытарства”. Мак зацикливается на идее бесконечного переделывания уже сделанного.

Поначалу эта книга у меня никак не складывалась в цельную картинку, мне она казалась набором не очень хорошо сочетающихся друг с другом зарисовок. Но потом я поняла, что автор таким образом решил поиграть с нами в детективов, и поэтому сюжет не может быть цельным, он должен состоять из всех этих кусочков, которые надо сложить, даже если нам будет не очень удобно его читать. Мак сам ведет расследование и предлагает нам заняться тем же. Однажды он случайно наткнулся на рассказ того самого соседа-писателя, в котором описывалась жена Мака. А он и не знал, что они были знакомы.

Так же, как и после «Бартлби», мой список того, что хочется прочитать, и авторов, с которыми я не знакома, неприлично разбух. Даже не знаю, расценивать это как плюс или как минус.
#испания

Тяжело работаем. Готовимся к лекции.

Я вам со своими испанцами еще не надоела? А то у меня их еще много есть.

​​Так я и не поняла, нужны ли вам мои посты про испанскую литературу или нет 🤷‍♀️. И чтобы тогда понапрасну время не тратить на длинные отчеты, просто буду делать суперкоротенькие записи. Телеграфирую в надежде на то, что хоть эти записочки #испания всё же кому-нибудь пригодятся.
 
«Стрижи» Фернандо Арамбуру
 
Этот роман мне напомнил о двух уже давно прочитанных книгах. Как и в романе «Очаровательное массовое самоубийство» Арто Паасилинны, основная тема книги — подготовка главного героя к самоубийству, но, к сожалению, то, как написан роман, мне напомнило «Серотонин» Мишеля Уэльбека. Если от книги Паасилинны я получала эстетическое удовольствие, несмотря на такую тяжелую тему, то с книгой Уэльбека я страдала и мучалась, так как она мне казалась невыносимо скучной и затянутой. «Стрижи» меня не впечатлили так же, как и «Серотонин». Написано ровно, но ни о чём: ни развития темы, ни интересных идей, ни оригинального сюжета. И персонажи мне не показались интересными и заслуживающими такого количества страниц, а одна из главных идей, которая раскручивалась на протяжении всего романа, вообще в конце была выброшена за борт. А стрижи тут при чём? Ну, просто нравились эти птички главному герою и упоминались в повествовании несколько раз. Зато название у книги получилось красивым. А если еще короче, то эта книга меня ужасно утомила.
 
“Умение принять свой конец кажется мне признаком высокого чувства собственного достоинства. Пора умирать? Значит, будем умирать и постараемся не причинять беспокойства другим. Такая вот замечательная философия свойственна некоторым животным. И вы, люди, вечно тоскующие, ноющие, впадающие в панику либо уповающие на свою бессмертную душу, могли бы поучиться у них.”

«Улей», 1951, Камило Хосе Села
 
В 1989 г. Села был награжден Нобелевской премией по литературе "за выразительную и мощную прозу, которая сочувственно и трогательно описывает человеческие слабости". #испания
 
«Уличные скамьи – это как бы энциклопедии всех горестей и почти всех радостей жизни.»
 
Начну с того, что признаюсь: отзыв на эту книгу я писала дважды. Первый вариант я начала писать еще в процессе чтения, но мне пришлось его переписать после того, как я закончила роман. Книга построена так, что весь замысел раскрывается буквально на последних страницах романа.
 
«Улей», пожалуй, станет лидером в моем списке прочитанного по количеству действующих персонажей. Я считала, что в «Книгах Якова» Ольги Токарчук было много персонажей, но теперь вижу, что у неё это кажется лишь игрой по сравнению с "Ульем". Сам автор утверждает, что в этой книге задействовано сто шестьдесят персонажей. Еще интересно то, что здесь нет ни главных, ни второстепенных персонажей: все персонажи равнозначны. У книги невероятно правильное название — «Улей», лучше и не придумаешь. Все герои, упомянутые в книге, даже если вскользь, каким-то образом друг с другом связаны и неизбежно каким-то образом пересекаются. Мне эта книга напоминает музейные макеты баталий, или картины Босха, или даже представление Cirque du Soleil (но только когда смотришь вживую, а не видеозапись), где за сюжет берется некая сцена с огромным количеством действующих лиц и все тщательно и детально прописывается. А ты с любопытством и разбегающимися глазами пытаешься разглядеть эти мельчайшие детали.  
 
Действие, если так можно назвать то, что происходит в этом романе, разворачивается в послевоенном Мадриде в 1942 году. Послевоенном для испанцев, особенно мадридцев, так как только недавно у них закончилась гражданская война (1936–1939). Эта война разделила современную Испанию на "до" и "после". Хотя война упоминается лишь вскользь, её тень нависает над всем, что происходит, и каждым персонажем. Книга на самом деле больше напоминает затянувшуюся пьесу, чем роман, — диалоги здесь превалируют над действием. Соседи, приятели, друзья и родственники встречаются и о чем-то беседуют. Почти ничего нового не происходит, просто жизнь — «вечно повторяющееся утро» в нищем, огромном улье. Книга построена таким образом, что диалоги прерываются посреди фразы, и сразу же продолжается следующий разговор. Часто отрывок начинается с диалога между одной парой, а заканчивается фразами из разговора других персонажей. И все эти скачки происходят без предупреждения и без упоминания имен действующих героев именно в этом конкретном диалоге.
 
Мне очень интересно, как создавалась эта книга. Иметь такое количество героев, продумать все детали, перекрестить с другими героями и не запутаться. У человека должен быть компьютер на месте головы. Думаю, что не зря Камило Хосе Селу гением называют. Может показаться, что читать такое невозможно, но это не так. Он так хорошо зарисовывает героев, буквально в нескольких строчках, что, если следить за повествованием, то все будет понятно. Он невероятно мастерски, четко и натуралистично, в нескольких предложениях описывает характер, событие или суть проблемы. Эта книга, и правда, как гигантский улей, который строится из огромного количества малюсеньких ячеек, складывающихся в одну картину. Вырисовывается послевоенный город страданий. Здесь нет ни одной счастливой души, и, конечно же, каждый одинок и несчастен по-своему. Такое ощущение, что все это огромное количество героев нужно было автору для того, чтобы рассмотреть разные формы страданий. Правда, в конце возникает впечатление, что даже изящные вкрапления юмора, который порой выглядел как насмешка, не могли вдохнуть надежду в этот улей мелких человеческих страданий.

Продолжение в комментариях ⬇️⬇️⬇️

​​«Зимний путь» Жауме Кабре

“Возможно, самым очевидным из моих открытий было то, что в жизни всё взаимосвязано. Мне казалось, что я пишу сборник рассказов, не имеющих друг к другу никакого отношения, поскольку дух этих историй вовсю требовал, чтобы они были друг от друга независимы; но одно то, что я работал над ними в эти последние месяцы, в одно и то же время, заставило меня осознать, что существуют нити, связывающие всё со всем, и некоторые из них остаются тайными, а другие становятся более явными.”

Очередная необычная книга Кабре. Это сборник рассказов, который на самом деле не сборник рассказов, а замечательный роман в рассказах. Рассказы первой половины книги объединены музыкальной темой или темами, так или иначе связанными с искусством. Но во второй половине книги начинают появляться герои из предыдущих глав, именно для того, чтобы зарифмовать, закольцевать, и превратить это повествование в необычное произведение искусства.

Четырнадцать рассказов, в которых мы путешествуем через века и встречаемся с разными персонажами — со знаменитым музыкантом, которого однажды посетил мёртвый Шуберт; с заядлым книгочеем и обладателем очень ценной и «странной» библиотеки, который никогда не покидает своего убежища; отцом, заключённым в тюрьму и готовящим побег только для того, чтобы иметь возможность ещё раз увидеть своего ребёнка. Есть и про Баха, про войну, про Холокост, про мать, у которой отняли сына, про любовь, пронесённую через всю жизнь.

Сначала каждая отдельная история заканчивается необычным и неожиданным поворотом. А потом все эти короткие встречи закручиваются в одну большую и невообразимо разнообразную жизнь, в которой судьба всегда непредсказуема. Иногда она - злодейка, а в другой раз дарит нам чудесные подарки. Тема непредсказуемости судьбы повторяется в книге, как лейтмотив в музыкальном произведении. Как всегда у Кабре, главное — внимательно следить за всеми ниточками, чтобы ничего важного не пропустить. Перевернув последнюю страницу, хочется вернуться в начало, чтобы найти все связи и зацепочки, и ещё раз получить удовольствие от того, как пишет Кабре.

“Я думаю, что при чтении рассказов от читателя требуется большая активность, чем при чтении романов. Ограниченное пространство, о котором я только что упоминал, заставляет писателя исключать или подразумевать многие ранее прожитые жизни, обобщать одним штрихом описание моральных или физических свойств… Писатель должен оттачивать своё мастерство, но и читатель тоже. Писатель преподносит ему поле действия, предыстории, пейзажи, атмосферу, а читатель дополняет их своим прочтением. И поскольку физически невозможно всё вместить в рассказ, эхо, которым они отзываются, воспоминание о прочитанном (в музыке соответствующее краткосрочной памяти об услышанном), дополняет для читателя духовную составляющую каждого рассказа, если она там есть.”

#испания #каталония @azbookaknigogoliki

​​Мне уже сложно выбирать, о каких книгах дальше рассказывать, так много их накопилось. Пусть следующая тоже будет с музыкальными нотками, как и предыдущая, да и зима в ее названии тоже присутствует.

«Зима в Лиссабоне», Антонио Муньос Молина (1987)

«Я смотрел на его высокую фигуру: он шел, покачиваясь и спрятав руки в карманы длинного распахнутого пальто с поднятым воротником. Тут я понял, что в нем есть эта мощная притягательность, присущая тем, кто носит в себе историю, и тем, кто носит с собой револьвер. И это не пустое литературное сравнение: у него действительно была и история, и револьвер в кармане.»

Осторожно! Чтение этого романа вызывает желание выпить чего-нибудь покрепче. И это не потому, что я пью сангрию и пропагандирую алкоголь. Прочитайте роман, и сами поймете почему.
Рецепт книги таков - немного от Ремарка, немного от Газданова, много баров и музыки, серо-туманные тона, неожиданная детективная история, и получается уютная книга для дождливого осеннего вечера (хоть в Лиссабоне и зима). Это нежное и грустное повествование о несложившейся любви пианиста Сантьяго Биральбо и Лукреции. История их любви рассказана приятелем Биральбо, который собирает кусочки этой истории из разных источников и разных временных отрезков. Имя рассказчика мы так и не узнаем, как и не узнаем о нем в принципе совершенно ничего, что делает его еще менее надежным рассказчиком.

Биральбо уверен, что и он и его талант существуют только тогда, когда о нем кто-нибудь думает. Если не ради любви и мыслей наших любимых о нас, то ради чего еще стоит жить? Вне этой любви существует только полное одиночество или полная пустота. Любовь к Лукреции подвергает его множеству испытаний. Дама его сердца принадлежит мошеннику, торговцу картинами, именно он является ее законным мужем, но сердце ее, к счастью или несчастью, принадлежит Биральбо. И он, по всем канонам рыцарского романа, или современного детектива, в чем я совершенно не разбираюсь, мчится к ней на помощь. Они то появляются в жизнях друг друга, то исчезают, растворяются, словно в табачной дымке. Самих героев мы тоже видим словно через табачную завесу, никакой конкретной прорисовки, но, на мой взгляд, такой прием только обостряет и их и наши чувства, настраивая на тонкую джазовую или блюзовую мелодию любви. Я практически не читаю детективные истории, но от этой книги с легкой детективной линией получила удовольствие.

«… я с некоторым облегчением почувствовал, что музыка вполне может быть ясной, может рассказывать истории.»
«… джаз, как и фламенко, - страсть, доступная лишь немногим…»
«… есть города и люди, с которыми знакомишься только для того, чтобы потерять.»

#испания @polyandria

​​В своей книге «Мост через бездну. Великие мастера» Паола Волкова называет картину «Погребение графа Оргаса» картиной-романом, монтажом из множества разновременных сюжетов, и я с ней полностью согласна, «… это великое рассуждение о времени, о жизни, о вечности и о том, что такое смерть.»
У Эль Греко (Доменико Теотокопулос) больше нет работ такого масштаба. Над этой работой можно зависать очень долго, разглядывая разные сюжетные линии. Картина прекрасно вписывается в оформление церкви, так как была заказана священником церкви Сан-Томе в Толедо, в котором она и находится по сей день. Интересно, что сюжет придумал не сам Эль Греко, а заказчик, который очень подробно описал, что хотел бы видеть на этой картине, не пропустив и себя. Паола Волкова пишет, что это своего рода прославление соотечественников заказчика, толедских идальго. Эль Греко составил коллективный портрет знаменитых людей Толедо, местной интеллигенции того времени. При этом хоронят они графа Оргаса, который умер несколько столетий назад. Далее Паола Волкова объясняет за какие такие заслуги и священник, и Эль Греко решили увековечить графа на картине, и как ее правильно «читать». Одной из главных фигур картины является сын Эль Греко, который в будущем тоже станет художником, чье имя и год рождения прописаны на белом платочке. Еще картина примечательна тем, что это картина в картине. На маленькой картине в левом углу большой картины изображен святой Стефан, тот, который участвует в погребении графа и стоит от него слева.
Кстати, в Прадо таких картин в картине очень много, но, к сожалению, или к моей большой радости, так как такой запрет невероятно эффективно контролирует поток смотрящих, в Прадо фотографировать нельзя.
Очень своевременно мне попалась в руки эта книга Паолы Волковой. В достаточно легкой форме она знакомит нас с историей искусства и историей вообще, просто и изящно соединяет прошлое с настоящим. Такие детальные зарисовки всегда приукрашают впечатления от увиденного и хорошо оседают в голове.

Напоминаю, что 15-го числа мы начинаем читать «Завет воды». Если вы ещё не готовы, то у вас есть время сбегать в магазин и купить книгу/ достать книгу с полочки и положить её на видное место/ дочитать все остальные начатые книги/ одолжить книгу у уже прочитавшего друга … выбрать правильный вариант на ваше усмотрение.

Завтра открываем СЧ по «Завету воды» Абрахама Вергезе.
Если вы хотите почитать и обсудить эту книгу вместе с нами, то вам сюда.

«Еретик» Мигель Делибес

«Любовь к чтению стала настолько подозрительна, что желательной и почётной становится неграмотность. Если ты неграмотен, легко доказать, что ты не подвержен заразе и принадлежишь к достойной касте старых христиан.»

Мигель Делибес - классик испанской литературы второй половины XX века. У него множество литературных премий, и номинация на Нобелевскую премию после публикации «Еретика».

Средневековая Испания, религиозные распри, реформация, инквизиция, охота на еретиков. Историю главного героя мы наблюдаем на фоне развития важных исторических событий. Книга из тех, которые принято называть многоплановыми. Нам представляется история Сиприано Сальседо, купца из Вальядолида XVI века. Сиприано родился в день начала протестантской Реформации в Испании, что символично поставило клеймо на его дальнейшую жизнь. Отец отказался от Сиприано, обвинив сына в том, что тот стал убийцей своей матери. Подержав сына немного у себя в доме, он решает оторвать мальчика от единственного родного человека, кормилицы, единственного человека, который его любит. Отец отправляет сына с глаз долой в религиозную школу-приют для сирот, посчитав, что сиротский приют будет самым правильным местом для мальчика-убийцы. Не смотря на нехватку любви, Сиприано не ожесточается, а превращается в человека духовно ищущего. Но чтобы выжить в этом мире, духовных поисков не достаточно, и он становится уважаемым и вполне преуспевающим человеком в своем купеческом деле. Испания в этот период духовно развивается и перерождается, и Сиприано не отстает в своих поисках истины. Он часто ищет истину в книгах, книгах запретных, которые он иногда привозит из своих коммерческих странствий. И скорее от одиночества, нежели по сильному зову сердца, он примыкает к братству, которое станет началом его конца. Это история маленькой, полной трагедии жизни, управляемой религиозными догматами.

Личная история Сиприано играет фоном для другой истории. Здесь Делибес углубляется в исторический экскурс, и рассказывает о том, как человек превращался в отступника или еретика, хотя вернее было бы сказать не превращался, а был зачислен в полк еретиков и вероотступников в тот жуткий период в истории Испании. Если смотреть шире, то конечно же Делибес рассказывает историю инакомыслящих и их отношений с теми, кто не готов принять позицию, отличную от старого уклада.

Возможно, кому-то книга покажется слишком детальной и подробной в плане описания религиозных взглядов и движений, но мне скучно не было, и все «энциклопедические» отступления и углубления в исторический и религиозный мир мне показались интересными и полезными для расширения кругозора. Да, над ней придется немного потрудиться, но этот труд с лихвой окупается. Возможно, выбрав такой стиль повествования, и перемеживая его с постельными откровениями главного героя, Делибес подстраивает текст под более старые литературные каноны. Повествование достаточно спокойное, без лишней динамики, что хорошо отражает повседневную жизнь той эпохи. Также стоит отметить, что книга достаточно натуралистична. Все эти подробности и детали, описанные с большим юмором, придали этой истории необходимый шарм и очарование, и уберегли этот серьезный труд от излишней академичности и сухости.

«… мы ищем одного и того же Бога разными путями, но я полагаю, что во всяком человеческом толковании религиозного явления возможны ошибки.»
#испания

​​«В тайниках памяти» Мохамед Мбугар Сарр
 
“«О чем эта книга?» (этот вопрос – воплощение Зла в литературе)”
 
Если бы я составляла список лучших книг, прочитанных в этом году, эта книга безусловно заняла бы в нём место, даже если бы список был совсем коротким. Первоначально я планировала начать рассказ с истории автора — его происхождения, личного пути, истории создания этой книги, и наград, которые она завоевала. Однако затем поняла, что такой подход был бы неверным и противоречил бы тому, что сам Сарр стремился донести до читателей.
 
Б. Б. Он действительно африканец? Извините за настойчивость, но понимаете, для наших читателей непривычно, что африканец…
Т. Ж. Умеет так писать?
Б. Б. …просто умеет писать.
 
Молодой сенегалец Диеган Латир Файе находит редкую книгу под названием «Лабиринт бесчеловечности», которая давно считалась потерянной. Эта книга потрясает его, и он становится буквально одержим ею. Его увлечение перерастает в решимость найти ее загадочного автора, известного как "негритянский Рембо". Диеган вскоре осознает, что поиск Т.Ш. Элимана, автора этого произведения, превратится в настоящее расследование, ведь после выхода книги Элиман просто исчез, словно растворившись в воздухе. Чтобы раскрыть тайну личности этого автора, Диегану предстоит проделать долгий путь, пролегающий через Европу, Латинскую Америку и Африку. Будучи сам писателем, во время своего путешествия он встречается с коллегами по перу, которые помогают ему собрать кусочки этой сложной головоломки. Хотя сначала история кажется очередным простым литературным квестом, она раскрывается, как сложное произведение, поднимающее темы расизма, колониализма, войны, Холокоста, а также вопросы писательского творчества, непонимания и одиночества. Таким образом, литературный лабиринт превращается не в укрытие, а в зеркало, отражающее истинную реальность.
 
Т.Ш. Элиман – это не просто исчезнувший автор, он африканский писатель-эмигрант-отшельник, сумевший создать то, что не удалось белым писателям. Его судьба сложилась так, что едва его звезда взошла, она тут же была сброшена с небосклона. Сам Элиман критиковал подход к чтению его книги, и осуждал критиков за то, что они уделяют больше внимания личности автора, чем его творчеству. Они ожидали от него «негритянскую экзотику», самобытность, тропический колорит, и когда не нашли этого, не смогли оценить настоящее мастерство, которое он вложил в свое произведение. «Он говорил, что вы ничего не поняли, никто из вас не понял, что вы все, даже те, кто его защищал, просто не умеете читать. Считал, что вы не прочли его книгу или – по его мнению, это было даже хуже – прочли ее невнимательно. И что неумение читать – смертный грех.»

Продолжение в комментариях ⬇️⬇️⬇️

​​После разочарования в "Стрижах" я решила дать Фернандо Арамбуру еще один шанс — и не пожалела. В "Родине" он рассказывает трагическую историю двух семей, пострадавших от политических конфликтов. Это повествование о том, как по-разному люди борются за свои идеалы, и как по-разному реагируют на трагедии. Одни ожесточаются, теряя человеческое лицо и достоинство, а другие, несмотря ни на что, остаются людьми. Арамбуру показывает, как выбор, сделанный в момент боли и отчаяния, может навсегда изменить не только жизнь самого человека, но и судьбы целых семей.
Арамбуру поднимает вопрос: что значит "родина"? Это что-то, что нас объединяет, или это источник разделения и боли? Название романа отражает сложные взаимоотношения героев с их идентичностью и идеей принадлежности. Книга показывает, как сильное чувство принадлежности к родине может стать причиной конфликтов, разделяя семьи, друзей и целые сообщества, и как поиск примирения с собственной "родиной" становится одной из центральных тем для героев. Мне кажется, что в книге "родина" понимается не только как физическое место или страна, но и как символ идентичности, привязанности и борьбы, которая соединяет или разделяет людей.
Действие романа разворачивается на севере Испании, в Стране Басков, и охватывает период более тридцати лет. Основной темой книги является конфликт, связанный с баскской сепаратистской террористической организацией ЭTA, которая боролась за независимость Страны Басков от Испании. В центре сюжета две семьи, чьи отношения разрушены политическим насилием. Биттори и Мирен были близкими подругами, их семьи тоже были тесно связаны, но их отношения распадаются после убийства мужа Биттори террористами ЭТА, которого, как ни странно, Мирен подозревает в сотрудничестве с ЭTA.
Для Мирен и ее семьи "родина" — это идея, связанная с баскской независимостью, независимостью угнетенного народа, стремлением к свободе. Мирен поддерживает ЭТА, видя в ней защитников своей культуры. Для нее "родина" — это нечто священное, за что стоит бороться любой ценой. А для Биттори "родина" становится источником боли. Ее чувство безопасности в месте, которое она считала своим домом, уничтожается террористами.
Интересную роль Арамбуру выделяет детям Биттори и Мирен. Одни из них стараются отстраниться от убеждений родителей и начать новую жизнь, уйти от семейных проблем и трагедий. Другие, наоборот, идут по пути своих родителей, втягиваясь в радикальные идеи. Кто-то убегает в свой новый, шумный мир, чтобы быть подальше от всего этого ужаса, но потом погрязает в других проблемах, кто-то превращается в трудоголика, кто-то прячется в мире искусства и литературы, а кто-то ищет спасение в покаянии. Как будто бы дети олицетворяют разные пути, которые может выбрать новое поколение в условиях конфликта: от радикализации и повторения ошибок родителей до стремления к личной свободе и дистанцированию от прошлых трагедий.
Арамбуру концентрируется на внутренних переживаниях героев, показывая их личную драму на фоне исторических событий. Он уделяет особое внимание тому, как герои пытаются справиться с последствиями насилия, как они ищут смысл и прощение в условиях сложных моральных и этических дилемм. Мне нравится, что роман не предлагает однозначных ответов, но показывает сложность человеческих судеб, затронутых политическим экстремизмом.
#испания

“Опять принялся плести кружево невероятных историй, полных героических свершений… Хуан сам себе напоминал легендарную Шахерезаду, чей бесконечный выдуманный рассказ дарил еще одну ночь жизни. И еще одну. И еще одну.”
 
"Слепые подсолнухи" Альберто Мендеса — это книга, которая сразу цепляет своей искренностью. Я выбрала эту книгу, потому что решила почитать или перечитать что-нибудь у Лорки, а история, рассказанная в этой книге, очень тесно связана с его судьбой. Но о Лорке я напишу потом (наверное), а пока — про «Слепые подсолнухи». В этой книге рассказана не просто очередная история о гражданской войне в Испании, это сборник из четырех новелл, каждая из которых показывает, как живут люди, даже после того, как война, казалось бы, закончилась. Чувство утраты, поражения и безысходности показаны через истории обычных людей.
 
Первая новелла рассказывает про капитана Алегриа, который за день до победы франкистов решает, что не хочет больше воевать, и сдается республиканцам. Он осознает бессмысленность всего этого кровопролития, и в знак своего внутреннего протеста уходит к "проигравшей" стороне. В его поступке чувствуется огромная внутренняя борьба, как будто сам факт победы не приносит никакого облегчения, а лишь усиливает чувство бессмысленности происходящего.
 
Вторая история о молодом поэте, который сбежал и скрывается от властей, но не может скрыться от собственного чувства вины за пережитое. Несмотря на то, что на какое-то время он спасен, он не может найти внутренний покой, как будто война продолжается в его голове. Это как раз тот случай, когда физическая свобода ничего не значит, если душа все еще в плену.
 
Третья новелла — это история полковника Эймара, который узнает, что его сын умер. И тут война для него становится какой-то абстракцией: он начинает переосмысливать всё, что произошло, через призму личной трагедии. Этот рассказ о том, как смерть родного человека может перевернуть всё представление о жизни, даже если ты стоишь на "правильной" стороне.
 
И последняя, на мой взгляд самая мощная история — про семью, которая скрывает «врага» у себя дома. «Враг», который на самом деле самый обычный отец семейства, прячется в своей квартире в шкафу, и из-за этого его семья живет в постоянном страхе быть пойманной, а он не может быть полноценным отцом. Их сын растет, даже не зная, что отец живет в одном доме с ним, а точнее в шкафу. Здесь ощущается вся боль войны, которая вторгается в обычные семьи и превращает их жизнь в кошмар.
 
Все новеллы в книге переплетены между собой, даже если это происходит незаметно, на уровне мимолетных встреч. Например, ты можешь встретить кого-то на улице, и этот момент может показаться ничем не примечательным, но в жизни он может оказаться знаковым. Так и здесь: персонажи как будто слегка пересекаются, их судьбы накладываются друг на друга, создавая общую картину того, как войны затрагивают не только тех, кто непосредственно участвует в них, но и тех, кто просто оказался рядом.
 
“Достопочтенный падре, я сбит с толку, потерял ориентир, как слепой подсолнух.”
Мне кажется, что название "Слепые подсолнухи" — это метафора. Подсолнухи всегда тянутся к солнцу, но в книге они как будто "слепы", не видят света, не могут к нему повернуться. Это символ людей, которые в этой войне потеряли ориентиры, потеряли надежду на нормальную жизнь. Вроде бы война закончилась, но её последствия всё ещё разрушают жизни людей.
 
Что мне нравится в этой книге, так это то, что Мендес не пытается сделать из своих героев героев войны. Это обычные люди, которые оказались в ужасных обстоятельствах, и пытаются как-то с этим справиться. Он показывает, как война ломает судьбы, и как иногда победа — это вовсе не триумф, а поражение души.
#испания

Если вы думаете, что все уже высказались по поводу Нобелевской премии этого года, то вы ошибаетесь — теперь моя очередь :)

Изначально я не собиралась писать на эту тему, но, прочитав множество восторженных отзывов, решила всё же поделиться своими мыслями. Я в очередной раз удивилась и не согласилась с выбором комитета. Да, знаю, что такие высказывания звучат часто, и они могут кого-то раздражать. Конечно, это лишь мои впечатления, основанные на очень поверхностном знакомстве с творчеством автора, ведь у Хан Ган я прочитала всего одну книгу. И должна сказать, что она мне понравилась. Это действительно хорошая книга, и я планирую прочесть ещё одну, которая была переведена на русский.
Я считаю, что «Вегетарианка» Хан Ган заслужила Букеровскую премию. Но от лауреатов Нобелевской премии я, тем не менее, ожидаю большего. Снова повторюсь, что сужу только по одной книге, и, возможно, я глубоко заблуждаюсь. Продолжу читать её работы — впрочем, ее «Человеческие поступки» я уже передвинула из списка «на будущее» в «чтение прямо сейчас».

Всё познаётся в сравнении. На днях я прочитала книгу лауреата Нобелевской премии 1961 года, и хотя не собиралась писать о ней, на фоне текущих событий решила всё же написать. Иногда бывает так, что книга настолько увлекает, что не хочется о ней писать — хочется сохранить ощущения и мысли внутри себя. Но тут такое дело:) Так что ждите.

И, чтобы дважды не вставать, скажу, что призёров «Ясной Поляны» я ещё не читала, но они почти все, кроме одной книги, уже в моих ближайших планах. «Улан Далай» я начала читать некоторое время назад, но бросила. Если бы я не знала имя автора, то подумала бы, что это книга Яхиной. Против Яхиной ничего не имею, но она - просто не мой автор.