💬 «Для государства ЛГБТ-люди — естественные враги». Интервью с Еленой Костюченко и Яной Кучиной

От тухлых яиц до использования детей, как оружия — через что проходили и продолжают проходить российские квир-активисты.

Вместе с журналистками Еленой Костюченко и Яной Кучиной мы обсудили, как выглядит борьба ЛГБТКА+ людей в России в условиях войны и репрессий, влияние государства на тело человека, и почему мы не можем сначала свергнуть Путина, а потом уже разбираться с гей-браками.

👉 Смотреть на YouTube

«Я вспоминаю, что ты пахнешь мятой, когда я тебя типа в шутку целую в этом баре на Чистых»

В июне Сергей Давыдов — писатель, драматург и автор квир-романа «Спрингфилд» — выпустил свою новую книгу «Мидвест». Она вышла в издательстве Freedom Letters.

Все мы немного солдаты.
Но никто не должен быть солдатом.
Люди должны носить свои строгие блузки
или звёзды,
расшитые стразами,
как они захотят.
И никто не должен бороться за право
жить с тем, с кем он хочет.

«Мидвест» — это повесть, в которой смешаны события, жанры и состояния: от политической эмиграции к воспоминаниям о выпускном, от свободного стиха к прозе, от упадка к силе.

Книга охватывает период в четыре года — с 2022 по 2026 — с начала эмиграции по сегодняшний день и, хотя рассказывает о трудностях со всей честностью, все равно не вызывает ничего, кроме сильного желания жить.

Делимся несколькими короткими отрывками из книги «Мидвест» на нашем сайте.

Книгу можно купить на сайте издательства Freedom Letters как за евро, так и за рубли.

Одна транс-девушка спасла другую от российской армии — она буквально физически отбила её у военкомата 😱

Коллеги из медиа «Новая вкладка» написали невероятную историю 20-летней Сони. Так звучит вступление:

Когда россиянка Соня узнала, что Олю — трансгендерную, как и она сама, девушку — ночью поймали на улице в Москве и забирают в армию, она сразу отпросилась с работы [...] и поехала следом. В синей женской сумке лежали нож и перцовый баллончик.

Девять часов спустя возле военкомата Соня распылила газ в лицо двум полицейским, схватила Олю и убежала с ней вместе. Они не были подругами: прежде виделись только раз в жизни.

Это самое невероятное, что вы можете прочесть, не проходите мимо этого текста: thenewtab.io/trans-zhenshiny-i-armiya-v-rossii

Гей да не квир

На днях издание The New York Times опубликовало у себя колонку под громким названием «Я — гей, не квир. Это важно».

Ожидаемо, она вызвала негодование, вновь намекая, что есть добропорядочные удобные геи и лесбиянки, а есть квиры, и вот из-за них все проблемы.

Колонку написал Мэттью Вайнс, автор книги под названием «Бог и гей-христианин: библейские аргументы в поддержку однополых отношений».

В своей колонке Вайнс (белый цисгендерный замужний мужчина), рассказывает о том, как непросто ему было принять свою гомосексуальность, когда он рос в среде канзасских евангелистов, — пока он не решил тщательнее изучить Писание.

Вдруг он осознал, что хотя «все шесть библейских упоминаний однополых отношений носят негативный характер, но развратные порочные практики, описанные в этих отрывках, принципиально отличаются от современных однополых браков, основанных на пожизненной любви и преданности». (Видимо, это он про свой).

«Верные отношения помогли мне понять, что однополая любовь может быть такой же глубокой и прочной, как и гетеросексуальная» — написал он.

Впрочем, в последнее время Вайнса тревожит частое использование зонтичного термина «квир», которое без спросу объединило его, «богоугодного гея» с менее «приемлемыми» группами. Вайнса также обеспокоил факт ослабления поддержки однополых браков среди республиканцев.

Признавая то, что последнее в основном связано с усилиями консервативных активистов, Вайнс также предполагает, что роль тут могла сыграть и политизированность слова «квир», которое кидает тень и на хороших аполитичных геев и может навредить «их завоеваниям».

(Что звучит, мягко говоря, странновато, учитывая, какую роль в этих «завоеваниях» играли самые разные представители ЛГБТК+ — совсем не удобные и сговорчивые. Взять хоть Cтоунволл).

Любопытно, что три месяца назад еще одно авторитетное американское издание — The Wall Street Journal — вышло с очень созвучной колонкой, под названием «Я — гей, но это не делает меня «квиром»». Ее написал Бен Аппель, автор книги «Белый цисгендерный гей: становление гендерного еретика».

Обе колонки нашли в сети своих сторонников — по разным причинам. Например, ряд геев «старшего поколения» стали объяснять, что еще слишком хорошо помнят времена, когда слово «квир» было оскорблением, и поэтому оно для них до сих пор остается триггерным.

Кто-то же увидел в колонке повод поделиться и собственным нежеланием иметь ничего общего с другими членами «квир-сообщества»:

«Я сам довольно левый, но когда я слышу, как кто-то говорит о квир-сообществе, в 50% случаев это какой-нибудь толстый парень с синими волосами и пирсингом в носу, заявляющий, что он «небинарный», пока эта мода не сойдет на нет. Именно благодаря подобным личностям и был избран Трамп».

Впрочем, далеко не всех убедили статьи.

Так, в издании Advocate вышла ответная колонка. Ее автор — Джош Экли (и он даже не небинарная персона с синими волосами и пирсингом в носу).

Для начала он обращает внимание на то, что сразу два важных издания вдруг опубликовали такие похожие тексты.

«В момент, когда права ЛГБТК+ подвергаются скоординированной политической атаке, примечательно, что две крупнейшие американские газеты решили посвятить свои платформы не противостоянию этой атаке, а публикации эссе, призывающих геев дистанцироваться от более широкого сообщества, которое боролось за их принятие».

Автор продолжает:

«Ни одно из этих эссе на самом деле не о использовании слов. Они — об одной из старейших сделок в современной квир-политике: принятие в обмен на дистанцию. Они намекают, что мы сможем оставить за собой свои права, если заверим широкую общественность, что мы не слишком политизированы, не слишком трансгендерны, не слишком злы, не слишком сложны, не слишком заметны, не слишком квирные».

С такой позицией согласны и многие пользователи соцсетей. Так, в комментариях под постом на Reddit, посвященному статье в The NY Times, можно видеть следующие:

«Его попытки подставить других квиров из-за стремления к принятию со стороны гомофобных евангелистов, просто жалки».

«Я — 63-летний цисгендерный гей. Но я всегда предпочитал, чтобы меня называли “квир”. Для меня это звучит более политически, свободно, воинственно, чем “гей”. Я не заинтересован в том, чтобы быть “гетеронормативным”, “степфордским геем”.

И вообще, может быть, нам стоит меньше беспокоиться о словах и терминах и больше — о действиях и переменах? И о создании сообщества, которое сможет противостоять нынешней политической обстановке».

Им вторят и комментарии к статье в The Wall Street Journal:

«Если ваше понимание принадлежности требует разделения, это ваша история. Моя — нет».

«Я глубоко благодарен поколениям ЛГБТ-людей, которые боролись, страдали и теряли свои жизни, чтобы многие из нас могли жить сегодня с большим достоинством, безопасностью и свободой. Я никогда не чувствовал необходимости “принадлежать” к какой-либо группе, чтобы чувствовать себя принятым. У меня была поддержка, у меня было пространство, и у меня была эмоциональная безопасность, чтобы существовать, не ища убежища в сообществе. Но не у всех был такой опыт. Отсутствие потребности в принадлежности — это форма привилегии. Многие квир-люди выросли, не чувствуя себя в безопасности. Да, мне лично не нужно демонстрировать гомосексуальность определенным образом, чтобы быть собой, а другим не обязательно жить так, как я, чтобы быть значимыми».

«Автор отчаянно пытается убедить себя, что есть кто-то ниже его на социальной лестнице. Он думает, для него это единственный способ устоять. И он ошибается: если ты настаиваешь на том, чтобы стоять выше, а не рядом с другими, тебя быстро раздавят те, кто в свою очередь настаивает на том, чтобы быть выше тебя».

Будем надеяться, что в рубрике «Мнения» такой большой и влиятельной (не только для США) газеты как The New York Times в будущем можно увидеть колонки с другими — менее стигматизирующими — нарративами об ЛГБТК-сообществе.

Лесбийская пропаганда в официальном инстаграм-аккаунте Bratz 💅

Вот бы у меня были такие куклы в детстве

«Едет машина по центру города, один из ОМОНовцев орет из окна: "Эй, п*дор, иди сюда!" — и ловит его»

Вечером 3 июля ОМОН устроил рейд в центре Москвы. Силовики беспричинно задержали несколько десятков гулявших по Китай-городу подростков, среди которых было много несовершеннолетних.

Важный вопрос: имеет ли это отношение к квирам и парням, выглядящим ненормативно?

Сегодня «Медуза» и журналисты из «Берега» поделились рассказом парня, который неожиданно для себя оказался среди задержанных. Он описал то, как это происходило и что происходило в заполненных автозаках.

К примеру, этот момент:

Сзади меня в автозаке все время раздавались крики. Одного парня травили по жести — было похоже, что он квир, немного женственный. [В ответ на унижения] он сказал: «Это беспредел, я ваши значки запомнил!» Другим задержанным [ОМОНовцы] сказали : «Давайте бейте его, или сейчас сами получите шокером». Вот такой беспредел.

И двое задержанных били этого парня. Вышел он [из автозака] с разбитым лицом. Уже в участке менты уговаривали его не предавать это огласке. Они прямо шуганулись, потому что можно было запросто снять телесные повреждения.

Звучит просто кошмарно. Однако для всех утверждающих, что это был именно рейд на квиров, в тексте есть уточнение:

Самое интересное, что я скорее выгляжу спортивно, у меня нет особых признаков «неформальности», кроме длинных волос.

Оказавшись в автозаке, я понял, что в целом задерживали более-менее стандартных московских зумеров. Просто сейчас многие носят длинные волосы, но это все равно близко к тому, что у молодежи называется «нормис», а не «неформал».

Также «Берег» поговорил с девушкой, которая наблюдала за происходящим:

Заметила, что хватали преимущественно очень молодых, чуть ли не детей, лет 14–17. Взрослых среди задержанных было совсем немного. Не могу найти причины, почему это нужно было делать — выхватывать парней, тем более детей, многие из которых были с девушками. Возможно, это просто акт агрессии.

Это наталкивает на вывод, что ОМОН being ОМОН и, с некоторой вероятностью, этот рейд произошел без четкой причины, и хватали всех подряд — по итогу не было составлено ни одного протокола.

Берегите себя 🫂