Мне нравится сама идея заменить Дзержинского на Бенкендорфа — понятно, в ближайшее время этого не произойдёт, по известным очевидным причинам — но вектор правильный, конверсия советской системы может происходить, в частности, и вот так.

По идее, все крупные бизнесы, которые сейчас под угрозой (а они все под угрозой — бить начали в инфраструктурное, а у нас чеболизированная экономика) — все они должны ради собственного будущего, ради спасения своих оборотов и прибылей — создать общий фонд и начать из него финансировать разработку и производство средств доставки.

Чтобы в ту сторону ЛЕТЕЛО И ЛЕТЕЛО. Без остановки.

Только так можно спасти свой бизнес и заслужить лояльность населения.

Юлия Латынина дала интервью Диане Панченко, где, вроде бы, для меня не прозвучало ничего сильно нового, но, с другой стороны, какие-то догадки подтвердились или опроверглись.

Плюс очень много инсайдов из жизни либеральной интеллигенции, вашингтонского обкома и украинской медиа- и политической элиты.

По-хорошему, стоило отправить некоторым своим знакомым, постоянно мне пишущим что я псих и сошёл с ума, но никто ничего смотреть не будет — если человек решил что он прав, то он так и будет думать.

Но вот Латынина интересный пример человека, который способен под давлением фактов менять своё мнение.

Больше всего поражает, конечно, искреннее недоумение Латыниной, лейтмотивом идущее через все час сорок пять минут — «Почему мы раньше этого не замечали? Почему либеральная пресса про это молчала?»

Всё это хороший повод подумать о жизни внутри инфопузырей, и о том, что надо уметь из своего инфопузыря вылезать и смотреть наружу — что в головах у других людей, и почему оно у них там.

В общем, не знаю, стоит это смотреть лично вам или нет, но я слушал не отрываясь — именно потому что две женщины рассказывают, что у них в головах, и это мне было ужасно интересно (а не факты, которые они озвучивают). Хотя и факты некоторые тоже очень ценные.

https://vkvideo.ru/video-224223952_456239493

ТГ-канал Нижнего Тагила (ссылку давать не буду) зарядил голосование про переименование Свердловской области, где, среди прочих вариантов, предложил «историческое название» — «Уральская губерния» (нелепое административное образование, существовавшее в первые годы большевистской диктатуры) — истинное историческое название, по понятным причинам, не упомянув.

После этого, по национально-патриотическим каналам пошли призывы «поддержать наших», из чего стало видно: проблема уральской «свердловщины» сидит глубоко, даже на местах не всем видна, и уж вовсе теряется при географическом отдалении.

Здесь я хочу уточнить, что с огромной симпатией отношусь к екатеринбуржцам, и мне всегда нравится в Екатеринбурге бывать — у меня нет антипатии или какого-то предубеждения к людям или месту — но это никак не влияет на то, что я могу увидеть и оценить беспристрастно — а в самом городе люди этого не видят, потому что живут внутри пузыря.

Проблему эту надо рассматривать с нескольких концов, но центр её будет сходиться к одному простому финалу: «свердловщина» это такая же мина замедленного действия, заложенная большевиками под тело исторической России, как и псевдонациональные территориториальные образования внутри РСФСР, и «союзные республики» с правом выхода из состава.

Сейчас всё рассмотрим по порядку.

Причин кромсать Урал кровавой пилой у большевиков было несколько, начну с самой очевидной — с красного проекта расчленения России по «пролетариатам угнетённых наций», в ходе которых эти «нации» на ходу выдумывали (у меня есть про это видео).

Имперский Урал состоял из двух губерний, Пермской и Оренбургской, чего было бы полностью достаточно и сегодня. Также часть Урала прихватывали Казанская и Сибирская губернии. Ещё Александр II позже выделил Уральскую область — земли яицкого казачества и киргизские степи (ныне западный Казахстан).

Пришли красные одеколонизаторы, начали одеколонизировать. Как в итоге нарезали пирог: на юге Уфа — придумали башкирскую АССР. Из территориально близких вотяцких родов слепили удмуртов, придумали им сказочную Удмуртию с Ижевском. Весь юг в одну Башкирию, при всём желании (а оно было), не помещался — часть отрезали, создавая «Казахстан», огрызок назвали Оренбургской областью. Получалось всё равно мало; весь северо-запад оставался русским, коми-пермяков (де-факто четыре микроэтноса, разделённых огромным русским Юрлинским районом) хватило только на автономный округ. Кромсающая коса нашла на камень: на огромных территориях собрать какие-то дисперсно расселённые малочисленные племена в устойчивые этнические образования не получалось, всю северо-западную границу Европы и Азии по-прежнему занимала Пермь Великая.

Уникальным Урал делало сочетание горных и оружейных заводов с судоходными реками и пограничное положение между Европой и Азией, где на огромной Каме стоял форпостом русской Европы самый восточный её мегаполис, Пермь, буквально открывая ворота в Сибирь — здесь стояли столбы Сибирской заставы и начинался Сибирский тракт.

Поэтому русский Урал так важно было раскромсать. Помимо очевидных причин военно-экономических — край оборонных заводов, на котором держалась вся имперская артиллерия, а позже и не только она — естественно, он был и хребтом Империи, и опорой державы, «её добытчик и кузнец, источник прошлой нашей славы и славы нынешней творец» — он имел и метафизическое значение. Через Камские пристани, Сибирский тракт и железные дороги, европейская империя держала за горло дикую, скалящую жётлые зубы Азию. Губернская столица со всех географических высот смотрела на Восток шпилями храмовых колоколен, штыками воинских гарнизонов и пароходными трубами.

Эту колонну непременно надо было подсечь, подпилить, разделить на куски, желательно по естественным границам.

Продолжение следует.

Продолжу писать про ранее начатое - тут надо сказать про самого Свердлова.

В локальной мифологии большевиков, как известно, 1905 год играл роль едва ли не большую, чем 1917 — и тогда, и тогда шла война, но во второй раз их художества худо-бедно пресекались, а вот во время войны с Японией к этому власть была не готова. Диверсии, саботаж и террор были развязаны не только в столицах — на Урале, где стояли оборонные заводы, вредители работали очень плотно: третий съезд РСДРП принял директиву о вооружённом восстании, надо было его готовить.

В 1905 РСДРП-исты Свердлов (под кличкой товарищ Андрей) и Батурин (он же Замятин) приехали в Екатеринбургский уезд — создавать «боевые дружины», и устроили там настоящее гнездилище. Не всё получилось сразу: поначалу екатеринбуржцы дали разговорившемуся на митинге Свердлову люлей, а парочку революционеров местные гимназисты с реалистами и вовсе зашибли насмерть — пришлось товарищу Андрею удирать огородами. Стало ясно, что нужна охрана. Отрэкетировав несколько оружейных магазинов (хотя, по воспоминаниям, купец по фамилии Кисельман жертвовал на социализм добровольно), создали банду сотни в полторы стволов: тогда дело пошло шибче.

Помимо выступлений на митингах и агитации на заводах, революционеры также наделали бомб, напечатали листовок (обворовав реальную, не подпольную типографию), и приступили к тренировкам: учились душить городовых, метать бомбы, стрелять с колена, а также составляли списки квартир госслужащих и воровали в шахтах динамит. Старались так, что дружины были признаны образцовыми, и решение Лондонского съезда о роспуске боевых организаций к ним не относилось. Занимались они, в основном, разбойными нападениями на почты и конторы, а также типографии: именно тогда боевики начали выпускать газету, которую назвали «Уральской» — был выкован первый идейный гвоздь в гроб имперского Урала.

Зимой 1905 Свердлов уехал на Тимерфордскую конференцию, а, вернувшись через месяц, увидел, что проклятое ненавистное государство дотянулось из губернии до уездов и наводит, наконец, порядок. Красную дурь подчистили быстро, «партийное движение было разгромлено». После проведённых «экспроприаций» это было несложно, уголовная полиция справлялась обычными оперативно-следственными методами. Параллельно арестовали весь «партийный комитет» и в Перми.

Восстанавливать его Свердлов подъехал в январе 1906 — в рабочий посёлок Мотовилиха под Пермью (сейчас это район города). Естественно, первым делом восстанавливать партийную работу он пошёл на артиллерийский завод, а какой же ещё-то?

Восстановить ничего толком не вышло: в губернской столице нужных кадров хватало, и довольно быстро восстановитель оказался в губернской тюрьме, а потом и ещё дальше. Больше трёх лет товарищ Андрей путешествовал по различным тюрьмам Пермской губернии.

Немудрено, что когда весной 1917 большевики готовили (впоследствии неудавшееся) летнее восстание, Свердлова опять отправили на Урал, чтобы «вести партийную работу» — то есть, быть готовым синхронно со столицей бунтовать и саботировать работу оборонных заводов и железной дороги. В опасную для него Пермь он не поехал, а вернулся обратно в Екатеринбург — где у него полно было старых знакомцев из числа поехавших от скуки уездных маргиналов. Потом был октябрьский переворот, потом убийство Царской семьи, ну и вообще взлёт товарища Андрея от ссыльного в Туруханском крае до большой государственной шишки.

Вот из-за этой жизененной коллизии Екатеринбург Свердлов любил, а Пермь — очень и очень не любил. Более того — при решении «уральского вопроса» Пермь выступала символом ненавистной большевикам имперской власти, подавителем свобод и порывов.

Про это надо отдельно писать, продолжение следует.

Картина: Г.А.Меленьтев, "Арест Якова Свердлова и Клавдии Новгородцевой в 1906 году в Перми".

Эмигрантская общественность в своих выступлениях и колонках всё больше сатанеет, один гражданин, не будем пальцем показывать, сегодня со слезами на глазах обосновал, что русских надо резать, и правильно, заслужили, есть за что.

Это всё из-за того, что они понимают, что им домой никогда не вернуться. Что при любой власти в любой России им этот иудин грех по отношению к собственному народу никто и никогда не забудет.

Поэтому они как большевики: уж тогда лучше и совсем всё развалить и разрушить, не доставайся же ты никому.

Как сказал поэт Вулых по похожему поводу — «Злобный похотливый аналитик, с неспортивной жопой и спиной». Идеальная коллективная характеристика наших герценов и герценш. Ну, про герценш отдельно надо.

ЗПАНЖС

Публика обсуждает фильм про "Колобка".

Фильм я, конечно же, смотреть не буду, как и всю эту парашицу про "богатыря". Я в детстве слишком много зачитывался былинами, и всё это убогое тщание последних лет поиграть на ниве русского фольклора воспринимаю как развлечение грубое и невежественное. У него есть, наверное, свой зритель, но это точно не я.

Но что мне очень понравилось — это вот эта вот дегенеративная пачка этого самого колобка, то есть люди просто хотели над чем-то пошутить, и по сути создали эмблему самих себя.

Вот эта вот вся вот эта вот ОСТОВАГИНЕВШАЯ вся вот эта вот ка-вэ-энщина петросяновского комбината, вся вот эта вот в целом армянщина эта убогая, все эти продюсеры и сценаристы из-под ногтей, в отсутствие конкуренции с западом и в пристутствии огромного спроса со стороны стримингов и кинопроката — порождающие горы просто невыносимого дерьма — вот они все как клещи на больном теле сосали-сосали тухлую кровь, насосались, развалились и создали свой родовой герб, вот эту вот совершенно адовую рожу, символ и эмблему всего, что они за эти годы НАЧЛЕНОВЕРТИЛИ.

Мы строили-строили, и, наконец, построили.

Приятного аппетита.

Часть читателей осудила меня за хейт "Колобка", упрекнув в том, что:

1. Я лью воду на мельницу антироссийского псиопа, который псиоп проталкивает антагонизм к фольклору через противопоставление с бездуховным американским Человеком-Пауком в котором поёт иноагент Мошоночка
2. Я сужу по афише про фильм, который даже не смотрел

Отвечу по пунктам, но коротко:

• Я когда это писал, я вообще ничего не знал ни про какой псиоп ни про певицу Мошоночку, я увидел мерзкую алкоголическую харю в рекламе в Android-TV приложении "Кинопоиск" когда искал там чего бы посмотреть перед сном.

• Антагонизм к русскому фольклору развивают не разовые псиопы про людыну-павука, а систематические издевательства над ним со стороны бывших квнщиков (которые, вместо того, чтобы получать образование, играли в КВН, и образование, де-факто, не получили) и армянское землячество в российском кинобизнесе, потому что они армяне и русский фольклор любить и понимать не обязаны, это же не армянский фольклор.

• Можно ли судить о фильме по афише? Ну вот, представьте, есть производитель еды — он выпускает продукты питания. Вы у него купили тушёнку, открыли, а там говно. Выкинули. Потом купили солёные огурцы, открыли банку, а там говно. Выкинули. Купили повидло, а там говно. Перестали покупать вообще что-то — тенденция ясна, в общем-то. Но однажды вы заходите в магазин, а там от этого производителя стоит банка, и на ней на этикетке просто сфотографирована куча говна и внизу подписано крупно: ГОВНО. Ты говоришь — офигеть, вообще стесняться перестали. Тебе возражают: эй, да как ты можешь, ты же даже не пробовал, как можно по одной только этикетке судить о содержимом, это ты против отечественного производителя, чтобы сюда всякое ГМО из-за границы завозили!

Эй, ребята, при чём тут ГМО и отечественный производитель? В нашей культуре просто-напросто не едят говно!

Во всех предыдущих сериях этой дегенеративной (по моему мнению) франшизы не было никаких Человека-Пука с Мошоночкой, не было никакого псиопа, а говно — было.

Я, заметьте, ничего не говорю про бюджетные деньги, про качество спецэффектов (потому что не смотрел и вот об этом конкретно судить не могу — впрочем, мне всегда были непонятны претензии к SFX, и Урусевский, и Юсов, и Тиссе снимали без SFX и это не мешало им делать в кадре гениальные шедевры на все времена) — ну просто я давно уже смирился, что ну вот так вот у нас распределяют бюджетные деньги, а получатели это делают не из вредности, а потому что:

1) У них просто дурной вкус
2) Пипл хавает

И это замкнутый круг. Я, впрочем, и не жду ни массового спроса на настоящее киноискусство, ни хорошего вкуса у говноделов локального киноконвеера. Это всё жизнь, это всё суета и унылая неизбежность.

Но я люблю русскую культуру, я люблю фольклор и героический эпос, и когда неприятные мне люди годами портят и плюют в то, что я люблю, а по итогу обсираются и сами себе рисуют алко-эмблему на лоб — я, конечно же, злорадствую, мне от этого смешно.

А вы что хотите то и смотрите, я тут никого ни за что не агитирую. Я тут просто сижу пишу что сам думаю, люди читают, им прикольно. Кому не прикольно, тот не читает.

Не нужно, пожалуйста, усложнять простые вещи.

И вообще книга лучше

В 2000 году, когда были установлены правила игры — несоразмерное здравому смыслу количество подписей для участия в выборах — была одна-единственная партия, которая могла такие правила выполнить благодаря партийной дисциплине и общей отвязности. Это были нацболы. Они собрали все нужные подписи с запасом и принесли их на регистрацию. И им вычеркнули ровно то количество подписей, которого было достаточно, чтобы не пройти регистрацию. Демонстративно и в лицо.

Что характерно, остальные участники выборов свои подписи тоже откуда-то принесли, хотя нацболов обыватель за сбором подписей видел, а всех остальных — нет.

Никаких выводов я из этой давней истории тут делать не буду. Тогда, в 2000 году, я эти выводы сделал сам для себя одного — и с тех пор ничего не изменилось.

Второй кусочек мозаики: партия, не прошедшая 5% барьер, в Думу не попадает; но, преодолев барьер в 3%, получает государственное финансирование, благодаря которому может существовать до следующих выборов. Вдумайтесь в это: проигравшие партии финансируют за счёт бюджета просто так.

Ну, то есть, если вы «политик», и вы с этой «политикой» согласились, то чего вы тогда расстраиваетесь, что вас с выборов снимают?

В политическом кукольном театре 21 века Яблоко совершенно сознательно и продуманно играло свою роль обиженных подпольщиков с оплаченным из казны офисом на Новокузнецкой (из которого они в 2014 году ходили к метро стоять со свинофлагами протестовать против возвращения Крыма).

Не надо думать, что раз ты сам, сознательно и добровольно, пришёл и продел руки в петельки, за которые тебя дёргает кукловод и платит тебе 30 сольдо, то за давностью лет эти петельки куда-то делись, а выданные денежки забылись. Нет, дорогие яблочники, вы сами подписали этот контракт и сами его честно выполняли, во всю мощь своей моральной чистоты. Все рубли посчитаны, и все пункты договора актуальны.

Вы кушали с ладони тех, кого ругали и проклинали, и за это они вам давали кушать дальше. А теперь вы решили поменять правила, а вам их менять не стали: не хотите — не играйте, вы уволены.

За вами уже стоят. Желающих много.

Вообще у меня есть вторая жизнь — некоторые люди из второй жизни читают этот канал, а некоторые, которые читают только этот канал, про мою вторую жизнь ничего не знают.

Так вышло, что в 1987 классный руководитель собрал отличников по математике и сказал им: «В стране вводится новый предмет, информатика, вы после уроков пойдёте в компьютерный класс». Отличники торжествующе посмотрели на остальных — я был в числе остальных.

Не знаю, как так вышло, для меня это было совершенно не свойственно, но когда отличники по математике взяли свои дипломаты и ранцы и пошли в компьютерный класс, я понял, что меня что-то тянет — что-то, что выше и сильнее меня — и молча увязался за отличниками, что было и против школьных правил, и против моей натуры, и вообще меня могли выгнать с позором.

Внезапно меня не выгнали, и в 1987 году я написал свою первую программу — с тех пор я так и шел по жизни странным «чистым гуманитарием», у которого все учителя информатики были друзьями и пускали в класс во внеучебное время вместе с единицами таких же поехавших.

Отец недоуменно рассказывал друзьям — «они эти книги по программированию как детективы читают».

У меня даже была попытка поступить в Политех — на экзамене по информатике там было 3 раунда отсева, меня после первого отправили сразу на третий (где «всех заваливали»), и я был такой один — удивлённые мужички посмотрели мой письменный ответ, задали пару вопросов и поставили «Отлично». Конечно же, я не сдал математику, да и не мог сдать. Впрочем, филологом быть мне тоже нравилось — документы я подавал в два вуза, и на филфак математику сдавать было не надо.

Естественно, читать книги по программированию «как детективы» я так и не перестал.

Потом я работал в Университете, потом я уехал в Москву чтобы работать «в IT и Digital». Работал я, понятное дело, в менеджменте или в маркетинге, потому что диплома программиста у меня не было, и опыта работы тоже. И, в общем, так бы это всё и было бы спящим хобби — пока в 2019 не долбанул ковид, у меня не зашатался мой ресторанный бизнес, и я не начал браться за любую работу — в том числе и за фриланс по разработке ПО.

В общем, так я, совершенно неожиданно для себя из 1987 года, стал бэкенд-разработчиком в 20х годах 21 века — знаний и умений оказалось так много, что их покупали. Один из заказчиков, не зная про мой бэкграунд, как-то сказал на созвоне — «хорошо что мы тебя нашли, нам нужны хорошие инженеры» — и я рассмеялся про себя. Математику-то я бы и сейчас не сдал.

Короче, я это к чему всё.

Во-первых, я давно хотел завести канал, в который можно писать про всякое техническое — в основном, про Python, но не только.

Во-вторых, мой основной на протяжении последних 5 лет заказчик немного сменил направление бизнеса — и мне очень нужны новые заказчики.

Если у вас есть друзья в IT или финансах, или (тем более) вы сами оттуда — то вот: https://trankov.github.io/ — это простое объяснение для тех, кто ищет человека на конкретные задачи. Резюме как у карьерного программиста у меня, понятное дело, нет — по основному резюме я маркетинг-директор.

Если перешлете это своим знакомым, то буду вам очень благодарен.

А канал чуть позже заведу, следите за анонсами.

Давайте раз и навсегда откроем всем глаза: ни в современном русском языке, ни даже в научном поле, нет никакого разведения понятий «народ», «этнос», «нация», «национальность», «народность», и так далее.

Потому что когда они только начали во всей Европе оформляться, у нас произошёл марксизм-ленинизм со всеми вытекающими. Понятия в дореволюционной России были озвучены, но научной проработки не получили. А при советской власти все слова означают ровно то, что требует партия в настоящий момент времени, и не более того.

А когда марксизм-ленинизм на территории России стал необязательным, потребовалось синхронизировать понимание с современной мировой наукой. И, вот незадача — как раз в этот момент обязательным в этом вопросе стал марксизм-ленинизм уже на Западе. Там вообще ничего нельзя на эту тему обсуждать, потому что повсюду один сплошной антиколониализм и социальный конструктивизм и менструальные чаши.

Так что никакого консенсуса в этом вопросе — ни словарного, ни научного — в русском интеллектуальном дискурсе нет. Все разъяснения и определения, встречающиеся в публицистике — просто личные фантазии их авторов.

Мы не знаем и не понимаем, что считать нацией, а что национальностью, правомерно ли вообще использовать слово "этнос" или надо говорить "этничность", как с этим соотносится "народ" и "народность", и бывает ли вообще "ментальность" (и откуда взялось слово "менталитет").

Узнать и договориться будет сложно, потому что справа у нас висит академик Тишков, который тоже не с неба упал, а имеет заказ и заказчиков, слева у нас передовая западная мысль с профессорами по квадроббингу, снизу куча националистов-публицистов, которые каждый умнее других и знает как надо (научной работой на эту тему никогда в жизни не занимавшись), а сверху Господь Бог всех нас любит и жалеет.

Выражаясь языком современной науки — дискурс не проработан и тормозится как искусственно, так и по естественным причинам.

Очень долго смеялся, потому что нет ничего лучше, чем правильно поставленный вопрос

уважаемые друзья, где вы столько рутины берёте, что до появления иишницы вы жили плохо, а сейчас начинаете потихоньку жить хорошо, знай только плати за токены?

Про разработку собственных приложений для души можно не рассказывать – это понятная история. А вот про автоматизацию повседневности – очень было бы интересно послушать. Искренне, без подкола.

Для затравки делюсь моим применением иишницы:

– проверка написанных мною текстов на иностранных языках;
– поисковая машина.

Больше мне иишнице отдать нечего. Отдача всего остального очень бы напомнила мне Записки кота Шашлыка Экслера (олды поймут), когда там некий джентльмен писал программу для печати приглашений на свадьбу, и, разумеется, это было долго и с негарантированным результатом. В то время как подписать десяток открыток руками – дело получаса.

З. Ы. Речь о частном домашнем использовании, разумеется.

(https://t.iss.one/sorokatn/1481)

Самое частое применение ИИ в быту, которое я наблюдаю за «обычными людьми» — замена поискового ресёрча прямыми вопросами. И это очень контрастирует с YouTube, где давно уже отменили разработчиков и всякий может навайбкодить себе бизнес с доходом 3 миллиона в первый месяц — если купит семинар по вайбкодингу за 999 рублей, доступно всего 500 мест.

Ещё хочу сказать о самом этом канале — там в целом взгляд на управление, который очень резонирует с моим — при этом с хорошими юмором и здоровым скепсисом. И только те, кто сам ходил по этой ледяной пустыне с топором за пазухой, знают, какой ценой эти юмор и скепсис достаются.

Познакомился с автором, оказалось, он меня ещё в ЖЖ читал. Я тоже подписался, потому что мне зашло.

Если вы тоже ходили по русской управленческой пустыне с топором или хотите посмотреть, как думают те, кто ходил — вам тоже должно зайти. Ссылку я под цитатой поставил.

Как я уже когда-то писал про «Мастера и Маргариту», иксеры должны принять, что это только их поколенческая книга; миллениалы в опросах называют её переоценённой, зумеры вообще не понимают, о чём речь; это уже 25 лет как не настольная книга всех подростков, и была ей тоже не очень долго, на протяжении лет так 15. Мир внутри нас и мир вокруг нас разный — тяжело, понимаю.

Путч 1991 года (август, и все о нём вспоминают) известен, среди всего прочего, тем, что по телевизору крутили балет «Лебединое озеро».

Это как-то мало осмыслено, а ведь за этим много что стоит. В основном разводят всякую парамасонскую конспирологию вокруг сюжета, хотя там банальный романтический сюжет с налётом присущего той эпохе зарождающегося декаданса — копаться особо не интересно, да и не в чем. Сюжет, кстати, некоторое время менялся — то есть, даже не «Волшебная флейта» (с настоящим масонством) — просто максимально утилитарное либретто.

Мне лично всегда было интересно другое — «Откуда залетел в эти анафемские черепа ещё и спорт?» почему ОНИ решили крутить именно балет, им что, больше нечего было показать?

Ну, допустим, у них была цель, чтобы люди поменьше включали телевизор и не отвлекались на происходящее. Ок, ну и добились того, что люди попёрлись на улицы читать листовки и сплетничать о том, что Горбачёв-то, оказывается, арестован. Рассуждая здраво, по телевизору надо было показывать с утра до ночи боевики и детективы, желательно иностранные. Зарядить по всем каналам так, чтобы люди от фрустрации полопались — как это всё одновременно посмотреть. А, и юмористические передачи ещё, и ночью музыку. Все бы сидели, прилипнув к экранам, никто бы ни на какую улицу не ходил.

А дело тут всё в том, что надо понимать мышление советского человека. Советский средний человек боевики и детективы, безусловно, любил, а балет даже в страшном сне смотреть бы не стал. Но у него также была инсталлированная система ценностей, в которой балет по культурной иерархии стоял в самом верху, а боевик и детектив в самом низу. Боевик и детектив он, конечно, предпочитал, но знал, что это считается неполноценным, недоразвитым и критикуемым. Балет он не любил и не понимал (в большинстве своём — конечно, нельзя огульно всех так крыть — были и те, кто любили и даже понимали) — но балет (и прочая «мутотень») был конвенционально одобряем.

Это как онанизм и целомудрие — первое всем нравится и максимально широко практикуется, второе встречается намного реже, и не всякий вместит — но второе считается, при этом, благодетелью, а первое — непристойностью. Хотя первое безвредно и даже иногда полезно, а второе — не факт.

То есть мысль была такая: если мы будем показывать боевики и детективы, то в глазах народа мы будем выглядеть низменно и деградантски. Поэтому надо показать людям, что мы на стороне добра и культуры — мы за балет.

Люди тоже рационально были за балет, но на улице оказалось интереснее.

Уровень жизни и социальная защищённость наёмных работников с конца XIX века и  вплоть до 1917 года непрерывно улучшались  в России в период т.н. Русского экономического чуда 1907-1914 гг. 

 Об уровне жизни рабочих можно судить не только по известной статистике [справочник «Россия 1913 год. Статистико-документальный справочник». СПб.: РАН, Институт Российской истории, 1995], включающей данные фабричных комиссий царской России, но и по данным анкетирования многих тысяч рабочих, которые проводились в 1913–1914 годах обществами экономистов на сотнях предприятий. Уже в те годы в России начали проводиться профессиональные социологические исследования уровня жизни трудящихся, вполне сопоставимые по охвату анкетируемых с нынешними. 

 Результаты социологических исследований 1913 года

     Анкетирование проводилось Обществом экономистов при Киевском коммерческом институте, директором которого был известный экономист профессор Митрофан Викторович Довнар-Запольский (1867–1934).

Результаты были опубликованы в «Известиях» этого института и затем отдельной брошюрой.

Анкета «Общества экономистов» и результаты анкетирования стали заметным эпизодом на Всероссийской выставке 1913 года (в Киеве).

В исследовании опрашивались 5630 работников на 502 предприятиях ремесленной промышленности Киева в 1913 году. Подобные анкетирования рабочих разных сфер производства проводились в то время и в других городах.
    
Эти социологические (и вполне репрезентативные по нынешним критериям) исследования давали более полную и объективную картину, чем статистика царских (государственных) фабричных комиссий – и показывали более высокий уровень жизни.

Это можно понять, если учесть, что фабричные комиссии ежегодно инспектировали не все, а наиболее проблемные заводы и фабрики, где было больше жалоб от рабочих.

 Анализ этих данных приводит к следующим выводам:

     I. Около 30 % от общего числа рабочих составляли высококвалифицированные добросовестные работники со стажем — их годовой доход был более шестисот рублей. Они жили весьма благополучно и не испытывали практически никаких проблем.

Это те, кого иногда называли «рабочая аристократия». Интересно, что их было далеко не так мало, как мы себе представляли, почти треть от общего числа.

     II. 17% рабочих жили гораздо ниже среднего: снимали угол, иногда у самого работодателя, получали меньше всех (100–120 рублей в год).

Это были или недавно приехавшие в город из деревни и не нашедшие поддержки в своих «землячествах», или асоциальные одиночки, или пропойцы и неудачники (физически слабые и пр.).

Однако из анкетирования следует, что и беднейшим рабочим зарплаты хватало на все первоочередные нужды (питание, одежда и прочее). При этом ежемесячно у них оставались на руках свободные деньги (не менее 5 % от зарплаты) — вероятно, они их просто пропивали. При этом даже если человек пил как сапожник (и действительно, согласно анкетам, именно сапожники пили тогда больше всех), он не мог пропить более 9 % этой низкой зарплаты (водка была самых разных сортов, и любой мо купить «по карману»).

     III. Около 53% рабочих не входили ни в число «рабочей аристократии» (30%), ни в 17% беднейших.

Каков же усредненный портрет такого рабочего?
Он таков.

  Глава семьи, работающий в семье один (60–70% в этой категории) и обеспечивающий семью. При этом на питание семьи (а семьи были большими) в среднем тратилось менее половины заработка (до 49%). В Европе и США в то время на питание тратили на 20–30% больше.
От 20 до 40 % рабочих (в основном семейных) снимали (арендовали) отдельные квартиры, а остальные — комнаты в коммунальном жилье. Средняя оплата за аренду жилья составляла 19 % от семейного бюджета.

Немало рабочих имели недвижимую собственность: небольшие земельные наделы или личные одноэтажные домики.
В Московской губернии — 31 % рабочих, на Урале — 32 %

В особенно хорошем положении находились уральские рабочие, особенно правительственных заводов — Ижевского и Воткинского. В Гражданскую войну рабочие этих заводов выступили против большевиков с оружием и воевали затем в армии Колчака

Есть такая вещь — эрув. Некий периметр, внутри которого евреи могут что-то делать в шаббат.

Это давняя традиция, с тех пор произошло 2 события:

1. Евреи рассеялись по миру относительно равномерно.
2. Человечество узнало, что земля имеет форму (почти) шара.

Вот есть эрув Москвы. Теперь представим, что мы его равномерно со всех сторон расширяем до предела. Что произойдёт? Сначала эрув будет расширяться, но земля же шар? Так что пройдя половину возможного пути, периметр этот будет сокращаться (а площадь расширяться, потому что площадь — это будет уже то, что снаружи, а не внутри). И на обратной от Москвы стороне поверхности земли эрув в итоге сойдётся в одну точку.

И вся планета будет один большой эрув и евреям не будет никаких препятствий ходить по земле в шаббат.

Теперь вопрос: почему ни религиозные мудрецы, ни многочисленные еврейские математики так и не предложили этот простой ход своему народу? Или что, они никак не могут договориться между собой, где именно поставить эту точку?

Тем временем, осуществил задуманное и создал канал про техническое. В основном пока получается только про AI, но это только пока.

https://t.iss.one/technotrankov