В каких случаях можно назвать себя психически здоровой личностью?

✔️Отвечает Катерина Герман, главный редактор сервиса «Ясно»

Нэнси Мак-Вильямс в своей лекции “What is mental health?” выделила 16 признаков психического здоровья. Приводим выжимки из этой лекции. Этот список не является единственно верным и окончательным, но может послужить ориентиром.

Итак, 16 признаков здоровой личности:

1. Способность любить
Отвечая на вопрос, что определяет психическое здоровье, Фрейд поместил способность любить на первое место. Под любовью он понимал отношения двух взрослых людей, в которых каждый ведет себя естественно. Люди страдают в отношениях, когда пытаются переделать партнера вместо того, чтобы его принять.

2. Способность работать
Имеется в виду не та работа, которая обеспечивает материальное существование, а дело, которое наполняет жизнь смыслом, а человека — удовольствием от процесса.

3. Способность играть
Психоаналитик Дональд Винникотт видел связь между способностью играть и умением творчески мыслить — «играть» со словами и образами, нешаблонно подходить к аналитической работе.

4. Способность выстраивать безопасные отношения
Это умение связано с переходом к надежной модели привязанности. Такие люди не испытывают особых сложностей с построением отношений – они готовы отдавать и получать любовь, их реакции на партнера пропорциональны его действиям.

Для психического здоровья важно поддерживать близкий контакт хотя бы с одним человеком, причем с ранних лет — это подтверждает теория привязанности.

5. Свобода воли
Смысл свободы воли в том, что у вас есть возможность делать выбор, и вы чувствуете, что можете влиять на свою жизнь. При недостатке свободы воли люди делают не то, что хотят на самом деле. Более того, они не знают, чего хотят, и удивляются, когда их об этом спрашивают.

6. Постоянство себя и объектов
Здоровый человек ощущает себя частью целого, а целое — частью себя. Он понимает, что можно одновременно испытывать и гнев, и любовь, и раздражение, и нежность.

Полярные оценки свойственны людям с черно-белом мышлением. Они лишены цельности сами, а значит, не замечают ее и в окружающих.

Единение с телом — тоже форма постоянства. Когда человек диссоциируется с телом, возникают нарушения. Например, при расстройстве пищевого поведения люди говорят о своем теле так, будто в нем живет кто-то еще. Нарциссическое расстройство толкает на бесконечные пластические операции.

7. Сила эго
Это — способность адекватно переносить стресс, не регрессируя, не отыгрывая, не заболевая и не используя какую-то одну психологическую защиту для всех эмоционально трудных ситуаций.

Когда сила эго недоразвита, выдерживать напряжение сложнее. Одни, как дети, не хотят ничего решать и регрессируют в беспомощность. Другие в самый ответственный момент заболевают. Третьи пускают в ход защиту — как правило, единственную на все случаи стресса. Если это проекция, то человек свои эмоции и мысли приписывает другим. Если диссоциация — «абстрагируется» от горького опыта вместо того, чтобы прожить его с пользой.

8. Реалистичная самооценка
Другими словами — здоровый нарциссизм и здоровое Супер-Эго. Надежная самооценка помогает спокойно выдерживать критику, сохранять самоуважение и ставить реалистичные цели.

9. Система ценностей
Здоровый человек разделяет принятые этические и нравственные нормы. Совершая действия, он считается с интересами тех, кто его окружает. Он проявляет эмпатию, то есть может встать на место другого и принять его позицию без осуждения, распознать его чувства, взглянуть на ситуацию чужими глазами. Важнейшим признаком здоровья считается способность раскаиваться.

10. Способность переживать интенсивные эмоции
Здоровый человек ощущает свои эмоции, не игнорируя и не подавляя их. Он в контакте со своими чувствами, но действует, руководствуясь здравым смыслом, а не под влиянием случайных импульсов. То же самое касается и мыслей — в норме человек может позволить разным мыслям просто возникать в голове. Он не боится их, не стремится от них избавиться.

16 признаков здоровой личности (часть 2):

11. Рефлексия
Это — умение взглянуть на себя со стороны и проанализировать свое состояние. Люди, способные к рефлексии, признают свои проблемы. Между человеком, который понимает, что не вполне здоров, и человеком, который отрицает или не замечает свои нежелательные паттерны, большая разница.

12. Ментализация
Это — способность воспринимать как собственные переживания, так и переживания окружающих; понимание, что другие люди — это отдельные личности со своими особенностями, мотивами и желаниями. Если не наблюдать за другими, чтобы понять их потребности и мотивы, можно увязнуть в проекциях и начать приписывать другим людям свои мысли и чувства.

13. Гибкость в использовании защит
...и их вариативность. Здоровый человек способен использовать разные психологические защиты, исходя из ситуации. Если у человека во всех ситуациях срабатывает только один тип защиты, это — симптом проблемы.

14. Баланс между собственными интересами и интересами окружения
Иными словами — равновесие между тем, что мы отдаем и получаем. Сюда же относится баланс между работой и жизнью.

15. Витальность
Это — энтузиазм и любопытство к жизни, способность ощущать себя полным сил. Противоположность витальности — внутренняя омертвелость, ощущение пустоты и одиночества.

16. Способность принять то, что нельзя изменить
Это умение честно расстраиваться и горевать об утрате, будь то человек или питомец. Принимать тот факт, что наши возможности ограничены. Оплакивать и отпускать то, что мы хотели бы иметь, но не получается.

Боль — неизбежна. Страдание — опционально.

#личное #психология

Я бы хотел, чтобы с самого детства со мной говорили о боли и страдании, о том, как много существует способов справляться с ними и что не все из них хороши. Я узнал больше об этом, читая книги, слушая музыку и смотря фильмы, чем в откровенных разговорах с людьми, которых считал в детстве взрослыми.

The most personal is the most creative

#личное

Дорогой дневник, я уже больше месяца не писал ничего тут, потому что обнаружил к своему удивлению, что иногда написание текстов является для меня формой прокрастинации, которая называется "псевдопродуктивность". Я вкладываю много сил и фокуса на то, чтобы написать какой-то пост, который мне кажется важным и интересным, потому что это мне нравится и кажется более легким и приятным, чем занятие другими стоящими, но более сложными или трудными задачами.

Но, признаться честно, я немного уже соскучился по тому, чтобы написать тут чего-то, что наиболее ярко лежит у меня на сердце и возникает в уме. Я очень люблю это чувство, когда у меня получается выразить в слова и форму что-то, что мне кажется важным, интересным и самому таким образом получается куда лучше уложить то, что хочется уложить. Я пока еще не придумал, как именно я буду писать сюда в новом, более организованным плане, но хочется уже нарушить тишину.

Еще я поймал себя на том, что не хочу писать сюда потому, что испытываю все большее уважение к внимательности в целом и к вниманию людей, которые находят смысл читать этот канал в частности. Это и хорошо и плохо. Мне нравится, что это в первую очередь мой дневник, а уже потом источник пользы для тех, кто его читает.

Я так и не понял, применимы ли к моим постам принципы, о которых говорят выдающиеся творцы? Являются ли они в первую очередь моим творчеством и уже после "источником пользы"? Недавно я посмотрел видео, где на церемонии вручения Оскара за "Паразитов", Пон Чжун Зо сказал:

"Когда я был молод и изучал кино, я услышал фразу, которая врезалась глубоко в мое сердце: "Самое личное — это самое творческое". Эта фраза принадлежит великому Мартину Скорсезе".

После чего весь зал встал и аплодировал присутствующему в зале легендарному режиссеру.

— Хорошая фраза! Может попробовать ее применить сознательно?

— А это не будет самолюбованием и злоупотреблением вниманием людей, которые подписались, но не на то, чтобы ты свои внутренние процессы без фильтра вываливал в таком виде?

— Я не знаю. Надеюсь, что нет. Но справедливости ради я этот канал изначально завел для себя и он существовал таким образом все эти годы. Мне, конечно, приятно, что кто-то находит его интересным, но это никогда не было главной целью.

— Ну хорошо! Так и что бы ты хотел тут сейчас написать?

— Наверное, текст про то, как меня недавно зацепила фраза "Самое личное — это самое креативное" и как бы мне хотелось научиться эту фразу воплощать в своем творчестве и жизни как можно больше, но при этом с каким-то интересным финалом, который зацикливает весь текст на себя же.

Мой близкий друг Дима выступил на путь преподавателя медитации, которую я считаю одной из самых важных привычек в жизни здорового зрелого человека. Очень рекомендую вам воспользоваться случаем и заскочить к Диме на открытое занятие!

Важно отметить, что хоть медитация и является важным инструментом духовного развития, это не обязательно должно быть вашей мотивацией для того, чтобы развивать у себя этот навык. Внимательность, концентрация, присутствие, саморегуляция, принятие решений, устойчивость к отвлечениям и соблазнам, спокойствие, понимание работы собственного ума, самопринятие — все это тоже может быть развито благодаря регулярной практике медитации.

Всем привет!
В следующую субботу проведу открытое, бесплатное занятие по медитации, сочетающее в себе элементы систем MBSR и Unified Mindfulness.

Оно пройдет 24 января в субботу, в 13:00 по CET(Central European Time), посмотреть время в вашем часовом поясе можно здесь (https://www.worldtimebuddy.com/). Длительность 1-1:15ч.

Помимо самой практики, мы будем делиться впечатлениями после.

Ссылка на встречу будет здесь в канале за час до начала. Буду благодарен, если вы отправите это знакомым, кому это могло бы быть интересно.

Я ругаюсь!

#призвание #арт #общество

Я получил рекомендацию замечательного фильма "I Swear!" и он меня очень глубоко тронул. На протяжении двух часов я плакал раз девять. То от сочувствия, то от трепета, то от грусти, то от радости.

Это биографическая картина о Джоне Дэвидсоне — человеке с синдромом Туретта, которому очень повезло встретить в своей жизни людей, которые заботились о нем и принимали, несмотря на его различия и особенности.

Джон, несмотря на очень тяжелую судьбу, смог из мальчика-подростка, готового от отчаяния утопиться в реке, стать тем, кто нашел в жизни свое место и дело, посвятив себя активизму и образованию людей. Он даже был причислен к Ордену Британской империи за усилия по повышению осведомленности о синдроме Туретта и оказанию помощи семьям по всей стране в помощи с адаптации с ним.

Очень-очень рекомендую этот фильм всем и каждому!

Даймон и душа запада: Обретение идентичности, смысла и цели в жизни, полной жертв

#призвание #личности

Вышла новая книга у моего любимого современного философа Бернардо Каструпа и она, в отличии от большинства его других книг, сфокусирована на теме смысла жизни. Я пока не прочитал ее целиком и не знаю, что меня ждет, но мне она уже нравится. Вот хороший отрывок из первой главы:

"Эта книга — неизбежный результат возникшего во мне простого, но судьбоносного осознания: мы, западные умы, забыли, кто мы есть, хотя ни на миг не переставали быть собой. Мы утратили связь с изначальным импульсом, питающим внутреннее пламя нашей жизненной силы, а также с врождёнными архетипическими предрасположенностями, которые мы воплощаем. Мы забыли внутреннюю палату во дворце разума, откуда мы происходим, а также зачем мы появились на свет и что должны делать. Мы больше не чувствуем имманентного (от лат. immanens — пребывающий внутри) контекста, который наделяет наши жизни целью, или вечно присутствующего внутреннего компаса, без которого невозможно полноценно двигаться по жизни.

Мы потеряли чувство идентичности и, следовательно, чувство семьи и принадлежности. В муках дезориентации и пустоты мы дошли до того, что отрицаем сами понятия естественной идентичности, врождённой цели и объективного смысла: мы стали отрицать свою природную сущность, веря вместо этого, что личность — это произвольный конструкт, который мы вольны переизобретать, корректировать и заставлять соответствовать удобству и стратегиям бегства от реальности. В нас нет ничего врождённого, естественного, неизбежного — так мы думаем. Мы — tabula rasa, чистые листы, которые заполняются прихотями, случайностями и обстоятельствами жизни. Мы настолько удалились от дома, что забыли даже о том, что такое место, как дом, вообще существует, и что возможна такая жизнь, как укоренённость в вечности.

Наша амнезия создала огромное пустое пространство в сердцевине нашего существа, полость посреди груди. Подобно чёрной дыре, она обладает собственной непреодолимой гравитационной воронкой; подобно вакууму, она втягивает вещи, требует заполнения. И вот мы старательно — даже раболепно — пытаемся заполнить её выдуманными нарративами, проекциями и искусственными, культурно обусловленными рецептами. Мы говорим себе, что можем быть кем угодно; что мы можем не только делать, что хотим, но и — абсурдно — хотеть того, чего захотим. Мы хозяева самих себя — или так нам хочется верить.

Мы провозглашаем, что жизнь — это то, что мы из неё делаем, что мир означает то, что мы заставляем его означать. Эта прометеевская позиция столь же понятна, сколь и безнадёжна, столь же трогательна, сколь и противоестественна. Ведь она просто не работает, не правда ли? Никогда не работала и никогда не будет. В конце концов, мы — сущности, порождённые природой и укоренённые в реальности, а не персонажи капризной автобиографической фантазии. Мы не перестанем быть тем, что мы есть, только потому, что рассказываем себе удобные истории. Это настолько очевидно, что даже неловко это утверждать. Мы не найдём утешения в наших эскапистских фантазиях, ведь утешение — это результат согласованности, резонанса между нашей внутренней позицией и нашей истинной природой. А чтобы найти этот резонанс, мы должны сначала вспомнить, а затем признать реальность: реальность нашего собственного бытия и мира, из которого мы возникаем.

Забвение нашей врождённой природы и роли привело к трагическому расколу в нашей коллективной психике: разрыву между природой и нарративом, бытием и действием. Эта книга — попытка помочь исцелить этот раскол. Она о повторной встрече с самими собой, о том, как вспомнить, как жить естественно; о том, как вспомнить архетипические шаблоны и предрасположенности, которые мы воплощаем, что мы отстаиваем и как ориентироваться в бурных водах жизни, чтобы вновь согласовать себя с врождённым, объективным смыслом нашего эфемерного существования. Её путешествие представляет собой возвращение к истокам и идентичности, к аутентичности, ясности и инстинктивной жизненной силе; возвращение к спонтанности пребывания дома, где естественным энергиям, разжигающим наш внутренний огонь, позволено течь свободно.

Вопреки нашему привычному эскапизму, это возвращение домой — столкновение с реальностью, а не с удобными нарративами. И в реальности есть многое, что не соответствует нашим вкусам и прихотям. Но это нормально, ведь наша жизнь не о — никогда не была и никогда не будет о — нашем личном удовлетворении, счастье или списке желаний. То, что природа пытается сделать через вас и меня, касается природы, а не вас или меня. Насколько мой собственный опыт отражает общие истины, жизнеспособной альтернативы жизни согласно природе, нашей природе, не существует. Таков дух этой книги.

В отличие от моих предыдущих работ, это не книга с аргументацией. Я даже не могу надеяться объективно защитить её послание через логику или измеримые доказательства, ведь оно принадлежит сфере внутренней жизни, существования души. Поэтому я могу лишь надеяться донести своё послание до вас, стремясь помочь вам распознать его в себе. Именно это распознавание делает объективные аргументы излишними. Ведь когда мы видим в себе то, что мы есть, мы знаем это через непосредственное знакомство и больше не нуждаемся в концептуальных абстракциях, которые лишь указывают на это. Когда мы видим то, на что указывает палец, нам больше не нужен указующий палец. Напомнив вам о чём-то, всегда присутствующем в вас, я надеюсь, что вам не понадобится история — убедительный аргумент — от меня. Ведь реальность того, что вы затем вспомните, резонирует внутри нас как мы сами, а не как послание, адресованное нам.

Но как книга, которая по самой своей природе требует, чтобы вы направили внимание вовне, может помочь вам распознать то, что находится в вас самих? Возможно, через аналогию с чьей-то ещё внутренней жизнью, внутренней реальностью; с тем, кто разделяет с вами бремя быть человеком. И этим кем-то я действительно могу надеяться быть. Всё, что я могу сделать, — это обнажить перед вами свою человечность во всей её полноте и уязвимости. Ведь эта человечность — то, что у меня общее с вами. Возможно, через историю моей собственной внутренней жизни я смогу помочь вам пробудить в себе то, что, я надеюсь, вы распознаете. По этой причине в книге много автобиографических элементов, хотя она далека от того, чтобы быть автобиографией. Я надеюсь, что, поделившись с вами своей сырой человечностью, я смогу поставить перед вами зеркало, которое поможет вам различить мой предполагаемый смысл. Я надеюсь, что вы распознаете во мне то, что живёт и в вас."

Что такое эта «Западность»?

#общество

Еще парочка переводов из книги "Даймон и душа запада: Обретение идентичности, смысла и цели в жизни, полной жертв":

Но что такое эта «Западность»? Кто принадлежит к этой группе, и кто решает, кто внутри, а кто снаружи?

Западность — это не местоположение. Более того, сегодня её корреляция с географическим западом — лишь случайность, отголосок исторических обстоятельств, которые больше не актуальны. Я видел более убедительную западность в Японии и Южной Корее, чем в некоторых местах Америки — и это даже не говоря об Австралии и Новой Зеландии. Когда-то то, что я называю «Западом», действительно было гораздо более распространено к западу от пролива Босфор, чем к востоку, и поэтому ярлык «Запад» прижился; вот и всё. В этой книге я продолжаю использовать этот термин просто потому, что он наиболее узнаваем в разговорной речи.

Запад — это также не раса или этническая принадлежность. Собственно говоря, научное обоснование существования рас у современных людей в лучшем случае шатко. У собак есть расы: любые два мопса будут больше похожи друг на друга, чем любой из них на немецкого дога. У собак группы имеют внутренне согласованные и внешне различимые характеристики. У людей этого нет.

Люди, которых мы называем «чернокожими», «белыми», «азиатами» и так далее, все демонстрируют полный спектр роста, веса, пропорций лица и тела, умственных склонностей и навыков и т. д. Я полагаю, ни один разумный человек не станет отрицать, что у меня физически больше общего со многими восточноафриканцами, чем, скажем, с Дэнни Де Вито. Я разделяю с восточноафриканцами свой рост и некоторые удлинённые особенности скелета, в то время как у Де Вито более округлые, коренастые черты. Тем не менее те, кто верит в существование человеческих рас, почти наверняка скорее объединят меня с Де Вито, чем с восточноафриканцами. Так что нет, Запад — это не о расах, потому что у современных людей нет такой вещи. Те, кто думает, что есть, просто обладают особой формой избирательного внимания: они видят лишь некоторые буквально поверхностные черты — такие как цвет кожи — и не замечают всего остального.

Люди, конечно, имеют генеалогию, потому что у любого представителя вида с половым размножением есть генеалогия — то есть генетическая или семейная история, родословная. Но психологические предрасположенности, такие как те, что я связываю с Западом, даже если они генетически обусловлены, не являются последовательными внутри родословных. Просто подумайте, насколько дети могут отличаться от своих родителей, когда дело касается их личностей, вкусов, желаний, приоритетов, ценностей и т. д. Более того, экономическая интеграция и недорогие, быстрые транспортные технологии в значительной степени глобализировали человеческую популяцию. Географическая изоляция и инбридинг родословных, которые изначально привели к тому, что мы называем человеческими этносами, идёт на убыль и поэтому не может объяснить то, что я имею в виду под «западностью», которая очень жива и растёт.

Западность — это набор врождённых ценностей и инстинктивная склонность к определённому образу жизни, врождённый образ мыслей, врождённый способ бытия и самовыражения в мире. Западный ум воплощает особый и узнаваемый набор психологических архетипов — изначальных шаблонов мышления, чувствования, желания и поведения — и связанных с ними предрасположенностей. Таким образом, Запад — это психосоциальная группа, а не географическая или этническая, что является его силой и основой его долгосрочной жизнеспособности.

Как философ, я склонен обращаться к истории за метафорами и репрезентативными примерами того, что я пытаюсь выразить. Но хотя это может сделать меня эрудированным, это также менее доступно — более отдалённо, абстрактно — чем примеры из современной культуры. И, как оказалось, в популярной культуре двадцать первого века есть почти идеальный метафорический пример того, что я имею в виду под набором ценностей и образом жизни, определяющими группу.

Просто подумайте о джедаях во вселенной «Звёздных войн»: есть джедаи из множества видов, прибывающие с множества планет и звёздных систем в той далёкой-далёкой галактике. Расы не только не имеют отношения к тому, чтобы быть джедаем, но и виды, и целые древа жизни тоже. География также ничего не значит, поскольку джедаи происходят из всех уголков галактики. Что их объединяет — что делает их джедаями — это набор ценностей и образ жизни, способы бытия и отношения к себе, друг к другу, к другим и к миру. Запад — нечто подобное: нас объединяют не этносы или география, а то, как мы выражаем себя в мире. Последнее, в свою очередь, определяется архетипическими предрасположенностями, которые мы воплощаем. Попытка раскрыть архетипы и предрасположенности, определяющие западный ум, — это путешествие последующих глав.

Прежде чем мы начнём, однако, разумно сделать пару замечаний, поскольку я пытаюсь предвидеть и предотвратить разрастание пагубных недопониманий вышесказанного. Я действительно думаю, что архетипические предрасположенности, которые мы воплощаем и выражаем, врождённые, а не просто усвоенные. Тем не менее я также думаю, что они не имеют значимой корреляции с так называемыми этносами. Какие бы генетические факторы ни играли роль в их генезисе, они, кажется, распределены по всему человечеству — среди «чернокожих», «белых», «азиатов» и т. д. — и не ограничены определёнными этническими группами. Например, в начале двадцать первого века среди медийных голосов мало кто более однозначно и бескомпромиссно западен, чем Фарид Закария, индиец из Мумбаи, родившийся в конканской мусульманской семье. Так что моё заявление о врождённых факторах не следует принимать за одобрение «расовой теории» в какой-либо форме.

Мой призыв к признанию нашей идентичности как западных людей также не влечёт за собой и не подразумевает ранжирования умов или культур. То, что я верю в такую вещь, как западный ум, не означает, что я считаю его по своей сути превосходящим — или уступающим — другим. Делать это было бы сродни утверждению, что жёлтый пигмент в «Звёздной ночи» Винсента Ван Гога лучше синего. Это утверждение было бы абсурдным, поскольку разные пигменты производят тот величественный эффект, который они производят, только когда дополняют и контрастируют друг с другом.

В этом же духе мне совершенно ясно, что человеческий путь может исчерпать свой потенциал только через взаимодействие различных способов бытия и жизни. Как я подробнее обсужу позже, всю свою жизнь я был явным поклонником незападных культур. Они обогатили меня, расширили мои горизонты, придали глубину и нюанс моему пониманию себя и мира, чего не могло бы произойти без контрастов, которые они предложили моим собственным предрасположенностям. Дух этой книги — это не просто признание идентичности, но и празднование разнообразия. Я говорю это не для того, чтобы продемонстрировать свои добродетели в запутанную эпоху woke, а потому что это для меня самоочевидно.

Наконец, важно признать с самого начала, что ни одна социальная группа не является чисто западной, так же как ни одна социальная группа не лишена западности полностью. Природа не имеет дела с бинарностями. Никто не владеет западностью, и никто не определяется исключительно ею. Мы все выражаем множество архетипических предрасположенностей, радугу ценностей и способов мышления, чувствования, желания и поведения. Поэтому, когда я говорю о западных умах, на самом деле я говорю о преимущественно западных умах; умах, в которых ценности и способы бытия, определяющие западность, более заметны, чем другие ценности и способы бытия. Не существует чисто западных стран, так же как не существует чисто восточных стран. Восточность и западность — ингредиенты в сложных рецептах, порождающих наши умы и сердца. Тем не менее это различимые, идентифицируемые ингредиенты."

Ощущение недостатка

#общество

"Будучи взрослым, когда моё суждение больше не было затуманено эмоциональным зарядом утраты, я мог подтвердить обоснованность моих ранних интуиций: действительно есть вечный, изначальный недостаток, лежащий в основе западного ума; тот, что просто затемняется нашими эфемерными вспышками победы, успеха, потребления или чем бы ни была отвлекающая вещь момента.

На протяжении веков философы, учёные и поэты говорили о различных аспектах этого изначального недостатка, а также о движущей воле встретить его, чтобы наконец могла быть достигнута полнота. Для Чарльза Дарвина это была лихорадочная, конкурентная воля к жизни; для Ницше — непреодолимая воля к власти, воплощённая в Übermensch; для Зигмунда Фрейда — смущающая воля к удовольствию; для Жака Лакана — смутная, но ощущаемая воля к das Ding, недостижимой вещи; для Виктора Франкла — основополагающая воля к смыслу, которая несёт нас через самое худшее в жизни; и для Джона Донна — горячая воля к Богу. Только Юнг, кажется, сформулировал более полный синтез в форме воли к Самости.

Когда дела идут плохо в наших жизнях, мы склонны винить простые обстоятельства или случайности в повторном появлении вечно присутствующего изначального недостатка в поле нашего внимания. Мы очень хороши в вызывании в высшей степени разумных причин для того, что всегда с нами, как часть нас: мы виним экономику, начальника, партнёра, погоду, соседа, смерть отца. Но нам почти никогда не приходит в голову, что недостаток, который мы чувствуем, не был вызван; вместо этого он всегда присутствовал, иногда более заметно, иногда менее, но всегда там как неотъемлемая часть нас. Мы просто устроены таким образом, архетипически.

Западная жизнь — это сёрфинг на вечно катящейся волне изначального недостатка. Парадоксально, но эта волна — то, что поддерживает и движет нас вперёд, ибо в состоянии полного удовлетворения мы не стали бы заботиться о том, чтобы пошевелить пальцем или чего-то достичь; жизнь потеряла бы свой импульс, своё движение и застыла бы. Именно потому, что нам недостаёт, мы действуем, мы пытаемся, мы боремся, мы рискуем, мы бьёмся, мы продвигаемся, мы делаем ошибки, мы живём... или падаем через край пропасти. В любом случае мы не стоим на месте.

Это настолько западное — настолько неотъемлемое для нас — что мы этого не видим; мы принимаем это полностью как должное, как своего рода самоочевидную универсалию. Хуже того, мы думаем, что наш ощущаемый недостаток — это проблема, которую нужно решить. Только незападный ум может предложить нам контрасты, необходимые для различения наших собственных очертаний в зеркале. В своей автобиографии — «Воспоминания, сновидения, размышления» — Юнг вспоминает, что однажды сказал ему старейшина коренных американцев из племени Таос Пуэбло в Нью-Мексико:

“Как жестоки белые: их губы тонкие, их носы острые, их лица изборождены и искажены морщинами. Их глаза имеют пристальное выражение. Они всегда что-то ищут. Что они ищут? Белые всегда чего-то хотят, они всегда беспокойны и неугомонны. Мы не знаем, чего они хотят, мы их не понимаем, мы думаем, что они безумны.” (стр. 276 издания Fontana Press в мягкой обложке, 1995)

Это описание — это мы, наше архетипическое безумие описано нам обратно с освещающей ясностью и обезоруживающей точностью. Мы беспокойны, суетливы, всегда что-то ищем. И мы, кажется, структурно неспособны это найти, чем бы оно ни было, ибо поиск никогда не заканчивается. Если вы так себя чувствуете, не тратьте силы на поиск причин, ибо ничто этого не вызвало. Вы просто западный ум, созданный природой именно таким, какой вы есть. И вы не можете от этого сбежать: изначальный недостаток, который вы чувствуете, — не проблема, которую нужно решить, а шаблон бытия, который нужно прожить. Мы умираем в поиске, в одной из самых эпических и великолепных неудач природы.

Чего старейшина Таос Пуэбло не знал — потому что это было бы для него немыслимым — так это того, что мы тоже не знаем, чего ищем. Всё, что мы знаем, — это то, что мы должны искать. И поэтому мы это делаем, непрестанно, неутомимо, потому что не можем сидеть спокойно в ощущаемом присутствии изначального недостатка. Он движет нас вперёд, делая жизнь иначе невыносимой. Действительно, изначальный недостаток подтолкнул Александра завоевать Персию, Галилея изобрести эмпирическую науку, европейцев колонизировать Америки, американцев высадиться на Луне, инженеров создать интернет и ИИ, и так далее. Ничто из этого никогда не успокоило западное сердце или не умиротворило западный ум, но мы продолжаем в любом случае, разыгрывая единственный шаблон, который мы знаем как воплощать. Это наша природа. И это славно и нормально.

Нам недостаёт, и поэтому мы толкаем. Но поскольку мы не знаем, чего нам недостаёт, мы толкаем хаотично во всех направлениях; мы переворачиваем каждый камень, чтобы посмотреть, может ли то, что мы найдём под ним, успокоить нашу душу. Мы энергичны, но неуклюжи, движимы, но неразумны и часто ужасно разрушительны — просто спросите тех, кого мы колонизировали или против кого вели бессмысленные войны. Наш ощущаемый недостаток толкает нас к великому добру, но также и к великому злу. Откровенно, мы — незакреплённые пушки на корабле жизни на Земле. Наш потенциал велик — мы можем быть и были уже несколько столетий глобальным двигателем человеческого прогресса — но таковa и опасность, которую мы представляем. Можно утверждать, что мы — величайшая ставка природы на этой планете. И мы молоды, со всем, что это влечёт. Это та роль, которую мы получили в эпической пьесе жизни на Земле.

Природа чувствует через нас то, чего ей недостаёт. Существование — не законченное произведение искусства; мазки кисти всё ещё отсутствуют. Какими бы ни были упущенные элементы, они невыразимы, иначе какой-нибудь философ или поэт уже написал бы о них и тем самым почесал бы космический зуд. Тем не менее отсутствующие мазки кисти всё ещё могут ощущаться, интуитивно чувствоваться, и природа ощущает их через нас. Есть некий скрытый природный потенциал, который до сих пор не был выражен, так что природа пытается — через нас — понять, что это такое, и выразить это; она пытается почесать свой собственный космический зуд нашими руками, как бы хаотично это ни было.

Поскольку это сама природа чувствует и толкает через нас, энергии, которые мы можем мобилизовать в нашем хаотическом поиске целостности, непостижимы. Они разрушили целые цивилизации через западный колониализм и изобрели термоядерную войну. Это опасность, присущая величайшей ставке природы: применённые без различающего морального надзора, её энергии могут быть фантастически разрушительными. Вот почему здоровье отношения западного ума со злом так критично."

Исследование зла

#общество

"К сожалению, мы всё ещё наивны, когда дело касается управления злом, скрытым в нас. Мы думаем, что правильный путь — избегать взаимодействия с ним вообще; отвергать какие-либо отношения с ним, кроме как оттолкнуть его или уничтожить. Поразительно, но мы даже стали стыдиться понимания зла, как будто понимание может запятнать или осквернить нас; как будто понимание подразумевает загрязнение, согласие, одобрение или оправдание.

Мы думаем, что можем стать жертвой зла, если будем изучать его интимно и на самом деле постигать. «Зло там, а не здесь; здесь мы не можем постичь, что заставляет этих дьяволов делать то, что они делают», — говорит праведный семьянин. Несколько лет спустя он берёт штурмовую винтовку и убивает дюжину незнакомцев в торговом центре без причины. Не понимая зла и его нюансированной, соблазнительной динамики, наш праведный семьянин убедился, что у него нет защиты от него; даже внутренней тревоги, чтобы дать ему знать, что он попадает в чары зла. Ибо большинство творящих зло не видят себя делающими зло.

Гитлер думал, что выводит германские народы из нищеты. Путин думал, что обеспечивает безопасность и будущее процветание славянских народов. Эрнан Кортес, самый жестокий испанский конкистадор, думал, что делает дело Божье. И так же думали крестоносцы, чиновники инквизиции и террористы 11 сентября. Зло не очевидно для тех, кто пойман в его чары. Если мы хотим защититься от него, мы должны понять, как работают чары, как они вкрадываются и как в конечном итоге берут бразды правления нашими жизнями. Быть западным умом — значит нести эту тяжёлую моральную ответственность, ибо силы, которые природа мобилизует через нас и в нас, огромны. Мы — титанические воплощения Прометея и уже украли силу огня у богов.

Наша юношеская гордость в отвержении любой попытки понять зло потенциально катастрофична. Ибо очевидно, что мы не можем управлять или контролировать процесс, который не понимаем. Это настолько самоочевидно, что больно. Мы должны понимать зло не только абстрактно, но и интимно. Мы должны постигать, что приводит в движение творящего зло, его мировоззрение, мотивации, психологические награды, которые он пожинает от творения зла.

Мы должны быть способны посещать комнаты во дворце ума, которые мотивируют злые действия, не теряя себя в процессе. И да, я вижу очевидную опасность, которую это влечёт — эмпатия ко злу может пощекотать опасные, дремлющие потенциалы внутри нас — но это риск, который мы должны взять. Ибо альтернатива — быть во власти зла, давая выражение непостижимым, прометеевым силам, лежащим в основе изначального недостатка, который движет нами."

Жертва Прометея

#общество #призвание

"В греческом мифе Прометей крадёт огонь богов с горы Олимп и дарит его человечеству. Это акт самопожертвования, поскольку Зевс незамедлительно наказывает Прометея, приковав его к скале, куда каждый день прилетает орёл и клюёт его печень. Но поскольку Прометей бессмертен, его печень регенерирует каждую ночь, чтобы быть снова съеденной на следующий день. Таким образом Прометей терпит вечную агонию за свою жертвенную службу человечеству.

Эта тема самопожертвования ради высшей, неличной цели — одна из самых архетипических в западной жизни. Христианство — ближневосточная религия, распространившаяся как огонь по всему западному миру не без причины — само сосредоточено на высшей жертве Иисуса, Христа, ради человечества. Что-то в нас глубоко резонирует с этим, что является более чем тонким намёком на то, как мы устроены природой. Наш инстинктивный трепет перед жертвой говорит нам что-то глубокое о нас самих: глубоко внутри мы знаем, что жертва — не просто часть игры жизни, но самая незаменимая её часть.

Жертвенная жизнь поднимает нас над банальностью личного и связывает с более широкой паутиной смысла, намного превосходящей наши собственные маленькие истории. Оказавшись в этой паутине, человек чувствует себя убаюканным и поддержанным невидимыми, архетипическими силами. Рильке однажды сказал об этом так:

Следующее осознание соперничает по своей значимости с религией: как только обнаружена фоновая мелодия, человек больше не озадачен в своей речи и не неясен в своих решениях. Существует беззаботная уверенность в простом убеждении, что человек — часть мелодии, что означает, что человек законно занимает конкретное пространство и имеет конкретный долг перед огромной работой, где наименьшее считается так же, как и величайшее. (Letters on Life, под редакцией и в переводе Ульриха Баера, The Modern Library, 2005, стр. 14)

Холлис, возможно, выразил это наиболее явно:

Жить путешествием души — значит служить природе, служить другим и служить той тайне, экспериментом которой мы являемся. Тогда мы воплотим невидимое, сделаем светящимся этот короткий эпизод между двумя великими тайнами [а именно, рождением и смертью]. (Under Saturn's Shadow: The Wounding and Healing of Men, Inner City Books, 1994, стр. 133)

К сожалению, на нынешнем историческом распутье мы не совсем настроены на архетипический шаблон жертвы, глубоко встроенный в нас. Поверхностная, легкомысленная культура Последнего Человека — это нарциссическая культура, которая всегда ищет кратчайший, лёгкий путь к какой-то форме личного оцепенения и отупения. Под этосом такой эгоцентричной и ориентированной на зависимость культуры жертва не служит никакой узнаваемой цели и, следовательно, не имеет смысла.

Но такие неестественные отношения с жертвой порождены мышлением и культурно обусловлены, а не врождённы или инстинктивны. Архетипические шаблоны, всегда латентные в нас, тлеющие чуть ниже поверхности, продолжают резонировать с понятием служения высшему делу — даже ценой великих личных затрат — ибо такое понятие мгновенно восстанавливает смысл нашего существования. В конце концов, есть сильное ощущение, что, жертвуя собой ради высшей цели, которая переживает наши собственные эфемерные существования, мы достигаем формы вечной значимости.

Жизнь становится осмысленной способом, превосходящим клаустрофобную узость и мелочность чисто личного. Сила жизни в жертвенности, таким образом, остаётся огромной в западном уме, даже если мы сегодня не совсем настроены на неё. Повторное открытие её ознаменует наше избавление от культуры Последнего Человека."

Перевод из книги "Даймон и душа запада: Обретение идентичности, смысла и цели в жизни, полной жертв"

Неофицальный перевод: Главы 1 и 2

#призвание #общество

Какая-то непреодолимая сила побудила меня не просто прочитать эту книгу взахлеб, но еще и перевести, а теперь и делиться ей тут. Я нахожусь в очень приятном внутреннем исследовании и критическом осмыслении содержимого, и, как это часто бывает с хорошими произведениями, очень хочу поделиться со всеми.

Ниже по ссылке вы найдете 1 и 2 главу из 8:
Бернардо Каструп: неофициальный перевод книги «Даймон и душа Запада: поиск идентичности, смысла и цели в самоотверженной жизни»

Перевести текст в наши дни дело плевое, а вот вычитать и отредактировать так, чтобы текст сохранял тот же смысл и дух, что и оригинал — посложнее. Я действительно нашел для себя очень увлекательным углублять свое собственное взаимодействие с материалом, но и наслаждаюсь идеей о том, что кто-то из вас с ней соприкоснется и получит что-то полезное для себя.

Я взялся за этот труд не из коммерческих побуждений, а потому что мой собственный даймон настойчиво побуждал меня к этому. Учитывая ремарки по поводу российских лидеров и войны в Украине, официальная публикация этой книги в России в обозримом будущем крайне маловероятна. Мне показалось важным, чтобы русскоязычные читатели, которые ищут глубину и смысл, могли познакомиться с этим текстом.

Важное обращение:
Этот перевод распространяется бесплатно и не приносит мне финансовой выгоды. Если вы найдете эту книгу ценной, я искренне прошу вас приобрести оригинальное издание (цифровую или бумажную версию) на платформах вроде Amazon или у официальных распространителей. Это единственный способ отблагодарить автора и всех, кто вложил силы в создание этого произведения.

Если правообладатели сочтут публикацию этого перевода неприемлемой, я немедленно удалю его из открытого доступа по первой же просьбе.

Этот перевод — не замена оригиналу, а мост к нему для тех, кто иначе не смог бы к нему прикоснуться.

К этому материалу еще вам может быть интересно посмотреть видео:

Getting what you actually want (how to follow your daimon) - Bernardo Kastrup

Немного базированной базы

#общество

100% вашего ресурса — не для 100% ваших приоритетных задач (а примерно для сорока)

Мы часто планируем так, будто 100% нашего ресурса — времени, энергии, внимания — доступны для 100% наших приоритетных задач, но в реальности это не так: примерно 40% (а то и меньше) действительно остаются на главное, потому что остальное уже занято готовкой, уборкой, дорогой, спортзалом, прогулками с собакой, мелкими срочностями, рутинными делами, передышками, отвлечениями, развлечениями и просто поддержанием жизни. Ошибка в том, что мы не учитываем этот "невидимый налог" и составляем амбициозные списки на весь день, а потом удивляемся, почему ничего не успели.

Уроки публичности

#личности #призвание

Хороший пост, делюсь с вами:

"За последние 13 лет я прочитал почти всё негативное, что когда-либо было написано или сказано обо мне. Зачем? Потому что я серьёзно отношусь к обратной связи. Оставаться открытым к критике по мере того, как становишься успешным и известным, очень важно — иначе быстро скатываешься в самообман. Обратная связь помогает тебе оставаться честным. Окружать себя подпевалами — большая ловушка.

Вот главное, чему я научился за годы публичности и почти ежедневной критики:

Ключ — не реагировать эмоционально. Как только ты реагируешь эмоционально, ты проиграл. Как публичная фигура ты будешь постоянно подвергаться критике, что бы ни делал. Всем не угодишь. Многие будут любить тебя, некоторые — ненавидеть.

Люди с низким уровнем сознания и развития будут пытаться заманить тебя в ловушки. Ловушка — это эмоциональная реакция. Тебя будут провоцировать отреагировать на их негатив, осуждение, невежество, газлайтинг, незрелость, низкий интеллект и бессознательность. Главное — даже не воспринимать их негатив всерьёз.

Что бы ты ни делал, если среагируешь эмоционально — провалил проверку. Не опускайся на их уровень. Ты должен быть эмоционально невозмутим.

Однако это не означает, что ты не читаешь и не слушаешь критику. Ты принимаешь все комментарии, но никогда не реагируешь на них эмоционально и никогда не пытаешься бороться с негативом. Не борись со свиньями — они выигрывают уже тем, что захватывают твоё внимание и разрушают твоё самообладание.

Любая публичная фигура должна понимать эту мега-ловушку. Твоя задача — сохранять невозмутимость. Невозмутимость — очень мощная концепция. Это игра в поддержание самообладания.

Тебе нужно быть открытым к обратной связи, не теряя при этом невозмутимости. Это очень сложно, потому что инстинкт — реагировать эмоционально. Требуются годы, чтобы преодолеть этот инстинкт и научиться не реагировать. Чем известнее становишься, тем больше невежественных и бессознательных людей будут тебя проверять.

Но помни: невежественные люди попытаются злоупотребить твоей открытостью к критике. Они будут использовать твою открытость, чтобы ещё сильнее манипулировать тобой. Так что всё это становится очень непростым."

Источник: Lessons From Being A Public Figure