По части корпоративных новогодних подарков (дарили подписки, конфеты, умные книги и какие-то полезные вещи) всех уделал Wink. Там решили прислать набор настоек. Следом приехал пресс-релиз о премьере на Wink документального фильма «Трезвое село».

В виде подарка привалил «Дракула» Раду Жуде. Что тут скажешь, традиционные ценности в штанах не утаишь. Предельно своевременный фильм. Среди прочего отличное камео у нашего коллеги-киноведа Нила Янга, который просит называть себя Юнгом (когда-то он приезжал на Балабановские чтения рассказывать о хождениях балабановских героев под музыку, а тут уже самому Янгу приходится изрядно пофланировать с колом наперевес). По ходу просмотра хотелось примерно всё заскриншотить. Великим guilty-pleasure мог бы стать blur-вариант для отечественного проката.

Культурные люди думают о месте Белы Тарра в истории кино. Тут почему-то меня тревожит такая информация: когда-то во времена пленки кинокопия «Сатанинского танго» весила примерно два мешка цемента, килограммов сто. А сколько весит тот линк, по которому фильм смотрят в кино сегодня? Кажется, это облегчение было с Тарром физиологически несовместимо, вот он и бросил снимать 15 лет назад в самый разгар цифровой революции. А факт его физической смерти теперь уже превратился в какой-то печальный постскриптум то ли к этой самой революции, то ли к вручению Нобеля Краснахоркаи.

Доктор, я сходил на «Буратино», и мне понравилось.

Плюсы очевидны. И песни Рыбникова удалось перезаписать в новых аранжировках культурно (не противно, не стыдно, за что спасибо). И художественные цеха отработали очень талантливо и слаженно, на пять с плюсом. Мне нравится, что довольно мрачным всё получилось, а пластика самого Буратино трогательно отсылает к хоррорам (все эти сцены с головой, как у девочки Риган из «Экзорциста»). Важно и то, что роскошные костюмы и декорации (по-хорошему театральные) удалось выгодно снять. Режиссер Волошин с оператором Жуковым молодцы, есть возможность всё это богатство рассмотреть хорошенько. Кастинг тоже на загляденье, хотя Федор Сергеевич Бондарчук stole the show и у Яценко (ему попросту не хватает сцен, какой-то предыстории что ли), и у компьютерного гомункулуса с его тараканами, да и у остальных. Впрочем, все участники с удовольствием дурачатся в кадре и, очевидно, надеются, что их партии в следующих фильмах будут расширены (особенно жду возвращения Мосина в роли мясника).

И тут стоит перейти к единственной по-настоящему большой проблеме этого проекта. Бесконечность в виде двух заявленных сиквелов — это довольно страшное обременение для условной адаптации нетолстого первоисточника. Сценарий написан талантливыми и страшно профессиональными людьми, которые усиленно поработали (умудрились родить, убить и воскресить деревянную куклу). Им приходится бежать во все актуальные стороны сразу: и про инклюзию поговорить (не спорю, полезно), и про абьюзивные отношения в маленьких творческих коллективах, и про то, как важно остаться самим собой (не зря наш герой все силы отдает самоопределению — поет песню о том, как его зовут), лишь бы было, что через пару лет обсудить. Но большой идеи не нашлось. Разве что рассуждения о том, что деревянное тоже может быть вполне себе настоящим. Их хочется выдать за довольно очевидную саморефлексию российской киноиндустрии: да, вот такая я, ножичком выструганная, на шарнирах, но бегаю резво, куртки собираю, песенки пою, папу (то есть, зрителя) люблю, как бы мне стать живой? Что ж, индустрия, ты, хоть и деревянная, но, спору нет, живая, не грусти, не вешай нос.

Теперь о наболевшем — о сборах. «Простоквашино» я не смотрел (боюсь немного), но у них чуть побольше, чем у «Буратино», при примерно одинаковой росписи и количестве экранов. У второго «Чебурашки» сборы, конечно, кратно выше, но при кратном же превосходстве в экранах (судя по нашему ближайшему мультиплексу, его еще и ставят в самых больших залах). Не значит ли это, что зрителю на каникулах (как и мне) примерно все равно что смотреть?