🇬🇧 Смена караула, но не курса

20 июля Энди Бернем сменяет Кира Стармера и становится седьмым британским премьером за последнее десятилетие. Его приход — попытка перезапустить внутреннюю политику без досрочных выборов. Вместо технократического курса лейбористы пытаются предложить социальную повестку, более заметного лидера и новый баланс в отношениях Лондона и регионов. Однако в рамках внешней политики каких-либо значительных перемен ожидать не стоит.

👉 Ветеран Вестминстера. Он был депутатом с 2001 года, при Гордоне Брауне возглавлял министерства культуры и здравоохранения, дважды безуспешно боролся за лидерство в Лейбористской партии, а в 2017 году ушел в региональную политику. Идеологически его относят к «мягким левым». Он вырос внутри системы New Labour, но впоследствии выступал за усиление государства, профсоюзов и местного самоуправления. Его основное окружение — левоцентристская сеть Mainstream, а также северные мэры во главе с близким союзником Стивом Ротерамом. Консолидированная поддержка нового премьера показывает, что Бернем пришел к власти как фигура внутрипартийной договоренности.

👉 Манчестерский капитал. Прозвище «Король Севера» закрепилось за ним после конфликта с правительством Бориса Джонсона из-за недостаточных компенсаций региону во времена ковидных ограничений. Его главным управленческим проектом стала транспортная сеть: Манчестер первым в Англии за 40 лет вернул автобусные перевозки под общественный контроль. Бернем также добивался расширения региональных полномочий и развивал программу помощи бездомным. Значимых успехов он не добился, но создал узнаваемый образ «манчестеризма»: децентрализация и публичный конфликт с Лондоном от имени «забытых территорий».

👉 Внутренняя политика. Главный вопрос — удастся ли новому премьеру справиться с социально-экономическим кризисом в стране. В масштабах Королевства он намерен ужесточить контроль над коммунальной инфраструктурой, развернуть масштабное строительство муниципального жилья, провести реформу социального ухода и учредить «северный офис» Даунинг-стрит. Но то, что работало в агломерации, еще предстоит согласовать с Минфином, финансовыми рынками и многочисленными центрами влияния в Уайтхолле.

👉 Международный трек. Изменений во внешней политике от Бернема ждать не приходится. При этом отдельные корректировки, например, в отношениях с США, вполне возможны. Сам премьер уже заявил, что поддержка Украины «не поколеблется». Однако тут важнее не позиция самого премьера, а системный коридор, внутри которого движутся все нынешние британские политики. Британия прямо называет Россию «непосредственной угрозой» и закрепляет принцип NATO First. Премьер может менять лишь риторику, темп и масштаб отдельных решений, но для полноценного разворота ему пришлось бы вступить в конфликт одновременно с парламентским большинством, МИДом, Минобороны, спецслужбами и ключевыми западными союзниками.

Полилог. Экспертиза | Подкаст | МАХ

👤 Как устроен депутат

Функции депутата зависят от того, как устроена политическая система государства. О том, почему в разных странах депутаты выполняют разные задачи, в спецвыпуске «Наши слоны» рассказал политолог, советник генерального директора КГ «Полилог» Глеб Кузнецов:

Депутат — это не представитель интересов и не власть, а отражение институциональной среды государства. Где-то депутаты выступают представителями интересов, где-то они напрямую формируют исполнительную власть. Например, в Великобритании, Португалии или Испании глава исполнительной власти государства, премьер-министр, может происходить только из числа депутатов.

Оценивать парламентские институты через единый стандарт невозможно. Их функции зависят от политической модели государства, исторических традиций и распределения полномочий между ветвями власти.

❗️ Если вы хотите глубже разобраться в том, как строятся современные политические кампании, рекомендуем книгу Романа Моложона «Как стать депутатом. Инструкция по победе на выборах в России». Она будет полезна тем, кто планирует начать путь в публичной политике.

Полилог. Экспертиза | Подкаст | МАХ

🤥 Попытка атомного реванша 🗣

Дональд Трамп задумал проект ядерного соглашения с Саудовской Аравией, заметно отличающийся от прежнего американского «золотого стандарта». Эр-Рияду могут разрешить самостоятельно обогащать уран и перерабатывать отработавшее топливо без обязательного присоединения к Дополнительному протоколу МАГАТЭ. Формально речь по-прежнему идет о мирном атоме, но фактически королевство получает возможность приблизиться к пороговому ядерному состоянию, при котором переход к военной программе становится вопросом лишь политической воли.

🔥 Основные параметры сделки были согласованы прошлой осенью. Стратегический проигрыш на Ближнем Востоке заставил Вашингтон пересмотреть свой подход. США требуют от Тегерана полного отказа от обогащения урана, но при этом готовы разрешить ту же деятельность своему союзнику в Персидском заливе. На фоне неспособности американцев контролировать Ормузский пролив и остановить атаки на собственные военные объекты саудовский атом становится для Вашингтона попыткой сохранить рычаги давления на Иран. Однако реакторы вряд ли остановят иранские ракеты здесь и сейчас. При этом подобная позиция может подтолкнуть к собственным ядерным программам Турцию или Египет.

🔥 Новый виток противостояния начался после нарушения условий меморандума со стороны США. Тегеран указал на конкретные действия Вашингтона: отзыв разрешения на экспорт иранской нефти, возвращение морской блокады и возобновление авиаударов. США уже больше недели бьют по иранским объектам, в свою очередь, КСИР расширяет географию ответных атак — от американских баз в Кувейте, Иордании и Сирии до кораблей в северной части Индийского океана. Контроль лестницы эскалации, как и ранее, остается за Тегераном. Следующий рубеж — Баб-эль-Мандебский пролив. Йеменские хуситы уже объявили о морской блокаде Саудовской Аравии. Если к Ормузу добавится вход в Красное море, одновременно окажутся перекрыты две главные транспортные артерии региона. И зона конфликта окончательно выйдет за пределы Персидского залива.

🔥 Второй фронт в Красном море грозит США крайне опасным дефицитом дизельного топлива. Оптовые цены на него в стране уже подскочили более чем на 30%, а розничные — на 50% в годовом исчислении. Дизель является основой грузоперевозок в Штатах. Практически все товары, которые потребляют американцы, доставляются на транспорте с дизельными двигателями. Зависимость настолько велика, что, в отличие от бензина, спрос на дизельное топливо практически неэластичен — его потребление сложно сократить даже при резком росте цен. Для Дональда Трампа, готовящегося к ноябрьским выборам, это серьезная проблема. Большинство американцев не видят смысла в войне с Ираном, а поддержка Израиля перестала быть двухпартийным консенсусом — почти 60% демократов считают американскую помощь ему чрезмерной.

Полилог. Экспертиза | Подкаст | МАХ