Если вы хотите поиграть в викторину той же тематики, но так, чтобы что-то узнать (и особо не напрягаться), рекомендую вот такую штуку, где надо находить элементы в таблице до тех пор, пока вся она не «исчезнет»:

https://www.sporcle.com/games/goc3/erase-the-periodic-table

​​Рунет хором пишет о вазе производства партнёров Samsung, которую нужно метнуть в огонь, чтобы потушить его. Не совсем понятно, почему это случилось именно сейчас (хотя есть ощущение, что катализатором послужил вот этот текст The Verge: https://www.theverge.com/2019/3/28/18285253/samsung-firevase-throwable-fire-extinguisher-south-korean-awareness-campaign), ведь оригинальный ролик появился ещё осенью и с тех пор набрал достойные 8 миллионов просмотров. Кстати, обратите внимание, что оригинал, созданный в рамках кампании о повышении пожарной безопасности в Корее (теперь тамошние жители обязаны иметь огнетушители дома, но выполняют это указание далеко не все), гораздо мрачнее в своей первой половине, чем цитирующие его переводы и выдержки.

Пишут-то все, но объяснения про механизм действия, увы, довольно невнятные — при этом, честно говоря, почти ничего за пределами школьной химии здесь нет, вот правда! В вазе содержится водный раствор карбоната калия, K2CO3 (калиевого аналога технической соды). Как можно догадаться, кидаются вазой со всей дури в ролике не зря: это нужно не только для того, чтобы разбить её, но и для того, чтобы превратить водный раствор в аэрозоль; распылить его во все стороны. Причём аэрозоль будет содержать не только K2CO3 (если быть точным — ионы калия и карбонат-ионы, ведь эта соль как сильный электролит будет диссоциировать в растворе), но и продукт гидролиза, гидроксид калия KOH (опять же, если быть точным, то здесь имеется в виду увеличение концентрации ионов OH-). А уж KOH даже в очень низких концентрациях отлично подавляет горение, захватывая радикалы, что известно довольно давно (нашёл статью 1975 года, с тех пор представления поменялись несильно вроде бы).

Если кому-то интересно углубиться, то вот довольно увлекательное и не слишком сложно написанное исследование сравнительно эффективности водных аэрозолей с различными солями, 2011 год:
https://link.springer.com/article/10.1007/s11630-011-0511-4

(надеюсь, что вы разберётесь, как скачать, а если нет, то пишите в личку, как говорится)

У читателя Саши Гордеева очень интересный взгляд на то, что именно изображено на рекламе гильз, которую я тут пару недель назад публиковал:

«Иван, добрый день! В отношении поиска вредных веществ: возможно, Штанге проводил биотестирование водных экстрактов на дафниях или инфузориях, тогда р-р мог показать низкую смертность тест-организмов) а уж если говорить о следах отбеливающих агентов или остатках процесса выделки бумаги, то мог моделировать соединение их с водой на слизистых оболочках человека и так же тестировать на водных зверушках?) 🤷‍♂️ ... технологам по целлюлозе должно быть виднее)»

А я сам сегодня хотел показать вам видео с героем момента, режиссёром и комиком Джонатаном Пилом, чей хоррор «Мы» сейчас идёт в российском кинопрокате. В выпуске прекрасной передачи канала Comedy Central "Drunk History" Пил играет почти не известного в России, но от этого не менее важного химика и изобретателя, Перси Лавона Джулиана. Джулиану человечество обязано, в первую очередь, дешёвыми стероидами (он придумал выделять прекурсоры эстрогена, тестостерона и родственных соединений из соевых бобов, а позже — из ямса), а как следствие — оральными контрацептивами и кучей лекарств; вообще его карьера (ещё он впервые осуществил синтез нескольких важных природных соединений) — это пример того, что и в двадцатом веке ботаника и органический синтез могли дать друг другу очень много.

https://www.youtube.com/watch?v=2sif5RI8XBU

Интересных фотографий Джулиана сохранилось на удивление немного (учитывая, что умер он в 1975 году довольно пожилым и заслуженным человеком), но на всех он выглядит, как самый стильный человек в мире.

Сегодня у меня мем про комплементарность азотистых оснований в нуклеиновых кислотах: пуриновое основание аденин в ДНК связывается только с пиримидиновым основанием тимином из параллельной цепи, а в РНК тимина нет — но есть столь же эксклюзивно связывающийся с аденином урацил, отличающийся от тимина одной метильной (—CH3) группой.

Городских легенд, подходящих для этого канала, не так много, но эта просто золотая: одна из центральных станций венского метро, Штефансплатц (под знаменитым готическим собором), летом регулярно пахнет разлагающимся трупом (ну или какахами, это уж кому что кажется). И местные, и туристы за годы придумали этому множество объяснений — в лидерах мёртвые крысы в трубах (л а д н о) и замурованный при ремонте бездомный (??!!).
Как водится, всё слегка проще. Для борьбы с плывунами в почву при строительстве добавляли специальный реагент (к сожалению, не могу нигде найти точный состав), который при температуре больше 20 по Цельсию и в присутствии грунтовых вод начинает гидролизоваться с выделением масляной (бутановой) кислоты — главного продукта прогоркания сливочного масла. А её соли, бутираты, — продукт жизнедеятельности фекальных бактерий. По ссылке пишут, что на пражской станции Мустек то же самое, но тут как-то меньше информации.

https://secretvienna.org/the-smelly-secrets-of-the-u1/

Каустическая сода, она же едкий натр — гидроксид натрия, NaOH (как я здесь напоминаю не в первый и не в последний раз, кристаллические щёлочи гораздо опаснее для кожи, чем концентрированные кислоты, и смывать их нужно бОльшим количеством воды). Уксусная эссенция — 80% по объёму водный раствор уксусной кислоты; менее стрёмная штука, но даже нюхать её не надо (если честно, чтобы её выпить, надо постараться преодолеть некоторые рвотные позывы). Соляная кислота (водный раствор хлороводорода) вроде бы всем более-менее известна; прекрасно обесцвечивает примерно всё. Давайте, в общем, скажем спасибо прогрессу за то, что наш кабинет с бытовой химией (на кухне!!) выглядит сейчас не так, как в пятидесятые.

Большинство каналов о еде, которые пытаются писать про научные основы всего этого, делают это с удивительным количеством неточностей, а то и откровенных ошибок (пару раз у меня поднималась рука, чтобы написать *разоблачение*, но потом я вспоминал, что никому от этого лучше не будет).
И в этом посте, и всегда Girl Eats World — исключение; это хорошо написанные, корректные, неожиданные комментарии. Сюда бы лично я добавил только то, что в запахе и вкусе лука (и, кстати, чеснока) большую роль играют ещё соединения селена, более тяжёлого элемента группы серы и кислорода.

Почему мы вообще едим лук?

Лук — ароматическая база кулинарии практически всех народов мира. Если верить ООН, то лук, в том или ином виде, выращивается в 175 странах — это в два раза больше стран чем выращивают, например, пшеницу. Считается, что наши общие предки довольно давно просекли что есть термически обработанный лук — это вкусно. Если верить генетическим анализам, то лук зародился где-то в Средней Азии, но очень быстро распространился по близлежащим регионам: в Месопотамию и на Дальний Восток.

Люди ели лук задолго до того как придумали письменность и даже одомашнивание. Некоторые археологи утверждают что именно лук был первым растением, которое человек стал культивировать. В самое древней “кулинарной книге” найденной археологами, глиняных табличках с рецептами из Месопотамии, датированной 2500 годом до нашей эры, фигурируют сразу несколько сортов лука: обычный репчатый, шалот и порей. Лук ели все: он упоминается в старинных китайских трактатах и в древних ведических произведениях. Луку поклонялись в Древнем Египте. Про знаменитый лук из Помпей писал Плиний Старший. На протяжении всей истории Европы, простые люди (помимо хлеба) питались капустой, бобами и луком.

Неудивительно что лук так широко культивируют с незапамятных времён: он красиво цветёт и очень неприхотлив как в культивации, так и в хранении. Растёт лук легко и требует минимального ухода: фактически, у лука есть свой собственный встроенный пестицид. Секрет его защиты от паразитов одновременно является секретом его вкуса. В отличие от многих корнеплодов, в луке нет крахмала, зато он очень богат фруктозой, которую нужно защищать от паразитов (среди которых, естественно, есть и люди).

Лук вбирает в себя серу, которая содержится в почве, и создает из неё четыре разных химических соединения. Эта химическая броня накапливается в жидкости луковых клеток, а в отдельных вакуолях хранится специальный энзим, который эту броню активирует. Когда мы разрезаем (или надкусываем) сырую луковицу, химическая броня активируется, раздражает нервные окончания у нас в носу и трансформируется в серную кислоту, оксид серы и сероводород.

При термической обработке, серные соединения в луке ломаются. При этом, соединения которые возникают в результате этого процесса сильно зависят от температуры, времени и среды. Например, если лук запекать или (зачем-то) готовить в микроволновке, то получатся трисульфиды, которые обладают характерным (и не очень приятным) запахом варёной капусты. А приготовление лука при высокой температуре в жирной среде производит волатильные соединения, которые пахнут насыщенно и карамельно. Медленная термическая обработка лука позволяет максимально раздробить длинные цепочки фруктозы, из-за чего лук приобретает насыщенный сладкий вкус.

В общем, нельзя сказать что поедать лук — основополагающая человеческая черта, но это практически так. Примечательно, что 90% выращенного лука потребляется внутри страны-производителя. Лук редко экспортируют или импортируют. На него редко обращают внимание. Лук — это такой скромный, работящий, неприметный ингредиент который остается практически незаметным. Зато его отсутствие заметно очень хорошо. Видимо поэтому каталонцы решили уделить ему особенное внимание.

Давние читатели могли заметить, что я не упущу возможности лишний раз запостить что-нибудь про люминесценцию и цвета пламён. КОНЕЧНО ЖЕ я оставлю здесь ссылку на твиттер-тред про разные цвета платьев Бейонсе и их соответствие цветам пламён солей металлов.

https://twitter.com/lizardwithaz/status/1122228662764367873?s=21

Вот это просто идеальное соответствие.

Который день пытаюсь сесть за этот текст, но постоянно ощущаю себя придавленным важностью момента. Однако теперь, после второй серии «Чернобыля» HBO, где становится окончательно понятно, что Валерий Алексеевич Легасов в исполнении Джареда Харриса (любимый Лейн Прайс в "Mad Men", гай-ричиевский Мориарти, Крозье в «Терроре») — это действительно главный герой сериала, точно надо.

Я не собираюсь рассказывать вам про художественные достоинства сериала, про его достоверность, про работу гримёров и декораторов, про сценарный подход шоураннера Крейга Мазина и так далее (за последние полторы недели более компетентные люди это сделали многократно); также я не буду делать вид, что я понимаю в ядерной энергетике (впрочем, на небольшой FAQ позже я всё же сподоблюсь). Сразу хочу отметить, что игнорирование (в том числе — мной) российских фильмов и сериалов на ту же тему — это довольно печально (как минимум один из них, «В субботу» Александра Миндадзе, я собираюсь и периодически забываю посмотреть уже много лет), но это разговор для другого раза.

А сейчас хочется поговорить о Валерии Легасове как об одной из ключевых фигур позднесоветской науки; о символе несбывшегося и о нечаянной иконе конспирологии. Как ни удивительно, самый интересный из доступных профайлов Легасова опубликован в «Московском Комсомольце» (https://www.mk.ru/social/2017/04/25/kak-ubivali-akademika-legasova-kotoryy-provel-sobstvennoe-rassledovanie-chernobylskoy-katastrofy.html) — только не обращайте внимание на кликбейтный заголовок и предсказуемо напыщенную лексику (а вот цитаты и детали там и вправду ценны). Я не буду повторять эту статью и хочу сфокусироваться не на расследовании чернобыльской катастрофы, а на условно мирной деятельности академика.

1) Валерий Алексеевич так или иначе имел отношение к сразу нескольким ключевым химическим и физическим институтам/университетам Москвы и области: закончил Менделеевский, диссертацию защитил в Курчатнике (потом работал там замдиректора), работал в Физтехе, заведовал кафедрой на химфаке МГУ. Это далеко не самая типичная карьера: не было ничего удивительного в том, чтобы совмещать работу в институте РАН и, скажем, Менделеевском, но такой насыщенный путь говорит о действительно высокой востребованности.

2) Может показаться, что перепрыгивание с места на место говорит больше о выдающихся качествах функционера, чем учёного, но и это не так: Легасов отметился важными достижениями в нескольких областях химии и инженерии. Как неорганик он занимался соединениями благородных газов — по крайне свежим следам синтезов Нила Бартлетта, о которых я уже рассказывал в канале. Ещё в 1975 году в Курчатовском институте он основал «Лабораторию мер безопасности», которая занималась как конструкционными проблемами, так и экологическими концепциями в ядерной энергетике. На химфаке МГУ под него объединили кафедры химической технологии и радиохимии, что сочетало сразу два его ключевых интереса (здесь важно и то, что экзотические неорганические соединения вроде фторидов криптона и ксенона он синтезировал при помощи, света, плазмы и радиоактивных изотопов).

3) Уже в конце 1980-х ощущалось нарастание разрыва между прикладной и фундаментальной физикой и химией. Легасова очень сильно волновал этот вопрос, как и вопрос ликвидации растущего концептуального разрыва при помощи изменения подхода к физико-химическому образованию (подобную программу он как раз пытался реализовать на химфаке МГУ). Фактически к восстановлению этих устойчивых связей и отказу от снобирования с обеих сторон («вы не понимаете, что делаете» от учёных инженерам VS. «вы не понимаете, зачем вы это делаете» от инженеров — учёным) российская наука приходит только сейчас, когда с момента гибели Легасова прошло больше тридцати лет.

4) Легасов много занимался настоящим химическим футуризмом: прогнозами развития и даже лёгкой популяризацией. Довольно известен его обзор 1986 года, написанный совместно с Анатолием Леонидовичем Бучаченко (https://www.uspkhim.ru/php/paper_rus.phtml?journal_id=rc&paper_id=3246). Там, конечно, есть и комичные по нынешним временам моменты (несколько абзацев посвящены разработке фотоплёнки без содержания серебра), и описания сейчас уже решённых проблем (фреоны и озоновые дыры), но удивительное число вещей предсказано верно: лидирующая роль квантовой химии в дизайне новых веществ, биомиметика в катализе, кластеры и другие супрамолекулярные структуры, бесконечные попытки осуществить искусственный фотосинтез с использованием новых материалов. В конце статьи авторы высказывают надежду вернуться к этим темам через несколько лет и оценить прогресс; читать это довольно грустно (Бучаченко, если что, здравствует, долгих ему лет).

5) Вплоть до расследования чернобыльской аварии Легасов был человеком непубличным, и информации о нём, о его привычках и страстях сохранилось немного (что говорить, если маленький памятник на его родине, в Туле, открыли буквально пару лет назад). Всё это, конечно, способствовало и мифологизации, и конспирологии. В анализе докладов Легасова и описании обстоятельств его самоубийства, разумеется, нет одной-единственной правды (хотя стоит отметить, что среди реальных аудиозаписей прощальных слов академика — именно их Харрис-Легасов наговаривает в микрофон в первые минуты сериала — по интернету ходит немало подделок), но одно совершенно точно: он не был героем, самостоятельно закрывшим амбразуру телом, пожелавшим спасти народ и т.п. Так случилось, что именно он оказался на том месте в пищевой цепи советской науки, когда человек достаточно важен, чтобы выступать перед правительством в качестве ведущего эксперта, но при этом недостаточно важен, чтобы суметь избежать этих не самых приятных разговоров. Другое дело, что все дальнейшие инициативы, уже на месте аварии, — это следствие выдающейся порядочности. Человек вдруг понимает, что без его личных действий произойдёт локальный апокалипсис, — и не видит для себя другого выхода, кроме как загребать жар руками. Буквально.

Закончу двумя цитатами академика Легасова. Первая — с сайта Межрегионального Общественного Движения Ветеранов Атомной Энергетики и Промышленности (https://www.veteranrosatom.ru/heroes/heroes_88.html):

«Когда мы подъезжали к Припяти, поразило небо. Уже километров за 9-10 до станции было видно над ней малиновое зарево... как металлургический завод или крупное предприятие, над которым огромное полнеба зарево... Вспоминая сейчас эту дорогу, я должен сказать что мне тогда и в голову не приходило, что мы двигаемся навстречу событию планетарного масштаба, событию, которое, видимо, войдет навечно в историю человечества, как извержение знаменитых вулканов, гибель людей в Помпее или что-нибудь близкое к этому».

Вторая — из доклада Юрия Александровича Устынюка на учёном совете химфака МГУ два года назад (я, увы, не могу найти первичный источник, но здесь вроде бы нет повода для недоверия):

«В силу беспрецедентного роста масштабов промышленного производства и вызванного им антропогенного воздействия на окружающую среду исчерпались возможности многих экосистем к самоочистке. Процессы экологической деградации, обусловленные техногенной деятельностью, приобретают глобальный характер. «Абсолютная безопасность» более недостижима. Принцип «реагировать и выправлять» более неприемлем. Необходима новая научно обоснованная методология оценки техногенных и экологических рисков и политика по обеспечению безопасности человека и окружающей среды — политика «приемлемого риска» в рамках стратегии устойчивого развития».

Перейдём к сезонной программе: на мерче Дня Химика-2019 (уже завтра! приходите!) ксенон символизирует светлячок — по той довольно очевидной причине, что первая ассоциация с ксеноном — это дуговые лампы. (Крылья светлячка — графический символ p-орбитали с двумя электронами на ней).