Прекрасная цитата для художников от Мортона Фельдмана из книги «Привет восьмой улице»:
«Если в жизни мы делаем всё, чтобы избежать беспокойства, то в искусстве мы должны следовать за ним. Это тяжело. Всё в нашей жизни и культуре, вне зависимости от нашего опыта, удерживает нас от этого. И всё же есть чувство чего-то неизбежного.
И это неизбежное, оказывается, не прошлое и не будущее, а просто следующие десять минут. Следующие десять минут... Мы не можем двинуться дальше, да это и не нужно. Если у искусства есть небеса, возможно, это они. Если и существует связь с историей, то это взгляд назад, и связь эту можно точно определить словами де Кунинга: «История не влияет на меня. Я влияю на нее»».
На фото:
Обложка выполнена другом Мортона Фельдмана - художником Филипом Гастоном.
«Если в жизни мы делаем всё, чтобы избежать беспокойства, то в искусстве мы должны следовать за ним. Это тяжело. Всё в нашей жизни и культуре, вне зависимости от нашего опыта, удерживает нас от этого. И всё же есть чувство чего-то неизбежного.
И это неизбежное, оказывается, не прошлое и не будущее, а просто следующие десять минут. Следующие десять минут... Мы не можем двинуться дальше, да это и не нужно. Если у искусства есть небеса, возможно, это они. Если и существует связь с историей, то это взгляд назад, и связь эту можно точно определить словами де Кунинга: «История не влияет на меня. Я влияю на нее»».
На фото:
Обложка выполнена другом Мортона Фельдмана - художником Филипом Гастоном.
Альфред Барр писал об абстрактных экспрессионистах, что «в их работах действительно слышны отголоски экзистенциализма, но их „тревога", непреклонность и „ужасающая свобода" касаются в первую очередь самого искусства. Они демонстративно отвергают устоявшиеся ценности окружающего общества, избегая политической ангажированности, хотя их картины хвалят и ругают за символическую демонстрацию свободы в мире, где свобода подразумевает политическую позицию».
Парадокс политической рецепции абстрактного экспрессионизма заключается именно в его аполитичном утверждении свободы, которое в конце концов было использовано политически как показатель превосходства американской демократии в период холодной войны.
Благодаря такому примеру возникает вопрос:
Должно ли искусство как-то реагировать на внешние для него политические события или искусство находится исключительно в логике собственного имманентного развития?
На фото:
Александр Лактионов. В новую квартиру, 1952
Franz Kline. Mahoning, 1956
Парадокс политической рецепции абстрактного экспрессионизма заключается именно в его аполитичном утверждении свободы, которое в конце концов было использовано политически как показатель превосходства американской демократии в период холодной войны.
Благодаря такому примеру возникает вопрос:
Должно ли искусство как-то реагировать на внешние для него политические события или искусство находится исключительно в логике собственного имманентного развития?
На фото:
Александр Лактионов. В новую квартиру, 1952
Franz Kline. Mahoning, 1956
В коммерческой культуре «содержание» - это зрелищная риторика упаковки и рекламы. Поп-арт придал этому содержанию монументальные черты. Напротив, минимализм начала - середины 1960-х годов попытался очистить объекты от этого содержания.
Минималистские объекты имели настолько простые геометрические формы и настолько скупые обыденные поверхности, что многие критики того времени отказывались видеть в них искусство.
Завтра поговорим о минимализме и постараемся понять почему сколоченный из клееной фанеры ящик, выкрашенный в серый цвет является произведением искусства.
На фото:
1)View of “Robert Morris,” 1964–65, Green Gallery, New York
2)Corner Beam (1964) by Robert Morris
3)Floor Piece (Bench) (1964) by Robert Morris
4)Wall-Floor Slab (1964) by Robert Morris
Минималистские объекты имели настолько простые геометрические формы и настолько скупые обыденные поверхности, что многие критики того времени отказывались видеть в них искусство.
Завтра поговорим о минимализме и постараемся понять почему сколоченный из клееной фанеры ящик, выкрашенный в серый цвет является произведением искусства.
На фото:
1)View of “Robert Morris,” 1964–65, Green Gallery, New York
2)Corner Beam (1964) by Robert Morris
3)Floor Piece (Bench) (1964) by Robert Morris
4)Wall-Floor Slab (1964) by Robert Morris
Работа голландского художника Йонаса Стаала под названием Exo-Ecologies (2023) представляет собой инсталляцию из строительных лесов на которых размещены рекламные щиты с профилями различных животных, запущенных в космос до человека. Инсталляция, похожая на стартовую площадку, увековечивает многочисленные нечеловеческие формы жизни, проложивших путь в открытый космос. 🚀
Вероятность того, что люди вскоре станут межпланетным видом достаточно велика. Однако тот факт, что первая внеземная «колония» почти наверняка будет создана частной космической корпорацией означает, что само начинание является продолжением худших земных империалистических завоеваний.
Отсюда два центральных лозунга работы: Внутрипланетная солидарность (восстановление связей между людьми и «нечеловеческими агентами» на Земле) и Exo-Ecologies Unite (встреча с другими внеземными экосистемами на радикально-эгалитарных условиях).
Вероятность того, что люди вскоре станут межпланетным видом достаточно велика. Однако тот факт, что первая внеземная «колония» почти наверняка будет создана частной космической корпорацией означает, что само начинание является продолжением худших земных империалистических завоеваний.
Отсюда два центральных лозунга работы: Внутрипланетная солидарность (восстановление связей между людьми и «нечеловеческими агентами» на Земле) и Exo-Ecologies Unite (встреча с другими внеземными экосистемами на радикально-эгалитарных условиях).
В 1999 году с целью вернуть уважение к фигуративной живописи в противовес концептуальному искусству английские художники Билли Чайлдиш и Чарли Томсон основали международное художественное движение «стакизм» («Stuckism»).
Название «стакизм» (не самое удачное для альтернативы постмодерну) пришло авторам манифеста в голову, когда художница Трейси Эмин, в то время девушка Билли Чайлдиша, сказала ему: «Твои работы вязкие, ты сам вязкий! Вязкий! Вязкий! Вязкий!» (stuck). Именно это высказывание стало эпиграфом Манифеста стакистов.
На картине Чарльза Томсана изображен директор галереи Тейт Николас Серота, пытающийся разобраться что находится перед ним очередной шедевр Трейси Эмин или фейк?
На фото:
CHARLES THOMSON.
SIR NICHOLAS SEROTA MAKES AN ACQUISITIONS DECISON, 40 x 30", oil and acrylic on canvas
Название «стакизм» (не самое удачное для альтернативы постмодерну) пришло авторам манифеста в голову, когда художница Трейси Эмин, в то время девушка Билли Чайлдиша, сказала ему: «Твои работы вязкие, ты сам вязкий! Вязкий! Вязкий! Вязкий!» (stuck). Именно это высказывание стало эпиграфом Манифеста стакистов.
На картине Чарльза Томсана изображен директор галереи Тейт Николас Серота, пытающийся разобраться что находится перед ним очередной шедевр Трейси Эмин или фейк?
На фото:
CHARLES THOMSON.
SIR NICHOLAS SEROTA MAKES AN ACQUISITIONS DECISON, 40 x 30", oil and acrylic on canvas
Когда в ХХ веке рассеянный взгляд становится культурной привычкой, складываются основные установки новой, децентрированной субъективности. Зритель, к которому обращается современное искусство, - подвижный и деятельный носитель скользящего взгляда, но эта активизация содержит в себе долю пассивности. Прогуливающийся в пространстве инсталляции зритель напоминает фланера. Это пространство образовано сочетаниями предметов, изображений, знаков, обращенных к восприимчивому, но распыленному взгляду, который легко распознает паттерны не проваливаясь в глубины образа, как в случае традиционной картины. Скольжение по поверхности определяет сегодняшнее взаимодействие зрителя и искусства.
На фото:
Инсталляции Майка Нельсона.
На фото:
Инсталляции Майка Нельсона.