bbe3493b8c57e833df6ab1a3b3c9257f.jpeg
60.8 KB
Концептуальное искусство принесло с собой радикальный перелом с точки зрения производства художественных объектов. Здесь подчас не вполне понятно, где работа начинается и где кончается, и есть ли она вообще.
Работа Вито Аккончи “Following Piece” (1969) - серия фотографий, сделанных художником, который решил тайно следить за случайными людьми на улице. В каком-то смысле это документация перформанса, только в скрытой форме. Идея работы заключалась в том, чтобы в течение трех недель каждый день выбирать ничего не подозревающего прохожего и идти за ним, пока он или она не войдет в какое-то помещение. Но что мы видим на этих фотографиях? Городскую улицу со спинами преследуемых людей.
Работа Вито Аккончи “Following Piece” (1969) - серия фотографий, сделанных художником, который решил тайно следить за случайными людьми на улице. В каком-то смысле это документация перформанса, только в скрытой форме. Идея работы заключалась в том, чтобы в течение трех недель каждый день выбирать ничего не подозревающего прохожего и идти за ним, пока он или она не войдет в какое-то помещение. Но что мы видим на этих фотографиях? Городскую улицу со спинами преследуемых людей.
1969_Following-Piece_03-copie.jpeg
1.4 MB
Возникает вопрос: а что здесь собственно искусство? То, что в кадре? Но, в кадре сущая ерунда, какая-то банальность, плохо сделанные любительские фотографии. Это фотофиксация, а не художественная фотография. Тогда что здесь искусство? Сама работа – это идея, а фотографии являются лишь средством воплощения. Если вообще это все не инсценировка художника, что тоже создает ряд вопросов. Насколько мы можем верить авторской установке, может нас обманывают? Если так, то зачем?
Современные художники часто стараются делать заведомо неавтономные, контекстно-зависимые работы, для которых не вполне подходит слово «произведение», потому, что, строго говоря, они ничего не производят. То есть, их работы не имеют традиционной для произведения структуры, подчиняющей деталь целому, смысловую периферию – центру и так далее. Современное искусство – это не производство, в большей степени это «указание на» или объявление некоторого порядка объектов в качестве «произведений» искусства.
Здесь же маячит призрак «социально-ориентированного» высказывания художника или «искусства социального действия». Если мы уже не претендуем на производство вещей, мы должны каким-то образом обратиться к насущным проблемам общества, примеряя на себя роли активистов, защитников природы или политически ангажированных акторов. Впрочем, место для чисто концептуального или сугубо эстетического высказывания остается вакантным.
На фото:
«Xenon» by Jenny Holzer
Здесь же маячит призрак «социально-ориентированного» высказывания художника или «искусства социального действия». Если мы уже не претендуем на производство вещей, мы должны каким-то образом обратиться к насущным проблемам общества, примеряя на себя роли активистов, защитников природы или политически ангажированных акторов. Впрочем, место для чисто концептуального или сугубо эстетического высказывания остается вакантным.
На фото:
«Xenon» by Jenny Holzer
Как это ни странно, но единого понятия современного искусства не создано до сих пор. В отличие от обозначения художественных эпох, где верхняя-нижняя границы более-менее общепризнанны, например, «испанское барокко» или «сецессион», современное искусство ясной границы не имеет. Это первое затруднение - хронология.
Если вернуться к истории понятия “contemporary art”, то само это выражение возникло еще в 1910 году, когда в Лондоне критик Роджер Фрай создал «Общество современного искусства». Задачей этого общества была покупка произведений ныне живущих художников и продажа их музеям и частным коллекционерам. По сути, эта организация - экспертный совет. Чуть позже такие общества появятся в разных городах и странах мира, причем их задачей становилось как раз различение искусства и не-искусства. То есть, это не просто анализ работы, разбор произведения, его интерпретация, выявление смыслов и прочее. Это уже не обсуждение вокруг искусства, а прямое постулирование, практически приговор.
Если вернуться к истории понятия “contemporary art”, то само это выражение возникло еще в 1910 году, когда в Лондоне критик Роджер Фрай создал «Общество современного искусства». Задачей этого общества была покупка произведений ныне живущих художников и продажа их музеям и частным коллекционерам. По сути, эта организация - экспертный совет. Чуть позже такие общества появятся в разных городах и странах мира, причем их задачей становилось как раз различение искусства и не-искусства. То есть, это не просто анализ работы, разбор произведения, его интерпретация, выявление смыслов и прочее. Это уже не обсуждение вокруг искусства, а прямое постулирование, практически приговор.
Современный же смысл contemporary art получает в послевоенную эпоху. 1960-е годы задают основное направление в дискуссии, и здесь мы получаем весь тот комплекс теорий, в фарватере которых и сегодня мы пытаемся осмыслять отношения между художником и обществом: деколонизация, неомарксизм, постструктурализм, феминизм, квир-теория и так далее.
На фото: "The Lightning Field" by Walter De Maria 1977
На фото: "The Lightning Field" by Walter De Maria 1977
Обещанный «Лес» 🌳 стартует лекцией в следующий понедельник (15 января) в галерее «Открытый клуб».
Регистрация на лекцию здесь
На фото: Максим Свищев (YOmoYO). Плоды материализма, 2021. Кадр из видео
Регистрация на лекцию здесь
На фото: Максим Свищев (YOmoYO). Плоды материализма, 2021. Кадр из видео
Первоначально слово hyle в греческом языке означало «лес», причём как живой, растущий, так и мёртвый, срубленный, и который, будучи срублен, становится дровами, древесиной. То есть материалом, веществом, из которого можно что-то изготовить.
В латинском языке ему соответствовало два аналогичных термина — materia и silva, что тоже значило «лес» и «чаща».
С лесом изначально присутствует и тема огня.
В.В. Бибихин пишет: «нашим сегодняшним фактом остается всё-таки то, что в огромном большинстве наши нужды покрываются сжиганием как в древности леса, только уже не окружающего, потому что окружающий сожжен, а далекого, причем уже далекого не в пространстве, потому что дальний лес тоже вырублен, а во времени, в те миллионы лет, когда человечества еще не было и когда оно уже было, но лес был ему еще близок…». Так что человечество и сейчас сидит у костра, ежедневно сжигая нефть и уголь.
На фото: Владимир Чернышов. Бассейн. 2019
В латинском языке ему соответствовало два аналогичных термина — materia и silva, что тоже значило «лес» и «чаща».
С лесом изначально присутствует и тема огня.
В.В. Бибихин пишет: «нашим сегодняшним фактом остается всё-таки то, что в огромном большинстве наши нужды покрываются сжиганием как в древности леса, только уже не окружающего, потому что окружающий сожжен, а далекого, причем уже далекого не в пространстве, потому что дальний лес тоже вырублен, а во времени, в те миллионы лет, когда человечества еще не было и когда оно уже было, но лес был ему еще близок…». Так что человечество и сейчас сидит у костра, ежедневно сжигая нефть и уголь.
На фото: Владимир Чернышов. Бассейн. 2019
В аннотации к работе «Бассейн» художник и куратор Артем Филатов пишет: «Инсталляция — периметр, напоминающий бассейн, заполненный нефтепродуктами, вместил выявленные художником противоречия во взаимоотношениях природы и человека. Невозможная для досконального изучения стихия подвергается попыткам одомашнивания. Она встраивается в человекоцентричную картину даже при разговоре об экологии.
Художник предлагает другие отношения с природой посредством презумпции ее неартикулируемости и таинственности. Экспериментируя с веществами и их комбинациями, художник подвергает их бесконечным трансформациям и наделяет переменчивыми значениями. В фокусе внимания оказываются не природные красоты и драгоценности, а вполне тривиальные материалы. Разливы нефти и горящие леса становятся полноценной частью современной природы».
Художник предлагает другие отношения с природой посредством презумпции ее неартикулируемости и таинственности. Экспериментируя с веществами и их комбинациями, художник подвергает их бесконечным трансформациям и наделяет переменчивыми значениями. В фокусе внимания оказываются не природные красоты и драгоценности, а вполне тривиальные материалы. Разливы нефти и горящие леса становятся полноценной частью современной природы».
«Бибихин исходил из того, что современный человек стремится спрятаться в цивилизации как в лесу, затеряться среди домов и телепередач, возбуждающего кофе и транспортных узлов. Не только крупные города напоминают каменные джунгли, но и современная деревня или ферма соприкасается с тем же телевидением или бытовыми вещами. Но на самом деле лес – это не место забывчивости, это место постоянных различений, постоянного испытания природой самой себя, постоянных усилий природы успеть за собой. Мы не знаем никогда до конца, как какие элементы леса влияют на общую экосистему: даже если мы поняли роль мхов или муравьев, то, например, совместную роль мхов и муравьев не поняли. Бибихин говорит об «успешности» природы, не в смысле, что человек в сравнении с природой не успешен, но в смысле, что природе приходится всё успевать, и она вполне успевает многое, несмотря на все ее мучения».
Александр Марков. «Теории современного искусства», М. 2020, с. 198-199.
На фото:
Laurent Pernot. Self portrait with a winter painting. 2014
Александр Марков. «Теории современного искусства», М. 2020, с. 198-199.
На фото:
Laurent Pernot. Self portrait with a winter painting. 2014
Список литературы для второго курса МШСИ (второй семестр, короткий список)
◦ Александр Марков. Теории современного искусства
◦ Александр Доброхотов. Телеология культуры
◦ Станислав Шурипа. Действие и смысл в искусстве второй половины XX века
◦ Александр Зенькин. Семиотика культуры
◦ Фредрик Джеймисон. Постмодернизм и общество потребления
◦ Фредрик Джеймисон. Постмодернизм и культурная логика позднего капитализма
◦ Михаил Ямпольский. Изображение. Курс лекций.
На фото:
Вольф Фостель. Эндогенная депрессия, 1975
◦ Александр Марков. Теории современного искусства
◦ Александр Доброхотов. Телеология культуры
◦ Станислав Шурипа. Действие и смысл в искусстве второй половины XX века
◦ Александр Зенькин. Семиотика культуры
◦ Фредрик Джеймисон. Постмодернизм и общество потребления
◦ Фредрик Джеймисон. Постмодернизм и культурная логика позднего капитализма
◦ Михаил Ямпольский. Изображение. Курс лекций.
На фото:
Вольф Фостель. Эндогенная депрессия, 1975
Сравните фрагменты:
Бибихин В.В. «Лес»
«В лесу, говорят, можно заблудиться, или еще: заблудился в трех соснах; и еще: как в темном лесу, т.е. потеряв ориентацию. Похоже, что то объяснение этого, что в лесу плохая видимость и не видны привычные ориентиры, всё-таки уже рационализация того опыта, который в разной форме есть наверное у многих, что лес выводит из метрического пространства, т.е. присутствие деревьев, нахождение среди деревьев как это говорится внушает, или навевает, или усыпляет, лексика тут может быть разная, но она и должна быть такая из-за странности опыта, который именно не дается описанию. То, что говорит лес, — кстати, еще один способ передать этот опыт, выражение «говорящие деревья», — такое, что человек теряется, теряет ориентацию не только географическую.
Забегая вперед, упомяну еще один способ сказать об этом внушающем свойстве леса: говорят, что он действует как наркотик, слабый или сильный, это опять же зависит от особенностей опыта»
Бибихин В.В. «Лес»
«В лесу, говорят, можно заблудиться, или еще: заблудился в трех соснах; и еще: как в темном лесу, т.е. потеряв ориентацию. Похоже, что то объяснение этого, что в лесу плохая видимость и не видны привычные ориентиры, всё-таки уже рационализация того опыта, который в разной форме есть наверное у многих, что лес выводит из метрического пространства, т.е. присутствие деревьев, нахождение среди деревьев как это говорится внушает, или навевает, или усыпляет, лексика тут может быть разная, но она и должна быть такая из-за странности опыта, который именно не дается описанию. То, что говорит лес, — кстати, еще один способ передать этот опыт, выражение «говорящие деревья», — такое, что человек теряется, теряет ориентацию не только географическую.
Забегая вперед, упомяну еще один способ сказать об этом внушающем свойстве леса: говорят, что он действует как наркотик, слабый или сильный, это опять же зависит от особенностей опыта»
Сьюзан Сонтаг «Сознание, прикованное к плоти»
«Танжер - Люди стремятся испытать чувство полной depaysement (фр. «потери ориентации»), для чего дают волю запретным страстям (мальчики, наркотики, спиртное).
Если вы психанете, то вам все будут сочувствовать, но в глубине души останутся безразличными. Ответственность на вас - Не этого ли вы хотели? Каждый сам за себя…»
«Танжер - Люди стремятся испытать чувство полной depaysement (фр. «потери ориентации»), для чего дают волю запретным страстям (мальчики, наркотики, спиртное).
Если вы психанете, то вам все будут сочувствовать, но в глубине души останутся безразличными. Ответственность на вас - Не этого ли вы хотели? Каждый сам за себя…»