🇹🇷🇸🇦🇵🇰 Свершилось! Сегодня Турция, Саудовская Аравия и Пакистан подписали в Мекке трёхстороннее «Мекканское соглашение о совместной обороне» – в церемонии подписания документа участвовали наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед бен Салман, президент Турции Тайип Эрдоган и премьер-министр Пакистана Шахбаз Шариф. Характерно, что подписание состоялось в священном исламском городе, что придаёт пакту дополнительный символический вес.
Ключевой пункт этого соглашения стал принцип коллективной безопасности по образцу 5-й статьи НАТО: вооружённое нападение на одну из трёх стран будет расцениваться как атака на все три. Документ официально расширяет двустороннее оборонное соглашение Эр-Рияда и Исламабада 2025 года и закладывает глубокую интеграцию в оборонно-промышленной сфере.
В Анкаре отдельно подчёркивают, что этот пакт не является альтернативой членству Турции в НАТО, а лишь дополнением. Турецкая сторона отмечает, что пакт носит «чисто оборонительный» характер и предполагает взаимную поддержку исключительно в оборонительных целях.
Но главное здесь – не буква документа, а сам факт его появления. Впервые крупные суннитские государства, десятилетиями балансировавшие между западными союзниками и Пекином, не встраиваются в чужой оборонный контур, а сами становятся его источником: турецкие военные технологии, саудовский капитал, пакистанский военный (в том числе ядерный) потенциал складываются в единую институциональную структуру. Стоит ожидать, что это соглашение положит начало кооперации трёх стран в военно-технической сфере – от совместных систем ПВО до обмена разработками.
И это, похоже, только начало. У пакта есть потенциал для расширения, и в ближайшие годы к «Мекканским соглашениям» вполне могут присоединиться монархии Персидского залива, а также Сирия. И если рамка этого соглашения будет реализовываться, это будет означать что суннитские страны, которые раньше действовали каждая сама по себе, наконец выстраивают собственный полюс силы – противовес одновременно и израильско-эмиратовскому, и шиитскому (проиранскому) флангам в регионе. А значит, и Тегерану с его многочисленными прокси в регионе, и Тель-Авиву с Абу-Даби перед любой атакой, диверсией или ракетным ударом по одному из участников пакта придётся куда серьёзнее просчитывать последствия: за спиной у цели формально встанут ещё два государства.
Подписание такого рода соглашения еще и в пятницу – это кардинальные изменения, которые нужно будет учитывать всем, кто захочет сыграть в свою игру на Ближнем Востоке. Но помимо радости, сегодняшний день привнес и интересные вопросы, которые со временем выйдут на общий план, а самый главный вопрос будет звучать именно так: «Это союз где все равны или как минимум есть первый среди равных?». Практически любая кооперация на таком уровне бывает не со-равной, и выявляет главного игрока в этом оборонном союзе. За примерами далеко ходить не стоит – США в НАТО, Россия в ОДКБ. Практический любой военный союз выдвигает своего главного участника, который к тому же имеет бóльший вес, чем другие участники.
Вполне можно было бы спрогнозировать что участников «Мекканских соглашений» рано или поздно тоже коснется этот вопрос. Но кто же готов или может быть гегемоном или как минимум главным лицом этого союза?
Стоит добавить, что хватает у альянса и внутренних противоречий – от разных приоритетов Анкары, Эр-Рияда и Исламабада в Заливе и Восточном Средиземноморье до открытого вопроса, насколько пункт о коллективной обороне реально сработает при настоящем кризисе, а не только на бумаге.
С другой стороны, трехсторонний формат уже де-факто проявил себя в Судане, где Анкара, Эр-Рияд и Исламабад оказывают военную помощь Вооруженным Силам Судана в борьбе против про-эмиратовских Сил Быстрого Реагирования.
@occidentalist
Ключевой пункт этого соглашения стал принцип коллективной безопасности по образцу 5-й статьи НАТО: вооружённое нападение на одну из трёх стран будет расцениваться как атака на все три. Документ официально расширяет двустороннее оборонное соглашение Эр-Рияда и Исламабада 2025 года и закладывает глубокую интеграцию в оборонно-промышленной сфере.
В Анкаре отдельно подчёркивают, что этот пакт не является альтернативой членству Турции в НАТО, а лишь дополнением. Турецкая сторона отмечает, что пакт носит «чисто оборонительный» характер и предполагает взаимную поддержку исключительно в оборонительных целях.
Но главное здесь – не буква документа, а сам факт его появления. Впервые крупные суннитские государства, десятилетиями балансировавшие между западными союзниками и Пекином, не встраиваются в чужой оборонный контур, а сами становятся его источником: турецкие военные технологии, саудовский капитал, пакистанский военный (в том числе ядерный) потенциал складываются в единую институциональную структуру. Стоит ожидать, что это соглашение положит начало кооперации трёх стран в военно-технической сфере – от совместных систем ПВО до обмена разработками.
И это, похоже, только начало. У пакта есть потенциал для расширения, и в ближайшие годы к «Мекканским соглашениям» вполне могут присоединиться монархии Персидского залива, а также Сирия. И если рамка этого соглашения будет реализовываться, это будет означать что суннитские страны, которые раньше действовали каждая сама по себе, наконец выстраивают собственный полюс силы – противовес одновременно и израильско-эмиратовскому, и шиитскому (проиранскому) флангам в регионе. А значит, и Тегерану с его многочисленными прокси в регионе, и Тель-Авиву с Абу-Даби перед любой атакой, диверсией или ракетным ударом по одному из участников пакта придётся куда серьёзнее просчитывать последствия: за спиной у цели формально встанут ещё два государства.
Подписание такого рода соглашения еще и в пятницу – это кардинальные изменения, которые нужно будет учитывать всем, кто захочет сыграть в свою игру на Ближнем Востоке. Но помимо радости, сегодняшний день привнес и интересные вопросы, которые со временем выйдут на общий план, а самый главный вопрос будет звучать именно так: «Это союз где все равны или как минимум есть первый среди равных?». Практически любая кооперация на таком уровне бывает не со-равной, и выявляет главного игрока в этом оборонном союзе. За примерами далеко ходить не стоит – США в НАТО, Россия в ОДКБ. Практический любой военный союз выдвигает своего главного участника, который к тому же имеет бóльший вес, чем другие участники.
Вполне можно было бы спрогнозировать что участников «Мекканских соглашений» рано или поздно тоже коснется этот вопрос. Но кто же готов или может быть гегемоном или как минимум главным лицом этого союза?
Стоит добавить, что хватает у альянса и внутренних противоречий – от разных приоритетов Анкары, Эр-Рияда и Исламабада в Заливе и Восточном Средиземноморье до открытого вопроса, насколько пункт о коллективной обороне реально сработает при настоящем кризисе, а не только на бумаге.
С другой стороны, трехсторонний формат уже де-факто проявил себя в Судане, где Анкара, Эр-Рияд и Исламабад оказывают военную помощь Вооруженным Силам Судана в борьбе против про-эмиратовских Сил Быстрого Реагирования.
@occidentalist
Мы не хотели бы сейчас говорить объемно о достижениях и недостатках за эти 5 лет, но нельзя не отметить, что эта 5-я годовщина проходит в условиях, когда в афганском Бадахшане сейчас вовсю разворачиваются столкновения между местными таджикскими формированиями Талибана и преимущественно пуштунскими частями, присланными в регион правительством.
Наш брат murid подготовил детальный разбор событий в Бадахшане со всей предысторией – этот материал был составлен в том числе на основе бесед с людьми из самого региона, что делает его особенно ценным.
И считаем, что внимание к событиям в Бадахшане сейчас должно быть пристальным, поскольку оно обнажает серьезные ошибки, допущенные Кабулом в национальной и административной политике.
Приятного чтения!
@occidentalist
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Substack
Таджикские талибы взбунтовались против Кабула
Материал подготовил брат murid специально для @occidentalist
❤27👍6 5
occidentalist
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
🇹🇯 На первых двух видео запечатлено падение сбитого повстанцами вертолета Ми-8 ВВС ИЭА на территории Таджикистана, в результате чего погибла гражданка Таджикистана.
На пятом видео запечатлено столкновение в районе одного из золотых рудников.
@occidentalist
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
😢29 6👍2👻1
Forwarded from Kirill Semenov
1. Саудия была неуверена насколько Каир готов был переориентироваться на стратегический альянс с тройкой в ущерб своему партнерству с ОАЭ.
После периода серьёзных разногласий Каир и Абу Даби вернулись к стратегическому партнерству.
Сам Египет также хотел убедиться, что альянс не направлен против ОАЭ, но не получил ни заверений, ни гарантий.
2. Тоже самое по поводу Израиля. Каир воспринимает этот альянс как «слишком» антиизраильский, но сам Каир не хотел бы усиления конфронтации с еврейским государством.
3. Последнее время отношения Египта и Индии поступательно развиваются, усиление военной координации с Пакистаном, может усложнить динамику отношений между Каиром и Нью-Дели.
Таким образом, Египет хотел бы сохранить свои позиции между осей ОАЭ-Израиль-Индия и Пакистан - Турция - Саудовская Аравия.
Особенно в Каире не хотели бы делать выбор между Эр-Риядом и Абу-Даби, своих главных спонсоров.
Теперь все зависит о развития обстановки и возмлжно такой выбор Каир будет вынужден сделать.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Очевидно, что анатолийские мусульмане были обмануты. Война за независимость велась исламскими лозунгами, руками и кровью людей, для которых вера была самим смыслом борьбы. Но плоды этой борьбы достались проекту, изначально двигавшемуся в прямо противоположном направлении.
Если не вдаваться в подробности, то кажется, будто зульм Кемаля обрушился одним сокрушительным ударом. Но стоит выстроить события тех лет в хронологию, и становится понятно, насколько методично шла работа по вытеснению Ислама из жизни людей, отдавших всё ради независимости Уммы. 1924-й год – закрываются медресе и шариатские суды. 1925-й год – под запрет попадают суфийские завии и текке, традиционные религиозные одеяния и титулы, а восстание шейха Саида становится удобным поводом для подавления любого сопротивления реформам. 1926-й – вводится швейцарский гражданский кодекс, отменяющий нормы исламского семейного права. 1928-й – арабскую графику заменяет латиница. 1937-й – светскость окончательно закрепляется в конституции как один из неотъемлемых принципов государства.
Показательно, что на поверхности этот процесс последовательного вытеснения Ислама виден даже на примере первой конституции Турецкой Республики, принятой в 1924 году и редакций, которые в нее впоследствии вносились. Уже вторая статья этого документа гласила: «Официальной религией Турецкого государства является Ислам», а в обязанностях Великого Национального Собрания в первую очередь было прописано «исполнение предписаний шариата». Эти строки просуществовали всего четыре года, но в 1928 году их уже вычеркнули. Иными словами, первые четыре года своего существования Турецкая Республика на бумаге вполне имела исламский характер. Читая документ дальше, замечаешь и другое: на глазах меняется сам язык, сверху оригинальный текст, снизу поправки к нему, и разница между строками – это разница между языком, ещё дышащим османским наследием, и языком, который его настойчиво из себя вытесняет.
Но в этой печальной ситуации есть главный урок для нас, современных мусульман сегодня. Мы часто и справедливо критикуем нынешнюю Турцию. Но если выстроить в один ряд то, что происходило в стране на протяжении последних 20-25 лет, мы увидим зеркальное движение: реисламизацию, идущую теми же маленькими шагами, какими сто лет назад шла деисламизация, только в обратном направлении.
Именно в этом заключается суть. Не скорость определяет исход, а само движение. Ни деисламизация, ни реисламизация не совершаются по щелчку пальца, это не единичное событие, а путь, растянутый на годы и десятилетия, путь, который проходится только терпением, последовательностью и ежедневным кропотливым трудом. Сто лет назад над тем, чтобы отдалить Умму от религии, работали годами, не считаясь ни со временем, ни с усилиями. Тем, кто сегодня стремится к обратному, к возвращению Ислама в жизнь мусульман, стоит помнить этот урок истории: без долгой, упорной и каждодневной работы результата не будет.
@occidentalist
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤52 25👎6👍4😢4👻2
Forwarded from فكردشلك | Единомыслие (عبد الكريم عين الله)
Наверное не я должен делать этот пост, но я посрался на английском языке с иранскими наци, и, не смотря на то что это вообще не моя область, выложу и тут ряд своих тезисов из немного прочитанного:
Современный зороастризм — это, по сути, конструкт XIX–XX веков, а не древнейшая монотеистическая религия в том виде, в котором её часто пытаются представить. Доктринальная база современной версии сформировалась под сильным влиянием европейских востоковедов (в частности, Мартина Хауга) и контекста британского колониализма в Индии. Чтобы ответить на критику христианских миссионеров, обвинявших зороастрийцев в дуализме и «огнепоклонничестве», парсийские и иранские реформаторы (Манекджи Лимджи Хатария, Кейхосров Шахрох, Ибрагим Пурдавуд) полностью пересмотрели своё наследие. Они выстроили строго монотеистическую трактовку: Ахура Мазда стал единственным Богом, а Ангра-Майнью — лишь концептуальным злом или негативным принципом, а не равным ему демиургом. При этом огромный пласт сасанидского и постсасанидского богословия, зурванизм, развитая демонология и сложнейшая ритуалистика были отброшены или сведены к минимуму, а фокус сместился исключительно на Гаты Заратустры. То есть зороастрийцы буквально изменили свою теологию, понимание кто такой Бог и что такое зло.
Часто приходится слышать аргумент, будто любые религии меняются, но их ядро остаётся прежним. Однако в случае зороастризма изменилось именно представление о самой природе Бога. Если после Реформации протестанты сохранили веру в Никео-Цареградский символ веры, то зороастрийцы XIX века кардинально трансформировали свой фундамент: от дуализма и системы с множеством меньших божеств (язаты, амеша спента) к строгому монотеизму. Утверждение, что они «следуют тем же древним текстам», верно лишь отчасти — они фактически задвинули на задний план до 90% своего исторического корпуса (большую часть Авесты за пределами Гат, Видевдат и жреческие тексты раннеисламского периода). В этом плане Ислам с его средневековой богословской традицией и изначальным принципом таухида (единобожия), а также его современные течения вроде салафизма или ваххабизма, доктринально оказывается гораздо старше и непрерывнее современного зороастризма. Для тех, кто хочет глубже погрузиться в эту тему и академический анализ трансформации религии, советую почитать работы Мэри Бойс и Моники Рингер.
Ранний зороастризм, как я понимаю, видел мир как наполовину хороший, а наполовину полностью демонический. Например, были целые группы демонических животных (храфстр) которых надо было убивать. Например кошек, а вот собаки были чистыми. Также были просто тяжелейшие ритуалы очищения. Ну и мирной тоже религия иранцев не была – на пехлевийских и Сасанидских надписях много свидетельств политической теологии, где враги называли служителями демонов (дэвов). Кстати, дэвам поклоняются индуисты, что довольно забавно, так как парсийская община нашла убежище именно там.
Вот этот автор профессиональный востоковед-иранист и пишет со знанием
дела
Современный зороастризм — это, по сути, конструкт XIX–XX веков, а не древнейшая монотеистическая религия в том виде, в котором её часто пытаются представить. Доктринальная база современной версии сформировалась под сильным влиянием европейских востоковедов (в частности, Мартина Хауга) и контекста британского колониализма в Индии. Чтобы ответить на критику христианских миссионеров, обвинявших зороастрийцев в дуализме и «огнепоклонничестве», парсийские и иранские реформаторы (Манекджи Лимджи Хатария, Кейхосров Шахрох, Ибрагим Пурдавуд) полностью пересмотрели своё наследие. Они выстроили строго монотеистическую трактовку: Ахура Мазда стал единственным Богом, а Ангра-Майнью — лишь концептуальным злом или негативным принципом, а не равным ему демиургом. При этом огромный пласт сасанидского и постсасанидского богословия, зурванизм, развитая демонология и сложнейшая ритуалистика были отброшены или сведены к минимуму, а фокус сместился исключительно на Гаты Заратустры. То есть зороастрийцы буквально изменили свою теологию, понимание кто такой Бог и что такое зло.
Часто приходится слышать аргумент, будто любые религии меняются, но их ядро остаётся прежним. Однако в случае зороастризма изменилось именно представление о самой природе Бога. Если после Реформации протестанты сохранили веру в Никео-Цареградский символ веры, то зороастрийцы XIX века кардинально трансформировали свой фундамент: от дуализма и системы с множеством меньших божеств (язаты, амеша спента) к строгому монотеизму. Утверждение, что они «следуют тем же древним текстам», верно лишь отчасти — они фактически задвинули на задний план до 90% своего исторического корпуса (большую часть Авесты за пределами Гат, Видевдат и жреческие тексты раннеисламского периода). В этом плане Ислам с его средневековой богословской традицией и изначальным принципом таухида (единобожия), а также его современные течения вроде салафизма или ваххабизма, доктринально оказывается гораздо старше и непрерывнее современного зороастризма. Для тех, кто хочет глубже погрузиться в эту тему и академический анализ трансформации религии, советую почитать работы Мэри Бойс и Моники Рингер.
Ранний зороастризм, как я понимаю, видел мир как наполовину хороший, а наполовину полностью демонический. Например, были целые группы демонических животных (храфстр) которых надо было убивать. Например кошек, а вот собаки были чистыми. Также были просто тяжелейшие ритуалы очищения. Ну и мирной тоже религия иранцев не была – на пехлевийских и Сасанидских надписях много свидетельств политической теологии, где враги называли служителями демонов (дэвов). Кстати, дэвам поклоняются индуисты, что довольно забавно, так как парсийская община нашла убежище именно там.
Вот этот автор профессиональный востоковед-иранист и пишет со знанием
дела
👍20 5