Waste poetry –
с гнилого праздника

Тайная вечеря Носорог х ШАЛАШ

Кто-то уже знает, что магистерский диплом я писал о сложном синтезе прозы и поэзии у писателя Дениса Осокина (автор «Овсянок», «Небесных жен луговых мари» и тд). Получилось большое исследование, где был впервые проанализирован корпус основных текстов автора. Итогом стала в том числе диаграмма поэтических/прозаических признаков разных текстов и большая дружба между мной и Денисом.

И вот вчера огромное интервью с Денисом Осокиным, которое я брал для диплома, опубликовали на портале «Артикуляция» в доработанном публицистическом виде. Это полноценный рефлексивный срез 30 лет творчества Дениса, где есть много личного и даже эксклюзивного: анонсы новых текстов, подробности о старых, биографические детали. Горжусь им и всех призываю прочесть.

Спасибо Анне Голубковой и команде альманаха, большой поклон научному руководителю Михаилу Павловцу, рецензенту Евгении Вежлян и, конечно, самому Денису за помощь и вдохновение!

Три сборника трех поразивших поэтесс

«Второе рождение» Форуг Фаррохзад, 1963 (перевод 2026)

Стихи Фаррохзад — это порождение долгой иранской темной-темной ночи с мужскими глазами, неописуемого мрака. Лирическая героиня присваивает эту ночь себе, ставит на нее поэтическую печать в форме Луны, фонаря, любого по возможности света. Внутри ночи она ориентируется лучше любой кошки. Возлюбленный не уйдет от ее чувства, не спрячется за отвесными стенами — Фаррохзад мысленно пересекает их, слегка даже играючи и напоказ. Эти стены необязательно ломать, можно показать их фантомную зыбкость, которая во мраке надежно спрятана. Как показывает история, стихи с этим прекрасно справляются. Для нас нынешних кажется, что революции в этом сборнике нет, но в свое время стихи Фаррохзад и даже сам образ свободной женщины-поэтессы в Иране оказались с крыльями, высвободили ночь из мрака, выхватили ее прожектором и впервые достучались до звездного света.

«Онкология» Наталия Азарова, 2026

Не так давно я читал «Царствие мне небесное» Веры Богдановой о ранней онкологии. Тема эта на удивление и в романе, и в сборнике Азаровой оказывается далеко не такой мрачной. Рак в обоих случаях — повод для честности. В первую очередь, с самой собой. Это бездна, смотреть в которую мы избегаем, хотя знакомы с ее вечным соприсутствием. Все явные возможности подраматизировать на этот счет Азарова отметает. Этот сборник легче нескольких пылинок, он читается за пару вечеров и не дает оторваться. Поэтесса стремится к внятности и при этом не отказывается от идеально выверенной формы. Стихи сборника — борьба за жизнь через искусство, они кричат о жизни, свободе, покое. Если и возможен дзен, то перед лицом диагнозов и отсрочек.

«Спектр» Анна Родионова, 2026

Здесь поэтессой окончательно сформирован язык, достойный собственного отдельного государства, со своими ходами и стратегиями примирения между природным, человеческим и машинным. Родионова умудряется говорить в стихах о том, что и обычной речи мало поддается: человеческая психика плохо приспособлена к лихой мегаполисной жизни, и хотя биосфера впускает в себя технику все больше, мы на этот симбиоз склонны глаза закрывать — искать в стихах уединение и тютчевские грозы. Родионова же пошире открывает глаза и записывает, не боится того, что называется генной инженерией. Биороботы в ее исполнении выходят добрыми и созерцательными, склонными к изяществу и даже интеллигентности. Эти стихи проходят те же этапы, что и жизнь от первичного бульона до высших форм: они приспосабливаются к сегодняшним температуре, звукам, цвету и медиуму.