Довольно историческая фигня под радарами: Совбез ООН признал суверенитет Марокко над Западной Сахарой.
Не буду изображать себя знатоком этой истории, но суть в том, что Марокко оккупировало эту территорию полвека назад — в 1975 году. Позиция Марокко в том, европейские страны ещё в 18 веке признали его суверенитет над этой территорией, а потом нарушили эти договоры в ходе колонизации конца 19 века. Местные борцы за независимость, поддерживаемые Алжиром, все эти десятилетия утверждали, что регион должен стать самостоятельным государством. И ООН не признавала оккупацию.
Теперь её позиция радикально изменилась под нажимом администрации Трампа, которая может приписать себе какой там по счету разрешенный конфликт. Марокко добилось своего. Россия и Китай воздержались.
Меня всегда занимало, как такие перемены воспринимаются. У меня лично довольно быстро включается универсалистский алгоритм мышления, который подсказывает, что это должно иметь некоторое значение, выходящее за пределы региона. Но правда в том, что в моих детских атласах на было государства Эритрея и, когда я впервые обнаружил его подростком, было очень удивлен. Однако же десятков новых независимых стран из бывших сепаратистских образований по примеру Эритреи с тех пор не появилось. Или вот не так давно Азербайджан вернул себе Карабах - и не скажешь, что долговременный статус-кво гарантирует в итоге формальную его фиксацию.
Короче, каждый случай, скорее, уникален. Хотя и намекает всякий раз, что паттерн, согласно которому все в итоге просто принимают неопределенность и серую зону как факт, тоже обманчив.
Не буду изображать себя знатоком этой истории, но суть в том, что Марокко оккупировало эту территорию полвека назад — в 1975 году. Позиция Марокко в том, европейские страны ещё в 18 веке признали его суверенитет над этой территорией, а потом нарушили эти договоры в ходе колонизации конца 19 века. Местные борцы за независимость, поддерживаемые Алжиром, все эти десятилетия утверждали, что регион должен стать самостоятельным государством. И ООН не признавала оккупацию.
Теперь её позиция радикально изменилась под нажимом администрации Трампа, которая может приписать себе какой там по счету разрешенный конфликт. Марокко добилось своего. Россия и Китай воздержались.
Меня всегда занимало, как такие перемены воспринимаются. У меня лично довольно быстро включается универсалистский алгоритм мышления, который подсказывает, что это должно иметь некоторое значение, выходящее за пределы региона. Но правда в том, что в моих детских атласах на было государства Эритрея и, когда я впервые обнаружил его подростком, было очень удивлен. Однако же десятков новых независимых стран из бывших сепаратистских образований по примеру Эритреи с тех пор не появилось. Или вот не так давно Азербайджан вернул себе Карабах - и не скажешь, что долговременный статус-кво гарантирует в итоге формальную его фиксацию.
Короче, каждый случай, скорее, уникален. Хотя и намекает всякий раз, что паттерн, согласно которому все в итоге просто принимают неопределенность и серую зону как факт, тоже обманчив.
Spiegel
Uno-Sicherheitsrat votiert für Westsahara unter marokkanischer Souveränität
Marokko hält seit den Siebzigerjahren große Teile der Westsahara besetzt. Das Volk der Sahrawis lebt deshalb im algerischen Exil. Nun hat der Uno-Sicherheitsrat diese Politik abgesegnet. Treibende Kraft dahinter: die USA.
👍19🤔2🥴1
Спасибо всем за участие в опросах! (Немного удивлен относительно низкой популярностью каннабисной программы - но и рад этому тоже, не потому что против неё, а потому что не считаю самым важным).
Но давайте сегодня отвлечемся немного от политоты. Мой друг и учитель Анатолий Берштейн в своем канале начал писательский цикл, который объединяет, я бы сказал, попытка ответить на вопрос: что делает выбранных им авторов важным? Конечно, это не филологический трактат, но, возможно, вы найдете что-то созвучное вам.
Уже было о «нашем» — о Гессе, а вчера — о моем любимом Борхесе (в том числе про рассказ Deutsches Requiem, за который его много лет обвиняли в симпатиях к нацизму, и про его отношение к правым/левым нашему веселому чату, думаю, тоже будет интересно).
Но давайте сегодня отвлечемся немного от политоты. Мой друг и учитель Анатолий Берштейн в своем канале начал писательский цикл, который объединяет, я бы сказал, попытка ответить на вопрос: что делает выбранных им авторов важным? Конечно, это не филологический трактат, но, возможно, вы найдете что-то созвучное вам.
Уже было о «нашем» — о Гессе, а вчера — о моем любимом Борхесе (в том числе про рассказ Deutsches Requiem, за который его много лет обвиняли в симпатиях к нацизму, и про его отношение к правым/левым нашему веселому чату, думаю, тоже будет интересно).
Telegram
Хронические вопросы
Выбор судьбы
Гессе – автобиографичный писатель, в той или иной художественной форме прикрывающий, гримирующий свой опыт познания мира и себя, а точнее, мира через себя. Его герои крайне рефлексивны, невротичны и очень серьезно относятся к выбору своего пути.…
Гессе – автобиографичный писатель, в той или иной художественной форме прикрывающий, гримирующий свой опыт познания мира и себя, а точнее, мира через себя. Его герои крайне рефлексивны, невротичны и очень серьезно относятся к выбору своего пути.…
❤5👍4
К вечеру воскресенья два довольно пессимистичных текста про коалицию: в Süddeutsche Zeitung и в Table.Media. Причем SZ буквально заходит с козырей и уже в лиде ставит вопрос так: а проживет ли альянс ХДС/ХСС и СДПГ отведенный ему срок? Уже сейчас, через неполные полгода работы, понятно, что сравнивать им себя по уровню внутреннего накала со «светофором» становится ну просто неловко.
Две статьи — это, я бы сказал, взгляд с двух сторон на одно и то же: Table рассказывает, как недоволен христианскими демократами партийный базис социал-демократов, а SZ — о том, с каким недоумением, почти откровенно переходящим в раздражение, на СДПГ смотрят в ХДС/ХСС.
У базиса СДПГ крепнет ощущение, что партия только и делает, что сдает позиции: по усиленному пограничному контролю, по выборам в Конституционный суд, по запрету на воссоединение семей для людей, получивших субсидиарную защиту, теперь вот по дискуссии об «облике городов» и реформе Bürgergeld с введением драконовских штрафов за отказ от предложенной работы. В свою очередь, христианские демократы считают, что партнеры поднимают скандал по каждому возможному поводу и тормозят даже не самые значительные изменения, которые можно было бы предъявить как результат работы правительства. И напоминают, например, что проблема АдГ, вообще-то, есть не только у ХДС/ХСС, но у СДПГ тоже, которая вот только что проиграла порцию голосов в своей индустриальной вотчине — Северный Рейн-Вестфалия.
На «осень реформ» остался месяц, с 10-го числа начнутся три рабочие недели Бундестага подряд. В обеих статьях отдельно отмечается сомнения в рядах СДПГ относительно того, что сопредседатели партии, Ларс Клингбайль и Бербель Бас, в таких тяжелых условиях объективно способны совмещать партийные и министерские функции. При этом хочется сказать пару слов и о Фридрихе Мерце, который в начале длинной парламентской сессии собрался на климатическую конференцию в Бразилию, а еще анонсировал план до конца года объехать все федеральные земли. Точно ли это лучший план для политика, одна из главных претензий к которому — нехватка коммуникации со всеми, с кем важно ее иметь?
Возвращаясь к вопросу о будущем коалиции. При всей усталости и взаимном недовольстве решительно непонятно, на что каждая из партий может рассчитывать при ее распаде. Это (пока) большой аргумент за ее сохранение.
Две статьи — это, я бы сказал, взгляд с двух сторон на одно и то же: Table рассказывает, как недоволен христианскими демократами партийный базис социал-демократов, а SZ — о том, с каким недоумением, почти откровенно переходящим в раздражение, на СДПГ смотрят в ХДС/ХСС.
У базиса СДПГ крепнет ощущение, что партия только и делает, что сдает позиции: по усиленному пограничному контролю, по выборам в Конституционный суд, по запрету на воссоединение семей для людей, получивших субсидиарную защиту, теперь вот по дискуссии об «облике городов» и реформе Bürgergeld с введением драконовских штрафов за отказ от предложенной работы. В свою очередь, христианские демократы считают, что партнеры поднимают скандал по каждому возможному поводу и тормозят даже не самые значительные изменения, которые можно было бы предъявить как результат работы правительства. И напоминают, например, что проблема АдГ, вообще-то, есть не только у ХДС/ХСС, но у СДПГ тоже, которая вот только что проиграла порцию голосов в своей индустриальной вотчине — Северный Рейн-Вестфалия.
На «осень реформ» остался месяц, с 10-го числа начнутся три рабочие недели Бундестага подряд. В обеих статьях отдельно отмечается сомнения в рядах СДПГ относительно того, что сопредседатели партии, Ларс Клингбайль и Бербель Бас, в таких тяжелых условиях объективно способны совмещать партийные и министерские функции. При этом хочется сказать пару слов и о Фридрихе Мерце, который в начале длинной парламентской сессии собрался на климатическую конференцию в Бразилию, а еще анонсировал план до конца года объехать все федеральные земли. Точно ли это лучший план для политика, одна из главных претензий к которому — нехватка коммуникации со всеми, с кем важно ее иметь?
Возвращаясь к вопросу о будущем коалиции. При всей усталости и взаимном недовольстве решительно непонятно, на что каждая из партий может рассчитывать при ее распаде. Это (пока) большой аргумент за ее сохранение.
👍19😢5🥴3🔥1🕊1
Ну и давайте, что ли, по традиции уходящей недели опрос (повод см.выше) Доживет ли черно-красная коалиция до 2029 года?
Anonymous Poll
23%
К счастью, да
7%
К сожалению, да
16%
К счастью, нет
28%
К сожалению, нет
26%
Ну, вы знаете — я чисто подсмотреть результаты и подсчитать голоса
😢6
Есть ощущение, что канцлер Мерц воспринимает управление так, что не он как политик должен брать в расчет имеющиеся процедуры и связанные с ними ограничения, а процедуры (и все их участники) должны подстраиваться под его политическую волю. Видимо, в этом он видит высший смысл (демократической) политики, в этом ощущает свое отличие от Меркель и сходство с Трампом.
Проблема этого подхода, кажется, в том, что для его эффективной реализации за лидером должна стоять мощная сила, которая готова настоятельно требовать выполнения его воли.
Проблема этого подхода, кажется, в том, что для его эффективной реализации за лидером должна стоять мощная сила, которая готова настоятельно требовать выполнения его воли.
Telegram
юсуповский
Шпигель описал всю мизансцену, демонтаж Вадефуля набирает темп + опять непонятно, Мерца дернули на такие фразы или он на полном серьезе собирается прогнуть процедуру ведомственной оценки ситуации в Сирии. А Лютье привет, сочувствую, братан!
Фридрих Мерц…
Фридрих Мерц…
👍23❤1🤡1
Muss Sein
«Левая» провела внутренний опрос среди членов партии (по ссылке пдф, кому интересно). Ничего ошеломительного в результатах нет, но интересны, я бы сказал, три вещи:
🍅 антифашизм доминирует на фоне остальных интересующих товарищей тем, причем среди новых партийцев (обеспечивших рост численности за последний год) — особенно. Любопытно, что в наименьшей степени эта тема волнует самых возрастных членов партии. А вот достижение мира, наоборот, у них в повестке, а в целом для членов партии — нет. Видимо, кто хотел, тот, в основном, укатил в Альянс Вагенкнехт.
🍅 «Левая» — партия горожан, причем самую большую долю составляют люди, живущие в городах с населением больше полумиллиона.
🍅 И «Левая» — это не партия работников промышленности. Среди членов партии их 4,9%, притом, что доля населения, занятого на производстве, около 24%. Большинство «левых» — это работники образования (17%) и айти, журналистики, коммуникации (12,2%). Совсем немногим меньше врачей, медсестер других работников здравоохранения (11,8%).
🍅 антифашизм доминирует на фоне остальных интересующих товарищей тем, причем среди новых партийцев (обеспечивших рост численности за последний год) — особенно. Любопытно, что в наименьшей степени эта тема волнует самых возрастных членов партии. А вот достижение мира, наоборот, у них в повестке, а в целом для членов партии — нет. Видимо, кто хотел, тот, в основном, укатил в Альянс Вагенкнехт.
🍅 «Левая» — партия горожан, причем самую большую долю составляют люди, живущие в городах с населением больше полумиллиона.
🍅 И «Левая» — это не партия работников промышленности. Среди членов партии их 4,9%, притом, что доля населения, занятого на производстве, около 24%. Большинство «левых» — это работники образования (17%) и айти, журналистики, коммуникации (12,2%). Совсем немногим меньше врачей, медсестер других работников здравоохранения (11,8%).
👍15😁13❤10🤡8🤔6
На одном журналистском мероприятии немецкие коллеги согласились и развили разговор об одном парадоксальном феномене, связанном с освещением деятельности «Альтернативы для Германии» на федеральном уровне и около него.
Дело в том, что, если за этой темой внимательно следить, можно заметить, что источников в верхах партии у респектабельных изданий не так много. А те, что есть, как правило, представляют умеренное крыло: ну, то, что «давайте совсем уж без нацизма, выхода из НАТО и тотальной реэмиграции». Я могу хорошо представить, как это работает — не то, чтобы на каждодневной основе очень хочется общаться с Бьорном Хёке и его окружением (а даже если не против, не факт, что эти шифрующиеся «консервативные революционеры» тебя к себе пустят).
В итоге, в тех респектабельных немецких СМИ, которые все-таки пишут об АдГ, базируясь на источниках (Table, Politico, прежде всего), складывается такая картина, что, может, все не так и плохо. Нормальная такая партия, ну с заскоками, но в дискурсе. А о другой ее составляющей ходят лишь легенды.
Что в этом, возможно, самое неприятное — мы не можем адекватно оценить внутрипартийную динамику АдГ, в том числе в преддверии ее возможного появления в земельных правительствах на востоке.
Я понятия не имею, какое это может иметь влияние на политиков ХДС/ХСС (наверняка у них своих источников хватает, особенно учитывая, что многие влиятельные адгшники — некогда члены «Молодежного Союза», см. Максимилиан Кра), но допускаю, что определенное имеет.
Дело в том, что, если за этой темой внимательно следить, можно заметить, что источников в верхах партии у респектабельных изданий не так много. А те, что есть, как правило, представляют умеренное крыло: ну, то, что «давайте совсем уж без нацизма, выхода из НАТО и тотальной реэмиграции». Я могу хорошо представить, как это работает — не то, чтобы на каждодневной основе очень хочется общаться с Бьорном Хёке и его окружением (а даже если не против, не факт, что эти шифрующиеся «консервативные революционеры» тебя к себе пустят).
В итоге, в тех респектабельных немецких СМИ, которые все-таки пишут об АдГ, базируясь на источниках (Table, Politico, прежде всего), складывается такая картина, что, может, все не так и плохо. Нормальная такая партия, ну с заскоками, но в дискурсе. А о другой ее составляющей ходят лишь легенды.
Что в этом, возможно, самое неприятное — мы не можем адекватно оценить внутрипартийную динамику АдГ, в том числе в преддверии ее возможного появления в земельных правительствах на востоке.
Я понятия не имею, какое это может иметь влияние на политиков ХДС/ХСС (наверняка у них своих источников хватает, особенно учитывая, что многие влиятельные адгшники — некогда члены «Молодежного Союза», см. Максимилиан Кра), но допускаю, что определенное имеет.
👍23😁5😢4🔥2❤1
Politico утром обратило внимание на решение административного суда в Дюссельдорфе — прямо в разгар дебатов о возвращении/высылке беженцев в Сирию. Тот разрешил миграционному ведомству депортировать двух граждан Сирии, мотивировав это тем, что регионах их постоянного проживания — это Дамаск и Латакия, — «по доступным сведениям», массового насилия не наблюдается, есть только отдельные случаи, и ситуация там не ухудшается. Насколько я понял, они просили убежище в Австрии, там им отказали, они приехали в Германию, где BAMF решил их депортировать.
… призываю к сдержанности в комментариях…
… призываю к сдержанности в комментариях…
www.vg-duesseldorf.nrw.de
Verwaltungsgericht Düsseldorf:
Kein Abschiebungsschutz für syrische Asylbewerber
Kein Abschiebungsschutz für syrische Asylbewerber
Behördeninternet: Verwaltungsgericht Düsseldorf
🤯12👍9🔥8
Ничего не знал об этой венгерской истории, но, кажется, она вполне иллюстрирует, как может выглядеть в современном мире «диктатура сконструированного большинства», которую мы обсуждали.
Итак, в Венгрии в этом году приняли закон «О защите местной идентичности». Он наделяет муниципалитеты правом «на самозащиту, направленную на сохранение и поддержание социальной структуры, образа жизни, традиций и обычаев сообщества, а также особенностей муниципалитета». Муниципалитет «может предотвращать нежелательный рост населения» и «имеет право определять, кто и на каких условиях может переехать на его территорию».
Как пишет венгерская правоведка Ангела Коцце (Angéla Kóczé) в статье на Verfassungsblog, это фактически «закон против рома», который легализует положение вещей, уже сложившееся во многих муниципалитетах — разными способами там препятствуют рома в покупке собственности (в статье есть и другие примеры дискриминации рома в Европе). В некоторых местах местные жители выкупают собственность у уезжающих соседей, в других этим занимаются местные власти, говорящие, что впоследствии они будут переданы под служебное жилье или молодым семьям.
Теперь, благодаря правительству Орбана, эти ухищрения больше не нужны. Я бы отдельно хотел обратить внимание тех, кто посчитает это проявлением «местной демократии» на то, что оно немедленно порождает новые отношения власти. Ведь конечном счете, решение принимает глава местной администрации или, в лучшем случае, муниципальное собрание — а не собственники.
Впрочем, тут сообщающиеся сосуды. Деревня Терезстенье (Teresztenye) на северо-востоке Венгрии еще в 2002 году объявила все дома у себя «культурным наследием» и теперь называет себя территорией Roma Free. В 2020 году схема сломалась, и местный глава разрешил переехать в деревню семье Сифтер (они узнали об «особых правилах» только из разговора с ним), потому что «они не были похожи на рома». Но после переезда, по словам Агнес Сифтер, имеющей юридическое и педагогическое образование и преподающей в городе в получасе езды, они постоянно подвергаются нападкам соседей. Однажды трое местных мужчин напали на ее мужа, избили и сломали ребра.
Я могу согласиться с тем, что сообщества имеют право регулировать у себя правила внешнего поведения. Окей, запрещать строить минареты или требовать стричь газон перед домом, правда, желательно не простым, а квалифицированным большинством и периодически, проверяя, сохраняется ли оно. Но точно не дискриминировать человека просто за то, кто — он/она.
Даже в самой наультрейше-«либертаранской» логике, которой теоретически можно обосновать право сообществ на исключение «нежелательных персон», это самое сообщество обязано гарантировать отсутствие преследований и в некоторых случаях за свой счет компенсировать безопасный «выход». А все остальные после этого имеют полное право такие места объезжать за 100 км и не кормить «демократических фашистов» своими деньгами.
Итак, в Венгрии в этом году приняли закон «О защите местной идентичности». Он наделяет муниципалитеты правом «на самозащиту, направленную на сохранение и поддержание социальной структуры, образа жизни, традиций и обычаев сообщества, а также особенностей муниципалитета». Муниципалитет «может предотвращать нежелательный рост населения» и «имеет право определять, кто и на каких условиях может переехать на его территорию».
Как пишет венгерская правоведка Ангела Коцце (Angéla Kóczé) в статье на Verfassungsblog, это фактически «закон против рома», который легализует положение вещей, уже сложившееся во многих муниципалитетах — разными способами там препятствуют рома в покупке собственности (в статье есть и другие примеры дискриминации рома в Европе). В некоторых местах местные жители выкупают собственность у уезжающих соседей, в других этим занимаются местные власти, говорящие, что впоследствии они будут переданы под служебное жилье или молодым семьям.
Теперь, благодаря правительству Орбана, эти ухищрения больше не нужны. Я бы отдельно хотел обратить внимание тех, кто посчитает это проявлением «местной демократии» на то, что оно немедленно порождает новые отношения власти. Ведь конечном счете, решение принимает глава местной администрации или, в лучшем случае, муниципальное собрание — а не собственники.
Впрочем, тут сообщающиеся сосуды. Деревня Терезстенье (Teresztenye) на северо-востоке Венгрии еще в 2002 году объявила все дома у себя «культурным наследием» и теперь называет себя территорией Roma Free. В 2020 году схема сломалась, и местный глава разрешил переехать в деревню семье Сифтер (они узнали об «особых правилах» только из разговора с ним), потому что «они не были похожи на рома». Но после переезда, по словам Агнес Сифтер, имеющей юридическое и педагогическое образование и преподающей в городе в получасе езды, они постоянно подвергаются нападкам соседей. Однажды трое местных мужчин напали на ее мужа, избили и сломали ребра.
Я могу согласиться с тем, что сообщества имеют право регулировать у себя правила внешнего поведения. Окей, запрещать строить минареты или требовать стричь газон перед домом, правда, желательно не простым, а квалифицированным большинством и периодически, проверяя, сохраняется ли оно. Но точно не дискриминировать человека просто за то, кто — он/она.
Даже в самой наультрейше-«либертаранской» логике, которой теоретически можно обосновать право сообществ на исключение «нежелательных персон», это самое сообщество обязано гарантировать отсутствие преследований и в некоторых случаях за свой счет компенсировать безопасный «выход». А все остальные после этого имеют полное право такие места объезжать за 100 км и не кормить «демократических фашистов» своими деньгами.
Verfassungsblog
Codifying Belonging: The Legalization of Racialized Exclusion in Europe
Amid numerous global catastrophes, a quieter crisis at home is strikingly overlooked: a direct attack on equality and, effectively, the denial of Roma people’s rights, their freedom of movement, and dignity as European citizens. The newly adopted Hungary’s…
🤯21😢8❤6👍4😡4😁1
Существует довольно обширная научная литература, посвященная тому, помогает ли мейнстримным партиям (как бы сказали в Германии - партиям «демократического центра») заимствование отдельных программных пунктов и риторики крайне правых в борьбе с ними. В частности, в 2022 году вышла статья Вернера Краузе из Гумбольдтовского университета, Дэниса Коэна из Мангейма и Тарика Абу-Хади из Цюриха, в которой они на материале 108 избирательных кампаний, прошедших в 12 странах с 1976-го по 2017 год, доказывают, что это, если и дает какой-либо эффект, то только в виде роста популярности популистов.
И параллельно существует пример Дании. Там сначала либералы по итогам выборов 2015-го, а потом социал-демократы после 2019-го апроприировали антимигрантские установки Датской народной партии, которая, в свою очередь, с течением времени потеряла всякое политическое значение. Иными словами, ее получилось klein machen, что некогда Фридрих Мерц рассчитывал сделать с «Альтернативой для Германии».
И либералы, и социал-демократы последовательно ужесточали датскую миграционную политику. Я не буду здесь подробно останавливаться на том, в чем это ужесточение заключалось и каковы его социальные эффекты. Коротко (знатоки поправят):
1. В Дании мигранты могут в общем случае получить только краткосрочный вид на жительство,
2. Все, что на дольше, требует доказательств успешной интеграции,
3. Социальная поддержка обусловлена нахождением работы,
4. У просителей убежища могут изымать имущество в счет их пребывания в стране (кстати, по одному из опросов, в Германии этот закон пользовался самой большой популярностью среди семи изучавшихся стран),
5. В законодательство официально введен статистический термин «люди незападного происхождения и их потомки», который распространяется в том числе на полноправных граждан Дании. Кварталы/территории, где их большинство и где зафиксирован низкий доступ жителей к образованию и/или высокий уровень преступности, классифицируются как «гетто» (сейчас официально — параллельные общества). Их жителей могут принудительно выселять, наказания за некоторые правонарушения, совершенные там, выше.
В 2025 году вышел аналитический доклад фонда Эберта (вот тут должно быть пдф), посвященный «датской модели» и ее влиянию на социал-демократию. И должен признаться, что некоторые выводы фрустрируют из-за несоответствия тому, что можно увидеть буквально на представленных там же графиках.
Например, авторы пишут, что заимствование жестких установок не снизило популярность крайне правых. Логика такая, что к Народной партии добавилось еще две с похожей повесткой и вместе у них тот же процент поддержки (синяя линия). Но если вы посмотрите на верхний график и мысленно наложите на него линию рейтингов АдГ в последние годы — то поймете, откуда у меня фрустрация: да, датчанам не удалось снизить популярность крайне правых партий, но вот ее рост точно остановился. Чего не скажешь о Германии.
Далее, авторы пишут, что восприятие иммиграции как ключевой проблемы в Дании соответствует общеевропейскому тренду — а значит, не в том дело, что жесткий курс снизил напряжение. Но посмотрите на график ниже: на нём видно, что в 2015 году датчане (красная линия) были значительно более встревожены миграцией, чем европейцы в целом (темно-синяя линия), а к 2022-му доля граждан Дании, считающих ее одной из двух главных проблем страны, упала ниже средней по Европе.
Есть более глубокие исследования электоральных предпочтений датчан (на них ссылаются вот тут, например), которые говорят, что успех социал-демократов на выборах 2019 года был обеспечен прежде всего их традиционной базой поддержки и тому, что они активно продвигали близкие ей темы. Но, опять же, в сравнении с немецкой ситуацией бросается в глаза, что они эту базу крайне правым не отдали.
И тем не менее, я думаю, что Дания — не пример для Германии. По ссылке попробую объяснить почему.
И параллельно существует пример Дании. Там сначала либералы по итогам выборов 2015-го, а потом социал-демократы после 2019-го апроприировали антимигрантские установки Датской народной партии, которая, в свою очередь, с течением времени потеряла всякое политическое значение. Иными словами, ее получилось klein machen, что некогда Фридрих Мерц рассчитывал сделать с «Альтернативой для Германии».
И либералы, и социал-демократы последовательно ужесточали датскую миграционную политику. Я не буду здесь подробно останавливаться на том, в чем это ужесточение заключалось и каковы его социальные эффекты. Коротко (знатоки поправят):
1. В Дании мигранты могут в общем случае получить только краткосрочный вид на жительство,
2. Все, что на дольше, требует доказательств успешной интеграции,
3. Социальная поддержка обусловлена нахождением работы,
4. У просителей убежища могут изымать имущество в счет их пребывания в стране (кстати, по одному из опросов, в Германии этот закон пользовался самой большой популярностью среди семи изучавшихся стран),
5. В законодательство официально введен статистический термин «люди незападного происхождения и их потомки», который распространяется в том числе на полноправных граждан Дании. Кварталы/территории, где их большинство и где зафиксирован низкий доступ жителей к образованию и/или высокий уровень преступности, классифицируются как «гетто» (сейчас официально — параллельные общества). Их жителей могут принудительно выселять, наказания за некоторые правонарушения, совершенные там, выше.
В 2025 году вышел аналитический доклад фонда Эберта (вот тут должно быть пдф), посвященный «датской модели» и ее влиянию на социал-демократию. И должен признаться, что некоторые выводы фрустрируют из-за несоответствия тому, что можно увидеть буквально на представленных там же графиках.
Например, авторы пишут, что заимствование жестких установок не снизило популярность крайне правых. Логика такая, что к Народной партии добавилось еще две с похожей повесткой и вместе у них тот же процент поддержки (синяя линия). Но если вы посмотрите на верхний график и мысленно наложите на него линию рейтингов АдГ в последние годы — то поймете, откуда у меня фрустрация: да, датчанам не удалось снизить популярность крайне правых партий, но вот ее рост точно остановился. Чего не скажешь о Германии.
Далее, авторы пишут, что восприятие иммиграции как ключевой проблемы в Дании соответствует общеевропейскому тренду — а значит, не в том дело, что жесткий курс снизил напряжение. Но посмотрите на график ниже: на нём видно, что в 2015 году датчане (красная линия) были значительно более встревожены миграцией, чем европейцы в целом (темно-синяя линия), а к 2022-му доля граждан Дании, считающих ее одной из двух главных проблем страны, упала ниже средней по Европе.
Есть более глубокие исследования электоральных предпочтений датчан (на них ссылаются вот тут, например), которые говорят, что успех социал-демократов на выборах 2019 года был обеспечен прежде всего их традиционной базой поддержки и тому, что они активно продвигали близкие ей темы. Но, опять же, в сравнении с немецкой ситуацией бросается в глаза, что они эту базу крайне правым не отдали.
И тем не менее, я думаю, что Дания — не пример для Германии. По ссылке попробую объяснить почему.
🤔23👍17❤7🤯3
Чуть больше половины немцев и сегодня, в период экономического кризиса, считают, что к 2045 году Германия должна достичь климатической нейтральности, а правительство делает недостаточно для борьбы с климатическим кризисом.
Даже среди сторонников ХДС/ХСС таких 41%. Не многим меньше, чем тех, кто считает, что делается ровно столько, сколько нужно. Полагающих, что делается слишком много, там совсем мало.
У темы, безусловно, сохраняется политический потенциал.
Даже среди сторонников ХДС/ХСС таких 41%. Не многим меньше, чем тех, кто считает, что делается ровно столько, сколько нужно. Полагающих, что делается слишком много, там совсем мало.
У темы, безусловно, сохраняется политический потенциал.
👍25🤔12🤡10👎2🐳1
Кому нужен коалиционный договор?
Table.Media рассказывает об очередной потенциально конфликтной теме внутри коалиции: глава Минэкономики Катерина Райхе продвигает отмену ключевого положения закона «Об отоплении» — того самого, инициированного ее «зеленым» предшественником Робертом Хабеком, с принятия которого, по расхожей версии, пошел раскол внутри «светофора». Райхе — она представляет ХДС/ХСС — хочет отменить положение, согласно которому новые здания должны, как минимум, на 65% отапливаться из возобновляемых источников. Карстен Шнайдер, министр защиты окружающей среды из СДПГ, против отказа от этого положения.
Аргументом для Райхе служит коалиционный договор, где сказано: «Мы отменим закон об отоплении». Но больше ничего, никаких подробностей и никакой детализации.
Примерно так же было недавно было в случае с высылками в Сирию, когда министр Йоханн Вадефулль заявил, что сейчас не видит возможности отправлять людей в разрушенную страну. Вадефулю его же товарищи по ХДС/ХСС тут же указали — смотреть на коалиционное соглашение (среди тех, кто дезавуировал министра был и его давний патрон Фридрих Мерц). Но в договоре, однако же, сказано только: «Мы будем высылать в Афганистан и Сирию — начиная с преступников и правонарушителей». И опять же, всё на том — снова без детализации.
То есть в обоих случаях вроде бы понятно, что имеется в виду, но на самом деле — трактуй, как хочешь. Об этой мине под коалицией, которая весной договорилась об условиях совместной работы в нетипично сжатые для христианских демократов и социал-демократов сроки, говорили с самого начала. И сейчас опасения вроде как сбываются: много нечеткого, много двусмысленного, много обещано комиссий, которые, к слову, ещё не сказали своих громких слов — которые наверняка кому-то не понравятся.
С другой стороны, упрек в том, что коалиционные договоры, с одной стороны, много обещают, а с другой, слишком неконкретно описывают реализацию этих обещаний — это абсолютная рутина парламентской демократии. Более того, с точки зрения чистой политической рациональности, выполнение обещаний вообще не должно слишком заботить правящие партии: есть исследования, показывающие, что избиратели очень слабо следят за тем, как реализуются коалиционные соглашения и это далеко решающий фактор на следующих выборах.
Иными словами, сетование на, что коалиционный договор был составлен «плохо», было бы, скорее, рационализацией, чем указанием на реальную проблему. Наоборот, ретроспективно скорость его составления кажется одной из немногих удач коалиционных партнеров, показавших весной способность к совместной работе. А проблема как раз в том, что с тех пор коалиция пока не очень продемонстрировала, что может договариваться о прорывных решениях — что в рамках договора, что за ними.
И запущенный Фридрихом Мерцом (ему, кстати, сегодня 70, herzlichen Glückwunsch!) коммуникативный паттерн к договору регулярно отсылать, говоря, что его буквы следуя придерживаться от альфы до омеги, и придавая ему почти сакральное значение, выглядит довольно спекулятивным.
Table.Media рассказывает об очередной потенциально конфликтной теме внутри коалиции: глава Минэкономики Катерина Райхе продвигает отмену ключевого положения закона «Об отоплении» — того самого, инициированного ее «зеленым» предшественником Робертом Хабеком, с принятия которого, по расхожей версии, пошел раскол внутри «светофора». Райхе — она представляет ХДС/ХСС — хочет отменить положение, согласно которому новые здания должны, как минимум, на 65% отапливаться из возобновляемых источников. Карстен Шнайдер, министр защиты окружающей среды из СДПГ, против отказа от этого положения.
Аргументом для Райхе служит коалиционный договор, где сказано: «Мы отменим закон об отоплении». Но больше ничего, никаких подробностей и никакой детализации.
Примерно так же было недавно было в случае с высылками в Сирию, когда министр Йоханн Вадефулль заявил, что сейчас не видит возможности отправлять людей в разрушенную страну. Вадефулю его же товарищи по ХДС/ХСС тут же указали — смотреть на коалиционное соглашение (среди тех, кто дезавуировал министра был и его давний патрон Фридрих Мерц). Но в договоре, однако же, сказано только: «Мы будем высылать в Афганистан и Сирию — начиная с преступников и правонарушителей». И опять же, всё на том — снова без детализации.
То есть в обоих случаях вроде бы понятно, что имеется в виду, но на самом деле — трактуй, как хочешь. Об этой мине под коалицией, которая весной договорилась об условиях совместной работы в нетипично сжатые для христианских демократов и социал-демократов сроки, говорили с самого начала. И сейчас опасения вроде как сбываются: много нечеткого, много двусмысленного, много обещано комиссий, которые, к слову, ещё не сказали своих громких слов — которые наверняка кому-то не понравятся.
С другой стороны, упрек в том, что коалиционные договоры, с одной стороны, много обещают, а с другой, слишком неконкретно описывают реализацию этих обещаний — это абсолютная рутина парламентской демократии. Более того, с точки зрения чистой политической рациональности, выполнение обещаний вообще не должно слишком заботить правящие партии: есть исследования, показывающие, что избиратели очень слабо следят за тем, как реализуются коалиционные соглашения и это далеко решающий фактор на следующих выборах.
Иными словами, сетование на, что коалиционный договор был составлен «плохо», было бы, скорее, рационализацией, чем указанием на реальную проблему. Наоборот, ретроспективно скорость его составления кажется одной из немногих удач коалиционных партнеров, показавших весной способность к совместной работе. А проблема как раз в том, что с тех пор коалиция пока не очень продемонстрировала, что может договариваться о прорывных решениях — что в рамках договора, что за ними.
И запущенный Фридрихом Мерцом (ему, кстати, сегодня 70, herzlichen Glückwunsch!) коммуникативный паттерн к договору регулярно отсылать, говоря, что его буквы следуя придерживаться от альфы до омеги, и придавая ему почти сакральное значение, выглядит довольно спекулятивным.
Table.Briefings
SPD in NRW: Wie die Sozialdemokraten mit Sören Link die Staatskanzlei in Düsseldorf erobern wollen
Die SPD in Nordrhein-Westfalen setzt auf einen Neuanfang – mit dem Duisburger Oberbürgermeister Sören Link als Hoffnungsträger. Er soll die Partei aus der Krise führen und 2027 Ministerpräsident Hendrik Wüst herausfordern.
🤔10❤4👍2
Один довольно неожиданный результат из всеобъемлющего исследования Фонда Эберта про распространение антидемократических и правоэкстремистских воззрений в немецком обществе. Не могу его хорошо интерпретировать.
Оказалось, что "классизм", то есть враждебность по классовому признаку, которая в данном случае выражается в согласии с высказываниями вроде:
— многолетние безработные удобно живут за счет общества,
— получатели социальных пособий и бюргергельда склонны к лени,
— бездомных, просящих милостыню, стоит удалить из общественных зон,
— людям с инвалидностью в Германии уделяется слишком много внимания (тут стоит отметить, что доля считающих так, исчезающе мала в целом)
особенно распространен среди сторонников... Социал-демократической партии. См. светло-розовую строку в таблице. Даже больше, чем среди избирателей "Альтернативы для Германии" (у них зато самая высокая доля других видов групповой враждебности: расизма (черный цвет), антисемитизма (серый), сексизма и гомофобии (лиловый)).
Другой важный коррелят в случае классовой враждебности — это незаконченное школьное образование. А вот низкие доходы (можно предположить, что эти группы часто пересекаются) — скорее, нет.
Оказалось, что "классизм", то есть враждебность по классовому признаку, которая в данном случае выражается в согласии с высказываниями вроде:
— многолетние безработные удобно живут за счет общества,
— получатели социальных пособий и бюргергельда склонны к лени,
— бездомных, просящих милостыню, стоит удалить из общественных зон,
— людям с инвалидностью в Германии уделяется слишком много внимания (тут стоит отметить, что доля считающих так, исчезающе мала в целом)
особенно распространен среди сторонников... Социал-демократической партии. См. светло-розовую строку в таблице. Даже больше, чем среди избирателей "Альтернативы для Германии" (у них зато самая высокая доля других видов групповой враждебности: расизма (черный цвет), антисемитизма (серый), сексизма и гомофобии (лиловый)).
Другой важный коррелят в случае классовой враждебности — это незаконченное школьное образование. А вот низкие доходы (можно предположить, что эти группы часто пересекаются) — скорее, нет.
😁17🤔12👍2❤1
А вот еще один график — наверное, не такой яркий, но все равно интересный: как немцы воспринимают уровень аффективной поляризации и каков он в реальности?
Аффективная поляризация — это, если максимально упрощая, насколько негативно человек относится к людям с другой точкой зрения (не к самой точке зрения, а именно к ее сторонницам и сторонникам).
В исследовании рассматривалось отношение к четырем темам: миграция, климатический кризис, гендерно-нейтральный язык, социальное неравенство. Участвующих просили сначала ответить на вопрос о том, насколько сильные негативные эмоциии у них вызывают оппоненты и оппонентки (по шкале от 1 до 10). А потом сказать, до какой степени, по их мнению, велика эта самая аффективная поляризация, то есть неприятие носительниц и носителей другой точки зрения.
Оказалось, что самой эмоционально раскалывающей воспринимается (зеленые столбцы) тема миграции, а в реальности (маленькие линии с точками внутри) это — гендерно-нейтральный язык.
То есть именно те, кто находятся по другую линию фронта "культурной войны", вызывают особое негативное чувство (что, не устаю говорить, вообще говоря, удивительно!) В то время, люди, имеющие противоположную точку зрения по миграции, особого отвращения не вызвают. И, вероятно, тут как раз был бы возможен консенсус — если бы массовым не было убеждение, что именно в этой теме все друг друга не выносят.
В Германии вообще преувеличивают уровень взаимной нелюбви😞
Аффективная поляризация — это, если максимально упрощая, насколько негативно человек относится к людям с другой точкой зрения (не к самой точке зрения, а именно к ее сторонницам и сторонникам).
В исследовании рассматривалось отношение к четырем темам: миграция, климатический кризис, гендерно-нейтральный язык, социальное неравенство. Участвующих просили сначала ответить на вопрос о том, насколько сильные негативные эмоциии у них вызывают оппоненты и оппонентки (по шкале от 1 до 10). А потом сказать, до какой степени, по их мнению, велика эта самая аффективная поляризация, то есть неприятие носительниц и носителей другой точки зрения.
Оказалось, что самой эмоционально раскалывающей воспринимается (зеленые столбцы) тема миграции, а в реальности (маленькие линии с точками внутри) это — гендерно-нейтральный язык.
То есть именно те, кто находятся по другую линию фронта "культурной войны", вызывают особое негативное чувство (что, не устаю говорить, вообще говоря, удивительно!) В то время, люди, имеющие противоположную точку зрения по миграции, особого отвращения не вызвают. И, вероятно, тут как раз был бы возможен консенсус — если бы массовым не было убеждение, что именно в этой теме все друг друга не выносят.
В Германии вообще преувеличивают уровень взаимной нелюбви😞
👍18🔥4❤2😁2
Лотереи не будет. Скорее всего
Есть предварительная договоренность между ХДС/ХСС и СДПГ по военной службе: в следующем году все 18-летние получат опросник, обязательный для заполнения мужчинами. Если целевое число не будет набираться из добровольцев, то Минобороны получит возможность набрать оставшихся в обязательном порядке.
Это должно быть сделано через принятие отдельного законопроекта, в котором военное ведомство пропишет критерии отбора. То есть не, как хотел изначально министр обороны Борис Писториус, — через частичное восстановление обязательной военной службы, отмененной в 2011 году.
Опция лотери, которую предлагали христианские демократы — что вызвало крайнее недовольство министра обороны Бориса Писториуса и сорвало принятие закона в октябре — при этом сохранится. Но на крайний случай и если другие будут исчерпаны.
Утром договоренность должна пройти через фракции. Daumen drücken, а то ведь ведь в прошлый раз тоже в последний момент сорвалось.
Есть предварительная договоренность между ХДС/ХСС и СДПГ по военной службе: в следующем году все 18-летние получат опросник, обязательный для заполнения мужчинами. Если целевое число не будет набираться из добровольцев, то Минобороны получит возможность набрать оставшихся в обязательном порядке.
Это должно быть сделано через принятие отдельного законопроекта, в котором военное ведомство пропишет критерии отбора. То есть не, как хотел изначально министр обороны Борис Писториус, — через частичное восстановление обязательной военной службы, отмененной в 2011 году.
Опция лотери, которую предлагали христианские демократы — что вызвало крайнее недовольство министра обороны Бориса Писториуса и сорвало принятие закона в октябре — при этом сохранится. Но на крайний случай и если другие будут исчерпаны.
Утром договоренность должна пройти через фракции. Daumen drücken, а то ведь ведь в прошлый раз тоже в последний момент сорвалось.
Handelsblatt
Bundeswehr: Musterung kommt – Einigung im Streit über Wehrdienstreform
Unterhändler von Union und SPD sind sich nach langem Ringen über den Wehrdienst einig. Es bleibt bei einer verpflichtenden Musterung, das Losverfahren soll nur „Ultima Ratio“ sein.
👍16😡4🕊3❤1
Очередное свидетельство того, что до конца истории еще очень далеко, и не только в том смысле, который имел в виду Фукуяма.
Telegram
dekoder – читая Европу
Должно ли правительство Германии хранить память о жертвах немецких колонизаторов так же, как о евреях, умерщвленных нацистами?
Впервые с 2008 года правительство Германии обновило концепцию памяти о жертвах государственного террора. Центральный совет евреев…
Впервые с 2008 года правительство Германии обновило концепцию памяти о жертвах государственного террора. Центральный совет евреев…
👍2👎1
Вообще, у декодера было довольно много текстов по теме. Это, собственно, о немецкой колонизации. А этот мой любимый — и мне кажется, очень оживляющий мысль — про культуру памяти как таковую:
Одна возмущенная студентка меня спросила, что я предлагаю сделать в Аушвице вместо мемориала. Я сказал: сровнять с землей. Я не верю, что для сохранения памяти об этих ужасах достаточно посмотреть на макеты газовых камер, бараков или рельсов там, где все происходило. Это такая фетишизация материального. Для меня это даже скорее какая-то странная форма анти-памяти. Потому что на самом деле это было место, где людей превращали в материал. А теперь мы материализуем эту память.
дekoder | DEKODER
«Память не делает людей лучше» - дekoder | DEKODER
«На этом месте должна расти трава». Израильский социолог Натан Шнайдер рассказал в интервью газете taz о том, почему он против превращения концлагерей в мемориалы, и о том, в чем он видит смысл сионизма.
❤6👍1😢1
Давайте попробуем опрос (только попрошу быть очень аккуратными в комментариях). Итак: должно ли правительство ФРГ включить в федеральную программу, посвященную памяти о жертвах Холокоста и репрессий в ГДР, еще и память о жертвах немецкого колониализма?
Anonymous Poll
27%
Да, память о преступлениях колониализма должна быть в той же самой программе.
17%
Нет, пусть остается, как сейчас: только память о Холокосте и партийной диктатуре в ГДР.
19%
Холокост как абсолютно беспрецедентное зло должен быть выделен в отдельную программу
8%
Я против того, чтобы социалистическую власть в ГДР уравнивали с нацистами.
14%
Я считаю, что немецкое государство вообще должно меньше заниматься преступлениями прошлого.
1%
Свой вариант (напишу в комментариях).
6%
Если честно, мне совершенно неинтересна эта тема.
9%
Хочу узнать ответы.