​​Не так много хорошего мне есть сказать про Саудовскую Аравию, но вот у них есть, оказывается, женская сборная по футболу. И она приехала в Данию для участия в чемпионате Global Goals World Cup вот в таких кастомных пальто с надписью «We are a Kingdom” (можно и мне такое, пожалуйста).

Одежду создала дизайнер родом из Саудовской Аравии Arwa al Banawi. Арва признана лучшим дизайнером Ближнего Востока по версии журнала Grazia. По словам Vogue Arabia, Арва известна тем, что создаёт «андрогинные модели с флером женственности». Сама она говорит, что для неё важно совмещать западную моду с элементами, вдохновленными арабской культурой и Саудовской Аравией.

К сожалению, по законам Королевства, большую часть одежды бренда Arwa al Banawi (открытые плечи, облегающие платья, короткие юбки) местные жительницы носить не могут.

​​Интересная инфографика (и статистика) по применению смертной казни в 2018 году от издания South China Morning Post со ссылкой на Amnesty International.

Смертная казнь разрешена в 56 странах мира. В 2018 в соответствии с законами этих стран были официально убиты как минимум 686 человек. Еще 2531 человеку был вынесен смертный приговор, а 19 504 заключенных по всему миру ожидают его исполнения.

В первой десятке по количеству казней - не только страны вроде Саудовской Аравии и Ирана, но и США. Здесь высшая мера наказания была приведена в исполнение чаще, чем в Афганистане, Судане и Беларуси.

Между тем, доказательств того, что смертная казнь помогает предотвратить или сдержать преступления, не существует. Криминалисты провели сравнительно исследование нескольких штатов США, и пришли к выводу, что уровень преступности в тех из них, где существует высшая мера, не отличается от тех, где ее нет. К тем же выводам специалисты пришли, проанализировав кейсы Гонконга, где смертная казнь не применяется с 1993 года, и Сингапура, где ею наказываются убийцы. Разницы в количестве тяжких преступлений не было обнаружено.

Кроме всего прочего, смертная казнь (во всяком случае, в США) - очень дорогая практика. Каждый случай назначения высшей меры наказания влечет за собой годы и годы судебных апелляций, а значит - работы судей, приставов и адвокатов, которых в подавляющем большинстве случаев обеспечивает осужденному государство. Согласно исследованиям, пожизненное заключение обходится гораздо дешевле - ведь содержать подсудимого в тюрьме стоит меньше, чем содержать его в тюрьме и оплачивать ему защитников в течение долгих лет, а порой и десятилетий. В штате Калифорния, например, приведение приговора в исполнение является третьей самой частой причиной смерти тех, кто ожидает казни - после смерти от старости и самоубийства.

За последние 35 лет штат Калифорния потратил около 4 миллиардов долларов на применение высшей меры наказания для 13 человек. Этой суммы было бы достаточно, чтобы нанять около 80 тысяч полицейских, которые могли бы предотвращать преступления.

Еще одним аргументом против смертной казни выступает то, что ее применение часто носит весьма публичный характер - будь то повешения на площадях в Иране или трансляция смертельной инъекции в прямом эфире в США. По мнению экспертов по правам человека, такая публичность не имеет никакого легитимизирующего смысла. Напротив, это только усиливает бесчеловечную, жестокую суть этого наказания, и может негативно сказываться на психологическом и моральном состоянии всего сообщества.

Все это - не говоря о возможности ошибки, преднамеренной или нет, от которой не застрахована никакая, даже самая развитая, судебная система.

Несмотря на все аргументы против, большинство американцев поддерживают смертную казнь и считают, что в случае определенных преступлений только она - адекватная форма наказания. Согласно исследованию, проведенному центром Pew в 2018 году, 54% американских граждан считают, что смертная казнь должна применяться к убийцам, в то время как против высказались лишь 39%. Общественная поддержка высшей меры наказания начала вновь расти в 2016 году, после нескольких лет уменьшения показателей.

Интересная теория - но кажется, в основе европейской политики на Ближнем Востоке исторически (во всяком случае, в новое время) скорее лежали невежество и высокомерие. Одно, впрочем, не отменяет другого.

Убить отца

В своей работе «Тотем и табу» известный своей любовью к сигарам старик Фрейд объясняет появление первых человеческих институтов, вроде религии, нравственности или первичной организации общества мифом об убийстве братьями своего отца. Дескать, был некий тиранический отец, возглавлявший и терроризировавший дарвиновскую первичную орду, в которой не было места чему-либо кроме как первобытным инстинктам. За этим отцом была абсолютная монополия на оплодотворение всех самок, и чтобы ее сохранять он изгонял из своей орды всех своих сыновей. В один момент братья сговариваются и убивают своего отца. Затем они поедают его, чтобы получить часть его силы, а после раскаиваются в содеянном, запрещая себе совокупляться со своими сестрами и матерями и устанавливают табу на убийство. В знак покаяния они ставят тотем, символизирующий убитого и съеденного отца, прототип бога. Таким образом по Фрейду появляются прообразы современных религии и законов – тотем и табу.

По сути идея Фрейда о зачатии социума является экстрактом из древнегреческого мифа, согласно которому Зевс свергает своего тиранического отца Кроноса (если верить орфикам, то и кастрирует его), освобождает своих братьев и сестер из его чрева и с тех пор, будучи primus inter pares, делит с ними божественные полномочия. Являясь отправной точкой мифа греков, история борьбы с отцом стала архетипом поведения коллективной эллинско-римской Европы, некой программой действий этого континента на тысячелетия вперед, что нашло отражение в западном типе мышления и восприятия мира с его ориентиром на постоянный прогресс и обновление, борьбы нового со старым, завершающегося дарвиновской теорией эволюции и капитализмом с его непрерывным creative destruction.

Сразу возникает вопрос: «кто же этот символический архетипичный отец коллективной Европы?» Ответ лежит в той же древнегреческой мифологии – финикийский царь, правитель территории современного Ливана. Согласно эллинскому мифу, Зевс в образе быка похищает дочь Европу у ее отца и переплывает с ней на спине на остров Крит. Ирония истории в том, что само имя «Европа» является заимствованием из финикийского. Название континента в переводе означает «запад» или «закат» и является однокоренным с арабским словом «Магриб» (арабский и финикийский – родственные языки).

В этой легенде греки, как первые европейцы, аллегорично признались в том, что отец их логоса с Ближнего Востока. Именно оттуда они позаимствовали свою письменность, фиксирующую любое знание, основу цивилизации. Буквы греческого алфавита, ставшего базисом для латиницы, а затем и кириллицы, были заимствованы у семитов-финикийцев: «альфа» – «алп» (бык), «бета» – «бет» (дом). Позже Римская империя, объединившая Европу на фундаменте греческой цивилизации, примет ближневосточный авраамический логос в форме христианства, завершая формирование основ того, что сейчас мы называем Западом.

Теперь же вернемся к Фрейду. Внимательный читатель заметил, что в самом посыле своей идеи он использует слова «орда» и «тиран», как бы их отождествляя. Не имея чётких представлений об устройстве орды, даже очень образованный европеец a priori считает восточные институты, во-первых, примитивными и архаичными, «первичная орда» у него – праотец западных институтов, предок современного общества, а, во-вторых, возглавлять такой институт должен непременно тиран. И тут мы приходим к корням западной идентичности – бунт братьев против деспотичного отца, территориально лежащего на Востоке. Сразу становятся ясными как демократические основы коллективной Европы (союза братьев), так и ее политика на Ближнем Востоке (агрессия против воображаемого отца-тирана).
В этом есть что-то глубоко фрейдистское, не находите?

Пока канал немного забуксовал - хочется его как-то переосмыслить и увести немного в другом направлении - почитайте мой старенький текст про Малкольма Х и про то, как одно путешествие может изменить все.

Израильский Кнессет самораспустился после менее трёх месяцев работы - премьер-министр Нетаньяху не смог сформировать коалиционное большинство. Несмотря на то, что в израильских законах прописана процедура на этот случай - право сформировать правительство переходит к ближайшему конкуренту премьер-министра - правящая партия смогла провести закон, согласно которому Израиль ждут новые выборы в сентябре.

Камнем преткновения стала партия «Наш дом Израиль» под руководством Авигдора Либермана, который отказался вступать в коалицию. Естественно, Либерман, который ранее подал в отставку с поста министра обороны из-за того, что ему не дали разбомбить Газу в ответ на обстрелы юга Израиля; который живет в нелегальном с точки зрения международного права поселении и который в целом известен своими жесткими взглядами, был наречён самым серьезным оскорблением, которое возможно в современном Израиле - леваком.

Изменится ли расклад сил в Кнессете после перевыборов? Кардинально - едва ли; впрочем, некоторые политики уже успели нарушить свои предвыборные обещания. В частности, Моше Кахлон, который клялся никогда не вступать в коалицию с Биби, но передумал. Сам Нетаньяху также продемонстрировал гибкость принципов, предлагая министерские портфели любому, кто готов был бы их взять, даже лидеру оппозиционной партии «Авода» Ави Габаю. Все это происходит на фоне обвинений Нетаньяху в коррупции и злоупотреблении общественным доверием и судебных разбирательств, которые ему предстоят - если только не будет принят так называемый «французский закон», который обеспечит премьер-министру неприкосновенность.

В целом, я остаюсь при своём мнении - ничего не изменится, даже если вдруг сменится премьер-министр; но наблюдать за этими движениями довольно забавно.

Все так. Ещё интересно, что в Палестинской Автономии различные комитеты по налаживанию контактов с израильтянами и нормализации отношений действуют под эгидой администрации, то есть являются частью мейнстримной повестки. В Израиле такие группы в глубокой оппозиции и действуют не сообща с государством, а вопреки ему.

​​В другой сомнительной демократии, Индии, тоже недавно прошли выборы. Победила правящая партия националистического толка премьер-министра Нарендры Моди. Для этнических, религиозных и прочих меньшинств это очень плохие новости.

В частности, для мусульман. Несмотря на внушительную долю в населении страны (около 15% по состоянию на 2015 год, или 195 миллионов человек), их репрезентация во власти уменьшается с каждой каденцией.

Кроме того, из Индии регулярно приходят новости о насилии в отношении мусульман. Часто это групповые избиения или даже убийства (порой запечатленные на видео проходящими мимо зеваками), иногда - изнасилования, в том числе детей. По данным Human Rights Watch, в период между маем 2015 и декабрем 2018 как минимум 36 мусульман были убиты в 12 индийских штатах в инцидентах, связанных с защитой коров - священных животных в индуизме, но разрешенных к употреблению в пищу в исламе и в некоторых частях Индии.

Формально правящая партия “Бхаратия джаната парти” дистанцируется от этих инцидентов. Однако религиозное насилие вполне вписывается в платформу партии. Так, новость об изнасиловании восьмилетней девочки из мусульманской семьи восемью последователями индуизма вывела на улицы индийских городов множество демонстрантов - однако многие из них поддерживали насильников. В их числе - представители “Бхаратия джаната парти” Лал Сингх Чаудхари и Чандер Пракаш. Партия настояла на их отставке только спустя несколько месяцев и под давлением общественности.

Не только отдельные личности - целые пласты мусульманской культуры, кажется, в опасности и подлежат уничтожению. В стране, которая более 300 лет была под властью Великих Моголов, оказавших большое влияние на индийскую культуру, архитектуру и искусство (вспомнить хотя бы Тадж-Махал), правительство постепенно переименовывает города и деревни, носящие мусульманские названия: Аллахабаду вернули индуистское имя Прайаг, Файзабад стал Айодхья, в Раджастане также изменили несколько “звучащих по-исламски названий”. Наследие Моголов стирается не только с географических карт, но и из учебников истории.

Ожидается, что к 2060 году Индия станет ведущей по числу мусульман страной в мире (сейчас это Индонезия). Изменит ли это их положение в стране к лучшему? Пока все говорит об обратном.

«Зеленое движение» в Иране: десятилетие неслучившейся революции

2019 богат на годовщины в Иране. В отличие от сорокалетия Исламской революции, которое отмечали несколько месяцев назад, события десятилетней давности вряд ли удостоятся упоминания в официальных хрониках. Но для иранского гражданского общества июнь 2009 стал точкой отсчета.

Не секрет, что до исламской революции Иран и Израиль де-факто поддерживали дипломатические отношения. Иранские элиты приезжали в Израиль лечиться (медицинский туризм был поставлен на широкую ногу, вплоть до регулярных рейсов, перевозящих тяжелобольных), студенты ездили учиться по обмену, ученые налаживали академические связи.

Но оказывается, отношения были куда более близкими, даже интимными. У Моссада, израильской разведки, был штаб в Тегеране, откуда велись операции против враждебных арабских стран по всему Ближнему Востоку. В 1979 году шах бежал из страны, назначив в своё отсутствие премьер-министра Шапура Бахтияра. Тот первым делом связался с главой Моссад в Тегеране и задал прямо в лоб прямой вопрос: не мог бы Моссад, пожалуйста, убить аятоллу Хомейни, живущего в Париже лидера иранских протестов?

Глава Моссада передал просьбу руководству страны. Плюсы для Израиля были очевидны: САВАК (служба госбезопасности Ирана, не путать с ШАБАК, службой общей безопасности Израиля) был бы в серьезном долгу перед израильтянами, если бы те решили оказать иранцам эту услугу. С операционной точки зрения покушение на Хомейни не было бы столь трудновыполнимым. Один из высоких чинов, служащий в иранском штабе Моссад, считал, что овчинка не стоит выделки: «Дайте Хомейни вернуться в Иран. Долго он не протянет. Армия и САВАК займутся и им, и его людьми, протестующими на улицах. Он представляет прошлое Ирана, а не его будущее».

Главный аналитик в вопросах, связанных с Ираном, Йосси Альфер, отчитался перед руководством: «У нас нет достаточной информации о взглядах Хомейни или о том, каковы его шансы их реализовать, а потому я не могу точно ответить, оправданы ли риски». Директор Моссада прислушался к его мнению, и приказал дать Бахтияру отрицательный ответ.

Оглядываясь назад, Альфер признается: «Не позднее чем через пару месяцев после того совещания я понял, что за фигура аятолла Хомейни». Он пожалел о своём решении. Если бы Моссад убил Хомейни, считает Альфер, история сложилась бы куда лучше.

(Из книги Rise and kill first Ронена Бергмана, про которую ещё обязательно напишу подробнее).

​​Бывший египетский президент Мухаммед Мурси скончался вчера, потеряв сознание прямо в зале суда, где проходило слушание по обвинению его в шпионаже в пользу ХАМАС. Уже сегодня рано утром, по сообщению его сына Ахмеда Мурси, он был похоронен.

И смерть Мурси, и его похороны вызывают сомнения сторонников бывшего президента. “Братья-мусульмане”, к которым принадлежал Мурси, считают, что это убийство. Международные организации по защите прав человека неоднократно привлекали внимание к условиям содержания Мурси и других политических заключенных: с тех пор, как президент был свергнут в результате военного переворота в 2013 году, он был помещен в одиночную камеру. По данным Amnesty International, за шесть лет к нему лишь трижды допустили родственников, а визиты адвоката и доктора и вовсе были запрещены, несмотря на то, что Мурси требовался контроль медиков.

“Братья-мусульмане” призвали к массовым похоронным процессиям в Египте и демонстрациям у посольств страны по всему миру. Возможно, именно из-за этого призыва похороны прошли так быстро и не в соответствии с обычаями. “Согласно египетской традиции, которая считается священной, мы хороним наших мертвых при дневном свете, после полуденной или дневной молитвы, - написал в твиттере Махмуд Рефаат, советник Европейского института международного права и международных отношений. - Это происходит там, где покойный родился. То, что власти вынудили семью Мурси провести похороны посреди ночи, в присутствии только двух его сыновей и даже без его жены, только подтверждает, что у египетской власти нет чести, и ею руководят Эмираты”.

“Братья-мусульмане”, запрещенные в Египте, но по-прежнему пользующиеся народной поддержкой, вероятно, все же попытаются вывести своих сторонников на улицы. Главные протесты могут начаться в пятницу после проповеди в мечетях, многие из которых принадлежат организации.

О том, кто такие “Братья-мусульмане”, как Мурси пришел к власти и как был от нее отстранен, я писала здесь.

​​В последнее время в новостях много Ирана и США - кажется, напряжение, которое нарастает между двумя странами уже давно, вот-вот выльется в вооруженное столкновение. Сегодня Дональд Трамп одобрил авиаудар по объектам в Иране, после того, как иранцы сбили американский беспилотник, - но в последний момент, как сообщается, передумал.

Эскалация связана с недавними атаками на норвежский и японский танкеры в Оманском заливе. США немедленно обвинили Иран, заявив, что только у него был мотив и возможности для совершения нападения на танкеры. По мнению США, Иран таким образом показывает, что в его силах прервать нефтеперевозки через Ормузским пролив - главный морской путь, через который западный мир получает большую часть нефти из Ближнего Востока. Если такие атаки станут регулярными, это подорвет мировую экономику.

Однако не все так уверены в том, что за атаками на танкеры стоит именно Иран. Европейские союзники США довольно сдержаны в своих оценках и не спешат разбрасываться обвинениями. Едва ли это стоит расценивать, как кредит доверия Тегерану - скорее, как знак недоверия Вашингтону, который, кажется, так и хочет довести ситуацию до точки кипения.

Действительно, за время президентства Дональда Трампа США находятся в постоянном “холодном” конфликте с Ираном. Год назад США в одностороннем порядке вышли из ядерной сделки и имплементировали санкции не только против иранского руководства, но и - потенциально - против государств, поддерживающих финансовые отношения с Ираном. Некоторое время назад США включили иранский Корпус Стражей Исламской революции в список террористических организаций - жест эффектный, но довольно бессмысленный и подвергающий американских военный в регионе дополнительной опасности. Кроме того, Трамп усиливает американское военное присутствие на Ближнем Востоке, объясняя это необходимостью сдерживать иранскую агрессию.

По словам представителей американской администрации, цель всех этих действий - заставить Иран “вести себя, как нормальное государство”. Но, кажется, пока результат прямо противоположный.

И Иран, и США заявляют, что не заинтересованы в военном противостоянии. Едва ли хотят этого и другие игроки - в частности, арабские монархии. Однако равновесие в регионе как никогда хрупко.

​​Стали известны некоторые детали экономической части плана Джареда Кушнера по урегулированию палестино-израильского конфликта (почему-то его называют “План мира на Ближнем Востоке” - как будто все другие конфликты в регионе уже разрешены). Кушнер предлагает создать инвестиционный фонд в 50 миллиардов долларов, которые будут вложены в развитие Палестинской Автономии, а также стран-соседей - Ливана, Иордании и Египта. Палестинцы уже отвергли этот план, назвав его “взяткой”. Хотя о политической составляющей плана еще ничего не известно, некоторые источники говорят, что реализация концепции “две страны для двух народов” в нем не предусмотрена.

Интересно, что план не объясняет, откуда возьмутся эти самые пятьдесят миллиардов. По словам Кушнера), сначала нужно заручиться принципиальной поддержкой как можно большего числа стран, а затем решать, “кто будет делать что”.

Критики отмечают, что многие инициативы и проекты, на которые предполагается потратить эти деньги, аналогичны тем, что и так функционировали на Западном берегу и в Газе, пока США не прекратили их финансирование. В частности, Ближневосточное агентство ООН для помощи палестинским беженцам (UNRWA) занимается развитием инфраструктуры, школ и больниц, а также мирными инициативами в Палестинской Автономии и в Газе. В 2018 году США прекратили поддержку агентства, отменив пожертвование в 300 миллионов долларов. Часть этой суммы была покрыта за счет увеличения пожертвований других спонсоров.

Ожидается, что экономическая программа плана будет обсуждаться на мероприятии, которое пройдет в Кувейте на этой неделе. Впрочем, представители Палестинской Автономии отказались от участия, а Израиль и не был приглашен. В целом, отношение к плану в арабском мире скорее негативное. Видимо, чтобы нивелировать старания американской администрации, Лига арабских стран срочно постановила) выплачивать Палестинской Автономии по 100 миллионов долларов ежемесячно.

Публикация деталей политической части плана Кушнера отложена как минимум до сентября, когда в Израиле пройдут внеочередные парламентские выборы, а то и до ноября, когда должно быть сформировано новое правительство.

Несколько дней назад меня пригласили поучаствовать в записи подкаста «Че там у евреев» проект «Ялла, балаган», где максимально расслабленно, порой даже с шутками и смехом, обсуждаются израильские новости (а израильскую новостную повестку только так и модно обсуждать, по-моему).

Поговорили про развал коалиции, временное правительство, религию в армии и чем занимаются руководители «Моссад» на пенсии, а также обсудили локальные тель-авивские новости. Послушать можно на любой платформе для подкастов:

SoundCloud: https://soundcloud.com/whatsupjews/4-liberman-byvshie-glava-mossada-religiya-i-gosudarstvo-transport-deportatsiya-filipinok
Spotify: https://open.spotify.com/episode/1dHgcwHUJLhJYagfXO1af5
Apple Podcasts: https://apple.co/2XvlSZQ
Яндекс Музыка: https://music.yandex.ru/album/7814583/track/54516626

Теракты смертников разрушающе эффективны, смертельно действенны, имеют большую вероятность успеха, а также они относительно недороги и в целом выполнить их проще, чем другие виды террористических атак. Таким образом, решение террориста использовать эту тактику отнюдь не иррационально или продиктовано отчаянием, как иногда его изображают; скорее, это полностью рациональный и просчитанный выбор.

Согласно некоторым данным, стоимость одной операции с участием террориста-смертника во время того, что называют «Интифадой аль-Аксы», или Второй интифады (2000 - 2005гг.), была около 150 долларов. Эта скромная сумма с лихвой окупается: в среднем, теракты смертников по всему миру убивают в четыре раза больше людей, чем другие террористические атаки; в Израиле эти цифры ещё выше: в шесть раз больше смертей и примерно в двадцать шесть раз больше пострадавших, чем от других видов терактов.

Теракты 11 сентября также были относительно недороги. Согласно выводам Комиссии по расследованию событий 11 сентября, «аль-Каида» потратила что-то между 400 и 500 тысяч долларов на финансирование операции. Ее влияние на экономику США и мировую экономику, а также увеличение оборонных бюджетов по всему миру, было, конечно, непропорционально бОльшим. По информации Королевского института международных отношений (Великобритания), США сам теракт и его последствия обошлись, по самым скромным подсчетам, как минимум в 500 миллиардов долларов.

(Из книги Брюса Хоффмана “Inside Terrorism”).

Очень хороший подкаст вашингтонского Института Ближнего Востока - сама его всегда слушаю, и всем советую. Недавно там вышел эпизод о положении дел разных террористических групп после падения ИГИЛ. Краткий конспект ниже:

ИГИЛ
После того, как группировка потеряла последние территории в Сирии, она перестала позиционировать себя как квази-государство, но пытается предстать эдакой постоянно расширяющейся глобальной организацией, оперирующей в разных частях региона. Для лидеров группировки важно показать, что их проект не побежден, в всего лишь перешел в новую стадию - чтобы донести эту мысль, аль-Багдади даже самолично предстал на видео впервые за долгое время.

“Аль-Каида”
“Фронт ан-Нусра” - сирийская группировка, аффилированная с “аль-Каидой”, принимала участие в гражданской войне в Сирии с самого ее начала. “Фронт” стремиться быть джихадистским мейнстримом оппозиции и быть вовлеченным не только в боевые действия, но и в политические процессы. Но сирийцы не доверяют “аль-Каиде”. В то же время руководство “аль-Каиды” имеет более глобальный взгляд на джихад и призывает свои “дочерние” группы не вступать в политическую борьбу на местах. “Аль-Каида на Аравийском полуострове”, когда-то самая могущественная организация террористической франшизы, кажется, тоже никак не может определиться, по какому пути ей стоит идти: наращивать присутствие в Йемене, участвуя в местном конфликте, отвоевывая участки территории, но становясь более уязвимой; или стать глобальной джихадистской силой. Примечательно, что локальная ячейка ИГИЛ в Йемене находится с “аль-Каидой” в состоянии конфликта, что ослабляет обе организации.

“Талибан”
“Талибан” формально находится в процессе мирных переговоров с США, которые стремятся вывести свои войска из Афганистана (подробнее я писала об этом здесь). Несмотря на это, группировка по-прежнему действует агрессивно. Для того, чтобы мирный процесс сдвинулся с мертвой точки, “Талибан” должен будет пойти на определенные уступки, но пока этого не происходит.

“Хезболла”
Несмотря на заявления американской администрации (в частности, спецпредставителя по Ирану Брайана Хука), доказательств того, что санкции против Ирана как-то существенно повлияли на “Хезболлу”, нет. Возможно, им пришлось сократить социальные выплаты гражданскому сектору в Ливане, который зависит от денежных вливаний со стороны “Хезболлы” и Ирана - но в том, что касается присутствия группировки в зонах боевых действий и террористической деятельности, она все еще весьма сильна. Все большую активность “Хизболла” проявляет в центральной Сирии. В Йемене она помогает тренировать бойцов хуситов. В том, что касается отправления специалистов к театрам боевых действий и распространения их “ноу-хау”, “Хезболла” сравнивается с Ираном. Конечно, сложно предугадать, сможет ли “Хезболла” продолжать в том же духе, если санкции еще усилятся. Но если Иран и США сядут за стол переговоров (на что надеются в Вашингтоне), то часть санкций придется снять, и тогда “Хезболла” почувствует себя еще свободнее.

К новости о том, что Иран продолжил обогащение урана, ранее ограниченное в рамках «ядерной сделки» - ещё из книги “Rise and Kill First”:

В начала 2010х Иран работал над созданием ядерного оружия, «Моссад» методично отстреливал иранских ученых, чтобы затормозить этот процесс - методика более чем спорная, но она работала. Премьер-министру Бенджамину Нетаньяху и министру обороны Эхуду Бараку этого, впрочем, было недостаточно, и они грозились вот-вот начать полномасштабную атаку на иранские ядерные объекты. Барак, впрочем, позже говорил, что таким образом они пытались вынудить США атаковать Иран первыми - в случае вооруженного конфликта между Израилем и Ираном американцам все равно пришлось бы вмешаться, а, атаковав первыми, они хотя бы могли контролировать тайминг.

Но все вышло несколько иначе. Опасаясь резких движений со стороны Израиля, администрация Барака Обамы начала тайные переговоры с иранцами. В итоге и была заключена та самая «ядерная сделка» 2015 года.

Автор книги Ронен Бергман, опираясь на мнения экспертов, говорит, что сделка была заключена, конечно, слишком рано. Если бы переговоры начались двумя годами позднее, Иран был бы куда сильнее истощён экономически, и согласился бы на куда худшие для себя условия. Но недостатки этого соглашения (которое так любит ругать Нетаньяху) - не в последнюю очередь вина недальновидных стратегических решений израильского руководства.

​​Вчера по всему Израилю прошли, а сегодня продолжаются, массовые протесты эфиопской общины против полицейского насилия. Начавшиеся как мирная демонстрация, протесты и сами стали насильственными: стычки демонстрантов с водителями авто, которые на долгие часы застряли в дороге из-за перекрытых трасс после рабочего дня, обернулись поджогами и переворачиванием машин, бросанием камней и локальными потасовками. По некоторым данным, около 60 тысяч человек попали в многочасовые пробки по всей стране. К разгону демонстрантов было привлечено спецподразделение полиции ЯСАМ. Сообщается о 83 пострадавших и 136 арестованных.

Поводом к протестам стало убийство несколькими днями ранее полицейским Соломона Тека, 19-летнего израильтянина эфиопского происхождения. По-видимому, группа эфиопских подростков подралась в парке; полицейский, находящийся там же как частное лицо, не при исполнении, попытался успокоить дерущихся. В итоге один из подростков получил пулю в голову - полиция утверждает, что непреднамеренно: выстрел был произведён в землю, но пуля отрикошетила.

Это не первый подобный инцидент. В начале года полицейский застрелил другого представителя эфиопской общины. 24-хлетний Иегуда Биагда страдал от посттравматического синдрома, который получил на службе в израильской армии. Он ходил по улицам города с ножом в руке; его родственники, волнуясь о его местонахождении, вызвали полицию; прибывший сотрудник выстрелил в Биагду вместо того, чтобы обезвредить его электрошокером, выстрелом в воздух или ранением.

Эфиопская община считает, что в обоих случаях убитые были бы живы, если бы они не были темнокожими.

Эти резонансные инциденты вскрывают глубокую фрустрацию, которую переживает эфиопская община. В этом интервью известная израильская активистка Мазаль Бизауэр рассказывает о том, что полицейское насилие - лишь симптом систематической дискриминации и расизма в отношении темнокожих израильтян. По её словам, политики, как и большинство израильского общества, предпочитают не замечать этих проблем, концентрируясь на вопросах безопасности, оккупации или - чаще всего - защищаясь полным отрицанием.

По данным отдела внутренних расследований полиции при министерстве юстиции, за последние пять лет 15 израильтян были убиты полицейскими в инцидентах, не связанных с терроризмом - то есть в подобных случаям Теки и Биагды. В большинстве случаев убитые были, что называется, “people of color” - эфиопы, израильские арабы, евреи восточного происхождения, визуально похожие на арабов. Ни одного случая убийства полицейским еврея-ашкеназа, за исключением одного русского, не зарегистрировано. Ни один из полицейских не понес наказания. При этом обязательному рассмотрению подлежат только случаи, повлёкшие смерть человека. По статистике, 90% жалоб на полицейское насилие - избиения, незаконные аресты и т.д. - даже не рассматриваются.

Неизвестно, приведут ли нынешние протесты к какому-либо комплексному решению (понятно, что и с расизмом, и с полицейским произволом нужно бороться систематически и на уровне государства), но все больше израильтян , даже изначально симпатизирующих протестующим, теперь, после того, как демонстрации приняли насильственный оборот, высказываются негативно.

Очень тяжко, конечно, сейчас читать русскоязычные (да и не только) израильские соцсети, включая телеграм. Во-первых, из-за оголтелого расизма, который почему-то стало совсем не стыдно демонстрировать. Во-вторых, из-за простого непонимания механик уличных акций. Все эти «Я нормально к ним отношусь, но почему невинные люди должны два часа торчать в пробке из-за их протестов!».

На эту тему исследовательница из Тель-Авивского университета Тали Хатука написала целую книгу - “The Design of Protest. Choreographing Political Demonstrations in Public Space”. Автор разбирает разные виды публичных акций, демонстраций и протестов и объясняет, как они взаимодействуют с окружающим пространством. Почему некоторые митинги проходят на площадях, а другие - на улицах? Почему какие-то протесты нужно проводить в центре города, а другие - на отдаленном КПП? Как идея места перекликается с политической повесткой, и как политические акции меняют наше представление о городе? Все это с примерами громких (и не очень) протестов по всему миру, включая митинг, после которого был убит премьер-министр Ицхак Рабин, акции за гражданские права в США, молчаливые протесты матерей в Аргентине. Ещё один пример из книги приведу ниже: