В Саудовской Аравии скоро могут казнить женщину-политзаключенную. 29-летняя Исраа аль-Гомгхам и ее муж были арестованы в 2015 году за участие в уличных анти-правительственных протестах в городе Катиф. Исраа выступала против притеснения шиитской общины, к которой она принадлежит, суннитским руководством страны. 6 августа, после 32 месяцев тюремного заключения, она предстала перед судом, который занимается делами, связанными с терроризмом. Государственный обвинитель потребовал приговорить её, её мужа и ещё четырёх обвиняемых к смертной казни. Финальное слушание по делу состоится в октябре 2018.
Женщин и раньше приговаривали в Королевстве к высшей мере наказания, но как правило они обвинялись в убийствах. Исраа аль-Гомгхам, если суд вынесет обвинительный приговор, станет первой женщиной, казнённой за политическое преступление. Международные организации по защите прав человека призывают мировое сообщество вмешаться, а королевскую семью - не казнить активистов.
Все это происходит на фоне либеральных реформ саудовского крон-принца Мухаммеда бен Салмана. За последние месяцы в Королевстве впервые за десятилетия открылись кинотеатры, а женщины получили разрешение водить автомобили. Несмотря на это, выходить на улицы для них, видимо, ещё небезопасно.
Женщин и раньше приговаривали в Королевстве к высшей мере наказания, но как правило они обвинялись в убийствах. Исраа аль-Гомгхам, если суд вынесет обвинительный приговор, станет первой женщиной, казнённой за политическое преступление. Международные организации по защите прав человека призывают мировое сообщество вмешаться, а королевскую семью - не казнить активистов.
Все это происходит на фоне либеральных реформ саудовского крон-принца Мухаммеда бен Салмана. За последние месяцы в Королевстве впервые за десятилетия открылись кинотеатры, а женщины получили разрешение водить автомобили. Несмотря на это, выходить на улицы для них, видимо, ещё небезопасно.
Прекрасная, несмотря ни на что, Ориана Фаллачи.
Она родилась в Италии незадолго до Второй мировой в рабочей семье. Ее отец был политическим активистом и, впитав его идеи, Ориана в подростковом возрасте вступила в анти-фашистское Сопротивление. В этих ранних годах, видимо, и берет начало ее ненависть к фашизму в любом его проявлении и готовность сражаться за свободу, которую Фаллачи ценила превыше всего.
После войны она начинает работать журналистом. Наибольшую известность она получила как бескомпромиссный политический интервьюер. Ей удалось поговорить с Ариэлем Шароном, Голдой Меир, Яссиром Арафатом, последним шахом Ирана Резой Пехлеви и первым аятоллой, ставшим фактически правителем Ирана после революции, Хомейни. Это интервью можно прочитать здесь, и это увлекательнейшее чтиво - Фаллачи и ее метод в полный рост. Она задает провокационные вопросы и не удовлетворяется шаблонными ответами, она откровенно троллит собеседника и вытягивает из него то, чего он говорить вслух не собирался. Так, Фаллачи довела беднягу до того, что он заметил: “Наши традиции - не ваше дело. Если вам так не нравится исламская одежда, вы не обязаны ее носить. Исламская одежда - для хороших, порядочных женщин”. “Очень мило с вашей стороны, имам”, - как ни в чем не бывало, ответила Фаллаци. - “И раз уж вы предложили, я и правда сниму эту глупую средневековую тряпку. Вот так, готово”. Говорят, больше аятолла Хомейни интервью никому не давал.
Ее страсть к свободе с годами трансформировалась в жуткую исламофобию. В эмиграции мусульман в Европу она видела угрозу европейским ценностям. Теракт 11 сентября превратил ее из остроумной и критичной писательницы в параноидальную ксенофобку. Она написала три книги против ислама, в которых сравнила мусульман с “размножающимися крысами”. Из автора, который сказал однажды, “Я известна своей борьбой за свободу, а свобода включает свободу вероисповедания”, она стала человеком, заявившим: “Увеличение числа мусульман в Италии и Европе пропорционально нашей потере свободы”. За свои человеконенавистнические высказывания она даже предстала перед судом. Ее биограф, автор книги “Oriana Fallaci: the Journalist, the Agitator, the Legend” Кристина де Стефано, считает, что поздние тексты Фаллачи были продуктом “гнева, одиночества и болезни”, а не зрелого политического анализа.
Ее новые взгляды, новые тексты разрушили блестящую карьеру и образ. Из уважаемой левой интеллектуалки Фаллачи стала символом ксенофобии, что могли только поприветствовать в ультра-правых кругах - тех кругах, с которыми она боролась почти с самого детства. Она умерла от рака, в одиночестве, в 2006 году. Ей было 77 лет.
Она родилась в Италии незадолго до Второй мировой в рабочей семье. Ее отец был политическим активистом и, впитав его идеи, Ориана в подростковом возрасте вступила в анти-фашистское Сопротивление. В этих ранних годах, видимо, и берет начало ее ненависть к фашизму в любом его проявлении и готовность сражаться за свободу, которую Фаллачи ценила превыше всего.
После войны она начинает работать журналистом. Наибольшую известность она получила как бескомпромиссный политический интервьюер. Ей удалось поговорить с Ариэлем Шароном, Голдой Меир, Яссиром Арафатом, последним шахом Ирана Резой Пехлеви и первым аятоллой, ставшим фактически правителем Ирана после революции, Хомейни. Это интервью можно прочитать здесь, и это увлекательнейшее чтиво - Фаллачи и ее метод в полный рост. Она задает провокационные вопросы и не удовлетворяется шаблонными ответами, она откровенно троллит собеседника и вытягивает из него то, чего он говорить вслух не собирался. Так, Фаллачи довела беднягу до того, что он заметил: “Наши традиции - не ваше дело. Если вам так не нравится исламская одежда, вы не обязаны ее носить. Исламская одежда - для хороших, порядочных женщин”. “Очень мило с вашей стороны, имам”, - как ни в чем не бывало, ответила Фаллаци. - “И раз уж вы предложили, я и правда сниму эту глупую средневековую тряпку. Вот так, готово”. Говорят, больше аятолла Хомейни интервью никому не давал.
Ее страсть к свободе с годами трансформировалась в жуткую исламофобию. В эмиграции мусульман в Европу она видела угрозу европейским ценностям. Теракт 11 сентября превратил ее из остроумной и критичной писательницы в параноидальную ксенофобку. Она написала три книги против ислама, в которых сравнила мусульман с “размножающимися крысами”. Из автора, который сказал однажды, “Я известна своей борьбой за свободу, а свобода включает свободу вероисповедания”, она стала человеком, заявившим: “Увеличение числа мусульман в Италии и Европе пропорционально нашей потере свободы”. За свои человеконенавистнические высказывания она даже предстала перед судом. Ее биограф, автор книги “Oriana Fallaci: the Journalist, the Agitator, the Legend” Кристина де Стефано, считает, что поздние тексты Фаллачи были продуктом “гнева, одиночества и болезни”, а не зрелого политического анализа.
Ее новые взгляды, новые тексты разрушили блестящую карьеру и образ. Из уважаемой левой интеллектуалки Фаллачи стала символом ксенофобии, что могли только поприветствовать в ультра-правых кругах - тех кругах, с которыми она боролась почти с самого детства. Она умерла от рака, в одиночестве, в 2006 году. Ей было 77 лет.
Собираю свои давние тексты по кусочкам ото всюду, и нашла старенькое интервью с арт-менеджером моего любимого арабского квир-бара, где можно набить тату прямо на вечеринке, а девушки во время месячных получают 25% скидку на алкоголь. Именно здесь зародились уже легендарные вечеринки арабской электроники Arabs Do It Better - ну и вообще, там классно: https://telegra.ph/Kroshechnyj-bar-v-YAffo-gde-net-arabo-izrailskogo-konflikta-09-04
Telegraph
Крошечный бар в Яффо, где нет арабо-израильского конфликта
Бар Anna LouLou (от араб. «я — жемчужина») вполне соответствует своему названию и действительно выделяется даже в богатом на развлечения Яффо. Арабская электроника и хип-хоп, независимые тель-авивские группы, техно, латиноамериканские песни под гитару, африканские…
25 лет назад Израиль и палестинский народ повернулись друг к другу лицом и попытались прийти к миру. Рассказываю, как и почему этого не произошло: https://telegra.ph/Soglasheniya-v-Oslo---25-let-spustya-09-14
Telegraph
Соглашения в Осло - 25 лет спустя
Сейчас много вспоминают мирные соглашения в Осло - Декларация о принципах в рамках этих соглашений была подписана в Вашингтоне 13 сентября 25 лет назад. План мирного урегулирования, рассчитанный на пять лет, должен был привести к деэскалации конфликта между…
Аппельберг pinned «25 лет назад Израиль и палестинский народ повернулись друг к другу лицом и попытались прийти к миру. Рассказываю, как и почему этого не произошло: https://telegra.ph/Soglasheniya-v-Oslo---25-let-spustya-09-14»
Токийская мечеть и турецкий культурный центр в районе Сибуя японской столицы. Интересно, что первоначально мечеть построили башкиры и татары- эмигранты из России, бежавшие от революции. Мечеть была построена в 1938 году, однако в 1986 была разрушена. На ее месте возвели современную мечеть при поддержке Турции. На сегодняшний день это самая большая мечеть в Японии.
Отличная статья в The Guardian о том, как белая американка открывает для себя мир за пределами Соединенных Штатов. Открытие №1 - мир за пределами Соединенных Штатов существует. Поскольку американская система школьного и высшего образования не справляется с тем, чтобы донести эту простую мысль до своих граждан, автору статьи пришлось в тридцать лет уехать в Стамбул.
Там ее мир слегка переворачивается. Чем больше она узнает других людей и другую культуру, тем яснее ей становится, что она всегда считала Америку (имея в виду США; то, что США - не вся Америка, ускользает от ее сознания даже в тексте, вся суть которого - посыпать голову пеплом и покаяться в ложном эксепционализме) - вершина эволюции, а другие страны и народы просто пытаются ее догнать. Даже никудышного американского президента она не может поставить в один ряд с никудышными лидерами других стран. То же и с персональной идентичностью - о вопросах расы автор задумалась впервые в 22 года, наткнувшись на какую-то тематическую книгу в библиотеке. До этого ей всегда казалось, что белый американец рождается цельным, а другие расы формируют свое представление о себе в сравнении и взаимодействии с этим идеальным, изначальным мерилом всего.
В Стамбуле ей встречается человек, который уверен, что атака 11 сентября была режиссирована самими США. И хотя это довольно распространенная теория заговора, верить во что-то подобное - не такая уж и глупость, если принять во внимание количество переворотов, политических убийств и прочих вмешательств, организованных спецслужбами США - и до поры до времени остающихся под секретом. (Мой личный топ открывает смещение иранского премьер-министра Мохаммада Моссадекка в 1953 году, без которого, вполне возможно, не случилось бы Исламской революции).
“Я начала спрашивать себя, такая ли большая разница между паранойей иностранца, который считает, что американцы сами совершили теракт 11 сентября, и паранойей американцев, что весь мир теперь должен за 11 сентября заплатить в глобальной войне с террором”.
Кроме любителя конспирации автор встречает и других турок - в частности, прогрессивную либеральную молодежь, которая подвергает сомнению не только нынешнее турецкое правительство, но и саму историю и все те установки, которые им прививали еще со школы. Автор замечает, что в США это едва ли возможно: “В Соединенных Штатах все иначе… Нас учат, что мы - величайшая нация на земле. Но дело в том, что мы никогда не пересмотрим этот нарратив так, как это делаете вы, потому что для нас это не пропаганда, это правда. Для нас это не национализм, это патриотизм. Мы никогда не подвергнем это сомнению, потому что также нам внушают, какая у нас свобода мышления и в целом - свобода. Так что мы даже не знаем, что что-то неправильное есть в том, чтобы верить, что наша страна - величайшая на земле. Все это как бы убеждает тебя, что коллективное сознание всего мира пришло к тому же выводу”. - “Вау, - ответил друг. - Как странно. Это ведь тихая форма фашизма, разве нет?”.
Ну, как бы, да.
Там ее мир слегка переворачивается. Чем больше она узнает других людей и другую культуру, тем яснее ей становится, что она всегда считала Америку (имея в виду США; то, что США - не вся Америка, ускользает от ее сознания даже в тексте, вся суть которого - посыпать голову пеплом и покаяться в ложном эксепционализме) - вершина эволюции, а другие страны и народы просто пытаются ее догнать. Даже никудышного американского президента она не может поставить в один ряд с никудышными лидерами других стран. То же и с персональной идентичностью - о вопросах расы автор задумалась впервые в 22 года, наткнувшись на какую-то тематическую книгу в библиотеке. До этого ей всегда казалось, что белый американец рождается цельным, а другие расы формируют свое представление о себе в сравнении и взаимодействии с этим идеальным, изначальным мерилом всего.
В Стамбуле ей встречается человек, который уверен, что атака 11 сентября была режиссирована самими США. И хотя это довольно распространенная теория заговора, верить во что-то подобное - не такая уж и глупость, если принять во внимание количество переворотов, политических убийств и прочих вмешательств, организованных спецслужбами США - и до поры до времени остающихся под секретом. (Мой личный топ открывает смещение иранского премьер-министра Мохаммада Моссадекка в 1953 году, без которого, вполне возможно, не случилось бы Исламской революции).
“Я начала спрашивать себя, такая ли большая разница между паранойей иностранца, который считает, что американцы сами совершили теракт 11 сентября, и паранойей американцев, что весь мир теперь должен за 11 сентября заплатить в глобальной войне с террором”.
Кроме любителя конспирации автор встречает и других турок - в частности, прогрессивную либеральную молодежь, которая подвергает сомнению не только нынешнее турецкое правительство, но и саму историю и все те установки, которые им прививали еще со школы. Автор замечает, что в США это едва ли возможно: “В Соединенных Штатах все иначе… Нас учат, что мы - величайшая нация на земле. Но дело в том, что мы никогда не пересмотрим этот нарратив так, как это делаете вы, потому что для нас это не пропаганда, это правда. Для нас это не национализм, это патриотизм. Мы никогда не подвергнем это сомнению, потому что также нам внушают, какая у нас свобода мышления и в целом - свобода. Так что мы даже не знаем, что что-то неправильное есть в том, чтобы верить, что наша страна - величайшая на земле. Все это как бы убеждает тебя, что коллективное сознание всего мира пришло к тому же выводу”. - “Вау, - ответил друг. - Как странно. Это ведь тихая форма фашизма, разве нет?”.
Ну, как бы, да.
the Guardian
Unlearning the myth of American innocence
The long read: When she was 30, Suzy Hansen left the US for Istanbul – and began to realise that Americans will never understand their own country until they see it as the rest of the world does
Волна #metoo дошла и до исламского мира - европейский мусульманский проповедник-суперзвезда Тарик Рамадан обвиняется в харрасменте и изнасилованиях нескольких женщин. Гражданин Швейцарии и, до недавнего времени, преподаватель Оксфорда, Рамадан был арестован во Франции в феврале 2018, и с тех пор пребывает в заключении. Одна из его обвинительный сохраняет инкогнито, другая - писательница Хенда Айари, которая описала свою трансформацию из ультра-консервативной мусульманки в светскую женщину либеральных взглядов. В книге она рассказывает, что подверглась приставаниям влиятельной фигуры мусульманского мира в 2012 году, но только в прошлом году она призналась, что речь идет о Тарике Рамадане.
Сам Рамадан все обвинения отрицает. Его защитники, адвокаты и семья считают, что дело носит политический характер - ведь Тарик часто комментирует острые политические вопросы, а теледебаты с его участием проходят в прайм-тайм и привлекают множество зрителей. Адвокаты отмечают, что дело Рамадана ведется с множеством процессуальных нарушений. Во-первых, в отличие от большинства подозреваемых в сексуальных преступлениях, Тарик был помещен под арест без возможности выйти на свободу под залог и подписку о невыезде. Он содержится в одиночной камере; его право на переписку, встречи с семьей и даже доступ к материалам его дела ограничены. Кроме того, ему необходима медицинская помощь (Рамадан страдает рассеянным склерозом), которую французские власти, по словам родных Рамадана, ему не обеспечивают. Так обычно содержатся подозреваемые в делах, связанных с терроризмом.
(Журналисты ВВС обратились с запросом в офис прокурора, и получили ответ, что содержание Тарика Рамадана соответствует нормам, и у него есть доступ к материалам дела).
Тарик Рамадан находился под арестом почти полгода перед тем, как ему позволили выступить с заявлением и доказательствами его невиновности. Все это время он не мог защищать себя, в то время как во французских медиа развернулась кампания против него. Несмотря на то, что еще не понятно, когда состоится слушание дела в суде и состоится ли оно вообще - общественное мнение уже сформировано.
Более сотни академиков и публичных интеллектуалов (в их числе, например, Ноам Хомски) подписали открытое письмо с призывом к честному разбирательству. “Существует ли одна справедливость для мусульман во Франции и другая - для всех остальных?” - спрашивается в письме.
Сам Рамадан все обвинения отрицает. Его защитники, адвокаты и семья считают, что дело носит политический характер - ведь Тарик часто комментирует острые политические вопросы, а теледебаты с его участием проходят в прайм-тайм и привлекают множество зрителей. Адвокаты отмечают, что дело Рамадана ведется с множеством процессуальных нарушений. Во-первых, в отличие от большинства подозреваемых в сексуальных преступлениях, Тарик был помещен под арест без возможности выйти на свободу под залог и подписку о невыезде. Он содержится в одиночной камере; его право на переписку, встречи с семьей и даже доступ к материалам его дела ограничены. Кроме того, ему необходима медицинская помощь (Рамадан страдает рассеянным склерозом), которую французские власти, по словам родных Рамадана, ему не обеспечивают. Так обычно содержатся подозреваемые в делах, связанных с терроризмом.
(Журналисты ВВС обратились с запросом в офис прокурора, и получили ответ, что содержание Тарика Рамадана соответствует нормам, и у него есть доступ к материалам дела).
Тарик Рамадан находился под арестом почти полгода перед тем, как ему позволили выступить с заявлением и доказательствами его невиновности. Все это время он не мог защищать себя, в то время как во французских медиа развернулась кампания против него. Несмотря на то, что еще не понятно, когда состоится слушание дела в суде и состоится ли оно вообще - общественное мнение уже сформировано.
Более сотни академиков и публичных интеллектуалов (в их числе, например, Ноам Хомски) подписали открытое письмо с призывом к честному разбирательству. “Существует ли одна справедливость для мусульман во Франции и другая - для всех остальных?” - спрашивается в письме.
Старейшая мечеть Германии находится в парках Шветцингенского дворца в Баден-Вюртемберге. Ее построили в 1779-1791 годах на волне моды на «турецкую» архитектуру. Интересно, что для религиозных целей изначально использовать здание не планировалось, но с течением времени здесь все же стали проводить молитвы.
Прочитала роман Салмана Рушди «Сатанинские стихи», за который автора заочно приговорил к смерти аятолла Хомейни и недоумеваю, почему радикальные исламисты ополчились на роман вместо того, чтобы взять его на вооружение:
https://telegra.ph/Sataninskie-stihi-09-30
https://telegra.ph/Sataninskie-stihi-09-30
Telegraph
"Сатанинские стихи"
Британский писатель индийского происхождения Салман Рушди не очень любит говорить о вышедшем в 1988 году романе “Сатанинские стихи”. Девять лет жизни, последовавшие за публикацией, он считает выброшенными из жизни: писателю приходилось скрываться, переезжая…
Аппельберг pinned «Прочитала роман Салмана Рушди «Сатанинские стихи», за который автора заочно приговорил к смерти аятолла Хомейни и недоумеваю, почему радикальные исламисты ополчились на роман вместо того, чтобы взять его на вооружение: https://telegra.ph/Sataninskie-stihi…»
Нобелевскую премию мира сегодня получила Надя Мурад - езидка из Ирака, которую около трёх лет держало в сексуальном рабстве «Исламское государство».
Премия присуждена за ее деятельность по борьбе с сексуальным насилием как методом ведения боевых действий. Мурад удалось спастись из плена и сбежать в Германию, после чего с трибуны ООН она рассказала об опыте тысяч езидских женщин, захваченных ИГ.
Кроме Мурад премию мира получил конголезский доктор Денис Маквеге, который долгие годы помогает женщинам, пережившим насилие в Конго.
Лауреатов поздравили представители организаций по правам человека, правительства Конго и Ирака, канцлер Германии Ангела Меркель, которая и сама была номинирована на премию, а также Малала Юсуфзай, пакистанская активистка, которая получила Нобелевскую премию мира в 2014 году.
Премия присуждена за ее деятельность по борьбе с сексуальным насилием как методом ведения боевых действий. Мурад удалось спастись из плена и сбежать в Германию, после чего с трибуны ООН она рассказала об опыте тысяч езидских женщин, захваченных ИГ.
Кроме Мурад премию мира получил конголезский доктор Денис Маквеге, который долгие годы помогает женщинам, пережившим насилие в Конго.
Лауреатов поздравили представители организаций по правам человека, правительства Конго и Ирака, канцлер Германии Ангела Меркель, которая и сама была номинирована на премию, а также Малала Юсуфзай, пакистанская активистка, которая получила Нобелевскую премию мира в 2014 году.
YouTube
Nobel peace prize joint winner Nadia Murad's powerful 2016 speech to the UN
Nadia Murad has been jointly awarded the 2018 Nobel peace prize for her efforts to end the use of sexual violence as a weapon of war. Here, she recounts the harrowing experience of being abducted with other Yazidi women by Islamic State militants in northern…