Обзор текущей ситуации в рознице от меня и коллег по цеху: https://cre.ru/analytics/100776

В Москве можно передвигаться только общественным транспортом. Если учесть слухи о платном въезде в центр, рекомендую «Электробус»

Имитация манго

А вы знали, что сушенное манго, которое сейчас везде - вовсе не оно самое на самом деле?

Наличие слова «манго» на упаковке не означает, что продукт состоит из плодов манго в привычном понимании. В промышленности широко применяются растительные основы — дешёвое нейтральное сырьё (тыква, кабачок, батат, крахмалистые смеси), способное хорошо впитывать вкус и аромат.

Далее применяют органические кислоты, ароматизаторы с профилем манго, жёлто-оранжевые красители и низкотемпературная сушка. В результате получается продукт, который визуально и органолептически воспринимается как манго, не являясь им ботанически.

Такой подход юридически допустим. Маркировка «со вкусом манго», «продукт на основе манго» или даже «100% манго» возможна при добавлении минимального количества мангового пюре или концентрата. Формальные требования соблюдены, даже если основную массу составляет другое растительное сырьё.

Успех притупляет чувствительность к рискам

Недавно мои клиенты порекомендовали меня своему партнёру, который создал потенциально интересный стартап для реинвестирования прибыли. Анализ показал, что партнёр допускает грубые операционные ошибки в своём бизнесе, что навело меня на ряд мыслей.

Когда предприниматель долго находится в фазе успеха, возникает иллюзия воспроизводимости результата. Кажется, что если один операционный бизнес «полетел», то и другой, похожий по форме, даст тот же эффект. На практике это часто ошибка: меняются люди, управленческий стиль, дисциплина, рынок — при этом риски недооцениваются.

Важно помнить: операционный бизнес — это всегда высокий риск.

Любой операционный бизнес жёстко завязан на качестве команды и управления. Если команда слабее, мягче или, наоборот, перегибает с жёсткостью, экономика быстро рассыпается. В таких инвестициях вероятность потери капитала принципиально выше, чем кажется со стороны.

Моя рекомендация всегда такова: недвижимость (в том числе жилая) — это другой класс логики.

Здесь доход строится вокруг физического актива, арендного потока и роста стоимости на рынке. Даже при ошибках в управлении актив остаётся: его можно реструктурировать, пересдать или продать. Риск не исчезает, но становится контролируемым. Доходность ниже, но на дистанции 10+ лет мне регулярно прилетают благодарности.

Кстати, конкретный кейс: те, кто с моей подачи купил недвижимость в 2020 году, сегодня, зафиксировав прибыль, получили около 20 % годовых на капитал.

Некрологи, теперь дело обычное:
Основатель холдинга Ginza Project Вадим Лапин скончался на 63-м году жизни после продолжительной борьбы с онкологическим заболеванием.

Много лет торговые комплексы живут в затяжном кризисе арендаторов.
Сначала платежеспособные магазины стали вытеснять «якорными» развлечениями.
Потом онлайн-торговля методично вычистила последние обороты из офлайна.
Теперь — тройной удар: у населения закончились деньги, инфляция съедает маржу, а для малого и среднего бизнеса резко выросла налоговая нагрузка.

Предчувствую, 2026 станет годом жатвы.
Годом, когда старая торговая недвижимость, влачащая худое существование в нелепой надежде на «восстановление», начнёт массово менять назначение — или уходить под снос.

Возможно, не самый своевременный разговор, но важный.

Бизнес состоит из разных компонентов: продукт, масштаб, деньги, управление.
Их значимость меняется со временем.
Но то, что делает бизнес долгим, — это идеология.

Я верю в Макдональдс. Даже в самых захолустьях он показывает людям другой возможный сценарий жизни:
чисто, светло, вежливо, современно.
Для кого-то это первый опыт нормальности.

IKEA сделала то же самое — незаметно подняла базовое качество жизни до уровня, о существовании которого многие раньше не знали.

Это не просто бренды.
Это культурная работа.

А какие бренды, по-вашему, действительно повлияли на культуру, а не только на рынок?

RIP

В прошлом году спорили с владельцем иностранного торгового центра о бренде Dolce & Gabbana.

Если Versace исторически одевал любовниц,
а Armani — жён,
то Dolce & Gabbana всегда рассказывали историю сицилийской вдовы.
DG одинаково хорошо работают и для тех, и для других, потому что их ДНК - про женскую архетипику.

Посадка женской линии у Dolce & Gabbana продаёт одежду сама — часто без участия продавцов (спросите в ЦУМ). В образе ставка делается на целомудренность, а в фасоне — на секс. Это магическое коммерческое сочетание, которым бренд удерживает покупательниц десятилетиями.

Спор с олигархом, назвавшим марку «нафталиновой» и сомневавшимся в необходимости её присутствия в ТЦ, мы в итоге оставили на суд его жены. Самая честная фокус-группа.

Все чаще слышу: «Я дома не готовлю».
Только доставка, рестораны, кафе. И обязательно с гордостью, как будто это достижение.

Попробуй накормить таких людей нормальной едой — начинается истерика.
«Слишком просто», «не так вкусно», «в ресторане лучше».
Нет. В ресторане жирнее.

Ресторанная еда сегодня — это не кухня, а калькулятор.
Мясо режут до минимума, белок заменяют соусом, вкус делают жиром, солью и сахаром.
Не потому что шеф так задумал, а потому что аренда и ФОТ.

Поэтому бургеры, пасты и боулы одинаковые.
Поэтому после них не сыто, а хочется ещё.
Это не еда — это легальный пищевой допинг.

Домашняя еда кажется «пресной» ровно по той же причине, по которой обычная жизнь кажется скучной после бесконечной ленты.
Рецепторы убиты, вкус смещён, планка удовольствия завышена.

Фраза «в ресторане всегда вкуснее» переводится просто:
я не хочу есть без усилителей.

Всем гречотто;)

Вчера болтали с одним арендодателем. Сплетничали, конечно, про арендаторов — куда без этого.

Я наивно думал, что после истории с подменой страниц в сшитом договоре одной известной общепит-группой в Атриуме в 2001 году, тупее и наглее уже не бывает. Оказалось, бывает.

Наше время. Крупная ресторанная группа подделывает печать и подпись арендодателя и быстро несёт договор на регистрацию. Повезло, что тогда стоял запрет на стороннюю регистрацию. Платить аренду они тоже считали делом настроения.

После отключения электричества у ресторана внезапно обнаружились генераторы. После перекрытия входа ЧОПом для посетителей и сотрудников владелец подписал поручительство своим имуществом — ресторан приносил до 45 млн оборота в месяц.

Договор поручительства закончился.
И те же самые «нерадивые сотрудники» снова взялись за старое.

А мы начали поиск арендатора в потрясающем месте с очень высоким трафиком…

Мне не нравится российский ритейл на 90%
Не нравится сам подход, когда бизнес — отражение владельца с его вкусами, возрастной категорией, комплексами и представлениями о прекрасном. Всё, что человек не проработал в себе, в итоге оказывается размазано по бизнесу — в ремонте, витрине, сервисе, атмосфере.
!НО!
Бизнес- это когда ничего не было и, вдруг, появилось из ничего благодаря его создателю. Если бы не владелец, не было бы магазинов, не было бы людей, которые там работают и кормят свои семьи.
А еще, если совсем честно, я скорее зайду в маленькое место, открытое предпринимателем и украшенное его женой, безвкусно и странно, но по-человечески. Чем в большую «правильную» структуру, сделанную по лекалам западных сетей, но пропущенную через призму российской жадности и возрастного слабоумия.
И да, мне не понравился нафталиновый выезд Рандеву с блогерами в Куршевель, но им надо хоть как-то педалировать свою премиальность (через бренды в их сети это сделать давно невозможно;)), вот и творят в силу своих разумений.

Иногда большие проекты начинаются с одного короткого: «I want this one».

Эмин Агаларов анонсировал:
Star Tower в Seabreeze станет первым Cipriani Hotel, Apartments & Restaurant на постсоветском пространстве (в Баку).

Когда-то и мне посчастливилось познакомиться с Джузеппе Чиприани. Мы почти открыли Cipriani в Москве, на Тверской-Ямской. Не сложилось — классика жанра: владельцы нового отеля не согласовали второй ресторанный бренд с отельером. А в начале и вовсе «забыли» о встрече с русским партнёром, нам пришлось брать огонь на себя.

Знаете, при всём массиве противоречивой информации об Агаларовых, есть одна вещь, которую сложно отрицать: им всегда было больше всех надо.
Там и тут — сыновья своих родителей. Там и тут — деньги и власть.
Но одному важно оставить достояние,
а другому — максимум состояние

«Бывшая жена миллиардера Галицкого, которую суд арестовал за вымогательства, покончила жизнь самоубийством в СИЗО». (Это еще не факт, ФСИН на текущий момент опровергает, но тема достойная обсуждения)

Понимаю, насколько эмоционально и при этом абсолютно нестратегично ведут себя бывшие. Почти всегда звучит один и тот же набор фраз: «я была рядом», «это благодаря моей поддержке», «без меня он бы не справился», «мне ничего не нужно, это детям» и тп. Но реальность прозаичнее: если вы лично не создали актив, не оформили долю, не имеете собственного дохода и профессии — вы претендуете не на желаемое, а на то, что вам разрешат.

Мимо проходила следующая сплетня: еще в 90-х схема была отработана и многократно обкатана: в популярных религиозных структурах и около-религиозных сообществах:
— адепта - крупного донейтера старались изолировать от внешнего круга под видом «духовной гигиены»;
— если его жена мешала его «просветлению», либо тупо надоела- она объявлялась «деструктивным фактором», «нестабильной», «мешающей пути»;
— запускался сценарий развода «во благо», часто с участием лояльных юристов и врачей;
— при сопротивлении — психиатрия, диагнозы, признание недееспособности;
— далее — замена партнёра на «подходящего» человека из комьюнити, управляемого и благодарного.

В такой системе женщина без собственной субъектности превращается в расходник. А когда всё рушится, остаётся удобная версия: эмоциональная нестабильность, личные проблемы, трагическое решение. (Если кто-то думал, что семейный кодекс его защитит…)

Мораль здесь очень конкретная. Эмансипация в нашей стране была прошита ещё советской системой. Но с 90-х многие дамы решили, что можно забить на жертву суфражисток, и «удачно войти в ту дверь» через брак или связь. Это стратегическая ошибка.

Моя знакомая бывшая жена миллиардера получила после мирного развода вместо обещанных миллиардов до подписания документа всего пару-тройку квартир, магазин на содержание прислуги и водителя, и возможность приезжать в дом, который обустраивала в Сан-Тропе, и всё. Я считаю, хорошо отделалась и нормально договорилась без мокрухи.

Торговые помещения в ЖК — всё?

Инвесткомпании, чья модель выглядела просто: купить на котловане оптом, сдать, перепродать до запуска с обещанием 30% годовых, — всё чаще опускают глаза.
Крупных сетевых арендаторов на рынке немного: всего до сотни, реально активных — 30–50.
Для помещения до 100 м² в конкретном ЖК объективно подходят 3–4 сети для каждых 10 метров минус (30 м -1,2 сетки, 50 м - 3,4 сетки, 70 м - 5 сеток - примерно так) А предложений в этом метраже — десятки, а на крупную микрорайонную застройку, иногда и больше сотни.

Понимая свою дефицитность и ценность, сети всё чаще требуют снижения фиксированной ставки и перехода на процент с оборота. Риски смещаются к собственнику (мы это все проходили с ТЦ).

По данным аналитиков последний год ставки на стрит-ритейл в крупных городах выросли в среднем на 10–20%. Одновременно объём экспозиции в отдельных городах увеличился почти на 50%. И значительная часть предложения — это помещения до 100 м², то есть тот самый мелкий формат.
Сегмент ИП и малого бизнеса, который раньше закрывал «несетевые» лоты, заметно просел: высокая ротация, закрытия - на них теперь тоже охота.
Продать магазин без арендатора уже крайне сложно.

Не исключено, что следующим шагом станет массовый разворот собственников в сторону франшиз и самостоятельной операционной модели.