Первый вариант судебного меморандума (trial brief), касающегося японской агрессии против СССР, в развитие положений к обвинительному акту, с сопроводительной запиской начальника Договорно-правового отдела МИД СССР и Главного обвинителя от СССР на МВТ в Токио С.А.Голунского Генеральному прокурору СССР К.П.Горшенину для дальнейшей проработки документов для процесса
[2 мая 1946 г.]
Архив внешней политики Российской Федерации
АВП РФ. Ф. 018. Оп. 8. П. 9. Д. 123. Л. 84–102, 83.
Заверенная копия

Первый вариант судебного меморандума (trial brief), касающегося японской агрессии против СССР, в развитие положений к обвинительному акту, с сопроводительной запиской начальника Договорно-правового отдела МИД СССР и Главного обвинителя от СССР на МВТ в Токио С.А.Голунского Генеральному прокурору СССР К.П.Горшенину для дальнейшей проработки документов для процесса
[2 мая 1946 г.]
Архив внешней политики Российской Федерации
АВП РФ. Ф. 018. Оп. 8. П. 9. Д. 123. Л. 84–102, 83.
Заверенная копия

📖 Уважаемые подписчики! Мы продолжаем рубрику #ДуховнаяМиссияВКитае.

Шестая Российская духовная миссия прибыла в Пекин в 1771 г., ее возглавил архимандрит Николай (Цвет) — преподаватель немецкого и французского языков при семинарии в Троице-Сергиевой лавре. Очередной караван в столицу Цинской империи сопровождал пристав Василий Игумнов, род которого нес службу на российско-китайской границе на протяжении XVIII в.

Оценить транспортные особенности того времени можно по тексту указа св.Синода об отправке новой группы:

Выдать миссии от Москвы до китайской границы надлежащее число ямских, а где таковых не было, уездных подвод сухопутьем, а водяным путем приличных судов с судовыми припасы, с кормщики и гребцы, а для всего этого прогонные и поверстные деньги,с границы же — подводы с телеги.

В 1768 г. благополучно решился вопрос о возобновлении командирования в РДМ учеников, что способствовало возвращению страноведческого сегмента ее деятельности. В группу вошли отобранные ректором тобольской семинарии, архимандритом Михаилом, двое философов: Алексей Агафонов, Феодор Бакшеев и один ритор — Алексей Парышев, а также присланный из Петербурга студент пиитики Яков Коркин. Из них впоследствии Алексей Парышев остался переводчиком при Сибирском генерал-губернаторе, а Федор Бакшеев и Алексей Агафонов были приглашены в Петербург.

Архимандрит Николай проявил себя крепким хозяйственником, обеспечивая существование миссии в условиях относительно скудных поступлений из Петербурга. Происходило это порой не без курьезов. Так, выяснялось, что некоторые приобретенные пашенные участки в действительности имели статус дарованных государством и не могли быть проданы. Сохранился ответ китайского трибунала начальнику Миссии относительно спора о ее владениях:

По справке оказалось, что ты, находящийся в российском дворе лама, Николай Цвет, с товарищи просил, чтобы доправлен был тебе платеж с людей за наем пашенных земель тех, которые прежде были в закладе, а после приложены к церкви. От нас из фентеня по оному твоему объявлению в приказ доходов сообщено было, а ныне из сего приказа в ответ писано сюда, что ты, лама, и другие твои товарищи, будучи вы российские люди, законов и запрещений здешних не знаете, и для того помянутые пашни определено числить за вами с тем, чтобы впредь своевольно дивизионных пашень не покупать и в заклад не брать, ведая, что позаконам за оное наказаны будете.

Особый интерес представляют оставленные насельниками Миссии записки о положении дел в «Тайцинском государстве» (так именовали «Дацин» – империю Великая Цин, кит. 大清dàqīng). Например, пассаж о соблюдении договоренности относительно взаимной выдачи перебежчиков звучал следующим образом:

...один подданный Богдыхана убежал в Россию, и российския Пограничныя Начальники, схватив его, отослали обратно, о чем как доложили Великому Богдыхану, Хан тем весьма доволен был и приказал послать Указы к его пограничным Начальникам, что если впредь будут перебегать российския перебещики как скоро пойманы будут, так скоро отсылать их обратно к российским Пограничным Начальникам, потому что говорил Хан, когда Россия наблюдает согласие и по силе Трактата не принимает наших перебещиков, а мы для чегож того не исполняем?

Тем не менее, жизнь миссионеров оставалась тяжелой. В 1778 г. отец Николай направил в Петербург рапорт с просьбой о возвращении в Россию, который был рассмотрен положительно. Однако начальник оставался в Пекине до прибытия следующего состава в 1781 г. Шестой миссии удалось сохранить официальное российское присутствие на Китайской земле и продолжать дело изучения Поднебесной и разъяснения основ православной веры ее жителям.

📸 Комментарий к изображениям:

1-2. «Продолжение дипломатического собрания дел между Российским и Китайским государством с 1764 по 1796 гг.», И.М.Колосов. 1839 г.
3. «Дипломатическое собрание дел между Российским и Китайским государствами с 1619 по 1792 год», Николай Бантыш-Каменский. 1882 г.
4. «Выписка о возвратившихся в 1782 г. из Пекина китайского и маньчжурского языка учеников и сколько заслуженного им жалованья выдано», АВПРИ.