Идея для Тарусы. Тем более здесь много мозаичистов.

#стритарт

Сонет

Июль – верхушка Лета,
В полях, в сердцах страда.
В цвету – все волны света,
Цветет – сама вода.
Цветет все ярко-ярко,
Расплавлен самый день,
Все дышит жарко-жарко,
Жужжит, и жжет слепень.
В Июле хоть разденься,
Не станет холодней.
Гроза, вскипи и вспенься,
Спусти дождей с цепей.
Так ноют ноги, руки,
О, Лета перелом,
Мне легче эти муки,
Когда я с кем вдвоем.
Сияй же мне, зарница,
И молнией мне будь,
Лети же в сердце, птица,
Открой мне в
Вечность грудь.
Греми же, колесница
Венчанного Ильи,
Окутай, огневица,
Все помыслы мои.

Константин Бальмонт

#поэзия

«Бальмонт любил позу.
Да это и понятно. Постоянно окружённый поклонением, он считал нужным держаться так, как, по его мнению, должен держаться великий поэт. Он откидывал голову, хмурил брови. Но его выдавал его смех. Смех его был добродушный, детский и какой-то беззащитный. Этот детский смех его объяснял многие нелепые его поступки. Он, как ребёнок, отдавался настроению момента…», — вспоминала Тэффи.



Из еще из воспоминаний Тэффи от #московскиезаписки:
«Ко мне Константин Бальмонт относился очень неровно. То почему-то дулся, словно ждал от меня какой-то обиды. То был чрезвычайно приветлив и ласков.
— Вы ездили в Виши?
— Да, ездила. Только что вернулась.
— Гоняетесь за уходящей молодостью? (Это, очевидно, «хочу быть дерзким!»)
— Ах, что вы. Как раз наоборот. Все время ищу благословенную старость.
И вдруг лицо Бальмонта делается беззащитно-детским и он смеется.
То вдруг восхитился моим стихотворением «Черный корабль» и дал мне за него индульгенцию — отпущение грехов.
— За это стихотворение вы имеете право убить двух человек.
— Неужели двух? — обрадовалась я. — Благодарю вас. Я непременно воспользуюсь».

«Черный корабль» - то самое стихотворение Тэффи, вторую строфу из которого Борис Зайцев читал на похоронах Надежды Александровны:

Как чёрный серафим три парные крыла,
Он вскинет паруса над звездной тишиною.
Но люди не поймут, что он уплыл со мною,
И скажут: «Вот она
сегодня умерла...»

#предкимоихдетей
#искусство
#поэзия

Решила опубликовать отзыв целиком ♥️

#клуб

И, совсем молодой ещё, канал сестры

#культура
#искусство

Кто бы спорил…
#этотдень

Вот вам для сравнения Александр Твардовский:

Июль – макушка лета, –
Напомнила газета,
Но прежде всех газет –
Дневного убыль света;
Но прежде малой этой,
Скрытнейшей из примет, –
Ку-ку, ку-ку, – макушка, –
Отстукала кукушка
Прощальный свой привет.
А с липового цвета
Считай, что песня спета,
Считай, пол-лета нет, –
Июль – макушка лета.

#поэзия

День
с клубом Полины Бруни

Владимир Первунинский

«Вечер в усадьбе»

#живопись
#вкус
#чай

Сегодня день русской лени!
Зачем я только работала…
🤦🏻‍♀️

#этотдень

Семь лет назад 17 июля умерла моя мама Ира Нагишкина.
Ниже речь Игоря Дудинского, ныне тоже покойного.

Светлая память

Сегодня отпели и похоронили Иру Нагишкину – одну из королев нашей давно исчезнувшей богемно-андеграундной Атлантиды. Она была божественного происхождения – ее девичья фамилия лишнее тому подтверждение. О таких, как Ира, рассказывать бессмысленно. Из тех, кто был свидетелем апогея ее блестящего царствования, практически никого не осталось. А новому поколению прагматиков уже не понять, что такое инфицированность романтикой и поиском запредельного. Тем не менее что-то сказать надо – когда еще появится повод.

В нашей Атлантиде люди различались по тому, кто где получил посвящение. Все жили одной семьей и общими интересами, но все-таки было несколько инициатических центров. Например, Южинский, Маяковка и так далее. Все зависело от того, куда попадал неофит. Так вот, был такой гений – Саша Васильев. Он был сыном одного из знаменитых режиссеров Васильевых (они не были братьями, а всего лишь однофамильцами). Сашка (так его все звали) обладал мощной харизмой и к тому же активно экспериментировал с различными прекрасными и опасными веществами. Кроме того он уникально разбирался в живописи и его часто привлекали в качестве эксперта разные музеи. Благодаря своему неземному обаянию он как магнитом притягивал к себе разных молодых людей, склонных к поискам иных реальностей, и пытался развивать их таланты. Его все обожали и многие были благодарны ему за наставничество. В сущности он учил своих воспитанников видеть то, чего нет. Среди тех, кому он дал путевку в жизнь, оказались, например, такие гении визионерства как Пятницкий и Курочкин. Всех не перечислишь, поскольку через его «салон» прошло немало андеграундной братии. В том числе и Ира Нагишкина. Она не раз говорила, что всему на свете ее научил Сашка Васильев.

В нашей Атлантиде было несколько королев. Например, Лорик Пятницкая, Рита Камышова. Не буду всех перечислять – все равно девушек такого высокого полета уже никогда не будет. И не важно, кто где получал исходный импульс. Рано или поздно все попадали в общий котел. Одной из королев была Ира Нагишкина. Королевой становилась та, которая могла посылать своим подданным судьбоносные импульсы и совершенствовать их внутренний мир, поднимая каждого на очередную ступень посвящения.

Ира была строга к творческим личностям и предпочитала не церемониться, когда оценивала их достижения. Некоторых раздражала ее прямолинейность. Но на самом деле она была человеком божественной доброты. Я не раз просил ее быть снисходительнее к своим товарищам и единомышленникам, но она была так устроена – любила постебаться над любыми творческими и интеллектуальными оплошностями и ничего не могла с собой поделать. Аж уж с юмором и эрудицией, сдобренными ее сумасшедшей, неиссякаемой и постоянно фонтанирующей вивристической энергетикой у Иры все было в порядке.

Так получилось, что Ира породнилась с семьей писателя Нагишкина и родила от его сына Игоря волшебную красавицу Полину. Вы видите обеих на фотографии. Детство и юность Полины пришлись на расцвет нашей Атлантиды, поэтому ее всегда окружало целое созвездие гениев. Семья жила в коммуналке на Бронной, и их квартиру тоже можно назвать одним из богемных салонов – там всегда было тесно от людей и философских размышлений. Каждый из великих мыслителей, кто оказывался в центре Москвы, обязательно заходил к ним в гости.

Когда у Полины стали появляться дети, а наша Атлантида начала погружаться в пучину вечности, Ира самоотверженно сосредоточилась на воспитании внуков.

Потрясающее время и потрясающие люди. Сегодня на похоронах было немного народа. Из ветеранов – вообще практически никого. Кроме меня еще человека три. Никого не осталось. Печально.

Ира была моей любимой сестрой. Она слишком много значила в моей жизни. Я ее боготворил. Последнее время мы часто болтали по телефону. Она уже не выходила из дому, но все равно живо интересовалась всем, что происходит. Я ей подробно рассказывал о тусовках, на которых побывал. Она как всегда сопровождала мои рассказы своими ироничными, язвительными комментариями. Мы от души хохотали.

Я не сомневаюсь, что мы непременно встретимся. Ведь наша Атлантида никуда не исчезла.

Она просто переместилась в вечность. А вечность обладает свойством все сохранять и консервировать. Поэтому каждый найдет в ней то, что потерял, но хочет найти.

Игорь Дудинский

#память