Увидел в Пуле#3 ролик, где Макрон радаром замеряет скорость у водителей. Подумал: «Фу, как несакрально для власти!»

А потом вспомнил двух российских президентов и Татарстан. Оба раза Ельцин и Путин в разгар кампаний посещали Татарстан, и оба раза это было на Сабантуй. Ельцин разбивал палкой горшок с завязанными глазами. Удачно разбивал — степень прозрачности повязки красочно описывал Коржаков в мемуарах. А Путин ловил монетку в тазике. Парфёнов тогда назвал эту предвыборную технологию «мочить в кефире».

Не радаром единым. Полюбопытствуйте:

https://youtu.be/eC1xJtFwFYI?si=Ikd3cPmf4XmchvsH

СЧАСТЬЕ!!!!!!!!!!

Это самая высокая гора в мире по относительной высоте — Арарат. 4365 м от подножия. А великий Эверест — примерно 3500 от подножия, хотя 8848 м от уровня моря.

Эверест теряется на фоне Нупцэ и Лхоцзе, а из базового лагеря на 5364 м вершину вообще не видно. Эверест визуально весьма скромен. Величественный Арарат видно отовсюду.

По иронии судьбы — абсолютно неальпинистская вершина.

Поговорили о судьбе Карабаха и Варданяна, о будущем конфликта и Армении, о позиции Азербайджана и Пашиняна.

https://moskvichmag.ru/lyudi/karabahom-ne-zakonchitsya-konflikt-nadolgo-sotsiolog-aleksej-tokarev/

Про этику общения с журналистами.

Беженцы и фашизм.

Полевые исследования. Одна из зон постсоветских конфликтов. Беженцы, уехавшие от этнической резни — в прямом смысле: когда им режут головы.

Старик, в советское время начальник села, по-русски говорит не очень хорошо. Его жена, учительница русского языка, помогает.

- Понимаешь, — говорит старик, показывая один палец, — когда мы были одни, нас, как прутик, легко было сломать. Но если мы вместе (его пальцы сгибаются в кулак), мы, как метла, как метла, где прутики вокруг ствола! — сила!

- Вы помните, что такое фасции? — с улыбкой спрашиваю я.

- Что-что? — не понимает старик.

Едва ли он знал, откуда произошло название идеологии фашизма, почему государство Муссолини сравнивал с фасцией — топором, обëрнутым в берëзовые прутья, — символом административной власти в Древнем Риме. Для старика это был абсолютно естественный и органичный символ.

Как у Гроция — естественное право, так я бы предложил естественную идеологию. Объединение вместо дивергенции, сильное государство против слабой власти, приоритет общественного над сугубо личным — фашизм не приватизировал эти ценности, их можно встретить во многих обществах и веках. Но и для Муссолини, и для советского старика они оказались естественными. Следовательно, чем естественнее идеологические построения, тем эффективнее такая идеология.
#социология

Рухнул последний оплот стабильности. Мир никогда не будет прежним. Санкции заработали. Скоро нам здесь всем покажут.

В метро проезд подорожал. Раньше 41 было, если «Миром». Теперь 51.

А в Туле помню времена подорожания с рубля до двух в маршрутках.

А в Донецке и в 2017 второй троллейбус от ДМЗ до вокзала ехал натурально за 3 рубля. И на билетиках это было написано.

А теперь 51(

Украинские российские силовики и маски.

Увидел в метро двух ментов в балаклавах. Вероятно, новый показатель усиления режима. Раньше — бронник увидел, значит, усиление. Теперь балаклава.

Вспомнил полевые на Украине. Интервью с бойцами «Беркута» (после Евромайдана).

- А почему теперь не разгоняете?
- А ты видел, как наших на колени ставили и унижали?
- Видел.
- Так они ведь ещë и деанонили нас. И семьи.

Там было много деталей, но смысл простой. Деанонимизация силовиков делает их слабовиками. Слив телефонов, домашних адресов, номеров школ и детских садов, опубличивание карточек учëта с фото, изучение геолокаций — всë это работало на изъятие у государства монополии на легитимное применение насилия. Как итог (вкупе с множеством других мер) — коллапс государства. В какой-то момент украинские силовики оказались ослаблены, во-первых, полицейской реформой по грузинской кальке, когда вместо, может быть, толстых, с перхотью, потных оперов из прокуренных кабинетов, набрали глянцевых подтянутых девочек и мальчиков из инстаграма, в отличие от прежних капитанов и майоров не умеющих ловить (да просто задерживать) бандитов. Во-вторых, силовики как корпорация потеряли ощущение правоты своего дела. Они больше не защищали общество, которое было готово поставить их на колени и угрожать их детям. Подчеркну, общество частично реагировало на силовой произвол (см. изнасилование во Врадиевке, раздевание казака Гаврилюка и т.п.).

В России 2 года за стаканчик в ОМОНовца или 5 лет за твит с призывом следить за детьми — это не месть государства отдельным дуракам, а превентивная работа. Как раз тот случай, когда украинский опыт решили учесть и сыграть на опережение. Частный случай — деанонимизация офицеров ГРУ и ФСБ западными спецслужбами и опубличивание через сливные бачки в массмедиа — вполне обкатанная западная технология борьбы против российского государства.

Сильное государство не допустит того, чтобы силовики пытали шокером задержанных, но так же защитит и самих силовиков. Сильное государство не может допустить войны силовиков и общества. Сдержки и противовесы, контроль и подотчëтность, легальное применение силы и защита самих силовиков — то, что в итоге сохранит страну.

#социология