Опубликовано определение эк. коллегии верх.суда по делу № 304-ЭС22-10636 об акциях-потеряшках (или, если угодно, об акционерах-мертвых душах).

Слава богу, что безумная идея о применении к бездокументарным ценным бумагам правил о бесхозяйных вещах (пусть даже и по аналогии), чего я боялся, не попала в определение. За это надо судей верх.суда похвалить.

Коллегия применила к акциям-потеряшкам правила корпоративного законодательства о случаях, когда у АО возникает право (либо обязанность) выкупа акций.

Честно говоря, мне эта отсылка кажется ошибочной - особенно с учетом того, сама же коллегия пишет, что "мертвые души" могут мешать органам управления общества вести нормальную деятельность. Правила же о выкупе, на которые ссылается коллегия, скорее регулируют ситуации, которых акционер был не согласен с действиями органов управления общества и поэтому хочет покинуть его.

Я думаю, что более точной аналогией для непубличных общества были бы правила об исключении участника, а для публичных - о вытеснении миноритариев.

Вчера готовился к участию в обсуждении свежего обзора по самовольным постройкам
и перечитывал осенний обзор верх.суда по ст. 222 ГК.

Когда он был принят, то я пробежался по заголовкам пунктов и решил, что ничего нового для меня в нем нет.

Вчера внимательного еще раз прочитал его и понял, что результат беглого прочтения был почти верным.

Почему почти? Потому что одну новую и интересную вещь в нем я все-таки для себя нашел. Правда, не из сферы ст. 222 ГК, а из области процесса. Это пункт 8, в котором впервые на мой памяти признается возможность вынесения альтернативного решения - или снос самовольной постройки, возникшей в результате незаконной реконструкции, или демонтаж незаконно возведенной части.

Насколько я помню, все процессуалисты всегда высказывались резко против альтернативных решений, так как это противоречит (якобы) принципу окончательности разрешения спора судом.

Я, честно говоря, никогда этого не понимал. Почему окончательность страдает, если суд дает не один итог спора, а два?

Насколько я знаю, в других юрисдикциях альтернативные решения - это общее место.

Правда, в обзоре идея альтернативных решений не докручена. Обзор говорит, что выбор, что исполнять из двух вариантов - у проигравшего ответчика.

Как быть, если он не исполняет добровольно решение? Обзор ответа не дает, но мне кажется, что можно применить по аналогии норму об альтернативных обязательствах и дать право выбора, что исполнять принудительно, истцу.

Вобла все-таки не прошла

Подвожу итоги юридического 2022 года на портале Zakon.ru

Есть такой замечательный проект - «Юристы читают классику», который придумал и осуществил Владимир Прохоренко. Цель проекта - запись в виде аудиокниг знаковых для нашей юриспруденции работ (первыми были, разумеется «Основные проблемы гражданского права» проф. Покровского)

Сейчас мы с друзьями озвучиваем знаменитый «Сборник статей памяти Г.Ф. Шершеневича». Я в нем читаю статью бар. А.Л. Фрейтага-Лоринговена о возникновении и прекращении залога недвижимости (неожиданная тема, правда?!) по проекту Вотчинного устава Российской империи.

Вотчинный устав - это что-то типа нынешних закона о регистрации недвижимости и закона об ипотеке под одной обложкой. Его разрабатывали двадцать (!) лет лучшие юристы империи. Была опубликована постатейная пояснительная записка к закону (в двух томах), занявшая 1000 (!) страниц мелкими шрифтом.

После четырех часов записи в студии (объем статьи - около 40 стр.) меня не покидало такое чувство: как мало мы (профессиональное сообщество) знаем и умеем по сравнению с людьми, жившими сто лет назад.

Вина в этом колоссальном столетии «неправа», разумеется, на большевиках во главе с человеком, труп которого мы даже до сих пор не можем закопать в землю. Именно он - один из самых главных виновников того, что Россия вместо постепенного эволюционного развития вместе с другими европейскими державами скатилась в чудовищный коммунистический эксперимент, который так сильно интеллектуально обессилил наш народ

Создавайте прецеденты правильно:

Депутат петербургского муниципального образования Смольнинское Никита Юферев попросил генпрокурора РФ Игоря Краснова и главу МВД России Владимира Колокольцева проверить выступление главы государства Владимира Путина на прошедшей пресс-конференции.

В частности, он потребовал привлечь политика к ответственности за слово «война».

Об этом Юферев сообщил в своём Twitter, прикрепив к публикации скриншоты направленного заявления.

Он высказал мнение, что в отношении Путина нужно завести дело за распространение фейков о действиях российской армии.

Муниципальный депутат отметил, что за использованное президентом слово на территории России уже осудили несколько тысяч человек.

Источник.

​​Субботняя зарядка для мозгов

Боже, я прямо зашелся от восторга!

На саммите СНГ Путину и другим лидерам подарили девять колец.

Ну как же это прекрасно! А где оно - Единое? У кого оно?! По классике - должно быть сначала у какого-то властелина на Востоке, а потом оно оказалось у кого-то, кто пребывает во тьме (темницы).

И какова роль президента Путина среди этих Девяти? Неужели он - Король-Чародей?! Если так, то его судьба и роль женщины воительницы (спортсменки?) в ней тоже известна.

One Ring to rule them all,
One Ring to find them,
One Ring to bring them all
And in the Darkness bind them.

Пруф.

В преддверии рассказа об одном определении эк.коллегии верх.суда, возмутившим меня до глубины души, давайте проведем опрос.

Какое позорище!

Судью кассационного суда наказали за публикацию особого мнения, так как это «умаляет авторитет судебной власти».

Такое может написать только тот, кто понимает, что у него нет ни власти, ни авторитета.

Источник.

Наоборот - публикация особых мнений жизненно необходима для того, чтобы люди верили в суд и в возможность найти справедливость в суде.

Итак, обещанный анализ свежего акта верх.суда по поводу общих долгов супругов.

Определение № 309-ЭС22-16470 (судьи Зарубина, Кирейкова, Ксенофонтова).

Факты такие. Муж взял взаймы 10 млн. руб., не вернул, был признан банкротом. Банкротным судом долг был признан общим супружеским долгом. Затем состоялся развод, общий суд разделил долг в долях между бывшими супругами.

Кредитор требует признать бывшую супругу банкротом, потому что она тоже не выплатила долг.

Суды согласились с кредитором. Коллегия отменила акты и сказала, что

(а) презумпция согласия супруга с действиями другого супруга по распоряжению общим имуществом не предполагает возникновение у одного из супругов долговых обязательств перед третьими лицами, с которыми он не вступал в правоотношения.

(б) признание обязательств супругов общими не является основанием для возникновения солидарной обязанности по погашению общей задолженности.

(в) последствием признания обязательства общим является возникновение у кредитора права на обращение взыскания на общее имущество супругов.

(г) наличие судебного акта о признании обязательства
должника общим обязательством супругов не является решением суда, подтверждающим требование кредитора по денежному обязательству супруги должника.

Все четыре тезиса глубоко ошибочны, они основаны на полном непонимании того, что такое общий режим имущества супругов.

Начнем с того, что долг, в который вступает один из супругов, должен презюмироваться общим.

Почему? Да очень просто, потому что благо, полученное в обмен на долг, тоже будет общим. Как может быть, что все имущественные "плюсы" принадлежат обоим супругам, а "минусы" - только одному из них?!

Например, муж взял взаймы 10 млн. руб. и на них семья месяц жила на Мальдивах. Как может быть так, чтобы жена не считалась содолжником в таком долге, ведь она извлекла выгоду из него?! Поэтому утверждение (а) - это грубейшая ошибка.

Как может быть так, что режим собственности супругов совместный (то есть, каждый из них является собственником, кредитором и проч.), а обязательства - нет? Еще раз повторю тезис - если "плюсы" общие, то и "минусы", из которых могли образоваться эти "плюсы", также неизбежно должны быть общими! Поэтому утверждение (б) - тоже грубая ошибка.

Утверждение (в) противоречит закону. В п. 2 ст. 45 СК черным по белому написано, что "... при недостаточности общего имущества супруги несут по общим обязательствам солидарную ответственность имуществом каждого из них".

Утверждение (г) - тоже грубая ошибка. Решение суда подтверждает, что перед кредитором есть два солидарных должника (бывшие супруги).

Почему судьи допустили в этом деле такие грубые ошибки? Из ненависти к кредиторам? Из-за простого незнания законов? Оттого, что они втайне ненавидят общий режим имущества супругов?

Так я тоже его терпеть не могу и хочу, чтобы он как можно скорее ушел в прошлое и вместо него у нас был бы нормальный раздельный режим (с "корректирующим" обязательством на случай развода).

Но ведь бороться с общим режимом супружеского имущества (если это, конечно, борьба, а не просто незнание) надо системно, признавая раздельными не только имущественные "минусы", но и "плюсы".

Какой роскошный подарок на Новый год сделал всем юристам Андрей Егоров и его журнал "Цивилистика"!

Великолепный номер, посвященный залогу. Очень рекомендую всем, кто хотя бы как-то связан с обеспечительными сделками.

Как любопытно президент Путин недавно подсчитал, что "99,9% граждан России - настоящие патриоты и готовы положить все в интересах Родины".

Мне кажется, что именно в этом рассуждении и покоится самая слабая точка нынешнего авторитарного режима. Он обращается к "патриотизму" как к идеологии, но не может (да и вряд ли кто-то сможет) наполнить это понятие единым содержанием. А оно нужно как воздух для того, чтобы объединять людей.

Я рассуждаю о себе так. Я считаю себя безусловным патриотом России и, действительно, готов положить все в интересах Родины.

Например, я готов отказаться от частной практики и заработков и вернуться в судебную систему. Потому что я убежден, что смогу принести пользу Родине и ее гражданам.

Но я уверен, что мои взгляды на интересы Родины (независимый суд, самостоятельный парламент, свободная конкурирующая пресса, честные выборы, подотчетные обществу спецслужбы) и проч. не совпадают с "интересами Родины" в понимании президента Путина.

И я думаю, что у всех так - и у сторонников Навального и Яшина, и у коммунистов, и у православных активистов и проч.

Поэтому, например, в отличие от тоталитарных режимов, которые умели наполнять общество идеологическими смыслами, у президента Путина, сделавшего ставку на патриотизм, никак это не получится.

Запись нашей с Александром Кузнецовым беседы об итогах 2022 года в сфере корпоративных споров - на моем Ютуб-канале.

Мы сделали с Александром закрытое мероприятие для юристов наших клиентов в Пепеляев Групп, но оно получилось таким интересным, живым и содержательным, что мы решили выложить его в открытый доступ.

Смотреть - здесь.

Я уже несколько раз писал, что не люблю рассказывать о клиентских проектах, в которых участвую. В любом серьезном споре важны детали, а их кратко все и не опишешь, да и многие клиенты не приветствуют публичность.

Но об одном недавнем деле мне очень хочется рассказать. Потому что уж слишком сильно меня задело качество отправления правосудия в эк. коллегии верх.суда в клиентском деле.

Итак, клиент – это компания, входящая в группу Inditex. Это российское ООО, мажоритарным участником которого является иностранная компания (как сейчас принято говорить, родом из недружественной юрисдикции).
Бизнес российской компании построен следующим образом. Она закупает товары, выпущенные компаниями группы Inditex, ввозит их на территорию России, уплачивая таможенные пошлины, и продает в торговых центрах по всей стране. Прибыль, которая остается у российской компании, распределяется участникам ООО. Как бывает во всяком бизнесе, сначала прибыли не было, потом несколько лет она не распределялась, потом распределялась частично.

Внезапно (!) у таможенной службы закралось такое подозрение: то, что у российской компании в результате этой транзакции образуется прибыль, не означает ли, что таможенная стоимость товара была занижена при ввозе на территорию России?

Положительный ответ на этот «креативный» вопрос привел таможенную службу к следующему выводу: надо доначислить таможенные платежи, включив в таможенную стоимость … суммы дивидендов, распределенных участнику импортера! Решение таможни было обжаловано в суд, и мои коллеги из таможенной практики Пепеляев Групп выиграли дело во всех трех инстанциях.

Но – тут в дело вступил верх.суд. Жалоба таможни по каким-то неясным мне причинам лежала на изучении у судьи Павловой много месяцев, зам. пред. верх.суда продлевала (зачем-то) срок ее рассмотрения. И вот – грустный итог – дело было передано для рассмотрения по существу в эк. коллегию. На этом этапе я и подключился к делу.

Признаться, когда мне коллеги рассказали об этом деле, я сначала не поверил и долго удивлялся, как же такое возможно. Понятно, что декларанты склонны занижать таможенную стоимость, чтобы заплатить меньше пошлин (кто же хочет платить государству больше), но – в моей картине мира – для этих целей у таможни есть механизм сравнения декларируемой стоимости со стоимостью аналогичных товаров (а в сфере одежды категории mass market это кажется делом совсем несложным). Но каково было мое удивление, когда я узнал о том, что под свой «креативный» подход таможня даже подвела основание из закона!

Речь идет о норме п. 3 ч. 1 ст. 40 Таможенного кодекса, которая устанавливает, что в таможенную стоимость включается «часть дохода (выручки), полученного в результате последующей продажи, распоряжения иным способом или использования ввозимых товаров, которая прямо или косвенно причитается продавцу».

Честно говоря, это обоснование выглядит для меня очень спорным.

Во-первых, дивиденды – это не часть дохода (выручки), это часть прибыли. Разница очевидна.

Во-вторых, дивиденды никогда не «причитаются» акционеру, у него нет права требовать выплаты дивидендов. Норма явно рассчитана на другой случай: когда между продавцом и покупателем есть соглашение о том, что покупатель продает товар на таможенной территории России, и, скажем, треть от вырученной суммы перечисляет продавцу. В этом случае включение этой самой трети в таможенную стоимость вполне разумно, потому что такова формула расчета цены товара.

Третий аргумент: удивительно, но сам же Таможенный кодекс говорит о том, что «перечисляемые покупателем продавцу дивиденды или иные платежи в случае, если они не связаны с ввозимыми товарами, не включаются в таможенную стоимость ввозимых товаров». Норма написана очень непонятно: слова «если они не связаны с ввозимыми товарами» относятся к «иным платежам»? Или к «дивидендам» тоже? Как известно, в публичном праве все сомнения должны толковаться против государства. Да я так и не смог придумать случай, когда бы дивиденды «были связаны с ввозимыми товарами». Дивиденды связаны с результатом экономической деятельности общества.

И, наконец, четвертый, самый сильный аргумент. Полагать, что через выплату дивидендов общество занижает таможенную стоимость товаров может только тот, кто вообще не понимает как устроены корпоративные налоги в России. Ставка налога на прибыль составляет 20%, кроме того нужно заплатить еще по общему правилу 15% налога (если нет соглашения об избежании двойного налогообложения) на дивиденды иностранному акционеру, итого – 35%. Таможенная ставка ниже в разы, она составляет около 7%. Если говорить про наш конкретный случай, то по 2/3 товаров применялась специфическая ставка (2 долл. США за кг. одежды), которая вообще не зависит от стоимости товара.

Таким образом, только сумасшедший коммерсант будет занижать таможенную стоимость путем механизма выплаты дивидендов. Просто потому что это … намного дороже!

Увы, все эти аргументы судей эк. коллегии (помимо судьи Павловой в составе были судьи Пронина и Тютин) не убедили и они отменили судебные акты, направив дело на новое рассмотрение.

Определение по делу (№ 310-ЭС22-9639) мне показалось удивительно неубедительным.

Фрагмент, посвященный дивидендам, звучит таким образом:

«По смыслу приведенных положений дивиденды, полученные участником (акционером) хозяйственного общества в результате распределения чистой прибыли, не включаются в таможенную стоимость ввозимых товаров, поскольку по своей экономической природе представляют собой доход от инвестиций, вложенных участником (акционером) в создание или приобретение предприятия (т.н. "прямые инвестиции") и как таковые (per se) не связаны [здесь в тексте определения опечатка, пропущена буква «с» – Р.Б.] импортом товаров.

Однако платежи, поименованные в качестве дивидендов и являющиеся таковыми лишь по форме (prima facie), признаются связанными с ввезенными товарами и включаются в их таможенную стоимость на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 40 Таможенного кодекса ЕАЭС, если по своей сути данные платежи обеспечивают получение продавцом части причитающегося ему дохода (выручки) от продажи ввезенных товаров и выполняют эту функцию в отношениях между сторонами внешнеторгового контракта.

Таким образом, если учредители общества с ограниченной ответственностью принимают решение о выплате дохода (чистой прибыли), полученного в связи с реализацией товара, ввезенного в рамках внешнеэкономических договоров, заключенных с поставщиками, являющимися одновременно учредителями (участниками) российского хозяйственного общества, и декларантом не представлены доказательства, подтверждающие соответствие стоимости сделки с ввозимыми товарами их действительной стоимости, указанный доход (чистая прибыль) может быть включен в таможенную стоимость ввезенных товаров.
При этом в ходе проведения мероприятий таможенного контроля и при рассмотрении дела общество "Бершка СНГ" не представило доказательства, опровергающие признаки недостоверного определения таможенной стоимости, в том числе применительно к пункту 5 статьи 39 Таможенного кодекса ЕАЭС и пункту 20 постановления Пленума N 49 не раскрыло документы и сведения о ценообразовании, которое применялось при экспорте товаров в Российскую Федерацию».

Конечно, этот текст не предопределяет исход рассмотрения дела на новом круге, потому что, разумеется, декларант представит документы о ценообразовании и докажет, что никакой связи между дивидендами и ввезенными товарами на протяжении долгих лет не было (да и – для любого, разбирающегося в корпоративном праве - быть не может).

Но у меня остался горький осадок от того, что теперь и эк. коллегия верх.суда с такой готовностью подыгрывает исполнительным органам власти (пусть робко, неуклюже и несмело, хотя и с латынью) даже в их самых завиральных идеях.

И чтобы не заканчивать 2022 на печальной ноте - подборка ШОРТРИДа о достижениях моих друзей и коллег в уходящем году

https://shortread.ru/proekty-i-dostizheniya-juristov-chto-udalos-v-2022-godu/