Декабрь - месяц подарков от моих друзей.

До конца года вы можете купить книгу "Вещное обеспечение: залог, удержание и титульные обеспечительные конструкции" на сайте Legal Academy со скидкой 10%.

Выбрав издание в твердом переплете, вы также получите в подарок еще и 3 месяца подписки на юридический журнал Шортрид.

Что нужно сделать для того, чтобы получить подарок?

1. Перейти на страницу книги - ссылка.

2. Выбрать издание в твердом переплете

3. Применить промокод Roman10 в форме оплаты

4. После оплаты Вам на почту пришлют доступ к журналу Шортрид

Про вот этот позор уже слышали?

Думой в первом чтении принят законопроект Клишаса и Крашенинникова, отменяющий наказания за преступления, совершенные на «присоединенных территориях» - если они совершены «в интересах РФ».

Мне это напомнило цитату из классика

​​В последнем номере Вестника экономического правосудия вышла отличная статья Вячеслава Григорьева о проблеме приоритета требований необеспеченных кредиторов.

Я задумался об этой проблеме лет 5 назад, когда переводил для Вестника гражданского права легендарную статью Линна ЛоПаки о справедливости приоритета обеспеченного кредитора.

В самом деле, если некий Д должен А, Б, В и Г каждому по 25 руб., а у него всего имущества на 40 руб., то по справедливо каждому из кредиторов дать по 10 руб. Равным в равных ситуациях по равному, это и есть справедливость.

Однако представим себе, что Г - это кредитор по требованию о возмещении вреда, а А, Б и В - это лица, оказавшие Д кредит (в виде займа, отсрочки платежа и проч.). А, Б и В добровольно вступили в обменную сделку с Д. Но ведь Г совершенно не хотел оказываться кредитором Д, в этом смысле он не равен А, Б и В. Поэтому ставить его в одно положение с ними - несправедливо. Поэтому у Г (недобровольного кредитора) при банкротстве Д должен быть приоритет перед добровольными кредиторами. Наше банкротное право работает не совсем так - если Д избил Г дубиной, то тот будет иметь приоритет в части залоговой квоты (30% или 20%) или в рамках повышенной очереди. Если Д этой же дубиной расколотил Г машину, то приоритета не будет.

Вот такой вот старт для рассуждений был у меня в свое время. Я рассказывал об этом на лекциях в магистратуре, что-то писал в разрезе справедливости приоритета, но это все был лишь подход к снаряду. И как же здорово, что подробное исследование положения недобровольных кредиторов вышло теперь и на русском языке.

Очень рекомендую эту статью всем, кто интересуется проблемами банкротства, обеспеченного кредита и деликтами.

И еще хочу добавить одну вещь. Когда я читаю, как пишут молодые юристы, то понимаю, что в их возрасте я так написать бы не смог. Но меня это очень радует, потому что это свидетельство того, что наше частное право за эти два десятилетия сделало колоссальный рывок в развитии.

Я не очень глубоко погружен в мир блокчейна и проч., но чувствую, что там происходит что-то интересное для юриста.

Например, блокчейн как среда для регистрации прав на недвижимость когда живо меня интересовала, я даже написал статью об этом. Или смарт-контракты как удивительный правовой феномен.

Оказалось, что за год, пока я не следил за новостями в этой сфере, произошло много нового.

Например, появилось понятие smart-entity, то есть, юридическое лицо, которое функционирует само, без участия людей.

(Вот бы еще появилось smart-state - нам этого в России очень не хватает).

Прочитать про это и другие интересные разработки в сфере цифровых технологий можно на канале Екатерины Смирновой и ее команды D&A.

Коллеги пишут об этом просто, понятно и увлекательно.

Кстати, по поводу NFT. Я хочу попробовать выпустить токены на пару-тройку своих фотографий, которые я считаю самыми удачными. Поставлю, так сказать, на себе эксперимент :)

Ого, все судьи конституционного суда попали под европейские санкции. Это, видимо, первая ласточка, дальше санкции Швейцарии, Великобритании, США и проч.

А это очень и очень неприятно для взрослых, состоявшихся и состоятельных людей - тревел бан, фактическая финансовая смерть и проч.

Но как нас учит дело Овсянникова в EGC - отставка является основанием для снятия санкций.

Опубликовано определение эк. коллегии верх.суда по делу № 304-ЭС22-10636 об акциях-потеряшках (или, если угодно, об акционерах-мертвых душах).

Слава богу, что безумная идея о применении к бездокументарным ценным бумагам правил о бесхозяйных вещах (пусть даже и по аналогии), чего я боялся, не попала в определение. За это надо судей верх.суда похвалить.

Коллегия применила к акциям-потеряшкам правила корпоративного законодательства о случаях, когда у АО возникает право (либо обязанность) выкупа акций.

Честно говоря, мне эта отсылка кажется ошибочной - особенно с учетом того, сама же коллегия пишет, что "мертвые души" могут мешать органам управления общества вести нормальную деятельность. Правила же о выкупе, на которые ссылается коллегия, скорее регулируют ситуации, которых акционер был не согласен с действиями органов управления общества и поэтому хочет покинуть его.

Я думаю, что более точной аналогией для непубличных общества были бы правила об исключении участника, а для публичных - о вытеснении миноритариев.

Вчера готовился к участию в обсуждении свежего обзора по самовольным постройкам
и перечитывал осенний обзор верх.суда по ст. 222 ГК.

Когда он был принят, то я пробежался по заголовкам пунктов и решил, что ничего нового для меня в нем нет.

Вчера внимательного еще раз прочитал его и понял, что результат беглого прочтения был почти верным.

Почему почти? Потому что одну новую и интересную вещь в нем я все-таки для себя нашел. Правда, не из сферы ст. 222 ГК, а из области процесса. Это пункт 8, в котором впервые на мой памяти признается возможность вынесения альтернативного решения - или снос самовольной постройки, возникшей в результате незаконной реконструкции, или демонтаж незаконно возведенной части.

Насколько я помню, все процессуалисты всегда высказывались резко против альтернативных решений, так как это противоречит (якобы) принципу окончательности разрешения спора судом.

Я, честно говоря, никогда этого не понимал. Почему окончательность страдает, если суд дает не один итог спора, а два?

Насколько я знаю, в других юрисдикциях альтернативные решения - это общее место.

Правда, в обзоре идея альтернативных решений не докручена. Обзор говорит, что выбор, что исполнять из двух вариантов - у проигравшего ответчика.

Как быть, если он не исполняет добровольно решение? Обзор ответа не дает, но мне кажется, что можно применить по аналогии норму об альтернативных обязательствах и дать право выбора, что исполнять принудительно, истцу.

Вобла все-таки не прошла

Подвожу итоги юридического 2022 года на портале Zakon.ru

Есть такой замечательный проект - «Юристы читают классику», который придумал и осуществил Владимир Прохоренко. Цель проекта - запись в виде аудиокниг знаковых для нашей юриспруденции работ (первыми были, разумеется «Основные проблемы гражданского права» проф. Покровского)

Сейчас мы с друзьями озвучиваем знаменитый «Сборник статей памяти Г.Ф. Шершеневича». Я в нем читаю статью бар. А.Л. Фрейтага-Лоринговена о возникновении и прекращении залога недвижимости (неожиданная тема, правда?!) по проекту Вотчинного устава Российской империи.

Вотчинный устав - это что-то типа нынешних закона о регистрации недвижимости и закона об ипотеке под одной обложкой. Его разрабатывали двадцать (!) лет лучшие юристы империи. Была опубликована постатейная пояснительная записка к закону (в двух томах), занявшая 1000 (!) страниц мелкими шрифтом.

После четырех часов записи в студии (объем статьи - около 40 стр.) меня не покидало такое чувство: как мало мы (профессиональное сообщество) знаем и умеем по сравнению с людьми, жившими сто лет назад.

Вина в этом колоссальном столетии «неправа», разумеется, на большевиках во главе с человеком, труп которого мы даже до сих пор не можем закопать в землю. Именно он - один из самых главных виновников того, что Россия вместо постепенного эволюционного развития вместе с другими европейскими державами скатилась в чудовищный коммунистический эксперимент, который так сильно интеллектуально обессилил наш народ

Создавайте прецеденты правильно:

Депутат петербургского муниципального образования Смольнинское Никита Юферев попросил генпрокурора РФ Игоря Краснова и главу МВД России Владимира Колокольцева проверить выступление главы государства Владимира Путина на прошедшей пресс-конференции.

В частности, он потребовал привлечь политика к ответственности за слово «война».

Об этом Юферев сообщил в своём Twitter, прикрепив к публикации скриншоты направленного заявления.

Он высказал мнение, что в отношении Путина нужно завести дело за распространение фейков о действиях российской армии.

Муниципальный депутат отметил, что за использованное президентом слово на территории России уже осудили несколько тысяч человек.

Источник.

​​Субботняя зарядка для мозгов

Боже, я прямо зашелся от восторга!

На саммите СНГ Путину и другим лидерам подарили девять колец.

Ну как же это прекрасно! А где оно - Единое? У кого оно?! По классике - должно быть сначала у какого-то властелина на Востоке, а потом оно оказалось у кого-то, кто пребывает во тьме (темницы).

И какова роль президента Путина среди этих Девяти? Неужели он - Король-Чародей?! Если так, то его судьба и роль женщины воительницы (спортсменки?) в ней тоже известна.

One Ring to rule them all,
One Ring to find them,
One Ring to bring them all
And in the Darkness bind them.

Пруф.

В преддверии рассказа об одном определении эк.коллегии верх.суда, возмутившим меня до глубины души, давайте проведем опрос.

Какое позорище!

Судью кассационного суда наказали за публикацию особого мнения, так как это «умаляет авторитет судебной власти».

Такое может написать только тот, кто понимает, что у него нет ни власти, ни авторитета.

Источник.

Наоборот - публикация особых мнений жизненно необходима для того, чтобы люди верили в суд и в возможность найти справедливость в суде.

Итак, обещанный анализ свежего акта верх.суда по поводу общих долгов супругов.

Определение № 309-ЭС22-16470 (судьи Зарубина, Кирейкова, Ксенофонтова).

Факты такие. Муж взял взаймы 10 млн. руб., не вернул, был признан банкротом. Банкротным судом долг был признан общим супружеским долгом. Затем состоялся развод, общий суд разделил долг в долях между бывшими супругами.

Кредитор требует признать бывшую супругу банкротом, потому что она тоже не выплатила долг.

Суды согласились с кредитором. Коллегия отменила акты и сказала, что

(а) презумпция согласия супруга с действиями другого супруга по распоряжению общим имуществом не предполагает возникновение у одного из супругов долговых обязательств перед третьими лицами, с которыми он не вступал в правоотношения.

(б) признание обязательств супругов общими не является основанием для возникновения солидарной обязанности по погашению общей задолженности.

(в) последствием признания обязательства общим является возникновение у кредитора права на обращение взыскания на общее имущество супругов.

(г) наличие судебного акта о признании обязательства
должника общим обязательством супругов не является решением суда, подтверждающим требование кредитора по денежному обязательству супруги должника.

Все четыре тезиса глубоко ошибочны, они основаны на полном непонимании того, что такое общий режим имущества супругов.

Начнем с того, что долг, в который вступает один из супругов, должен презюмироваться общим.

Почему? Да очень просто, потому что благо, полученное в обмен на долг, тоже будет общим. Как может быть, что все имущественные "плюсы" принадлежат обоим супругам, а "минусы" - только одному из них?!

Например, муж взял взаймы 10 млн. руб. и на них семья месяц жила на Мальдивах. Как может быть так, чтобы жена не считалась содолжником в таком долге, ведь она извлекла выгоду из него?! Поэтому утверждение (а) - это грубейшая ошибка.

Как может быть так, что режим собственности супругов совместный (то есть, каждый из них является собственником, кредитором и проч.), а обязательства - нет? Еще раз повторю тезис - если "плюсы" общие, то и "минусы", из которых могли образоваться эти "плюсы", также неизбежно должны быть общими! Поэтому утверждение (б) - тоже грубая ошибка.

Утверждение (в) противоречит закону. В п. 2 ст. 45 СК черным по белому написано, что "... при недостаточности общего имущества супруги несут по общим обязательствам солидарную ответственность имуществом каждого из них".

Утверждение (г) - тоже грубая ошибка. Решение суда подтверждает, что перед кредитором есть два солидарных должника (бывшие супруги).

Почему судьи допустили в этом деле такие грубые ошибки? Из ненависти к кредиторам? Из-за простого незнания законов? Оттого, что они втайне ненавидят общий режим имущества супругов?

Так я тоже его терпеть не могу и хочу, чтобы он как можно скорее ушел в прошлое и вместо него у нас был бы нормальный раздельный режим (с "корректирующим" обязательством на случай развода).

Но ведь бороться с общим режимом супружеского имущества (если это, конечно, борьба, а не просто незнание) надо системно, признавая раздельными не только имущественные "минусы", но и "плюсы".