"Я поддерживаю полностью то, что сказал Александр Григорьевич Лукашенко об открытости всей нашей инициативы для всех без исключений стран континента под названием "Евразия". Но вот из западной части континента, особенно из Брюсселя, слышим пока призывы выстраивать систему безопасности против, по сути дела, России, Белоруссии и всех тех, кто не будет подчиняться безоговорочно натовцам и членам Евросоюза".

"Приглашая партнеров к совместной работе по евразийской архитектуре, мы никогда не закрывали дверь для западной части континента и не будем уходить от взаимодействия с теми, кто откажется от враждебных намерений, на деле будет заинтересован, настроен на согласование честного баланса интересов".

"Пока же перспектива реалистичного диалога с Европой не видна. Более того, Запад идет против объективного исторического тренда на многополярность и пытается распространить свое влияние на восточную часть Евразии. Не коллективно обсуждать, как обустраиваться на всем континенте жизни и сотрудничества, а взять под свой контроль все эти процессы".

"Они желали совершенно точно и, наверное, продолжают желать превратить ОБСЕ в инструмент идеологического обслуживания своих интересов, интересов НАТО, а также интересов Евросоюза, который стремительно эволюционирует из интеграционного социально-экономического объединения в агрессивный милитаристский блок антироссийской и антибелорусской направленности".

"Особенно с учетом того, что у мирового большинства объективно сложился запрос на новую модель мироустройства. При этой модели должно быть обеспечено реальное равноправие современных государств как фундаментальное условие безопасного и поступательного развития всех народов. Это не всем нравится, и за право определять, на каких принципах будет зиждиться новый миропорядок, идет серьезная борьба. А ее проявление особенно заметно на нашем общем большом континенте".

"Пока мы слышим из Брюсселя призывы выстраивать систему так называемой европейской безопасности без участия России, без участия Белоруссии, а если говорить откровенно - против наших двух стран. Наше же предложение состоит не в том, чтобы реанимировать обанкротившуюся затею или впрягаться против воли народов в новую гонку вооружений, а в том, чтобы честно и реалистично оценить обстановку и совместными усилиями начать устранять нагромождения ошибок и недопониманий, расчищая путь к подлинной справедливой системе взаимных гарантий".

"Россия не предлагает ни модифицировать, ни подменять уже существующие межгосударственные связи в сфере безопасности. Мы ведем речь о гармонизации уже существующих субрегиональных механизмов и планов их деятельности".

"Когда мы слышим стенания в случае с украинским кризисом, из которого Брюссель сделал жупел борьбы с нашей страной, с призывами немедленно прекратить огонь, договориться о перемирии энергетическом, продовольственном, воздушном, морском - все это нужно не для мира. Мы в этом убеждались многократно. Все эти стенания нацелены исключительно на предоставление Киеву передышки для восстановления боевого потенциала за счет внешних спонсоров этого режима".

"Не на временном прекращении огня, какое бывало уже многократно, а на надежном устранении первопричин кризиса, а именно стратегических угроз безопасности РФ с западного направления, ущемления гарантированных Уставом ООН и Конституцией Украины прав русского и русскоязычного населения всей территории этой страны, включая ту часть, которая остается на данном этапе под управлением киевского режима, и, конечно, на истреблении идеологии и практики нацизма".

"Когда Запад пытается нам сказать: давайте, чтобы спаслись люди, замрите на той линии, которая сейчас является линией соприкосновения. Но они же по-прежнему хотят туда ввести стабилизационные силы и стабилизировать какой режим? Вот этот вот, который на коленях стоит перед прахом нацистских преступников и который проводит факельные шествия с нацистскими жестами, зигует, и режим, который не собирается пока еще ничего делать с отменой законов, запрещающих русский язык везде".

"Когда говорят давайте остановимся, где сейчас проходит линия соприкосновения, а потом будем восстанавливать Украину, развернем на оставшейся части Украины международные стабилизационные силы - это идея Лондона и Парижа. Что они собираются стабилизировать? Откровенно, нацистский режим. Я просто хочу, чтобы все это понимали, когда мы рассматриваем различные сценарии".

"Западный замысел нанести нам стратегическое поражение руками вооруженного западниками киевского режима провалился. И теперь они уже просто не хотят терять лицо и с большим трудом осознают новую реальность, не хотят пока никакого диалога по евразийским проблемам. Имею в виду искать баланс интересов, чтобы все, кто живет в Евразии, ощущали себя защищенными и в ситуации, когда их возможности в сфере развития поощряются".

"Затея с созданием пантеона этих героев - пантеона останков, которые они сейчас перевозят из Европы. Европа с радостью поддерживает этот процесс. Они рады, что Зеленский хочет создать пантеон героев, понимая, что это очередное оскорбительное действие по отношению и к жертвам Второй мировой войны, к победителям Второй мировой войне, к решению ООН о недопустимости возрождения нацизма. Причем этот пантеон нацистских прахов он хочет открыть в святом месте - в Киево-Печерской Лавре. Если это не нацизм, то не знаю, как мы еще будем с европейцами разговаривать".

"Япония, забыв уроки истории, проводит ускоренную милитаризацию. Политическая элита этой страны, которая пережила ужасы американской атомной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки, активно обсуждает во главе с премьер-министром Санаэ Такаити возможность отхода от трех неядерных принципов".

"Происходит процесс охлаждения американцев к своему вовлечению в обеспечение европейских интересов безопасности. Американцы из НАТО, конечно, не уйдут никуда, это исключено, но физическое военное присутствие они постепенно перемещают восточнее. И на каком-то этапе европейцы уже стали говорить, что нам надо самим больше ответственности брать на себя".

"Запад хочет, на самом деле так оно и заявлено, свои порядки устанавливать на всем Евразийском континенте, включая его восточную часть. Поэтому дипломатическая работа предстоит большая, но, безусловно, эта дипломатическая работа будет подвергаться воздействию реальных практических действий на земле".

"Равная неделимая безопасность для нас означает, если хотите, договоренности о ненападении, когда у нас нет больше никаких позитивных общих позиций, либо это сосуществование, как это было во времена Советского Союза, либо это уже кооперационные документы, которые будут предполагать совместные действия, повышение доверия, транспарентности, взаимное посещения военных объектов на паритетной основе. Мы ничем не ограничиваем эти дискуссии. Посмотрим, какие будут предложения, но перечисленные мною являются частью того опыта, который уже накоплен в этой сфере".

"Мы, кстати, тоже помогали в свое время американцам. Этот вид контактов продолжается. Помните был, по-моему, бостонский марафон давно, когда предупредили мы, что будет попытка теракта, американцы легкомысленно к этому отнеслись, а теракт все-таки произошел. Поэтому я считаю, что уж чем-чем, а уж борьбой с терроризмом должны заниматься все спецслужбы. И в ситуации, когда они обладают информацией, конечно, нужно такой информацией делиться, чтобы теракты предотвращать".

"Но если Европа, как она грозится, сама готовится к войне и начнет ее, то мы к этой войне готовы, но она будет другой и очень короткой".

"Я номер один. У меня в Израиле рейтинг одобрения составляет 99%. Можете в это поверить? На самом деле, если люди когда-нибудь устанут от меня в США, я перееду в Израиль и стану премьер-министром. Подумайте об этом. У меня самый высокий рейтинг одобрения из всех в истории".